литература 19 века
«Стужа, холод… Январь на дворе и дает себя знать всякому бедному люду, дворникам, городовым – всем, кто не может спрятать нос в теплое место. Он дает себя знать, конечно, и мне. Не потому, чтобы я не нашел себе теплого угла, а по моей собственной фан…
«Стужа, холод… Январь на дворе и дает себя знать всякому бедному люду, дворникам, городовым – всем, кто не может спрятать нос в теплое место. Он дает себя знать, конечно, и мне. Не потому, чтобы я не нашел себе теплого угла, а по моей собственной фан…
«Баю-баю-баю…
Один глазок у Алёнушки (дочь писателя. – Ред.) спит, другой – смотрит; одно ушко у Аленушки спит, другое – слушает.
Спи, Аленушка, спи, красавица, а папа будет рассказывать сказки. Кажется, все тут: и сибирский кот Васька, и лохматый де…
«Баю-баю-баю…
Один глазок у Алёнушки (дочь писателя. – Ред.) спит, другой – смотрит; одно ушко у Аленушки спит, другое – слушает.
Спи, Аленушка, спи, красавица, а папа будет рассказывать сказки. Кажется, все тут: и сибирский кот Васька, и лохматый де…
«– Вас желает видеть г-жа Маурина.
Ах, черт возьми! Маурина…
– Попросите подождать… Я одну секунду… одну секунду…»
«– Вас желает видеть г-жа Маурина.
Ах, черт возьми! Маурина…
– Попросите подождать… Я одну секунду… одну секунду…»
«Осенью, в 1864 году, меня назначили управлять Адрианопольским консульством. Консулом тогда в Адрианополе был молодой человек, Михаил Игнатьевич Золотарев. Он ехал надолго в Россию в отпуск и ждал меня с нетерпением на смену себе.
Дождливым октябрьск…
«Осенью, в 1864 году, меня назначили управлять Адрианопольским консульством. Консулом тогда в Адрианополе был молодой человек, Михаил Игнатьевич Золотарев. Он ехал надолго в Россию в отпуск и ждал меня с нетерпением на смену себе.
Дождливым октябрьск…
«Герой нашего времени» – единственный завершенный роман Михаила Лермонтова. Это социально-психологическая драма, в которой сюжет отходит на задний план, уступая все внимание главному герою – необычному, зачастую неприятному, сомнительному, непонятном…
«Герой нашего времени» – единственный завершенный роман Михаила Лермонтова. Это социально-психологическая драма, в которой сюжет отходит на задний план, уступая все внимание главному герою – необычному, зачастую неприятному, сомнительному, непонятном…
"Незнакомец отворил дверь, и Ваня с чрезвычайным удивлением увидел пред собою ряд больших комнат, где множество кормилиц носились с младенцами: иные кормили их грудью, другие завёртывали в пелёнки, третьи укладывали в постельку. Это был Воспитательны…
"Незнакомец отворил дверь, и Ваня с чрезвычайным удивлением увидел пред собою ряд больших комнат, где множество кормилиц носились с младенцами: иные кормили их грудью, другие завёртывали в пелёнки, третьи укладывали в постельку. Это был Воспитательны…
«…Будочник Мымрецов принадлежал к числу „неспособных“, то есть людей, совершенно негодных в войске. Эти неспособные большею частию происходят или из обделенных природою белорусов, или из русачков северных бесхлебных и холодных губерний. Мачеха-природ…
«…Будочник Мымрецов принадлежал к числу „неспособных“, то есть людей, совершенно негодных в войске. Эти неспособные большею частию происходят или из обделенных природою белорусов, или из русачков северных бесхлебных и холодных губерний. Мачеха-природ…
Классика готической литературы от признанного мастера ужасов!
Роман, ставший предшественником легендарного «Дракулы» Брэма Стокера!
«Кармилла» – одно из первых произведений о вампирах в истории литературы, написанное за 25 лет до знаменитого «Дракул…
Классика готической литературы от признанного мастера ужасов!
Роман, ставший предшественником легендарного «Дракулы» Брэма Стокера!
«Кармилла» – одно из первых произведений о вампирах в истории литературы, написанное за 25 лет до знаменитого «Дракул…
«…Никто из нас четырех не знал своих случайных спутников. Разговорились мы совершенно нечаянно, как можно только разговориться, сидя друг против друга в вагоне, в длинный декабрьский вечер. Угарный запах железной печи, зловещий тускло-желтый полусвет…
«…Никто из нас четырех не знал своих случайных спутников. Разговорились мы совершенно нечаянно, как можно только разговориться, сидя друг против друга в вагоне, в длинный декабрьский вечер. Угарный запах железной печи, зловещий тускло-желтый полусвет…
Мастер новеллы Проспер Мериме создал одни из самых ярких образов в мировой литературе, сочетая захватывающие сюжеты с исторически и этнографически точными описаниями корсиканской и испанской жизни. В настоящее издание вошли лучшие новеллы, среди кото…
Мастер новеллы Проспер Мериме создал одни из самых ярких образов в мировой литературе, сочетая захватывающие сюжеты с исторически и этнографически точными описаниями корсиканской и испанской жизни. В настоящее издание вошли лучшие новеллы, среди кото…
«…Никто из нас четырех не знал своих случайных спутников. Разговорились мы совершенно нечаянно, как можно только разговориться, сидя друг против друга в вагоне, в длинный декабрьский вечер. Угарный запах железной печи, зловещий тускло-желтый полусвет…
«…Никто из нас четырех не знал своих случайных спутников. Разговорились мы совершенно нечаянно, как можно только разговориться, сидя друг против друга в вагоне, в длинный декабрьский вечер. Угарный запах железной печи, зловещий тускло-желтый полусвет…
«Русские женщины» – это сборник поэм и стихотворений Николая Некрасова, классика русской поэзии, по праву занявшего одно из центральных мест на русском поэтическом олимпе. В настоящее издание включены одни из наиболее важных гражданских поэм Николая …
«Русские женщины» – это сборник поэм и стихотворений Николая Некрасова, классика русской поэзии, по праву занявшего одно из центральных мест на русском поэтическом олимпе. В настоящее издание включены одни из наиболее важных гражданских поэм Николая …
«О родина, святая родина! Какое на свете сердце не встрепенется при виде твоем? Какая ледяная душа не растает от веянья твоего воздуха?»
Так думал Владимир Ситцкий, с грустною радостию озирая с коня нивы, и пажити, и рощи переславские, свидетелей его…
«О родина, святая родина! Какое на свете сердце не встрепенется при виде твоем? Какая ледяная душа не растает от веянья твоего воздуха?»
Так думал Владимир Ситцкий, с грустною радостию озирая с коня нивы, и пажити, и рощи переславские, свидетелей его…
Учебное пособие предназначено для обогащения литературного образования учащихся, расширяет представление об исканиях русских писателей XIX века путем введения тем сопоставительного характера на базе изучения и оценки художественного мира А. П. Чехова…
Учебное пособие предназначено для обогащения литературного образования учащихся, расширяет представление об исканиях русских писателей XIX века путем введения тем сопоставительного характера на базе изучения и оценки художественного мира А. П. Чехова…
«Федор Петрович держал хорошую водку, ездил каждое воскресенье в церковь, где с необыкновенным приличием пел басом, бывал на каждой годовой ярмарке в соседних городах, торговал лошадьми и считался, по справедливости, одним из первых знатоков по этой …
«Федор Петрович держал хорошую водку, ездил каждое воскресенье в церковь, где с необыкновенным приличием пел басом, бывал на каждой годовой ярмарке в соседних городах, торговал лошадьми и считался, по справедливости, одним из первых знатоков по этой …
«Пер Гюнт» – бессмертный шедевр мировой литературы, драматическая поэма, философская притча о пути обретения смысла жизни и моральных ценностей!
Драматическая поэма «Пер Гюнт», с причудливым сочетанием реальности и мистики, социальной сатирой и филос…
«Пер Гюнт» – бессмертный шедевр мировой литературы, драматическая поэма, философская притча о пути обретения смысла жизни и моральных ценностей!
Драматическая поэма «Пер Гюнт», с причудливым сочетанием реальности и мистики, социальной сатирой и филос…
«Жив еще старичок-то – мой тятенька… ни единого волоска на голове, а тоже иное время пустится в присядку! чуден родитель!.. Когда же захмеляет, то всегда запевает: „Ай ты, молодость… буйная!“ разинет рот, а там ни одного зуба нет…»
«Жив еще старичок-то – мой тятенька… ни единого волоска на голове, а тоже иное время пустится в присядку! чуден родитель!.. Когда же захмеляет, то всегда запевает: „Ай ты, молодость… буйная!“ разинет рот, а там ни одного зуба нет…»