биографии и мемуары
Одна авария разрушила счастливую семью и навсегда разделила жизнь на «до» и «после».
Отец оказался прикован к постели, заперт в четырёх стенах на долгие годы.
Сын, ещё совсем мальчик, стал его единственной связью с внешним миром: глазами, ногами, г…
Одна авария разрушила счастливую семью и навсегда разделила жизнь на «до» и «после».
Отец оказался прикован к постели, заперт в четырёх стенах на долгие годы.
Сын, ещё совсем мальчик, стал его единственной связью с внешним миром: глазами, ногами, г…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Биография легендарного Эдди Ван Халена – впервые на русск…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Биография легендарного Эдди Ван Халена – впервые на русск…
Прошу не числить всё это чем-то законченным, «готовым к бою и походу», так сказать, а также просто к употреблению. Так себе: наброски, мысли вразброд, незаконченные и рваные, - в общем, обычная «травля» между вахтами в кают-компании. Допускаю возможн…
Прошу не числить всё это чем-то законченным, «готовым к бою и походу», так сказать, а также просто к употреблению. Так себе: наброски, мысли вразброд, незаконченные и рваные, - в общем, обычная «травля» между вахтами в кают-компании. Допускаю возможн…
Очередная автобиографическая книга о периоде 1980–90 гг., когда автор работал журналисткой, встречая самых разных людей и попадая в разные ситуации, в том числе сложные.
Очередная автобиографическая книга о периоде 1980–90 гг., когда автор работал журналисткой, встречая самых разных людей и попадая в разные ситуации, в том числе сложные.
Пять дневников — путевых заметок, написанных в дни церковных постов и Святой Пасхи. На пути к миру. О тайне и смысле жизни, радости и любви, мыслях и открытиях, которыми хочется поделиться.
Пять дневников — путевых заметок, написанных в дни церковных постов и Святой Пасхи. На пути к миру. О тайне и смысле жизни, радости и любви, мыслях и открытиях, которыми хочется поделиться.
Основы финансового образования, которым не учат в школах: детальное описание первых шагов к созданию собственной успешной компании.
Секрет Движения
Бизнес-литература на основе жизненного опыта автора. История ребёнка, родившегося в самом бедном рай…
Основы финансового образования, которым не учат в школах: детальное описание первых шагов к созданию собственной успешной компании.
Секрет Движения
Бизнес-литература на основе жизненного опыта автора. История ребёнка, родившегося в самом бедном рай…
Рассказ из цикла "Детство и отрочество". Повествует об истории из моей жизни школьной жизни 50х годов. Когда было разрешено второгодничество!
Рассказ из цикла "Детство и отрочество". Повествует об истории из моей жизни школьной жизни 50х годов. Когда было разрешено второгодничество!
Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.
Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.
Рихард Зорге – один из наиболее известных и одновременно таинственных персонажей в истории мировых секретных служб XX века. Несмотря на многочисленные исследования, многие аспекты его деятельности остаются покрытыми завесой тайны. Одним из таких аспе…
Рихард Зорге – один из наиболее известных и одновременно таинственных персонажей в истории мировых секретных служб XX века. Несмотря на многочисленные исследования, многие аспекты его деятельности остаются покрытыми завесой тайны. Одним из таких аспе…
Это история инженера ПТО, рассказанная изнутри стройки — с грязью, ошибками, ночными актами, смешными случаями и первыми победами. Не учебник, а живая дорога от случайного новичка до руководителя собственной команды.
Это история инженера ПТО, рассказанная изнутри стройки — с грязью, ошибками, ночными актами, смешными случаями и первыми победами. Не учебник, а живая дорога от случайного новичка до руководителя собственной команды.
Сборник материалов об оружейных гениях, чьи идеи сделали русскую армию непобедимой.
Малоизвестные подробности судеб и трудных решений.
Газета «Аргументы и факты» всегда уделяла особое внимание историческим темам. В этой книге собраны лучшие материал…
Сборник материалов об оружейных гениях, чьи идеи сделали русскую армию непобедимой.
Малоизвестные подробности судеб и трудных решений.
Газета «Аргументы и факты» всегда уделяла особое внимание историческим темам. В этой книге собраны лучшие материал…
Эту книгу написал мужчина в возрасте Карлсона, который живет на шестом этаже пятиэтажного дома с замечательным мальчуганом, его сыном, и с замечательной мамой. Страсти кипят, а в них кипит жизнь, наполненная чувством доброты, детства и взаимопонимани…
Эту книгу написал мужчина в возрасте Карлсона, который живет на шестом этаже пятиэтажного дома с замечательным мальчуганом, его сыном, и с замечательной мамой. Страсти кипят, а в них кипит жизнь, наполненная чувством доброты, детства и взаимопонимани…
Предыдущая книга Елены Первушиной вышла под названием «Петербургские женщины XVIII века». Перед вами вторая книга, которая рассказывает о судьбах жительниц Северной столицы в конце XIX – начале XX века. В это время в России назрел кризис, жить по-ста…
Предыдущая книга Елены Первушиной вышла под названием «Петербургские женщины XVIII века». Перед вами вторая книга, которая рассказывает о судьбах жительниц Северной столицы в конце XIX – начале XX века. В это время в России назрел кризис, жить по-ста…
Жизнь женщин XVIII века была трудной, противоречивой и волнующей. Кто может рассказать о времени и о себе лучше, чем очевидцы – люди, жившие в ту эпоху. Поэтому в книге вы встретите множество цитат из мемуаров и литературных произведений XVIII века. …
Жизнь женщин XVIII века была трудной, противоречивой и волнующей. Кто может рассказать о времени и о себе лучше, чем очевидцы – люди, жившие в ту эпоху. Поэтому в книге вы встретите множество цитат из мемуаров и литературных произведений XVIII века. …
Книга посвящена истории одиннадцати наиболее богатых и влиятельных купеческих семейств Санкт-Петербурга XIX и XX веков, связанных друг с другом родством: Елисеевых, Целибеевых, Полежаевых, Тарасовых, Овсянниковых, Смуровых, Растеряевых, Дурдиных, Лел…
Книга посвящена истории одиннадцати наиболее богатых и влиятельных купеческих семейств Санкт-Петербурга XIX и XX веков, связанных друг с другом родством: Елисеевых, Целибеевых, Полежаевых, Тарасовых, Овсянниковых, Смуровых, Растеряевых, Дурдиных, Лел…
Закалённая душа, для которой океан стал единственной истинной религией. Жизнь, измеряемая высотой волны и умением удержаться на гребне, даже когда внутри бушует штрам.
Это история о человеке, чьё сердце, огрубевшее от потерь и разочарований, медленн…
Закалённая душа, для которой океан стал единственной истинной религией. Жизнь, измеряемая высотой волны и умением удержаться на гребне, даже когда внутри бушует штрам.
Это история о человеке, чьё сердце, огрубевшее от потерь и разочарований, медленн…
Не знаю, в какой именно день мне пришло в голову открыть тетрадь и начать писать, но точно помню, что это был момент отчаяния и жуткой боли в груди. До жжения, до слёз, до крика. Старая ученическая тетрадь на коленках, ручка, найденная впопыхах, коря…
Не знаю, в какой именно день мне пришло в голову открыть тетрадь и начать писать, но точно помню, что это был момент отчаяния и жуткой боли в груди. До жжения, до слёз, до крика. Старая ученическая тетрадь на коленках, ручка, найденная впопыхах, коря…
Каждый взгляд — это импульс памяти. Каждое воспоминание — фрагмент узора, складывающегося в причудливую мозаику. В этом сборнике реальность и вымысел переплетаются, как лучи в телейдоскопе: стоит лишь изменить угол зрения — и привычное превращается в…
Каждый взгляд — это импульс памяти. Каждое воспоминание — фрагмент узора, складывающегося в причудливую мозаику. В этом сборнике реальность и вымысел переплетаются, как лучи в телейдоскопе: стоит лишь изменить угол зрения — и привычное превращается в…
Каждый взгляд — это импульс памяти. Каждое воспоминание — фрагмент узора, складывающегося в причудливую мозаику. В этом сборнике реальность и вымысел переплетаются, как лучи в телейдоскопе: стоит лишь изменить угол зрения — и привычное превращается в…
Каждый взгляд — это импульс памяти. Каждое воспоминание — фрагмент узора, складывающегося в причудливую мозаику. В этом сборнике реальность и вымысел переплетаются, как лучи в телейдоскопе: стоит лишь изменить угол зрения — и привычное превращается в…
«Кошмар на цыпочках» – редакция трех книг выдающегося режиссера Георгия Данелия, ставших бестселлерами: «Безбилетный пассажир», «Тостуемый пьет до дна», «Кот ушел, а улыбка осталась». История семьи, взросления личности и формирования творческого хара…
«Кошмар на цыпочках» – редакция трех книг выдающегося режиссера Георгия Данелия, ставших бестселлерами: «Безбилетный пассажир», «Тостуемый пьет до дна», «Кот ушел, а улыбка осталась». История семьи, взросления личности и формирования творческого хара…





















