литература 19 века
У купца Амоса Потапыча Семишкурова подтасовались сразу три радости: Станислава на шею получил «за благочестие и позлащение иконостаса», дом новый окончил постройкой и переехал в него на новоселье, заняв «под себя» большое помещение и заново омеблиров…
У купца Амоса Потапыча Семишкурова подтасовались сразу три радости: Станислава на шею получил «за благочестие и позлащение иконостаса», дом новый окончил постройкой и переехал в него на новоселье, заняв «под себя» большое помещение и заново омеблиров…
«Есть уютный и милый городок недалеко от Киева. В Малороссии. Все равно как он называется, но известно, что там живут и хорошие, и дурные люди, и счастливые, и несчастные – совершенно, как во всяком другом городе…»
«Есть уютный и милый городок недалеко от Киева. В Малороссии. Все равно как он называется, но известно, что там живут и хорошие, и дурные люди, и счастливые, и несчастные – совершенно, как во всяком другом городе…»
«Все были недовольны.
Пока никто еще не говорил ни слова, но ясно было, что все недовольны. Неприятности начались с минуты приезда на станцию. Шел дождик, облака бежали низко. Озеро тянулось серое, тусклое. И оказалось, что до имения Столбы, где две …
«Все были недовольны.
Пока никто еще не говорил ни слова, но ясно было, что все недовольны. Неприятности начались с минуты приезда на станцию. Шел дождик, облака бежали низко. Озеро тянулось серое, тусклое. И оказалось, что до имения Столбы, где две …
«Хотя многие из наших газет имеют притязание быть „органами общественного мнения“ (а не личными органами редакторов или же отдельных кружков), было бы однако же, иной раз, величайшим для общества оскорблением признавать их выражением общественной мыс…
«Хотя многие из наших газет имеют притязание быть „органами общественного мнения“ (а не личными органами редакторов или же отдельных кружков), было бы однако же, иной раз, величайшим для общества оскорблением признавать их выражением общественной мыс…
«Еще не успевают закрыться двери театров, как уже начинаются художественные выставки, число которых растет с каждым годом, потом концерты, еще концерты, еще выставки. И все концерты и выставочные залы полным-полны, да и вне их, на улице, дома, в гост…
«Еще не успевают закрыться двери театров, как уже начинаются художественные выставки, число которых растет с каждым годом, потом концерты, еще концерты, еще выставки. И все концерты и выставочные залы полным-полны, да и вне их, на улице, дома, в гост…
«Батурин был близкий мне человек. Теперь он умер. Перед смертью он писал мне и просил меня издать его записки. И, странное дело, человек в высшей степени скромный, он просил при отдельном издании поместить его биографию. Вот уж задача-то неблагодарна…
«Батурин был близкий мне человек. Теперь он умер. Перед смертью он писал мне и просил меня издать его записки. И, странное дело, человек в высшей степени скромный, он просил при отдельном издании поместить его биографию. Вот уж задача-то неблагодарна…
«Шарлотта была дочерью смотрителя большого лютеранского кладбища за городом. Почтенный Иван Карлович Бух занимал это место уже много лет. Тут родилась Шарлотта, тут он недавно выдал замуж старшую дочь за богатого и молодого часовщика. Матери своей Ша…
«Шарлотта была дочерью смотрителя большого лютеранского кладбища за городом. Почтенный Иван Карлович Бух занимал это место уже много лет. Тут родилась Шарлотта, тут он недавно выдал замуж старшую дочь за богатого и молодого часовщика. Матери своей Ша…
«В Тифлисе, в мае, 17–19 числа, магометане-шииты праздновали дни Али, зятя Магомета и сына Али-Хуссейна. Эти три дня заслуживают описания как дни, в которые религиозный фанатизм людей Востока, развиваясь свободно и невозбранно, достигает своего высше…
«В Тифлисе, в мае, 17–19 числа, магометане-шииты праздновали дни Али, зятя Магомета и сына Али-Хуссейна. Эти три дня заслуживают описания как дни, в которые религиозный фанатизм людей Востока, развиваясь свободно и невозбранно, достигает своего высше…
Отношения Ф.В.Булгарина с III отделением всегда привлекали интерес литераторов и исследователей.
Отношения Ф.В.Булгарина с III отделением всегда привлекали интерес литераторов и исследователей.
«…Стуловы всей семьей сидели за завтраком. И старые и малые друг за другом протягивали ложки к блюду с обжаренным картофелем и молча усердно жевали. Глядели все спокойно и довольно; у подростков на щеках выступил веселый румянец и в глазах сверкал за…
«…Стуловы всей семьей сидели за завтраком. И старые и малые друг за другом протягивали ложки к блюду с обжаренным картофелем и молча усердно жевали. Глядели все спокойно и довольно; у подростков на щеках выступил веселый румянец и в глазах сверкал за…
Молодой пастор Бранд, человек несгибаемой воли, требует от себя и окружающих абсолютного, жертвенного служения Богу – по принципу «всё или ничего». Он отвергает любые компромиссы и житейскую мораль, сжигая за собой все мосты – личное счастье, семью, …
Молодой пастор Бранд, человек несгибаемой воли, требует от себя и окружающих абсолютного, жертвенного служения Богу – по принципу «всё или ничего». Он отвергает любые компромиссы и житейскую мораль, сжигая за собой все мосты – личное счастье, семью, …
Сборник Всеволода Гаршина «Красный цветок и другие истории» – это путешествие по самым тонким и ранимым струнам человеческой души. В этих рассказах, сказках и притчах писатель, которого современники сравнивали с библейским пророком за его совестливос…
Сборник Всеволода Гаршина «Красный цветок и другие истории» – это путешествие по самым тонким и ранимым струнам человеческой души. В этих рассказах, сказках и притчах писатель, которого современники сравнивали с библейским пророком за его совестливос…
Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк (1852–1912) – русский прозаик и драматург, автор повестей, рассказов и сказок для детей.
В книгу вошли сказки и рассказы, написанные в разные годы жизни писателя.
С детских лет писатель горячо полюбил родную уральскую…
Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк (1852–1912) – русский прозаик и драматург, автор повестей, рассказов и сказок для детей.
В книгу вошли сказки и рассказы, написанные в разные годы жизни писателя.
С детских лет писатель горячо полюбил родную уральскую…
Охотница за богатством Лиззи Грейсток легко покоряет сердце пожилого сэра Флориана Юстаса и вскоре становится очень богатой вдовой.
Будучи в душе авантюристкой, девушка легко заводит новых друзей и еще легче – новых врагов. Одним из них оказывается м…
Охотница за богатством Лиззи Грейсток легко покоряет сердце пожилого сэра Флориана Юстаса и вскоре становится очень богатой вдовой.
Будучи в душе авантюристкой, девушка легко заводит новых друзей и еще легче – новых врагов. Одним из них оказывается м…
Сёрен Кьеркегор (1813-1855) – датский философ, один из самых ярких мыслителей Нового времени, богослов, писатель и критик – по праву считается предтечей и одновременно основателем европейского экзистенциализма.
Философские работы, включенные в сборни…
Сёрен Кьеркегор (1813-1855) – датский философ, один из самых ярких мыслителей Нового времени, богослов, писатель и критик – по праву считается предтечей и одновременно основателем европейского экзистенциализма.
Философские работы, включенные в сборни…
Фалес, Пифагор, Платон, Аристотель, Гиппократ, Теофраст, Архимед, Евклид… Большинство этих имён хорошо известно любому человеку, знакомому с историей науки. Каждое из этих прославленных имен отделено от нас многими веками, и потому читателю интересно…
Фалес, Пифагор, Платон, Аристотель, Гиппократ, Теофраст, Архимед, Евклид… Большинство этих имён хорошо известно любому человеку, знакомому с историей науки. Каждое из этих прославленных имен отделено от нас многими веками, и потому читателю интересно…
Последнее десятилетие XVIII века, где-то на севере Шотландии. Волей судеб и кривых колес нерасторопного дилижанса двое случайных попутчиков, таинственный и сдержанный мистер Ловел, который явно что-то недоговаривает, и неугомонный антикварий мистер О…
Последнее десятилетие XVIII века, где-то на севере Шотландии. Волей судеб и кривых колес нерасторопного дилижанса двое случайных попутчиков, таинственный и сдержанный мистер Ловел, который явно что-то недоговаривает, и неугомонный антикварий мистер О…
«Утро едва начиналось, когда я выехал со станции Русской, последней перед Ставрополем. Дорога все еще шла по степи, но впереди, за мелким лесом, уже показывался город. Скоро ямщик своротил с большой дороги на проселок и повез меня к монастырю, от кот…
«Утро едва начиналось, когда я выехал со станции Русской, последней перед Ставрополем. Дорога все еще шла по степи, но впереди, за мелким лесом, уже показывался город. Скоро ямщик своротил с большой дороги на проселок и повез меня к монастырю, от кот…
«Жара невыносимая. Точно огнем жжет, будто стоишь, охваченный со всех сторон пожаром и напрасно жадно ловишь живую струйку…»
«Жара невыносимая. Точно огнем жжет, будто стоишь, охваченный со всех сторон пожаром и напрасно жадно ловишь живую струйку…»
«Принимая в соображение, что французов, англичан, не говоря уже о немцах, Шиллер пронял еще сильнее, чем нас, было бы любопытно выследить секрет этого могущества и живучести…»
«Принимая в соображение, что французов, англичан, не говоря уже о немцах, Шиллер пронял еще сильнее, чем нас, было бы любопытно выследить секрет этого могущества и живучести…»