По лезвию ножа

как принять решение, сильный – после»

Кросс

Чуть позднее, а вернее спустя неделю у нас состоялся такой разговор:

- То есть ты пока не собираешься возвращаться обратно?

- Пока нет, - при этом эльф выглядел похожим на кота, укравшем со стола рыбу. Впервые вижу такой ехидную улыбку и столь хитрое выражение глаз. К эльфу возвращалась жизнерадостность.

- А что тогда планируешь делать здесь?

- Я еще не придумал.

И все же лесному эльфу не место здесь - слишком много внимания к себе привлекает, особенно разгуливая по ночам, его уже не единожды за призрака принимали.

- Почему так и не надумал вернуться? – стараясь снова поднять интересующую тему.

- Меня не было там год или около того, но слишком многое произошло за все это время. Не думаю, что меня примут таким… и все будет как раньше.

- А ты не рассказывай всем подряд все подробности. Так же как поступил со мной, - полный укора взглядом я уставился на него. - Главное, что ты знаешь кто ты, - твердо сказал я, но на этих словах он безрадостно рассмеялся. – Понимаю, иногда неприятно возвращаться к истокам, особенно после всего пережитого… одновременно и хочется и тяжело, но это твой родной дом.

- В том то и дело. Я не знаю кто я, - поправил меня он. - Я должен найти ответы на вопросы. Кем я стал? И почему?

- Могу заверить окружающих, что ты не опасный вампир.

- Опрометчиво, ведь ты не знаешь границ моих способностей. Ты не понимаешь! - разгневался он. –Когда-нибудь я могу потерять контроль над собой!

- Но до этого все было нормально. Даже когда тебя ранили, - припомнил я нападение с гончими. - Разве нет?

Эльф кивнул, подтверждая.

- Дэй, ты больше не подопытный кролик. Я скажу, чтобы они прекратили эксперименты с твоей кровью – меня бы это тоже раздражало. Подумай о возвращении домой, я могу тебя сопроводить до границы.

Дэй

Я проснулся и вспомнил, как не мог заснуть прошлой ночью и в итоге всю время промучился кошмарными воспоминаниями, не дающими забыться. Уснул лишь под утро и проспал до полудня.

Утреннее солнце было для меня практически убийственным.

Тяжелые воспоминания нагрянули отголосками.

Помню, как меня перевели в помещение с двумя окнами и там заперли. Это было еще одно испытание. Я спокойно переносил прямые солнечные лучи, но солнечные лучи на рассвете причиняли реальную боль. Находясь под давлением собственных мыслей, я внушал себе не бояться солнца и прятался, где свет не мог меня достать. В итоге я не мог спрятаться, ибо не было такого места, где солнце не могло коснуться меня. А когда я закрывал глаза, почти не замечал, как солнечные лучи подбирались вплотную ко мне, хотелось от них скрыться. Я испытывал настоящую боль от ожогов, которых на самом деле не было. Возможно, мне внушили эту боль, а может быть это был страх от осознания того, что я стал монстром и как обращенный должен не переносить солнечный свет. В конце этого бесконечного дня я дрожал на полу, сходя с ума от парадоксов, ибо мне казалось, что я весь горю. Только когда дверь отперли и жрицы Ордена вытащили меня в коридор я успокоился. Получается не я и не другие внушили мне этот страх. Чужая кровь во мне действительно боялась света, в то время как эльф во мне все еще очень любил и тянулся к солнышку. Это противоречие сводило с ума. Мне понадобилось длительное время, чтобы привыкнуть к изменениям, произошедшим в теле.

Вампир, который откажется вкусить кровь? Это я. Эльф, который чуть не внушил себе бояться солнца? Это тоже про меня. От этих противоречий я и сходил с ума.

В прошлом я слишком привык полагаться на магию. Меня удручало то, что я не мог сбежать. Ослабший и лишенный сил, я не мог придумать путей к спасению, постоянно был связан, а когда нет – находился под неустанным присмотром. Не получал шансов к реальному побегу. Но самое страшное, чаще всего я был один, а от себя самого - не сбежать.

После того как меня испытали солнцем, даже вампиры признали мое существование невозможным. Ужасный день продолжился страшным вечером. Создатель и его спутница пришли ко мне, чтобы завершить начатое – продолжить трапезу. Каждый раз, когда они кусали меня – я не мог справиться с болью. Гнусные воспоминания о том, как вампирша рвала клыками мою шею, жадно поглощая кровь большими глотками все еще продолжают возвращаться в ночных кошмарах.

Сейчас из коридора и за стенами был слышен топот ног, голоса людей. Как же я крепко спал, оказывается, что ничего не слышал.

По факту кошмар оказался реальностью так как мое тело действительно боялось солнца, но до ожогов не доходило, кожа краснела и покрывалась на освещенных участках мелкими пятнышками, в то время как душа продолжала возвышать солнце как любимый источник света.

Я быстро оделся, лишь потом выглянул в окно и не стал выходить. Эх, ведь сегодня стоял ясный день и у меня тут же пропало желание.

Впереди ждал еще один непонятный день, не предвещающий своим началом ничего интересного.

В Белом Ордене день за днем было ужасно скучно. А скуки я боялся страшно.

Стоило бы прислушаться к словам Сираеля о том, что мне необходимо скорее возвращаться в Лес. Но сначала нужно дождаться ответа сестры, именно поэтому я не тороплюсь с возвращением домой.

Получить ответ от сестры я могу только по ночью.

* * *

Кросс

Случайный прохожий в коридоре остановил меня, едва я зашел в здание. Лицо его я не узнал, но получил предупреждение о том, что я должен немедленно направиться в комнату для приемов.

Накопившаяся усталость от нескольких бессонных ночей подряд сказывалась на состоянии. Хотелось ругаться. Когда я был на задании внезапно набежали облака и начался ливень. Дождь закончился быстро, но я промок до нитки еще на пути. Плюс ко всему, я еще голодный с утра и поэтому был злой и раздраженный.

Но видимо от меня что-то срочное понадобилось, раз такая спешка. Смирившись, я поплелся с нескрываемым раздражением, которым хотел усмирить пыл вызвавшего меня, едва я успел вернуться. Вот эта наглость! Так теперь меня встречают?! Сразу на ковер с докладом, даже когда сообщать совершенно не о чем.

По дороге я вспоминал свои опасения по поводу оставшегося в здешних стенах эльфа. Каким увижу его? Восстановившим силы или упавшим духом? Ведь не могло же случиться что-то похуже моих страхов?

И что я увидел, едва войдя в комнату, предназначенную для личных встреч, а порой и тайных переговоров? Левая ее часть стала кабинетом, правая превратилась в спальню. В растерянности я застыл, едва приоткрыв дверь. Резкая смена обстановки главной приемной с чего бы это?

Вода неустанно капала с меня, грязные сапоги пачкали идеально чистый и тонкий ковер с ажурным рисунком. Обстановка комнаты разительно отличалась, да так что я едва узнал ее. Неужели я ошибся дверью?

- Сираель! Как же я рад тебя видеть! - с кресла, стоящего напротив окна, поднялся Дэй. - Только что вернулся? Ну как, удачно, я, надеюсь? – деловито спросил он.

Мне подумалось, что, наверное, я все-таки сплю и тайком ущипнул себя за руку.

- Кто меня вызвал? –поинтересовался я, с удивлением рассматривая белую одежду на эльфе. Такой белый наряд могут носить лишь маги Белого Ордена, причем включенные в список избранных. Маги ниже уровня магистра носили только синие накидки, а стоявший передо мной магии был лишен начисто. Почему он так одет?

- Я, - слегка улыбнулся он, не размыкая губ.

Для него это все что - только часть непонятной игры?

- Как сие понимать?! - рявкнул я, поспешно закрывая плотно дверь кабинета Главы. Так плотно, что, если я сейчас кого-то убью – будет неслышно.

- Ты же только что с дороги, я подожду, пока ты приведешь себя в порядок, - вдруг сменил тему разговора эльф.

Что это за тон? Откуда у него эта одежда? Присмотревшись, я даже заметил сережку в ухе с нашим темно-бардовым ониксом связи, такие были только у Магистров. Я был уверен, что Повелителям Светлого леса запрещено носить «не свои» украшения и уж чужие тем более. Я озвучил свою последнюю мысль вслух, с досадой признавая, что эльф проигнорировал мой вопрос о том, что здесь происходит.

- Ах, это… - Дэй задумчиво потрогал мочку левого уха. – Я принял решение немного помочь Белому Ордену. По крайней мере, консультации по вопросам магии и преподавание мне уже удается.

- Присоединился к Белому Ордену? – мне откровенно хотелось послать его туда, откуда он был родом, то есть в лес, но сдержал порыв. - Ты что совсем не собираешься возвращаться домой?

- Почему? Собираюсь…

Он это точно серьезно? Вступить в наши ряды - как это ему вообще позволили? Насколько я знаю действующего Главу… это слишком странно, чтобы быть правдой. Я сделал несколько шагов вперед.

Как?! Он собирается совмещать нашу деятельность и свое правление в Эльфийском Лесу? Хотя впрочем, вопросы власти и управления меня сейчас волновали меньше всего. Если Глава нашего Ордена и Первый Магистр одобрили его желание – мое слово, увы, уже не станет веским. Условные формальности похоже соблюдены, ему даже полагающиеся реликвии дали и предоставили соответствую одежду.

Я хотел сказать многое, но передумал, лишь покачал головой в знак неодобрения происходящим изменениям. Вместо этого я попытался придать голосу спокойствия:

- Рад, что с тобой все хорошо, - быстро сказал я и вышел.

Возвращаться в привычное место, которое практически считаешь своим домом, а внутри все не так, как было раньше – неприятное чувство. К чему ненужные изменения?

Но этот эльф был чертовски хорош, даже думаю слишком хорош! Ведь в кабинете по крайней мере стало заметно светлее, пусть и даже от одного его присутствия.

* * *

Стоял разгар ясного дня. Мне пора было уходить… но уйти один я не мог, поэтому следуя данному поручению, направился к выделенным покоям, чтобы уговорить кое-кого мне помочь, а его даже уговаривать не пришлось. Вот только я никак не предполагал, что буду так долго держать обиду на эльфа, за то, что тот сразу не открылся мне.

Едва я вернулся как со всех сторон меня окружили странные разговоры, очень напоминающие немаловажные сплетни.

- Вампир, что гуляет целыми днями на солнце - это неслыханно!

Я почему-то ожидал застать его уставшим. Но он сидел за столом, вчитываясь в длинный ветхий свиток, слишком поспешно сдвинув его на край стола, словно ставший вдруг совершенно бесполезным. Я прочитал название «Создания Индиго».

Белая рубашка с расстегнутыми рукавами, чтобы освободить запястья очень ему шла. И хотя вид у него был действительно чуть усталый, взгляд спокойных зеленых глаз был бодр и ясен, Он сделал мне знак подойти поближе, и легкая улыбка тронула уголки губ. Тут я запоздало вспомнил, что забыл постучаться.

- Ты вернулся, - его улыбка стала гораздо шире, обнажая красивые ровные зубы, идеально белые с обычными на человеческий взгляд клыками.

- И уже ухожу, - сказал я только два слова, но как многозначительно они прозвучали.

Он отложил гусиное перо в сторону, снова поднимая на меня взгляд.

- Когда? – голос у него так и остался слегка хрипловатым.

- Завтра вечером истекает срок. У меня задание. Надо выезжать сейчас… - пояснил тихо я, и про себя продолжил: «Иначе не успеем…»

- Куда?

- Это далеко отсюда.

- Мне нужно поехать с тобой? –осторожно спрашивает он, словно проверяя меня на искренность.

Отказать было трудно, особенно тогда, но я хотел поступить честно с другом, поступившись чувством долга. Я не считал его объектом для исследований, поэтому отрицательно покачал головой, и следом добавил:

- Не обязательно. Но дорогой не хотелось бы привлекать внимание твоими острыми ушами.

Он поднялся, отбросил белые волосы назад и взглянул мне в лицо.

- Мне ты можешь не лгать. Ты ведь за мной пришел?

- Я… нет. Ты должен разобраться в себе перед возвращением домой. А не терять время здесь! – разошелся я и продолжил дальше. – В конце концов это недостойно твоего статуса.

- Я понимаю твои опасения, - сказано было неожиданно твердым тоном, почти без хрипоты. – Но это же будет так весело!

Мне нечем было крыть. Эльфа даже не пришлось уговаривать!

Но одно дело присматривать за странным эльфом и совсем другое дело - быть напарниками день ото дня, подвергаясь и подвергая каждодневно опасностям различной степени. Мне бы не хотелось бы отвечать за случайную гибель Правителя лесных эльфов. Закончится сей масштаб трагедии явно не скандалом, а грозящей людям войной.

Если бы я знал тогда, к чему все это приведет… я бы не стал спасать из чувства жалости.

Я уж точно бы не стал отныне ввязываться в крайне сомнительные авантюры и браться за странные задания «одно хуже другого».

Потому что, я подозревал, что эльф что-то скрывал. И это «что-то» было многим, о котором он считал нужным отмалчиваться из-за своих соображений, будучи достаточно скрытным и недоверчивым по натуре. Вот, пожалуй, из-за таких недоговорок и случаются разные неприятные события.

В ту ночь мне приснился странный сон.

Сложно представить этого взрослого эльфа маленьким мальчиком лет так пяти-шести. Белокурые волосы, заплетенные в косу, цепкие ярко-зеленые глаза, черты лица еще округлые, но вполне узнаваемы, если включить воображение. Я просто не мог представить кем еще мог быть этот несносный ребенок, вскруживший голову своему наставнику и наставнице, которые с ног чуть не сбились в поисках пропавшего дитя.

Несмотря на то, что издали я видел Эльфийский Лес, внутри конечно не был. Не видел и их городов. Их величия и таинственной красоты. Белые стены со всевозможными и завитушками, на белых стенах рунные письмена, защищающие от времени и разрушения, делали их практически вечными и неизменными.

Ребенок вышел из величественного здания на главной площади, посередине которой был фонтан, скрылся от внимания, вильнув в сторону прилежащей улицы, потом еще и еще, пока не нашел нужное местечко. Судя по не оживлённости этой улицы, тайному месту для чародейств и прочих детских чудачеств. Однако, это место казалось принадлежало только ему. Рядом находилась лавочка плетельщика корзин. Маленький мальчишка видно, что привычным жестом отодвинув в сторону нагромождение из корзин, освобождая пространство у стены. Я так и не понял, дело было в определенной стене и месте, либо это было просто его излюбленное место. Или место, где наставники его еще не находили.

Мальчик сосредоточенно стоял, выставил вперед руки, пока не произошло что-то странное в окружающем пространстве, и на стене, или скорее в ней, начал появляться проход в другой мир. Тот же самый портал, который создается и ставится лишь в определенных местах для сохранения целостности перемещения душ и тел, транспортируемых сквозь время и пространство. Здесь же наблюдался именно что проход в другой мир, который мальчик использовал как зеркало. Мальчик садился, скрестив ноги на солому и неотрывно с возрастающим интересом наблюдал, что там происходит за Гранью другого мира. Если он еще ребенком обладал такой мощью, то мне страшно представить настолько его способности развились к тому моменту, когда он уже участвовал в соревнованиях по магии… Ох, боюсь их зря вообще устраивали для соперников из года в год… Я отмахнулся от своих детских воспоминаний, которым здесь было не место, и сконцентрировал всё внимание на картине, которую наблюдал со стороны.

Кроме единорогов в том мире больше никого не было. Но тем не менее многие из них подходили и через образовавшийся портал между мирами и докладывали ему о своих потерях или наоборот пополнениях. Он словно был знаком со многими единорогами, но близкой дружбы не водил ни с кем, стараясь держаться со всеми ровно, строго и отстраненно, но всегда был понимающим. Мальчик слушал доклады, делился своими впечатлениями и пытался утешать, он интересовался чем мог бы помочь, и каждый раз вливал свою магию для помощи или исцеления. Единороги не могли лечить самих себя. Не могла их исцелить даже очищенная магией волшебная вода.

Все доклады сводились к одному – численность единорогов неумолимо сокращалась. Мальчик просил и призывал их следить за порядком, состоянием миром и равновесием сил добра и зла. Были ли единороги мифическими волшебными созданиями? Определенно - да. С трудом верилось, что они и правда существовали. И при этом еще они были богами, хоть и не нашими, но достойными благодарного поклонения и высокой веры. Они отвечали на искренние просьбы страждущих других сфер и миров, слали облегчение страждущим, исцеляли больных и выполняли желания, материализовывая мысли в реальность незаметно для нас влияя и на наш мир в тоже числе. Защищая и охраняя его от пагубного воздействия наших же грехов и ошибок.

Судя по всему, мальчик никогда не заходил в тот неизмеримо волшебный мир, не пересекая видимый контур синей окружности, просто наблюдая как в зеркале за происходящим со стороны. Может оно и хорошо, что ребенок не лез в другие миры. С другой стороны, такая мощная сила не могла остаться в стороне, неузнанной, неслышимой, его магия была нереально всемогущей и сейчас мне придется объяснить почему.

Мальчик не просто наблюдал за единорогами. Самозабвенно, с полным отрывом от реальности, его лучезарные глаза блестели от влаги, когда он плакал от очередной потери и сверкали от счастья, узнав от них какую-нибудь хорошую новость. Ему было интересно все, он внимательно слушал об безмерной алчности людей, об их непомерных желаниях, неумении ценить настоящее, отсутствия сознательного роста, жажды неумной власти, черной зависти и об остальных семи грехах человечества. Все то, что он старался делать -было не по силам ребенку, но мальчик старательно делал это для поддержания мира и помощи из чувства долга, собственной доброты или желания помочь. Подобное раз за разом оставляло неизгладимый отпечаток и оседало пеплом на его волосах. Так с каждым прожитым годом его поддержка влияла на другой мир, отражаясь белизной в волосах. Он растрачивал свой Источник, не жалея сил, не задумываясь об энергозатратах, затрагивающих собственную душу.

Повелитель лесных эльфов хранил множество тайн. Одной из которых было то, что он помогал сохранить количество единорогов и исцелял их своей магией, делился волшебством с ними. Была ли эта его закрепленная прямая обязанность или личное желание – я постеснялся спрашивать, но уважение к нему многократно возросло. Еще будучи малолетним ребенком, он выполнял свои обязанности правителя, пусть молча, может быть даже негласно, но он делал все, что было в его силах, а силы у него было хоть отбавляй. Вот он и делился ее с другим миром или даже мирами, привнося толику добра, которое затем приумножалось многократно уже через помощь единорогов людям.

Сон закончился разбитым зеркалом. Если так подумать разбитым уже достаточное количество времени.

Я никогда не задумывался о том, что потерял Дэй. Потому что…. Да потому со мной все было в порядке, и я даже не представляю каково это - потерять в одночасье всю магию. Это как лишиться всего, потерять часть души, часть жизни к которой привык, а ведь это звучит так же обреченно, как приговор лишиться жизненно необходимого воздуха. То, без чего ты не можешь жить, не видя смысла.

Подозреваю, что потеря всей магии оказалась последствием того, что он не сможет больше помогать выживать единорогам. Вследствие чего, как мне кажется, чаша весов добра и зла станет крайне неустойчива, а значит для нашего мира наступили крайне опасные времена. И пора начать к ним готовиться…

Черты лица мальчика были вполне узнаваемы. И хотя черты лица немного вытянулись, стали острее и взрослее, я не мог не узнать.

Дэй когда-то верил в сохранение равновесия. Что за судьба? Быть между двух граней и оставаться самим собой. Я с трудом мог представить себе кого-то более одинокого, чем он…

И теперь я не знал, как взглянуть эльфу в глаза. Потому что всей моей благодарности не хватит, чтобы выразить то, что он делал для всего нашего мира все то, время пока был самым сильным магом в империи.

Но его доброта и неистребимое желание всем помочь теперь стало мне понятным, несмотря на все то плохое, что сотворили с ним, эльф не терял в людях веры, питая надежду и любовь. Когда-нибудь эта доброта его погубит…

Глава 10 Дорога домой

«Дорога имеет смысл, если эта дорога домой»

Дэй стоял и задумчиво наблюдал за грозой.

- Нравится вид за окном?

Он ничего не сказал, лишь вдыхая воздух, наполненный ароматами мокрой листвы.

- Эти запахи успокаивают…

- Тебе говорили, что ты странный?! Гроза тебя успокаивает? Люди обычно ее бояться.

- А что делают маги? – Дэй наконец-то повернулся лицом ко мне и скрестил руки на груди.

- Маги? Заряжают амулеты и восстанавливают резервы в это время…

- В Лесу не бывает такого красивого буйства природы. Дождь бывает, но грозу я вижу впервые. Обычно у нас солнечно и тихо, птицы почти никогда не замолкают… а тут… Такая чарующая красота!

- Тебя можно понять… столько времени взаперти…

- Шум дождя – это счастливая песня, полная благодарности. Природа довольна, это сохранение жизни на земле.

- Как ты?

- Мне лучше. Нужно двигаться дальше.

Я с радостью продолжил заданную тему.

- Наверное тебе уже пора вернуться домой. Ты так и не послал в Лес весточку?

- А так это твое задание касается моего возвращения обратно? – догадался вездесущий эльф.

Мне пришлось утвердительно кивнуть.

- Думаю, тебе все здесь приелось.

- Полагаешь, что скука – это то, чего я действительно больше всего страшусь?

- Предполагаю…

- Я выяснил достаточно, подлечился и достаточно отдохнул. Мне пора возвращаться… Так что не отказывай мне в такой малости.

- Только не говори, что ты предлагаешь отправиться пешком и инкогнито до самого Леса, - ужаснулся я от ужасного предположения.

- Почему бы и нет, - Дэй оглядел мой взмыленный внешний вид и обреченно вздохнул.

- Я на службе и у меня есть другие дела…

- Другие дела, которые важнее сопровождения и охраны Повелителя Светлого Лесного народа? Я не предлагаю тебе ничего сверхъестественного. Разве вашим магам не нужно сотрудничество с эльфами? Считай это своим новым заданием – безопасное сопровождение почетного гостя до его дома. Это неплохое предложение, оплачиваемое и мне по крайней мере не будет скучно, когда есть с кем поговорить. Есть множество опасений, подозрений и сокрытия информации, о которых должен знать Кросс.

- Похоже здесь тебе действительно очень скучно…

- Кросс, скука - страшная вещь, она любого может свести с ума.

Я не мог не заметить, что он практически полностью восстановился, видимо отдых и хорошая еда способствовали этому, он набрал немного веса, волосы идеально выровнены, взгляд свежий, не блуждающий.

Я наслаждался природой и погодой как настоящий эльф. Снова был самим собой - был бодр и спокоен. В конце концов вечно бежать невозможно, особенно от самого себя.

Вот только народу на улице было слишком много. По какому поводу такое сборище? В основном молодежь на площади. Видимо фестиваль закончился и все как раз расходились по домам с него.

И вот впереди я заметил парня с кровоточащей раной на руке. Правый локоть был в крови. Ссадина, синяк и запекшаяся кровь. Я долго рассматривал его. Шел за ним, словно магнит, притягиваемый к железу. Потом заметил странность и спросил себя: что это я делаю? Почему я непрерывно слежу за его рукой? Почему принюхиваюсь к запаху? Почему гадаю – где и как парень лет двадцати мог получить травму? Упал или подрался? Парень был полупьян, шел спереди и ругался.

Кросс попытался обойти колонну шумной молодежи. Но мне нравилось идти так в середине толпы. Чужим я здесь себя не чувствовал. Я слишком долго томился в одиночестве, чтобы бояться толпы. Я соскучился по такому шуму, по чужому веселью.

Хочу ли я его крови? Нет. Не желаю. Но тогда почему в горле так сухо и так часто сглатываю слюну.

Все было слишком просто. Ответ лежал на поверхности. Я в упор отказывался верить собственным глазам. Да глаза не стали ли они красными? Опасливо и осторожно бросил взгляд на обогнавшего Кросса впереди. Он поджидал меня. Я прошел мимо него – он ничего не сказал. Тогда я посмотрел ему прямо в глаза.

- Говорят эти солнечные дни последние, обещают шквальный ветер, дожди, ливни, грозы и похолодание.

Я кивнул и оступился. Это солнце слепило глаза. Солнечный свет причинял такую боль уставшим глазам, что хотелось скрыться от него в тени. Видимо солнечный свет ослепил меня. Перед глазами был белый густой туман, скоро он обволок меня, и я перестал видеть все вокруг даже собственной руки, все пространство вокруг меня заполнил плотный и густой дым с запахом крови. Я не понимал, где я находился, что случилось с окружающим миром, куда он делся? Мгновение спустя, белый туман превратился в море, заполненное кровью. Мир, окрашенный красным, белым и черным цветами оглушило боль, и я упал, проваливаясь куда, словно пропуская шаг на лестнице.