литература 20 века
Михаил Михеев (1911 – 1993) – сибиряк, талантливейший писатель, многие произведения которого стали народными. Он свободно чувствовал себя в разных жанрах – и в детской литературе, и в фантастике, и в детективе, в особенности – шпионском.
Перед вами у…
Михаил Михеев (1911 – 1993) – сибиряк, талантливейший писатель, многие произведения которого стали народными. Он свободно чувствовал себя в разных жанрах – и в детской литературе, и в фантастике, и в детективе, в особенности – шпионском.
Перед вами у…
«К самому факту войны я не могу привыкнуть, – писал Леонид Андреев (1871-1919), представитель Серебряного века русской литературы. – Миллион людей, собравшись в одно место, убивают друг друга, и всем одинаково больно, и все одинаково несчастны, – что…
«К самому факту войны я не могу привыкнуть, – писал Леонид Андреев (1871-1919), представитель Серебряного века русской литературы. – Миллион людей, собравшись в одно место, убивают друг друга, и всем одинаково больно, и все одинаково несчастны, – что…
Николай Владимирович Томан (Анисимов) (1911–1974) – классик советского шпионского романа, во многом – первопроходец, смело писавший на самые острые и актуальные темы, совмещая политический детектив с элементами фантастики. В литературе он был ученико…
Николай Владимирович Томан (Анисимов) (1911–1974) – классик советского шпионского романа, во многом – первопроходец, смело писавший на самые острые и актуальные темы, совмещая политический детектив с элементами фантастики. В литературе он был ученико…
Фильм «Большая семья» (1954 год) – это когда три поколения патриархальной семьи потомственных кораблестроителей спорят, ссорятся, мирятся, на закате поют песни под гитару, ставят самовар и иногда таскают друг друга за ухо. Экранизация романа Всеволод…
Фильм «Большая семья» (1954 год) – это когда три поколения патриархальной семьи потомственных кораблестроителей спорят, ссорятся, мирятся, на закате поют песни под гитару, ставят самовар и иногда таскают друг друга за ухо. Экранизация романа Всеволод…
Тринадцать рассказов Томаса Вулфа, классика американской прозы XX века, были найдены в «архиве писателя» и публикуются впервые на русском языке. Эти рассказы позволяют по‑новому взглянуть на творчество писателя, раскрывая малоизвестные грани его худо…
Тринадцать рассказов Томаса Вулфа, классика американской прозы XX века, были найдены в «архиве писателя» и публикуются впервые на русском языке. Эти рассказы позволяют по‑новому взглянуть на творчество писателя, раскрывая малоизвестные грани его худо…
Уникальный текст, созданный на стыке документального и художественного письма. Удивительное по силе свидетельство мыслей и чувств русского интеллигента, хранящее много тайн.
Уникальный текст, созданный на стыке документального и художественного письма. Удивительное по силе свидетельство мыслей и чувств русского интеллигента, хранящее много тайн.
В Англии 1900 годов произошло преступление. Молодой сержант пробует найти преступника, которого никто никогда не видел. Но тут появляется свидетель. И теперь сержанту предстоит найти каждого.
В Англии 1900 годов произошло преступление. Молодой сержант пробует найти преступника, которого никто никогда не видел. Но тут появляется свидетель. И теперь сержанту предстоит найти каждого.
В тихом Энске готовятся к Новому году, не подозревая, как неожиданно переплетутся судьбы трёх семей. Високосный год принесёт им не только ожидаемые перемены, но и испытания, которые заставят пересмотреть всё: любовь, верность и смысл привычной жизни.…
В тихом Энске готовятся к Новому году, не подозревая, как неожиданно переплетутся судьбы трёх семей. Високосный год принесёт им не только ожидаемые перемены, но и испытания, которые заставят пересмотреть всё: любовь, верность и смысл привычной жизни.…
«Дождь мелкий, осенний. Приударит сильнее и опять сеет, как сквозь решето, застилая даль мокрым туманом. Сильный ветер захватит в охапку деревья и гнёт их и летят полужёлтые мокрые листья…»
«Дождь мелкий, осенний. Приударит сильнее и опять сеет, как сквозь решето, застилая даль мокрым туманом. Сильный ветер захватит в охапку деревья и гнёт их и летят полужёлтые мокрые листья…»
Величайший роман Бориса Пастернака, ставший одновременно его триумфом и трагедией. За эту книгу писатель был удостоен Нобелевской премии, но заплатил непомерно высокую цену…
Юрий Живаго – врач, поэт, философ – оказывается свидетелем переломных событи…
Величайший роман Бориса Пастернака, ставший одновременно его триумфом и трагедией. За эту книгу писатель был удостоен Нобелевской премии, но заплатил непомерно высокую цену…
Юрий Живаго – врач, поэт, философ – оказывается свидетелем переломных событи…
Путешествуя по стране, лекарь Лао Цань, чей образ списан с самого автора, становится свидетелем произвола чиновников и страданий народа, пытаясь словом и делом изменить судьбу своей страны.
Самым известным произведением Лю Э считается «Путешествие Л…
Путешествуя по стране, лекарь Лао Цань, чей образ списан с самого автора, становится свидетелем произвола чиновников и страданий народа, пытаясь словом и делом изменить судьбу своей страны.
Самым известным произведением Лю Э считается «Путешествие Л…
«„Москва – женского рода, Петербург – мужеского“, – писал Гоголь ровно сто лет назад. Это – как будто случайно брошенная шутка, грамматический каламбур, но в нем так метко подсмотрено что-то основное в характере каждой из двух русских столиц, что это…
«„Москва – женского рода, Петербург – мужеского“, – писал Гоголь ровно сто лет назад. Это – как будто случайно брошенная шутка, грамматический каламбур, но в нем так метко подсмотрено что-то основное в характере каждой из двух русских столиц, что это…
«Вадим совсем юноша по летам, но уже давно самостоятельный человек.
Ни отца, ни матери у него нет, родственников он не признает, от опекуна освободился, – да тот ему и не мешал. Вадим любит только Анну Марковну, старую приятельницу и родственницу сво…
«Вадим совсем юноша по летам, но уже давно самостоятельный человек.
Ни отца, ни матери у него нет, родственников он не признает, от опекуна освободился, – да тот ему и не мешал. Вадим любит только Анну Марковну, старую приятельницу и родственницу сво…
«Поллианна взрослеет» делится на 2 части. В первой события происходят примерно через два года после перелома позвоночника. Поллианне приходится переехать на лето в Бостон к Рут Кэрью, так как её тёте с доктором Чилтоном приходится уехать. Вторая част…
«Поллианна взрослеет» делится на 2 части. В первой события происходят примерно через два года после перелома позвоночника. Поллианне приходится переехать на лето в Бостон к Рут Кэрью, так как её тёте с доктором Чилтоном приходится уехать. Вторая част…
Творчество Бориса Васильева стало классикой русской литературы, его произведения переведены на многие языки и неоднократно экранизированы; среди них «А зори здесь тихие…», «Завтра была война», «Не стреляйте белых лебедей», «В списках не значился», а …
Творчество Бориса Васильева стало классикой русской литературы, его произведения переведены на многие языки и неоднократно экранизированы; среди них «А зори здесь тихие…», «Завтра была война», «Не стреляйте белых лебедей», «В списках не значился», а …
Самый остроумный и кинематографичный роман французского классика.
Почтенная английская герцогиня рассказывает историю своих отношений с анархистом-фанатиком.
Ромен Гари – один из самых ярких французских классиков, дважды лауреат Гонкуровской премии…
Самый остроумный и кинематографичный роман французского классика.
Почтенная английская герцогиня рассказывает историю своих отношений с анархистом-фанатиком.
Ромен Гари – один из самых ярких французских классиков, дважды лауреат Гонкуровской премии…
У Даррелла звери как люди. У них лица, не морды, у них характер, а не инстинкт, у них – душа, спрятанная под кожным и шерстяным покровом. Читать книги Даррелла не только поучительно, но и весело, как весело путешествовать с героями Джерома Клапки Дже…
У Даррелла звери как люди. У них лица, не морды, у них характер, а не инстинкт, у них – душа, спрятанная под кожным и шерстяным покровом. Читать книги Даррелла не только поучительно, но и весело, как весело путешествовать с героями Джерома Клапки Дже…
«– Нашего брата недолюбливают! – сказал товарищ прокурора, закуривая скверную сигару (по жалованью!)
– Про нашего брата даже дамы говорят: «Фу, какой злюка!» А российское общество, в смысле рассуждения, – дама. Доказательство? Российское общество кни…
«– Нашего брата недолюбливают! – сказал товарищ прокурора, закуривая скверную сигару (по жалованью!)
– Про нашего брата даже дамы говорят: «Фу, какой злюка!» А российское общество, в смысле рассуждения, – дама. Доказательство? Российское общество кни…
«Мы сидели на высоком холме после охоты на куропаток. Мой приятель Сорокин лежал на животе и курил папиросу. Я сидел, прислонившись спиною к пеньку, а наша собака, серый с кофейными пятнами легаш „Суар“, спал возле на боку. Порою он лениво приподнима…
«Мы сидели на высоком холме после охоты на куропаток. Мой приятель Сорокин лежал на животе и курил папиросу. Я сидел, прислонившись спиною к пеньку, а наша собака, серый с кофейными пятнами легаш „Суар“, спал возле на боку. Порою он лениво приподнима…
Сборник рассказов представляет собой глубокое исследование человеческой души, раскрывающее темы любви, верности, чести и человеческого достоинства через призму драматических жизненных историй.
В центре повествования — судьбы обычных людей, оказавшихс…
Сборник рассказов представляет собой глубокое исследование человеческой души, раскрывающее темы любви, верности, чести и человеческого достоинства через призму драматических жизненных историй.
В центре повествования — судьбы обычных людей, оказавшихс…