Полная версия
Фантазия очень боялась повернуть голову. Она смотрела себе под ноги, и ее охватил безумный страх, когда на ее же глазах белые волосы, подобно липким водорослям, стали обвивать ее ноги.
Колени затряслись, ладони пропотели, а голова, будто повинуясь чьей-то воле, медленно повернулась. Фантазия сама удивилась, как не завопила от страха. Лицо Белой Ведьмы было прямо перед ней. Кожа стала серой, глаза приоткрыты, но в них только тьма, улыбка — как кривой шов.
На ее же глазах голова Ведьмы с тревожным хрустом опустилась на бок, а потом перевернулась вниз. Само ее тело осталось на месте. Удлинилась только шея, двигающаяся подобно змее. Белые волосы развивались во все стороны, ползая по стенам со звуком сотни сороконожек.
— Я единственная, кто знает правду, — продолжала Белая Ведьма искаженным насмешливым голосом. — Почему, что и как произошло… В чем вся суть трагедии…
Быстро моргнув, Фантазия потерла глаза от резкой боли. Когда руки опустились, девочка к облегчению увидела, что все стало прежним. Белая Ведьма сидела за столом как обычно, став истинным сказочным созданием. Запахи сладостей и мельтешение мышек тоже возобновились. Приложив руку к груди, она облегченно выдохнула.
— Ты что-то упоминала о задании Горгофоны, — затейливо проговорила Белая Ведьма, коснувшись пальцем губ. — Как думаешь, что это может быть? Что тебя ждало в том шкафу?
— Я пойду, — не стала более поддерживать разговор Фантазия, развернувшись.
— Ой, уже? А я думала, тебе нужно это, — проворковала она, подняв руку.
Без какого-либо желания Фантазия остановилась и обернулась, тут же вытянувшись в лице. На ладони Белой Ведьмы сидели те самые поломанные часы, державшие ключ и болтавшие ножками.
Заметив, как девочка изменилась в лице, Ведьма растянула губы в довольной улыбке.
— Ты же собиралась уходить? — игриво поинтересовалась она, чем вызвала у Фантазии хмурость.
— Верни, — потребовала она, вытянув руку. Подходить ближе Фантазия не решалась.
Белая Ведьма озадачено наклонила голову.
— Вернуть? Что тебе вернуть?
— Хватит дурочку из себя строить! Верни!
— Хе-хе. Не верну. Часы-то мои.
— Что? — изумилась Фантазия. — Это… Твои часы? Но как они…
Опустив руку, Белая Ведьма погладила часы кончиком пальца другой руки, не боясь пораниться, пока те как ни в чем не бывало сидели на ее ладони, сжимая ключик.
— Они родом из того же места, что и я, — объяснила Белая Ведьма. — Мы из одной линии времен. Это я их тебе подкинула.
— Зачем?
— Зачем спрашиваешь, — задумчиво проговорила Белая Ведьма. — Знаешь. Мне сильно осточертел твой сценарий. Одно и тоже, и всё по кругу, а толку никакого. Мне надоело наблюдать и не получать результата. Поэтому на сей раз я вмешаюсь и сделаю по-своему. Все это время вы, перевертыши, следуя заданию Лакримозы Вондерфул, видели лишь ложную правду, я же на этот раз покажу тебе истину. Самое начало трагедии. Наслаждайся с первых рядов! — радостно выкрикнула она, щелкнув пальцами.
За место женщины на столе сидела белая пушистая кошка с большими желтыми глазами. На ее спине сидели часы, так и не отпустившие ключ. Издав протяжный мяу, кошка спрыгнула со стола и побежала с поднятым хвостом.
Раньше в той стороне была лишь стена с картиной, но теперь там была винтовая металлическая лестница, покрытая ржавчиной и заставленная свечами на ступенях. Когда кошка пробежала, огонек качался на фитильке, грозясь затухнуть.
— Как же я устала бегать, — вздохнула Фантазия, но деваться было некуда.
Винтовая лестница была уже, чем казалось, и чем выше она поднималась, тем темнее вокруг нее становилось. Если бы не свечи, ступенек девочка бы не разглядела.
Устав бежать, она остановилась, положив руку на перила, чтобы отдышаться. Сверху эхом раздалось новое мяуканье. Сколько еще нужно бежать и что там ее ждет?
Одно лишь было ясно: без ключа путь обратно ей закрыт. Осталось только бежать и встретить то, что будет наверху.
Пока бежала, слышала только свое сбивчивое дыхание и шаги, но не заметила, как споткнулась. Думала, что упадет, ударится об ступеньку, а на самом деле… Она упала, не ощутив боли, но только прикрыла глаза, как по сетчатке резанул яркий свет.
— Что… Что это? — робко произнесла она, прикрывая глаза рукой и сев на колени.
Везде было ярко. Ярче, чем при лунном свете. Это было… Солнце? От этого света было очень тепло. Опустив руку, Фантазия перестала дышать, все никак не привыкая к этой яркости.
Здесь было очень тепло и легко дышалось. Интерьер был новеньким: деревянный пол сверкал, отражая Фантазию почти как зеркало, картины на стенах были как живые, через окна лился солнечный свет, колыхая чистые шторы.
Фантазия поняла, что это был тот же самый коридор, только теперь оживший от мертвого сна. Оглянувшись по сторонам, Фантазия встала на ноги. Пройдя пару шагов вперед, она увидела белую кошку с часами на спине. Она смотрела в окно, и Фантазия пошла, встав рядом.
— Готова увидеть начало трагедии? — спросила Белая Ведьма, положив лапку на стекло.
Запись 16 - Истязание
Эта трагедия точно такая же, как этот особняк. Чистая снаружи для обывательских глаз, но грязная внутри, как внутренности сдохшей крысы, которую едят личинки под полом. Тяжёлая и при этом невидимая. Находясь здесь, хочется лишь умереть.
Фантазия подошла к окну, где сидела Белая Ведьма в облике пушистой кошки с часами на спине. Опустив взгляд, она увидела залитый солнцем красивый и ухоженный летний сад. Там был большой фонтан, скульптуры, клумбы цветом, над которыми летали бабочки. Среди зелёных деревьев щебетали птицы.
А ещё там были люди. Молодая женщина в красном пышном платье сидела возле фонтана, сложив руки и нежно улыбаясь. Её внешность была ухоженной, осанка прямой, взгляд волевым, и в ней хорошо сочетались элегантность и гордость.
Напротив неё стоял мужчина с кистью в руках. Он посмотрел на даму, кивнул и, макнув кисть в краски, начал водить ею по холсту. Фантазия видела только его спину, но заметила, как они, о чём-то поговорив, оба рассмеялись.
Сцена выглядела очень тёплой и приятной глазу, что девочка уже начала забываться, словно видит приятный сон. Однако голос Белой Ведьмы вернул её в реальность.
— Я расскажу тебе историю. Историю о том, как Бог и Дьявол стали здесь единым целым и породили череду трагедий, в которой люди винили всех, кроме себя, — пушистый хвост метнулся в сторону, а голос Ведьмы стал каким-то тоскливым, что не могла не заметить Фантазия, взглянув на неё. — Перед тобой главные герои этого акта. Граф Холден Дик Голд Саммер. А женщина у фонтана — его жена, графиня Нельсида. Как видишь, оба счастливы и не знают горестей. Милая картина.
— Но при чём здесь я? — поинтересовалась Фантазия.
Белая Ведьма подняла на неё умную кошачью мордочку. От её взгляда девочке стало не по себе.
— Терпение, дитя. История только началась.
Шторы демонстративно задернулись, погрузив весь коридор в непроглядную тьму. Прозвучали хлопки, и Фантазия очутилась сидящей в кресле, освещённом словно из прожектора сверху, перед трёхэтажным кукольным домиком. Довольно большим, чтобы она смогла разглядеть всё его нутро в малейших деталях.
Комнаты, кухня, сад, гостиная, чердак, библиотека, кладовая, столовая, картины, лестницы, балконы… Всё было сделано настолько мастерски, что она боялась касаться.
В месте, что было похоже на гостиную, за круглым столиком с расставленными чашками сидели две игрушечные фигурки: медвежонка и лисицы. Медведь был одет в костюм, а лиса носила платье, точно такие же, как на тех людях, что она видела из окна.
— Так вот, продолжим, — заслышался веселый голос Белой Ведьмы, и игрушки сами по себе зашевелились, дергая лапками, изображая беседу. — Граф Холден и его жена Нельсида полюбили друг друга с первого взгляда, настолько их любовь была велика, что может показаться красивой сказкой. Род графа многие поколения славился талантливыми ваятелями искусства, и сам он был выдающимся художником, а Нельсида считалась первой красавицей в своих кругах. Всё у них было идеально. Но потом, — игрушки переместились наверх, в другую комнату с камином. Лисица опустила голову, прижав лапки к мордочке, а медвежонок сочувствующе поглаживал ее по плечу. — Нельсида узнала страшную правду. Она не могла иметь детей. Сколько бы они ни старались, детей в их тошнотворно счастливом браке так и не появилось. Холден же так сильно обожал жену, что не бросил, а наоборот. Вместе они разработали план, — над головой медвежонка появился восклицательный знак, и лиса подняла мордочку. — Если его жена не может ни зачать, ни выносить дитя, нужна была та, кто сможет это сделать за нее. А ребенка они потом заберут себе. Нельсида сомневалась, но в конце концов согласилась с мужем. Однако они аристократы и не могли позволить этой идее выйти в свет. Потому Холден принялся искать достойных простолюдинок, готовых согласиться на это и не болтать лишнего.
Домик перед Фантазией стал плоским и сложился назад. Заместо него за веревочки сверху опустилась картина моря с белыми чайками, кораблем и мостом. Медвежонок с тростью и моноклем ходил по мостовой между темных бесформенных силуэтов.
— Долго граф искал то, что ему нужно было. Так долго, что они с женой почти отчаялись, — нарочито жалостливо продолжала Белая Ведьма за кулисами. — И вот однажды он пришел на пирс, где было много иностранных кораблей. Там он встретил давнего знакомого, что торговал, плавая по морю, — рядом с медведем появился грубого вида волк, и они пожали лапы. — Не смог Холдон держать все это в своей душе слишком долго, потому, разговорившись, признался в своих трудностях. Но друг не только поддержал, но и предложил одну идею. Он сказал: «Я недавно был в одной далекой восточной стране, и там мне продали необычную девушку. Волосы словно платина, кожа бела как снег, ресницы и брови тоже кристально белы. Только она слепа и очень слаба. Если хочешь, можешь взглянуть», — рядом с волком и медведем появился белый кролик с зашитыми глазами и теплой улыбкой. — Как увидел граф эту неземную красоту, обомлел до онемения в языке. Перед ним была совсем молодая девушка, похожая на призрака. Он хотел узнать ее имя, на что девушка неумело покачала головой. Друг ехидно ответил, что она еще плохо говорит на их языке, да и не было у нее никакого имени. А из-за того, что она вечно молчит, он прозвал ее Виспер. И вот с этого момента, — голос Ведьмы стал приглушенным и зловещим. Свет погас и вновь появился. Игрушки и декорации были разорваны в клочья, валяясь на полу кучкой мусора. — Трагедия сделала свой первый ход.
Открыв глаза, Фантазия подняла голову к окну. Стекл больше не было, а рамы заросли зеленым плющом с какими-то диковинными синими цветами, внутри которых был движущийся глаз. Девочка испуганно отошла и заметила, что весь коридор особняка порос растениями. Трава пробиралась через доски, кусты торчали из стен, корни, словно вены, обвивали все. Солнце при этом продолжало освещать через разбитые окна.
Здесь летали бабочки, стрекозы и ползала всякая живность. Сам дом казался давно заброшенным, судя по обшарпанным стенам и дырам, через которые проникал теплый летний ветер.
Здесь прыгали кролики, птицы вили гнезда, а еще Фантазия удивилась, увидев оленей. Целый коридор стал настоящей лощиной. Долго не решаясь, Фантазия делает первый шаг по свежей зеленой траве.
Ни животные, ни насекомые ее совершенно не боялись, они просто не замечали девочку, словно та соткана из тени. Белой Ведьмы она тоже больше не видела рядом с собой. Но это ее больше радовало, чем печалило.
Хотя был один минус: ключ от того шкафа она у нее так и не забрала. От этого остается лишь вздыхать и надеяться, что при следующей встрече у нее это выйдет.
Она не знала, куда теперь идти и что делать, пока перед ней не выскочил белый кролик с синим бантиком на шее. Бегло взглянув на Фантазию, он прыгнул в сторону и спрятался за аркой, которую будто занавески раскрывали гибкие и длинные веточки ивы с листьями.
За ними слышалось чье-то мелодичное напевание. Фантазия застыла, протянув руку. Эта мелодия… Она казалась ей знакомой, но, как и Белая Ведьма, эмоции эти были неоднозначными. Стук сердца стал перемешиваться с тиканьем часов, пока она не покрутила головой и, убрав рукой ветви, зашла внутрь.
Комната была огромной настолько, что здесь Фантазия казалась самой себе мышкой. Рядом со стенными возвышались стеллажи книг, среди которых ветвились кроны деревьев. Книги были и на полу, однако здесь были и игрушки: кукольный домик, деревянный конь в виде оголенного скелета лошади, за место больших кукол в платьях тоже сидели скелеты людей. Мишки, кошечки, кролики и другие игрушки были вспороты.
Рядом с вытянутым до потолка окном в мягком кресле кто-то сидел. Это явно была женщина, только вот вся ее фигура черна. На ней было белое простое длинное платье без всяких украс, ноги босы, на шее синяя ленточка, а на белых волосах, что опускались до самого пола, надета фата. Из черного лица Фантазия разглядела лишь бледно-розовые губы, сложенные в притягательную улыбку.
Эта девушка двигала головой из стороны в сторону, продолжая самозабвенно напевать. Рядом стоял деревянный столик с зеркальцем и пустым аквариумом, на дне которого лежал крест с четками.
— Простите, если я вас отвлекаю, — обратилась Фантазия, но сидевшая к ней дама продолжала мурлыкать под нос. Из-за того, что все ее лицо было черным, не понятно, видит она девочку или нет. — Вы меня слышите? Я просто не знаю, где я сейчас. Может… Вы могли бы мне как-то помочь?
Пение резко прекратилось, и только сейчас силуэт девушки в белом платье чуть наклонил голову. Она приподняла руку, поманив Фантазию пальцем, а затем указала на другое кресло рядом с собой.
— Вы хотите, чтобы я села? — неуверенно спросила Фантазия.
Девушка четко кивнула. Она ничего не говорила, да и не ясно, немая или прикидывается.
— Хорошо, — кивнула девочка и, подойдя к мягкому высокому креслу, села, сложив руки на коленях.
Она пару раз моргнула, поведя глазами по сторонам, прежде чем поднять непонимающий взгляд на девушку. Та просто улыбалась, смотря на нее в ответ.
Думая, с чего начать, Фантазия покосилась на аквариум.
— А это ваш розарий? — указала она пальцем.
Удивленно вздрогнув, девушка поджала руки к губам, но меж пальцев мягкая улыбка не дрогнула. Протянув левую руку, она опустила ее в аквариум и, подцепив тонким пальцем бусины, достала из воды. Капли капали, ударяясь о водную поверхность. Поддержав их так недолго, она протянула четки Фантазии.
Изумленная девочка ничего не сказала, только молча на нее смотрела. Девушка кивнула еще раз и дернула рукой в ее сторону, заставив крестик покачиваться и сверкать на свету.
Фантазия взяла его в маленькие ручки, рассматривая перед собой. В середине креста был бледный камень, но вдруг девочке показалось, что у него появилось веко и он моргнул.
— Ах! — испуганно ахнула Фантазия, скривившись от отвращения, когда увидела полноценный глаз, что смотрел на нее в ответ.
Свет снова гаснет без какой-либо причины, связь с телом полностью теряется, и Фантазия слышит лишь эхо спорящих голосов перед собой. Звук каблуков частых шагов, гневные вздохи и надрывные слова.
— Как ты смеешь так со мной поступать?! — истерично вопила женщина. Ее голос тонко балансировал между слезами и яростью. — Приволок это уродство в наш дом! Откуда ты только это взял?!
— Перестань орать! — рявкнул в ответ мужской голос. Женщина хрипела в моменте тишины. — Ты сама на это согласилась. Что тебя не устраивает? Ты хоть знаешь, сколько времени я потратил на это все? Лишь бы тебе стало лучше! И что я получаю? Упреки? Истерики?!
— Неужели ты сам не видишь? — взмолилась женщина. — Ты привел в дом дьяволова! Настоящего дьявола!
Мужчина обреченно вздыхает и, судя по звуку, заваливается на что-то мягкое.
— Это просто внешние дефекты. Да, согласен, выглядит она слишком необычно, но такие люди порой рождаются. Редко, но рождаются. Я читал об этом…
— Нет! Это дьявол! Дьявол! ДЬЯВОЛ!Она лишь с виду вежливая и беспомощная, но ты уже под чарами дьявола! Видела я, как ты на нее смотришь… Видела, как бережно обращаешься… На меня ты уже давно так не смотришь…
— Ты просто ревнуешь…
— ЗАМОЛЧИ! Я ходила в церковь! Мне все сказали как есть! Скоро в этот дом придут несчастья! Выгони ее! Выгони это отродье, пока не поздно! Мы найдем другую девушку! Мы… Что? Почему ты так смотришь?
— Я не могу ее выгнать.
— Почему?! Если ты этого не сделаешь, то я…
Что-то грохнуло, словно гром. Нет, мужчина стукнул кулаком по чему-то с такой силой, что чувство боли само залезло в голову от этого звука. Кричавшая женщина тоже замолчала, взвизгнув от испуга.
— Не могу, — протяжно, казалось, едва не плача, заговорил мужчина. — Не смогу я. Потому что она…
Вскинув голову с округлившимися глазами, словно проснувшись от жуткого кошмара, Фантазия опустила стеклянный взгляд на руки, державшие крест. Ее трясло. На металл упала капля пота, пока легкие пытались двигаться, проталкивая воздух в тело.
Оторвав глаза от теперь уже обычного креста, Фантазия увидела, что свет вокруг стал красным. Он вылезал из окна, ложась на все, что было, придавая жуткие плотные тени. Заставлял даже книги преображаться, наделяя их темной силой.
Это как ложиться спать и смотреть на темные предметы, что днем кажутся обычными до скуки, а по ночам превращаются в чудовищ, что просто ждали своего часа для развлечений.
Поведя головой в сторону, Фантазия увидела, что кресло, в котором сидела девушка в белом платье, пустовало. Оно было изрезано и чем-то испачкано. Что-то влажное. Мерзкий запах металла витал, как сигарный дым. От него хотелось кашлять.
Опустив дрожавшие ноги, Фантазия прижала крест к груди, никак не в силах перебороть накатывающийся ужас. У нее нет времени, чтобы привыкать ко всему этому кошмару. Ее трясет, ей хочется проснуться. Но мысли что-то оттягивает обратно. Сколько бы она до боли не жмурила глаза, это место не пропадает.
Заметив, что свет на полу немного не такой, она поворачивается к окну. Кап. Кап. Кап. На подоконник капает и стекает на пол. Каждая капля вызывает небольшие волны, и свет жидкости подрагивает, поддаваясь вперед.
Сначала видно лишь очертание темных ступней, по которым эта жидкость стекает, потом оголенные колени, рваные краям белого платья… Раскинутые руки, прибитые к оконным рамкам ножницами, безжизненно опущенная голова. Гладкие, чисто белые волосы грубо срезаны, оставив лишь короткие лохмотья, а сами были сброшены под ноги, измазанные кровью, как и изрезанное платье.
Рядом с самим окном на стене красными буквами много раз написано одни и те же слова:
Распятый Дьявол.
Вся стена была ими исписана. А еще Фантазию смутило, что самая испачканная часть платья была на животе мертвой девушки.
Раньше девочке казалось, что чего бы она ни увидела здесь, ее ничто не заставит почувствовать такую боль. Но, смотря на это все сейчас, она не смогла сдержать слез. Они просто лились из ее глаз. Без истерик, эмоций или крика.
Шмыгнув носом, Фантазия поспешила вытереть рукавом глаза, не замечая, что за ней стоит высокая бледная фигура Белой Ведьмы, смотрящей на все это без улыбки. Ее глаза закрыты, однако она видит все и без них. Потому поднимает голову на распятую девушку.
— Человеческие чувства, — бесстрастно проговорила Ведьма, испугав Фантазию, — порой бывают хуже демонов. Даже невинный с виду зверь становится чудовищем под тяжестью рока. По-истинному больно становится лишь тогда, когда сия боль и жестокость не заслужена. Птица, мечтавшая успокоить больного человека пением, была поймана и лишена крыльев. Не прошло и месяца, как она умерла, не в силах есть и пить. Пение стало для нее пыткой, а не любовью.
— Ты… Ты знаешь, что то об этом? — сипло спросила Фантазия, сжав пальцами крест.
Белая Ведьма опустила голову и скорбно улыбнулась, пожав оголенными плечами.
— Кто знает. У трагедии разный вкус и цвет, но шрамы она оставляет на всю жизнь, даже если самой жизни уже нет. Если ты сейчас соврешь, что ничего не вспомнила, я тебе не поверю.
Фантазия нахмурилась, отведя взгляд в сторону.
— Всё, что я вижу, бесцельно, — угрюмо сказала Фантазия. От всех этих воспоминаний ей становилось только хуже. — Нет ничего, чтобы я могла понять.
— Прямо как осколки разбитого зеркала, — усмехнулась Белая Ведьма. — То, чем ты и сама являешься, как и тебе подобные до этого. Теперь всё ясно. Я была права. Вот почему у них ничего не выходит, но они пытаются. Невозможно заставить ласточку с перебитыми крыльями вновь отпустить в небо. Однако, — Фантазия настороженно отпрянула, когда Белая Ведьма приподняла локоть, а потом и вытянула руку. На красивом пальце болтались те самыечасы, продолжавшие сжимать ключ. — Я могу открыть клетку и дать больной ласточке выбор. Остаться в клетке иллюзий хорошей жизни и продолжать тешить больной разум или попытаться коснуться небес и погибнуть, издав последнюю мелодию.
— Ты отдашь мне ключ? — не веря спросила Фантазия, думая, что это лишь очередная уловка. — Или это вранье?
Но прелестная улыбка Ведьмы вновь опускается, сделав ее лицо еще более невзрачным.
— Ты мне крест, я тебе ключ, — выдала Ведьма голосом, не терпящим возражений. — Ты сможешь покинуть этот давно ушедший в прошлое сон, вот только запомни. Дальше будет хуже. Они хотят, чтобы ты вспомнила золотой момент смерти самой души. Ведь через сны и кошмары они смогут добраться до безумного Кубика Рубика, что дремлет за пределами разума этой библиотеки.
Приподняв одну бровь, Фантазия озадаченно посмотрела на крест, а потом на качавшиеся из стороны в сторону часы.
— Я всё равно не понимаю, чего ты от меня хочешь, — искренне призналась Фантазия. — Я уже не знаю, что здесь сошло с ума: библиотека или ты. Я лишь хочу узнать, кто я. Мне нужно мое имя. Если ты его не скажешь, я продолжу делать то, о чем просила Лакримоза…
— Перспектива твоего пути уже изменена, — спокойно сказала Ведьма, опуская руку к девочке. Часы с ключом прыгают ей на плечо и садятся, болтая ножками, удобно устроившись среди пышных белых волос. Пользуясь моментом, Белая Ведьма забрала крест из руки Фантазии. — Можешь идти любыми снами, но ты больше не придешь туда, куда они тебя манили. Я буду и дальше вести тебя по следам трагедии, чтобы хоть ты поняла, что случилось. Ведь всё это — часть тебя самой. Новорожденный перевертыш. Собери мне другие атрибуты.
— Атрибуты?
— Да. Я буду водить тебя по этому пути до самого твоего конца. Взамен же прошу отдавать все атрибуты мне. Всё-таки я такой же богоот, как Лакримоза, Горгофона и любой хозяин этажа Либрариума.
— Если я это сделаю, то узнаю, кем являюсь?
Белая Ведьма наклонила голову набок, улыбнувшись. Теперь теплота ее улыбки казалась чем-то зловещим и неопределенным. Фантазия прищурилась, осознав, что уже забыла, с какой тварью имеет дело.
— Не знаю, — призналась Ведьма добрым голосом. — Это можешь узнать только ты. Видишь ту дверь? — Она повернулась влево, и Фантазия сделала то же самое. Там действительно была дверь, только вот… Она была коряво нарисована мелками. — Открой ее ключом и выйдешь в вагон поезда. Он отвезет тебя на следующий этаж. Второй ведь Эдем принадлежит Бетти Иб? Она неплохой богоот. Думаю, не разозлится, если я добавлю своих красок. Что же. Я, пожалуй, пойду. До следующей главы трагедии.
— Стой! Я хочу еще кое-что спросить!
Раздался звук треснувшего стекла, заставший Фантазию замереть. Лицо Белой Ведьмы покрылось трещинами. Звук повторился, и на землю посыпались осколки, превратившиеся в стайку бабочек. Все они пролетели мимо Фантазии, потом распятой девушки и вылетели в окно, исчезая в красной ночи.
Оставшись одна, Фантазия посмотрела на часы, протянула раскрытую ладонь, и те бросили ей в руку ключ, продолжая сидеть на плече. Бросив последний взгляд на мертвую девушку, Фантазия сжала ключ и пошла к ненастоящей двери, слыша за ней гудок поезда.
Глава 17 - Поезд, беседа и ножницы
Фантазия молча сидела в вагоне поезда, слушая успокаивающий стук и покачиваясь. Внутри всё поросло травой, цветами и камышами. За окнами пролетали верхушки древних лесов. Сначала всё было ярко видно, как днём, но Фантазия и не заметила, как её собственная тень стала чётче в оранжевом четырёхугольнике окна.
Свет солнца таял на глазах. Она ещё раз покачнулась и оглянулась назад. Всего миг, а за спиной ночь. Та самая, со звёздами, огромной луной и бесконечной тёмной синевой. Внутри вагона стало куда холоднее, тени стали больше, а над растениями засверкали огоньки светлячков.
