Волк 6: Лихие 90-е

— В наши дела не лезь, — сказал он напоследок Старому и отбросил пистолет.

Старый поглядел на оружие, выдохнул, потёр ухо, в котором от выстрела всё ещё раздавался звон, вытер пот со лба и торопливо побежал к чёрному ходу, захватив дублёнку на бегу. Не хватало ещё, чтобы повесили труп на него. Шарф выпал из рукава на пол, прямо в лужу крови.

А убийца нагло вышел через главный вход, где его ждала машина.

* * *

— Слышал, чё базарят, Ткач? — спросил Кисель, спускаясь по лестнице в тёмном подъезде. — Череп хочет на завтрашнем сходняке всех под себя подмять.

Говорили они оба тихо, чтобы никто ничего не понял. Ждать было некогда, новости срочные, приходилось обсуждать на ходу. Хотя время позднее, в подъезде никого.

— Некоторые за ним пойдут, — спокойно ответил пожилой Ткач рассудительным голосом. — Гриша — мужик матёрый, с опытом, чтобы про него ни говорили. Но он должен знать, что я, Остап и Слоняра ему этого не позволим. А нас троих за один раз… кто там идёт?

Кисель полез за пазуху, но расслабился.

— Здрасьте, — поднимающийся навстречу подросток лет пятнадцати, держащий в руках мусорное ведро, встал на лестничной площадке, уступая дорогу.

— Здравствуй, Серёжа, — строго сказал Ткач, поправляя очки. — Нельзя вечером мусор выносить, а ещё с пустым ведром нам навстречу попался. Примета плохая.

— Мамка заставила, — пацан вздохнул.

— Ну, что поделать. Главное…

Уши заложило от громкой стрельбы. Стреляли сверху, с третьего этажа, и снизу, со второго, из пистолетов. Кисель кубарем скатился вниз, а Ткач упал на ступеньки.

Киллер, забежавший снизу, добил Ткача выстрелом в голову. Второй, спустившийся сверху, направил пистолет на остолбеневшего мальчишку, который прижался к стене, выронив мусорное ведро.

— Оставь его, — приказал первый киллер. Голос приглушённый из-за вязаной маски. — Сказано, без лишней крови, или он спросит за это.

— Тогда ты нас не видел, пацан, — второй киллер хмыкнул и пнул ведро, которое с грохотом слетело вниз. — Мы знаем, где ты живёшь.

Оба сбежали вниз, перепрыгивая через тела. Парень немного постоял с приоткрытым ртом и быстро помчался вверх, иногда спотыкаясь на ступеньках.

Глава 6

Не думал, что в воскресенье у меня будет много дел. Собирался съездить в контору, потом встретить приехавшую на каникулы Тамару, и в целом всё, свободен весь вечер.

Но с самого утра на моей съёмной квартире раздался звонок. Звонили не на мобильник, а на стационарный, так что пришлось подниматься с дивана и идти в коридор, топая босыми ногами по холодному полу.

— Доброе утро, Максим, — сразу услышал я знакомый голос.

— Доброе, Виктор, — я откашлялся. — Что-то случилось?

— Ещё бы, — следователь прокуратуры Федюнин засмеялся. — Надо бы нам в вашу контору, там будут проверяющие из разрешительной системы, чтобы осмотреть ваше оружие. Вопрос важный, просто дело в том, что у нас пока нет бумаги…

— Ну, мы с тобой и так договоримся, — сказал я.

— Добро, тогда скоро буду.

Следователь — неплохой мужик, тогда помог мне с братом, и я поддерживал с ним нормальные отношения. Раньше закончим, раньше займёмся своими делами. Внезапные проверки стволов уже бывали, так что я сразу набрал Женю.

— Выходной же сегодня, ты говорил, Волк, — промычал он сонным голосом.

— Я тоже приеду. Надо показать наши пушки Витьке Федюнину. Походу, кто-то из похожих стрелял, вот и смотрят, всё ли у нас на месте. А я пока Лёню вызвоню.

Попил кофе и сразу поехал в контору. Там уже стояла служебная Волга, а следователь пританцовывал у двери машины, держа в окоченевших пальцах свою неизменную папку с молнией.

— А чего внутрь не зашёл? — я с ним поздоровался. — Не пустили, что ли?

— Да не, отчёт выслушивал по рации.

Проводил его и приехавших с ним оперов и офицера из разрешительной системы. Вскоре на такси примчался Женя и стремительно зашёл внутрь, на ходу гремя ключами от комнаты хранения оружием. Следом за ним на недавно купленной Тойота Королла прибыл Лёня Лесняков, наш ответственный за работу с органами внутренних дел.

— Ну и чего там? — спросил я, усаживаясь в своё кресло.

Федюнин и Лёня остались у меня в кабинете, остальные спустились в подвал с Женей. Следователь снял и отряхнул вязаную шапку, потом двумя руками взял кружку с чаем и подул.

— Ночью устроили побоище, — начал Федюнин. — Причём масштабное, столько трупов за раз было только летом. А я уж обрадовался, — он отпил чай. — Что как Гошу кокнули, то и спокойно в городе стало.

— Кого убили?

— Мясокомбинатовских постреляли целой пачкой.

— А Череп живой? — спросил я.

— Кто его знает, — следак пожал плечами. — Ничего про это не слышали?

— Нет, с утра сразу сюда поехал, никого не видел.

— Лады. Если чё, подсказывай.

— А мы тут при чём, Витька? — Лёня наклонился к следаку.

— Стреляли из пистолетов ИЖ, — сказал Федюнин. — Такие, как у частной охраны, их и побросали на месте всех покушений. Номера спиленные, вот и поступила команда проверить все ЧОП, которые по новому закону вооружены такими пушками. А такие пушки в городе пока только у вас есть.

— Все наши пистолеты или в хранилище, или выданы, — я достал свой. — Разрешения в порядке, номера на месте, никто не спиливал. Не удивлюсь, если пистолеты ушли из Читы, там какой-то мутный инспектор.

— Ты уже говорил про него, Максим, — Федюнин кивнул. — Но посмотрим, когда эксперты восстановят номера, говорят, это реально. Правда долго, у нас такое не делают, надо отправлять в другой город.

— Женя выдаст копию приказа, что за кем закреплено. Если будет нужно, можете съездить с ним, увидите оружие у дежурных сами.

Федюнин достал из папочки бумажку, посмотрел на мой пистолет, на пистолет Лёни, который он тоже носил с собой, а вскоре вернулись Женя с остальными.

— Всё тип-топ, — Женя показал большой палец. — Но просят съездить с ними на наши точки и на комбинат.

— Съездишь, Женька? — я посмотрел на него. — За пару часов управитесь, просто посмотрят, что все пистолеты на месте. И потом свободен до завтра.

— Ага. Макс, я тогда возьму твой паджерик? Он мне ещё нужен будет, по городу поездить.

— Без проблем.

Обычно, когда рядом милиция, Женя называл меня по имени, потому что клички нервировали сотрудников органов. Я достал ключи и подал ему, а доверенность на него всё ещё действовала.

— Я на Чейзере поезжу сегодня, — сказал я. — Всё равно пока без дела стоит.

— Охранника тогда возьми, тебе без него уже не положено ходить, — Женя выглянул в коридор. — Данька, поезди с шефом сегодня, водилой у него побудешь. Я тебе ствол выдам сейчас.

— А чего его Данила не зовёте, как Данилу Багрова? — Федюнин усмехнулся. — В любом случае, благодарочка за оперативность, закроем вопрос сегодня. А я думал, затянется на несколько дней.

— Волк, и чё как насчёт вечера? — тихо спросил Женя, когда все выходили из кабинета. — С нами? Там Дашка приехала, я хочу ещё Димку со Славяном позвать в рестик.

— Вечерком поздно заеду, так что без меня начинайте. Всё не пропивай только, — я хлопнул его по плечу.

— Да я ж не пью, кхе! Мы хотим опять в Шахерезаду зайти, крутое вроде место, да и Старый обещал нам поставить выпивку. Мне-то оно не надо, но остальные пьют. Если чё, шуми на мобилку.

— И аккуратнее, чтобы без приключений вышло. А то у нас и так хватает веселья.

Следак на комбинат уже не поехал. Опер и проверяющий сами сверят там номера пистолетов, посмотрят журналы, и к нам вопросов больше не будет. А по этому делу со стрельбой спрошу Студента, он скажет подробнее, кого убили и что всё это значит.

Впрочем, Федюнин тоже особо не скрывал, что это скорее всего борьба за власть среди братвы, и здесь не обошлось без Черепа. Следак всегда любил поболтать, но и Лёня говорил, да и я сам давно понял, что Федюнин только строит из себя простачка. Сам-то он умный и внимательно следит, кто и как реагирует на его слова.

— И что там с комбинатом у вас? — спросил он, продолжая пить чай в комнате отдыха.

За окном видно, как отъехал мой паджерик с Женей и остальными. Лёня достал из маленького холодильника банку молока, батон и колбасу. У двери встал Даня, высокий, но очень худой парнишка, принятый осенью. Вид миролюбивый и спокойный, зато это армейский снайпер, и тоже побывал в Чечне с остальными. Парни ему верили, так что я его взял без проблем. Стрелял он и правда хорошо.

— Много чего, — сказал я. — Лёня, расскажешь? Ты в курсе всех новостей.

— О, да там вообще в следующем году ты его не узнаешь, — бывший опер обрадовался, ему эта тема в последнее время нравилась. — Сейчас готовим под охрану склад горной взрывчатки, а там куча требований к хранению, ё-моё.

— Зачем? — следак удивился. — Чё вы там взрываете?

— Как зачем? Раз в месяц на карьере будут вестись взрывные работы, и потом добывать сырьё. А, там ещё построят цементный завод у карьера, чтобы далеко не ездить. Собственники привлекают инвестиции, хотят ещё один цех построить, и фабрику дообогащения запустить через пару лет думают. Так что как начнут работу, охренеешь от масштабов. И про железку уже думают, отдельную ветку чтобы быстрее строить, не к 2010, а раньше. И даже газон высадят у административного корпуса, чтобы всё цивильно было.

Лёня засмеялся, а я задумался. У руководства большие планы на растущий комбинат, хотя ещё ничего не запущено, первую очередь производственных цехов запустят только весной, по теплу.

Но это будет действительно огромный промышленный узел, намного больше, чем тот, что я помнил по первой своей жизни. А ведь тогда им было сложнее, ведь в самом начале было много проблем, часть из которых решили мы.

Был и Терехов со своими махинациями, и Нижегородцев, который тырил продукцию вагонами, и Черномор, которого я ещё не списывал со счетов. Были проверки, проблемы, нечистые на руки управляющие, не было собственного угля и работающей рядом электростанции. И ещё схрон оружия для боевиков, и долгоиграющие планы майора Богатова.

Кто знает, может, это действительно будет крупнейшее промышленное предприятие области, если удастся всё запустить. И тогда это место будет богатым преуспевающим регионом, а не нищей провинцией, где нет работы? Посмотрим.

Но для этого надо повоевать, ведь чем больше денег будет идти от комбината, тем больше будет людей, которые захотят с него кормиться. И с этим надо что-то делать. Так что посмотрим, ведь я точно не собирался сдаваться.

Следователь уехал, а Лёню я отпустил домой встречать гостей. У меня было ещё немного времени перед тем, как приедет Тамара, так что я поехал в кафе «Инга» увидеться со Студентом, как договаривались.

Кафе за городом давно стало точкой Студента, там он обычно и устраивал встречи. За последние полгода его бригада стала сильнее и больше, они смогли забрать несколько точек разваливавшегося мясокомбината, и денег, должно быть, гребли много.

У крыльца стояла единственная машина, Студент всё ещё ездил на крузаке, но на более новой модели. Сам он не забурел, не спился, не подсел на наркоту, а занимался тем, что делал и раньше.

Я прошёл через террасу, где раньше было летнее кафе, и открыл дверь в тёплый зал. В лицо сразу ударил жар и запах жареного мяса. Студент сидел в углу, о чём-то болтая с официантом, который что-то показывал в меню, иногда посмеиваясь. Наверное, Студент один из немногих братков, кто всегда спокойно живёт с персоналом ресторанов и кафешек, никогда на них не орёт и не выделывается.

— О, Волк, чё как оно в Питере? — Студент поднялся навстречу.

— Там неплохо, зовут пожить, но все мои дела здесь, — пожал ему руку и сел на мягкий стул. — У тебя как?

— Да вот, на днях отмечали удачное дело, ха! Иваныч ещё приехал с Читаго. Кстати, слыхал про Черномора, — он заулыбался и посмотрел поверх моего плеча. — Генка, принеси нам чё-нить похавать! Волк, ты теперь с охраной, я смотрю. Совсем деловым стал, ха!

— А меня мой зам без охраны никуда не пускает, — ответил я. — Так что теперь всегда хожу с человеком.

Официант ушёл, а вскоре притащил кофе и пообещал принести отбивную, блюдо дня от шеф-повара. Охранник Даня сел в стороне, поглядывая на меня. Бандитов он не любил, поэтому взгляд настороженный.

Были и другие посетители, обычные люди, в основном молодёжь, поэтому включали обычные попсовые песни, а не шансон. Только что после «Ты одна ты такая» от Дмитрия Маликова заиграли «Жёлтые тюльпаны».

— Что рассказывают, Ваня? — спросил я. — Про побоище ночное?

— Веселуха была, Волк. Сегодня сходняк у мясухинских, а трёх самых крутых авторитетов ночью положили гастролёры, которых самих загасили за городом. Череп это, точно он.

— Скорее всего. В его стиле, он же главным боевиком стал ещё когда Гоша живой был.

— Говорят, — Студент стал говорить тише. — Что это Череп Гошу грохнул лично и Ворона с ним за компанию, а выставил так, как все думают. Но дело такое, если сам там не был, то и хрен его знает, что тогда случилось.

Конечно, пивзаводу выгодно, чтобы все думали так. Хотя это как посмотреть, ведь, с одной стороны, это ответка за покушение на Крюкова. C другой, у Гоши было много знакомых, которые спрашивали за это и искали виноватых. Ведь после гибели крупного городского авторитета у многих из областных бандитов потерялись деньги на схемах, которые были связаны с Гошей. И им это не нравилось.

— А я слыхал про Черномора, ха, — Студент обрадовался. — Пацаны по всему городу угарают, как ты его прокинул, раз он свалил. Он же, кстати, сразу поехал к Эдику жаловаться.

— И что?

— Ну так что, Эдик его спросил, мол, кто тебя за язык тянул, когда ты грозился весь город подмять и пивзавод тоже. Сразу откуда-то узнал, старый, вот и свалил Черномор со своими богатырями, ха!

— Ну, ожидаемо, — я кивнул. — Зеки-то обычно следят за языком, а вот Черномору его и отчикать могут.

— И не говори, Иваныч вообще из-за этого злой. Доп***ся этот Черномор, так что пока он сюда не сунется. Кстати, — Студент уставился на меня. — Вот про зеков как раз базар есть, чё я тебя и позвал.

Принесли свиную отбивную вместе с отварным картофелем. Совсем горячее, от блюда шёл пар, пахло отлично. Такую же тарелку принесли моему охраннику. Я взял вилку и нож, начал есть, слушая, что говорит Студент:

— Короче, Иваныч попросил меня, чтобы я одним вопросом занялся. Типа что я тебя лучше знаю, а если он сам подойдёт, то это будет странно смотреться. Но он в долгу не останется.

— Какой вопрос, Ваня? — я наколол кусочек мяса на вилку.

— У него брательник недавно с зоны откинулся и хочет на работу пойти. Вот чтобы устроиться на комбинат.

— Тут смотри, Ваня, — я задумался. — Если он сидел, ему лицензию охранника не дадут. Или ты думаешь, что я смогу засунуть его управляющим?

— Не-не-не, чтобы он простым работягой работал на комбинате. Не знаю там, чё там делают сейчас? — Студент задумался. — Землю они там сверлят, или чё?

— Погоди, — я отложил вилку. — То есть брат Крюкова…

— Двоюродный.

— Так, то есть двоюродный брат Крюкова хочет идти на работу, — я задумался. — Не в братву, не в коммерсанты, не на точки, не управляющим, а простым рабочим? Это… странно, Ваня.

— А то! — он закивал. — Взбрело ему в голову, что на зону снова попасть может, и не хочет туда. Говорит, только обычная простая работа. Ходить на комбинат, — начал перечислять Ваня. — Жену завести, спиногрызов всяких сопливых, копейки считать. Как в том фильме было, никакой романтики.

— Странно, — повторил я.

— Да на него Иваныч весь день орал вчера, аж охрип. Потом психанул, говорит, своя башка есть, вот и не ной. А работы в городе мало, на железку только устраивать, или на комбинат. И думаем, лучше на комбинат, чтобы этот Витёк в городе не мелькал, а то вопросы будут. А на комбинате все приезжие, только тебя знаем.

— Это странно, Ваня, — снова произнёс я. — Даже не верится.

— Ну, не хочет подыхать молодым или в тюряге гнить, — Студент пожал плечами. — А в нашем деле до старости не доживёшь.

— Короче, Ваня, я в понедельник еду туда, увижу управляющего, спрошу. Но перед этим пусть он сам ко мне подойдёт, поговорю с ним.

— Я тебе отвечаю, Волк, он реально себе в голову вбил. Но благодарны, что уважил просьбу. Они пока всё равно на охоту в заповедник уехали, завтра будут.

— Я не обещаю, что выйдет, но поговорю. Потому что странно это, Ваня.

— Вот и я про чё. Так что базарь с ним, сколько хочешь.

Двоюродный брат самого крутого авторитета города, депутата и лидера мощной ОПГ, и хочет в простые работяги? В такое поверить сложно, вот и я засомневался. Надо разобраться, что это они там удумали. Но это в понедельник.

Пообедал, поехал дальше. Перед Новым годом запустили автобус из Читы в Новозаводск. Не совсем автобус, между городами ходили японские Истаны и Газельки, снятые с маршрута в самой Чите.

Транспорт пользовался популярностью, особенно среди студентов, ведь билет стоил дешевле плацкарта и чуть дороже общего вагона, и ехать надо было не всю ночь, а всего 5-6 часов.

Тамара приехала на одном из таких микроавтобусов. Её подружки с завистью смотрели, как я помогаю ей усесться в недешёвый Чейзер, на котором приехал аж с личным водителем. И даже фирменная раскраска на машине не портила впечатления.

Девушка была одета в тёплый красный пуховик, приличный, но уже староватый, зато было обязательная норковая шапка, которую не снимали даже в помещениях.

— Ну что, как поездка? — спросил я уже внутри машины, приобнимая Тамару за плечи.

— Да неудобно, — пожаловалась Тома, растягивая куртку. — Сзади подбрасывает, все в куче едут, ноги девать некуда.

— Я же предлагал вместе тогда ехать на поезде.

— Да вот не послушалась, Макс. А ты теперь с личным водителем?

— Эти дни пока да, с охраной хожу.

— А что-то серьёзное случилось? — с беспокойством спросила она.

— Ерунда, разобрались уже.

Заехали к ней домой, я проведал бабу Дусю, но долго сидеть за праздничным столом не собирался. Тем более, знаменитого цыплёнка так и не приготовили, он будет 31 числа.

— Поехали, — тихо предложил я, пока мы пили чай.

— К тебе домой? — она заулыбалась.

— На рынок.

— А зачем?

— Увидишь, — я усмехнулся.

— Так то как раз нужно, ага, — она начала собираться. — Я пуховик хочу другой себе взять, говорят, там завоз новый, а в Чите…

— Зачем тебе пуховик? — я прошёл к двери. — Есть кое-что лучше.

Теперь уже во дворе с любопытством смотрели, как я усаживаю её в машину. Проехали мимо того самого круглосуточного магазина, который тогда пытались ограбить у нас на глазах, а мы вмешались. Вывески не было, грязное окно кто-то разбил, внутри пусто.

— А магазин-то закрылся, — с грустью сказала Тамара. — Тогда так страшно было, помнишь?

— Уже столько всего случилось после этого.

— Женю тогда ранили, — она вздохнула. — А я же его видела в Чите, когда он на сессию приезжал месяц назад. Он с Дашей ходил, Ерёминой, помнишь её?

— Конечно.

— Она тоже приехала сегодня, но на поезде, утром.

Женя постоянно ходил с разными девушками, что для парня его возраста обычное дело. Но вот Даша, та самая девушка, наша одноклассница, которую мы спасли от маньяка, чем-то ему запала, потому что её приезда он действительно ждал, хотя особо и не говорил об этом.

— Вот кстати, долго жить будут, — я показал на дорогу. — Вон они все.

Мой паджерик проехал мимо нас, Женя посигналил. Уже вернулся с поездки и встретил гостей. Спереди сидел Слава, на заднем сиденье видны две девушки, должно быть, Даша и подруга Славы Катя. Сбоку примостился Дима, который прятал лицо от остальных. Я помахал в ответ, и они поехали дальше.

Поверить в своё счастье Тамара смогла не сразу, ведь я привёл её не куда-то, а в тот самый магазин «Мир Меха», который находился на рынке. Мне-то уже эти шубы по карману даже в самый пик продаж, так что хотел порадовать её. Правда, само заведение мне совсем не нравилось, ведь именно здесь закончилась одна неприятная история. Просто других таких у нас не было.

Тогда прежний хозяин магазина мало того, что сбил на машине дочку нашего Ярика, так ещё и наехал на отца, чтобы замять дело, и угрожал его жене. Мы с парнями вмешались, наподдав присланным быкам, но самого хозяина вдруг застрелил Слава. Тогда никто из нас не знал, что он самый настоящий киллер, работавший на Фрола. Хорошо, что смогли его вытащить из этого, но пришлось попотеть.

— Ты не шутишь? — всё спрашивала меня Тамара, разглядывая товар.

— Выбирай, что хочешь

Я посмотрел на висящие шубы и суетящихся продавщиц, которые оживились, как только поняли, что у меня деньги есть. Тем более, скоро закрытие, на улице быстро темнело, а у них так никто и не купил ничего за весь день.

— Вон та белая неплохая, — я показал рукой.

— Её и возьму!

— Подумай, не тороплю. И подумай про сапоги, пока на месте.

Сам я отошёл к окну, раздумывая над своими делами. Снаружи уже горели фонари, рынок закрывался, последние покупатели расходились, а продавцы закрывали точки. Обычно, рынок закрывали раньше, но раз уж скоро Новый год, работали до восьми вечера.

Вот и купил Тамаре шубу, как обещал в прошлый раз, лет через двадцать пять с лишним с этого самого дня. Только тогда слово сдержать не вышло, зато получилось сейчас.

Мысли прервал звонок, который прозвучал, когда открылась входная дверь. Я не сразу узнал Славку, который приподнял шарф и надвинул шапку, чтобы скрыть лицо. Опасается, что его вспомнят? Тогда зачем явился сюда? Хотя продавщицы помогали упаковать шубу, и на него никто не смотрел.

— Волк, на пару слов, — сдавленным голосом бросил он. — Срочно. Едва нашёл, Даньку на тачке увидел, он показал, где ты.

— Что такое?

— Да Женька опять встрял, — он скрипнул зубами.

— Напился?

— Да лучше б напился, — Слава покачал головой. — Он на пивзаводских с пистолетом наехал.

— Чего? — удивился я.

* * *

Чуть ранее, ресторан Шахерезада

— Э, Рафик, — Студент подозвал официанта. — Какого-нибудь вина поищи понтового, и вон за тот стол унеси, который у бильярда.

Смуглый официант кивнул и торопливо ушёл. Студент откинулся на спинку мягкого стула и потёр живот. Уже объелся, хотя вечер только начался. Зал уж набит почти наполовину, но скоро все места здесь будут заняты.

— Знаешь их? — спросил Макар, сидящий рядом, и присмотрелся к сидящим за тем столом. — Это же люди Волкова?

— Ага, — Студент кивнул и продолжил есть. — Вон тот — Женька Ковалёв, вон с того края Славка Шевцов, а тот, со шрамами и слепым глазом — Димка Чунга-Чанга. Все в Чечне были, а Слава и Дима сидели в яме у какого-то полевого командира. Говорят, их Ковалёв там едва нашёл. Димка, кстати, раньше с Майором ходил, но когда узнал, что это за падла на самом деле, чуть ему башку не отрезал. Потом куда-то пропал, думал, помер. А он живой.

— Всех знаешь, — Макар кивнул.

— Только вот тех, кто там побывал, уже примелькались друг другу.

— Отмечают они, — лицо Макара дёрнулось. — Ну, есть что отмечать, не каждый может похвастаться, что нагнули самого Черномора с его братвой.

— Ха, — Студент засмеялся. — Жаль, я не видел морду.

— Кстати, а Черномор далеко и не уехал, — Макар стал серьёзнее. — Кое с кем увиделся из наших в районе.

— И с кем? — Студент пристально посмотрел на него.

— Сегодня мне должны сказать, — Макар подтянул к себе кружку пива. — А то если скажу впустую, так предъява серьёзная за это будет. Иваныч обозлится, если это правда. А если обознались, и я назову, меня же и грохнут. Так что пока молчу, чтобы порожняк не гнать.

— Сразу мне скажи, как выяснишь, — Студент кивнул. — Главное, чтобы… а он тут чё забыл?

— С наступающим, Ванюха и Володя, — Душман подошёл ближе и отодвинул стул, чтобы сесть. — Счастья, здоровья в следующем году. Чей это год, кстати, будет? Точно, год Тигра. А я почему-то думал, что Дракона.

— Не верю я во всё это, — ответил Студент, пристального глядя на Душмана, а тот взял кружку с пивом и надолго припал к ней, будто хотел выдуть всё за раз.

Ваня давно уже не верил в его улыбки и помнил, как Душман тогда едва от него не избавился. И только предупреждение Крюкова заставляло Ивана держаться от Душмана подальше, иначе бы он разобрался с хитрым бригадиром.

Отправленная бутылка дошла до адресата. Женя выслушал официанта и приветливо махнул Студенту рукой в знак благодарности. Ваня кивнул в ответ. Женя жестом пригласил покурить, но Студент развёл руками, что пока некогда.

Тогда Женя и Слава вышли покурить сами, оставив девушек и Диму, который тщательно отворачивался, чтобы никто не рассмотрел шрамы на правой половине лица. Студент задумчиво посмотрел на него. Когда он видел его в прошлый раз, парень был совсем отбитым, даже ни с кем не говорил и хвостиком ходил за Майором. Сейчас изменился.