литература 19 века
полная версия
«…Театр находился на лугу, называвшемся Длинной Лощиной. Небольшая речка, которая, пробежав еще через два-три луга, вертела колеса мельницы, делала на Длинной Лощине крутой поворот, и в самой середине образованного ею мыса было странное волшебное кол…
«…Театр находился на лугу, называвшемся Длинной Лощиной. Небольшая речка, которая, пробежав еще через два-три луга, вертела колеса мельницы, делала на Длинной Лощине крутой поворот, и в самой середине образованного ею мыса было странное волшебное кол…
«Лето стояло ведреное и знойное. Однажды, в самый полдень жаркого июльского дня, Иван Семенович сидел на скамейке у своей дачки, как вдруг над сосновым лесом в направлении деревни Колотилова показалась струя дыма. Она поднялась как-то внезапно. Иван …
«Лето стояло ведреное и знойное. Однажды, в самый полдень жаркого июльского дня, Иван Семенович сидел на скамейке у своей дачки, как вдруг над сосновым лесом в направлении деревни Колотилова показалась струя дыма. Она поднялась как-то внезапно. Иван …
«Во время мятежа в Индии, незадолго до осады Дели, в Пешаваре, на границе Индии, стоял туземный иррегулярный полк. Этот полк был охвачен тем, что Джон Лауренс называл в то время „господствующей манией“, и охотно присоединился бы к мятежникам, если бы…
«Во время мятежа в Индии, незадолго до осады Дели, в Пешаваре, на границе Индии, стоял туземный иррегулярный полк. Этот полк был охвачен тем, что Джон Лауренс называл в то время „господствующей манией“, и охотно присоединился бы к мятежникам, если бы…
полная версия
полная версия
полная версия
полная версия«Побежал я раз за своей тенью вдогонку и попал в одну чудесную сторонку; уж чего я там глазами не наелся, каких чудес не насмотрелся. Вижу – висят на ветках каменные дома в клетках; мало того – целый город на нитке висит…»
«Побежал я раз за своей тенью вдогонку и попал в одну чудесную сторонку; уж чего я там глазами не наелся, каких чудес не насмотрелся. Вижу – висят на ветках каменные дома в клетках; мало того – целый город на нитке висит…»
полная версия«Вдалеке от жилья, жили-были муж с женой и сыном, которого звали Иваном. Вот раз мать и маленький Иван, которому было всего два года, дошли в лес за дровами, зашли очень далеко и попались в руки разбойников. Не смотря на просьбы матери, разбойники но…
«Вдалеке от жилья, жили-были муж с женой и сыном, которого звали Иваном. Вот раз мать и маленький Иван, которому было всего два года, дошли в лес за дровами, зашли очень далеко и попались в руки разбойников. Не смотря на просьбы матери, разбойники но…
полная версия«Шли как-то вместе портной и сапожник. Дело, было поздним вечером; вдруг слышат они: точно недалеко от дороги в лесу музыка играет, – очень какая-то странная, но такая веселая, что путники, позабыв об усталости, быстро пошли в ту сторону, откуда она …
«Шли как-то вместе портной и сапожник. Дело, было поздним вечером; вдруг слышат они: точно недалеко от дороги в лесу музыка играет, – очень какая-то странная, но такая веселая, что путники, позабыв об усталости, быстро пошли в ту сторону, откуда она …
полная версия«Жила-была на свете одна бедная девушка. Отец и мать у ней умерли, и она рано осталась круглой сиротой. Тогда она поступила в услужение к одним господам, которые скоро полюбили ее и привыкли к ней. Да и нельзя было ее не полюбить: девушка она была ск…
«Жила-была на свете одна бедная девушка. Отец и мать у ней умерли, и она рано осталась круглой сиротой. Тогда она поступила в услужение к одним господам, которые скоро полюбили ее и привыкли к ней. Да и нельзя было ее не полюбить: девушка она была ск…
полная версия
Сверхпопулярный в России на рубеже веков «король фельетона» и «король репортажа» Влас Михайлович Дорошевич (1865–1922) – талантливый, остроумный, азартный – не смог отказать себе в притязании на еще один титул. Он создал собственное царство литератур…
Сверхпопулярный в России на рубеже веков «король фельетона» и «король репортажа» Влас Михайлович Дорошевич (1865–1922) – талантливый, остроумный, азартный – не смог отказать себе в притязании на еще один титул. Он создал собственное царство литератур…
полная версия«Всем известно, что самым лучшим местом в мире является – или, точнее, увы, являлся – голландский городок Вондервоттеймиттис. И лежит-то он неблизко от всех больших дорог, так сказать, в сторонке; вот почему очень немногие из читателей туда заглядыва…
«Всем известно, что самым лучшим местом в мире является – или, точнее, увы, являлся – голландский городок Вондервоттеймиттис. И лежит-то он неблизко от всех больших дорог, так сказать, в сторонке; вот почему очень немногие из читателей туда заглядыва…
полная версия«Хорошо сказано об одной немецкой книге: «er lasst sich nicht lesen» – она не позволяет себя прочесть. Есть тайны, которые не позволяют себя рассказывать. Каждую ночь люди умирают в своих постелях, стискивая руки духовников и жалобно глядя им в глаза…
«Хорошо сказано об одной немецкой книге: «er lasst sich nicht lesen» – она не позволяет себя прочесть. Есть тайны, которые не позволяют себя рассказывать. Каждую ночь люди умирают в своих постелях, стискивая руки духовников и жалобно глядя им в глаза…
полная версия«…На троне Царь. Среди палат
Вельможи, в пышном одеянье,
При свете тысячи лампад,
С ним разделяют ликованье.
Все радостью оживлено –
И в чашах древних, драгоценных,
Эгове прежде посвященных,
Кипит безбожника вино!..»
«…На троне Царь. Среди палат
Вельможи, в пышном одеянье,
При свете тысячи лампад,
С ним разделяют ликованье.
Все радостью оживлено –
И в чашах древних, драгоценных,
Эгове прежде посвященных,
Кипит безбожника вино!..»
полная версия«Когда-то в Сеуле жил бедный, но честный человек.
Он был честный, но беспокойный, – до всего ему было дело…»
«Когда-то в Сеуле жил бедный, но честный человек.
Он был честный, но беспокойный, – до всего ему было дело…»
полная версия
полная версия