литература 19 века
В романе «Первый русский самодержец» Гейнце ярко описывает подвиг Ивана III Васильевича (1440-1505), известного также как Иван Великий, по объединению русских земель вокруг Москвы и восстановление независимого Российского государства. За время своего…
В романе «Первый русский самодержец» Гейнце ярко описывает подвиг Ивана III Васильевича (1440-1505), известного также как Иван Великий, по объединению русских земель вокруг Москвы и восстановление независимого Российского государства. За время своего…
"Пять недель на воздушном шаре" – первый роман из цикла «Необыкновенные путешествия». Доктор Самуэль Фергюсон и его спутники путешествует по неизведанной Африке, используя пилотируемый воздушный шар собственной конструкции, и совершают географические…
"Пять недель на воздушном шаре" – первый роман из цикла «Необыкновенные путешествия». Доктор Самуэль Фергюсон и его спутники путешествует по неизведанной Африке, используя пилотируемый воздушный шар собственной конструкции, и совершают географические…
«В 1898 году, в сентябре и октябре, я проехал из Владивостока в Порт-Артур, – большею частью верхом, частью в лодке: в лодке – по Ялу (Амнока-ган).
Ехал не прямо, а с заездами, – то в Корею, то в Маньчжурию.
Во время этого путешествия я собрал прилаг…
«В 1898 году, в сентябре и октябре, я проехал из Владивостока в Порт-Артур, – большею частью верхом, частью в лодке: в лодке – по Ялу (Амнока-ган).
Ехал не прямо, а с заездами, – то в Корею, то в Маньчжурию.
Во время этого путешествия я собрал прилаг…
Впервые напечатано в газете «Русские ведомости», 1893, номер 213, 5 августа.
Рассказ был передан редакции «Русских ведомостей» без ведома А.М.Горького его товарищем Н.З.Васильевым. Опубликование «Емельяна Пиляя» в «Русских ведомостях» было первым выс…
Впервые напечатано в газете «Русские ведомости», 1893, номер 213, 5 августа.
Рассказ был передан редакции «Русских ведомостей» без ведома А.М.Горького его товарищем Н.З.Васильевым. Опубликование «Емельяна Пиляя» в «Русских ведомостях» было первым выс…
«…Среди массы бумаг, книг, прошлогодних газет, ветхих стульев, сапог, халатов, кинжалов и колпаков, на маленькой, обитой сизым коленкором кушетке спала его хорошенькая жена, Амаранта. Умиленный Зинзага подошел к ней и, после некоторого размышления, д…
«…Среди массы бумаг, книг, прошлогодних газет, ветхих стульев, сапог, халатов, кинжалов и колпаков, на маленькой, обитой сизым коленкором кушетке спала его хорошенькая жена, Амаранта. Умиленный Зинзага подошел к ней и, после некоторого размышления, д…
«…Голос братца дрогнул и засипел. Братец закашлялся и вытер глаза. И его подбородок запрыгал.
– Слово дала, братец… Да и бедность наша опротивела…
– Скажу, коли уж на то пошло! Не хотел пачкать себя в твоем мнении, а скажу… Лучше реноме потерять, чем…
«…Голос братца дрогнул и засипел. Братец закашлялся и вытер глаза. И его подбородок запрыгал.
– Слово дала, братец… Да и бедность наша опротивела…
– Скажу, коли уж на то пошло! Не хотел пачкать себя в твоем мнении, а скажу… Лучше реноме потерять, чем…
ГЕЙНЦЕ Николай Эдуардович – писатель, журналист, драматург. Автор многочисленных исторических романов, персонажами которых, как правило, являются первые лица государства. Однако еще большую известность Гейнце приобрел как автор детективов, пользовавш…
ГЕЙНЦЕ Николай Эдуардович – писатель, журналист, драматург. Автор многочисленных исторических романов, персонажами которых, как правило, являются первые лица государства. Однако еще большую известность Гейнце приобрел как автор детективов, пользовавш…
Авантюрист и любитель приключений принц Богемский Флоризель вместе с полковником Джеральдином оказывается в Клубе самоубийц, где начинаются увлекательные и опасные приключения титулованной особы…
Заговоры, дуэли, похищения, убийства, сенсационные ра…
Авантюрист и любитель приключений принц Богемский Флоризель вместе с полковником Джеральдином оказывается в Клубе самоубийц, где начинаются увлекательные и опасные приключения титулованной особы…
Заговоры, дуэли, похищения, убийства, сенсационные ра…
Кавказ. Судьбы горцев и русских офицеров. Вражда и дружба. Истинное благородство и утонченное предательство.
Кавказ. Судьбы горцев и русских офицеров. Вражда и дружба. Истинное благородство и утонченное предательство.
Антон Павлович Чехов – великий русский писатель, «главный» драматург двадцатого века создал за 26 лет своей литературной деятельности около тысячи произведений, без которых невозможно представить сегодня ни кино, ни сцену, ни книжный магазин в любом …
Антон Павлович Чехов – великий русский писатель, «главный» драматург двадцатого века создал за 26 лет своей литературной деятельности около тысячи произведений, без которых невозможно представить сегодня ни кино, ни сцену, ни книжный магазин в любом …
«…Конь мой ржет и бьет копытом…
Мне напомнил он о ней –
О блаженстве позабытом
Быстрых, пламенных очей.
Ах, пора, пора былая!..»
«…Конь мой ржет и бьет копытом…
Мне напомнил он о ней –
О блаженстве позабытом
Быстрых, пламенных очей.
Ах, пора, пора былая!..»
«…Настали темные, тяжелые дни…
Свои болезни, недуги людей милых, холод и мрак старости…»
«…Настали темные, тяжелые дни…
Свои болезни, недуги людей милых, холод и мрак старости…»
«…На дворе стояла оттепель, смеркалось; по опустевшим городским улицам кое-где бродил народ. Запоздавшие на базаре мужики, лежа в санях, перекликались и погоняли лошадей. На самом краю города, в харчевне виднелся огонь. У крыльца, на площадке, густо …
«…На дворе стояла оттепель, смеркалось; по опустевшим городским улицам кое-где бродил народ. Запоздавшие на базаре мужики, лежа в санях, перекликались и погоняли лошадей. На самом краю города, в харчевне виднелся огонь. У крыльца, на площадке, густо …
«…В первых числах прошлого января, в одном из старинных домов Москвы, в одиннадцать часов вечера, мужчина лет шестидесяти, невысокого роста, худощавый, стоял небрежно, прислонясь к мраморному подножию огромной порфировой вазы. Заботливая судьба очерт…
«…В первых числах прошлого января, в одном из старинных домов Москвы, в одиннадцать часов вечера, мужчина лет шестидесяти, невысокого роста, худощавый, стоял небрежно, прислонясь к мраморному подножию огромной порфировой вазы. Заботливая судьба очерт…
«…Есть на Волге утес, диким мохом оброс
Он с боков от подножья до края,
И стоит сотни лет, только мохом одет,
Ни нужды, ни заботы не зная…»
«…Есть на Волге утес, диким мохом оброс
Он с боков от подножья до края,
И стоит сотни лет, только мохом одет,
Ни нужды, ни заботы не зная…»
«…Свекор Спиридон Агапыч сегодня был как-то особенно суров и старался не смотреть ни на кого. Сноха Домна понимала, что он трусит. А вдруг наедут и накроют раскольничьего владыку Ираклия, которого уже давно выслеживают? Не пустил бы его к себе Спирид…
«…Свекор Спиридон Агапыч сегодня был как-то особенно суров и старался не смотреть ни на кого. Сноха Домна понимала, что он трусит. А вдруг наедут и накроют раскольничьего владыку Ираклия, которого уже давно выслеживают? Не пустил бы его к себе Спирид…
«…А весна, как струна, завывает в груди,
Завывает и сердце щекочет…
Я люблю – а весна всё сулит впереди
И несбыточной сказкой морочит…»
«…А весна, как струна, завывает в груди,
Завывает и сердце щекочет…
Я люблю – а весна всё сулит впереди
И несбыточной сказкой морочит…»
«Как жизни общие призывы,
Как увлеченья суеты,
Понятны вам страстей порывы
И обания мечты;
Понятны вам все дуновенья,
Которым в море бытия
Послушна наша ладия.
Вам приношу я песнопенья,
Где отразилась жизнь моя:
Исполнена тоски глубокой,
Противоречий…
«Как жизни общие призывы,
Как увлеченья суеты,
Понятны вам страстей порывы
И обания мечты;
Понятны вам все дуновенья,
Которым в море бытия
Послушна наша ладия.
Вам приношу я песнопенья,
Где отразилась жизнь моя:
Исполнена тоски глубокой,
Противоречий…





















