КНИГА 5. Жена Громовержца

Нападение гуся не следует считать слишком опасным происшествием даже вопреки тому, что клюв птицы имеет шипы. И все же укус может оказаться болезненным, а кровоточащая рана доставлять неудобства. Зная об этом, жители стараются обходить гусей стороной. Никто не тянет рук к этим птицам и не кормит их. Завидев издали гусиную семью, некоторые даже вооружаются палками или хворостинами, чтобы отпугнуть пернатого агрессора.

Посол же не был вооружен и убежать не успевал. Убегание от гуся обычно не покрывало позором голову беглеца, считаясь разумным уходом от неприятностей. Но бежать было некуда. Не хватало только в темноте свалиться в сугроб на радость молодой княгине и птице, которые, кажется, только и ждут, что гость даст слабину. И все же положение не было безысходным. Толстый мех медвежьей дохи защищал Агния словно броня. Тем не менее, воинственный гусь нашел брешь в этой надежной обороне. Резко поднявшись в воздух, гусь ударил посланца могучим крылом по лицу. Удар оказался неожиданно мощным. Агний от внезапности даже не успел подставить руку и защититься. Он попросту не ожидал нападения, будучи поглощенным спором с Дивой.

Все происходило очень быстро. Лишь мгновение, и над губой Агния показалась кровь. Вероятно, гусь сломал или ушиб гостю нос.

- О Сварог! - изумленная Дива сама не поняла, как ухватила дерущегося гуся за шею и отбросила в сторону, на двор. - Ш-ш-ш-ш-ш-ш, пошел отсюда, - шикнула Дива на гуся. Этого поучения пернатому оказалось достаточно. Он ушел, встряхнув перьями. А Дива поразилась своей ловкости, которой от себя не ожидала. Обычно разум ее дремал во всех неясных и опасных передрягах. А сейчас руки словно сами знали, что им делать, без советов мозга. - Загони его обратно в курятник. Или откуда он там вылез! - приказала Дива слуге, который как раз проходил мимо, неся в руках корзину. - Агний, прости, - развернувшись к гостю, Дива краем платка отерла кровь с его лица. А затем взяла в ладонь снег и приложила к ушибленному месту потерпевшего. - Видишь, защита нужна не только мне в эти суровые годины. Но и тебе, - пошутила Дива на сей раз без ехидства. И оказалась права, как бы это ни было забавно. - Надеюсь, ты не сильно пострадал?

- Ты колдунья? - Агний все еще не мог прийти в себя. Дело было не в гусиной атаке, а в том, что он прозевал ее. Раньше с ним такого не бывало. Кроме того, отправляясь в былые времена на неспокойные встречи, он всегда ожидал, что ему могут сломать нос, по меньшей мере. Но он никак не думал, что это сделает гусь на мирных переговорах с девицей.

- Нет…Хотя…- Дива оглядела Агния дружелюбно. Атака гуся пошла на пользу. Посол успокоился, ярость его утихла. Видимо, его сбило с курса это пернатое происшествие. - Тебе известно, что моим предком является князь Волхов? Говорят, могущественный был чародей…

- Правда? - Агний не знал таких подробностей. Держа путь к Ильменю, он и не думал, что ему придется изучать родословную жены князя города!

- Ну да, - подтвердила Дива. А затем, заботливо оглядев гостя, спросила, - болит?

- Нет…- и хоть кровь из носа все еще сочилась, Агний не обращал внимания на ущерб подобного рода. Тем более его голова была занята другими мыслями. От того он выглядел не то озадаченным, не то опешившим.

- Прости, - еще раз принесла свои искренние извинения Дива. Одно дело на словах глумиться над послом, другое дело - причинить ему вред.

- Да ты-то тут при чем? - Агний, в целом разгневанный на Диву, все же не винил ее за это происшествие.

- Наверное, при том, что если бы я сама могла усмирить тебя, то гусю не пришлось бы вмешиваться…

Сейчас Дива вновь казалась Агнию милой и забавной. Он вообще не понял, как мог разозлиться на нее. Ведь в ней нет зла, она не замышляет дурного. Просто она забияка. Такая же, как ее гусь. Но ведь он сам, мстительный Агний, не погнался за гусем, дабы воздать тому.

- Мне уже начинает казаться, что ты любого можешь усмирить, - не солгал Агний. Он смотрел на нее, и она снова нравилась ему. Хотя не так давно он был готов захоронить ее в сугробе.

- Но только не тебя. Ты слишком дерзок, - заметила Дива шутливо.

- Это я-то дерзок? - Агний смотрел на Диву, и теперь она не казалась ему далекой и недосягаемой, как вначале их знакомства. Тогда она сидела на троне, облаченная в величественный наряд, охраняемая могучей стражей. Ее слова были скупыми, а взгляд холодным. Сейчас она совсем другая. Близкая. Простая. - Да ты же любого доведешь.

- Гусь уже убрел. Но если ты продолжишь меня обвинять во всем подряд, Агний, то могут явиться псы, коты и петухи. Не думай, что тут никто не постоит за свою княгиню! - рассмеялась Дива, в целом довольная тем, что гусь пришел ей на помощь.

- Я ни в чем тебя не обвиняю.

- И правильно. Не следует обвинять правнучек чародеев. Мало ли что, - Дива не могла долго оставаться серьезной. После строгих разговоров ей требовалось отсмеяться в счет часов воздержания. Тем более ей, в самом деле, было весело. Ведь она понимала, что когда вернется в терем, то на нее опять найдет неодолимая тоска. - Ладно. Ступай и отдохни после всего, что пережил, - Дива представляла себе, каким разоренным чувствует себя гость. Будет знать, как выступать. В Новгороде и не таких воротил унимали! - А завтра мы вернемся к переговорам, ради которых ты проделал нелегкий путь.

- Ты даже не представляешь себе, что такое путь из Мурома в Новгород. Или вообще какой-либо путь по реке, спокойное русло которой внезапно оборачивается свирепым зверем, несущим тебя на камни, - Агний знал, о чем говорит. Он был опытным путешественником. Он ведал, в какое время следует пускаться в путь, а когда лучше переждать. Он был вынослив. Мог сидеть на веслах, долго не чувствуя устали. Умел он путешествовать и зимой и летом. Не по всему свету, разумеется. А по тем путям следования, по которым уже ходил и помнил, где можно расположиться на ночлег, а где останавливаться, вообще, не следует. - У тебя были отменные наставники, которые многое поведали тебе. Но иногда услышать недостаточно. И намного больше ты узнаешь, если хотя бы один день проведешь в ладье, с замиранием сердца вглядываясь вдаль, где тебя может ждать неожиданный поворот или обрыв.

- Ты будешь удивлен, но я провела в ладье даже не один день, а очень много дней, - Дива помнила свое путешествие в Дорестадт. Оно было долгим. И живописным. Слава богам, ей не встречались скалы, о которые можно было разбиться. Но зато ее пугали беспредельные просторы, когда драккар отдалялся от берега. - И видела реки, озера и море. Мне довелось не мельком зреть чужие земли, но жительствовать там.

- Неужто? - усомнился Агний. - Разве ты родилась не в Новгороде?

- В Новгороде.

- Как же ты тогда?..- недоумевал Агний.

- Возможно, однажды я поведаю тебе сию историю…

- Я бы послушал ее прямо сейчас, - Агний смотрел на Диву и видел, что она не против его общества. Совсем не против. А ему в голову, как назло, лезут навязчивые и несвоевременные мысли. Он хочет дотронуться до нее, хочет раздеть ее, хочет взять ее. Его мысли – это его личное. Он может воображать, что пожелает, не спрашивая разрешения у тех, чьи образы задействовал. И все же почему ему кажется, что она бы предоставила ему такое разрешение, будь оно необходимо?

- Не теперь, - вздохнула Дива. - Ты же видишь, что мой ум занят тревогами. И прежде всего я желаю обсуждать не свои странствия.

- А судьбу Инеяны и ее сына, - дополнил посол, который уже не мог слышать об этих людях. - И тут я не скажу тебе ничего нового, сколько бы мы ни обсуждали это. А впрочем, если так хочешь, можем обсудить хотя бы Инеяну, - Агнию, кажется, уже было все равно, о чем говорить. Он просто хотел остаться с Дивой сегодня.

- Ну да. Я и говорю. Мне ничего нового и не потребуется. Я лишь хочу, чтобы ты привел ко мне Инеяну. И вместе с ней моего племянника. Это обязательно, - Дива была из тех упрямцев, кто готов бесконечно долго бить в одну точку ради достижения цели. Повторять одно и то же, словно для слабоумного слушателя.

- Послушай, мой князь не хочет отпускать даже вдову, - Агний решил раз и навсегда прояснить вопрос, который казался ему не вызывающим сомнений. - А ты говоришь о ребенке, который в отличие от матери представляет опасность. Я хочу быть честным с тобой. И говорю напрямую. Хотя вижу, что ты этого не любишь. Скажу тебе то, в чем я убежден: мой князь никогда не отпустит этого ребенка. Никогда. Поняла?

- Значит, мальчик жив? - уста Дивы улыбнулись. Она уже опасалась, что эти злодеи совсем утратили человеческий облик и подняли руку на ребятенка.

Растянувшись в нелепой улыбке, Агний мотнул головой. Он проговорился. Хотя изначально не собирался этого делать, как раз дабы избежать излишних обсуждений того, что уже решено. Если спасать некого, то и не стремишься на подвиг. Лучше бы она не знала, что маленький княжич жив.

- Ну? Говори, - не отступала Дива, которая теперь выглядела радостной.

- Пока да. Но надолго ли? Возможно, пока мы говорим здесь с тобой…А может, к тому моменту, когда я добрался сюда…- Агний не стал завершать речи. Но этого и не требовалось. Все было понятно даже его слушательнице. - Дива, я сделаю все для того, чтобы он отпустил твою Инеяну, - это было впервые, когда Агний позволил себе обратиться к княгине Новгорода по имени. И неспроста. Таким образом он старался сблизиться. - Но за мальчишку я тебе обещать не стану. Не будет такого. Инда если он все еще жив. Он навсегда пленник. А это, считай, что мертв.

- А, ну да…- кивнула Дива в знак понимания. - Кстати…Агний, где ты родился? - спросила вдруг Дива, устремив взгляд в чернеющий лес вдали. Казалось, там должны жить колдуны и ведьмы. Одна ведьма там, точно, жила. И вот теперь Корочун забрал ее.

А тем временем Агний замер. Он ожидал упрёка. А этот вопрос Дивы как будто не просто неожиданный, но и в какой-то мере несвоевременный.

- В Муроме, - ответил посол, с облегчением выдохнувший. Наконец, они сменили предмет беседы, который непрерывно их ссорил. А Агний не хотел больше ссориться с Дивой. Теперь он жаждал от нее совсем даже противоположного и отдавал себе в этом отчет. А он был не из тех рохлей, которые долго запрягают.

- Там тоже выпадает снег? - полюбопытствовала Дива.

- Да. И реки замерзают.

- А когда ты был маленький, то радовался зиме?

- Очень. Не нужно было идти работать в поле. И можно было играть со снегом...- вспомнил Агний. - А потом греться в избе, быстро засыпая после гуляний.

- Отчего это дети так хотят играть? - задумчиво произнесла Дива. Не таким далеким кажется время, когда она сама любила игры. Но это в прошлом. Разве же ей теперь до подобных забав. - Как ты думаешь, сын Инеяны сейчас тоже хочет поиграть со снегом?

- Вот только не надо…- Агний теперь понял, к чему был вопрос о месте рождения. Она заходит издалека. Как охотник, подкрадывающийся к ничего не подозревающему зверю. Это уже похоже на пытку. Она так и будет пытать его.

- Надо, Агний, - покачала головой Дива. - Кабы ты был маленьким, а тебя заперли какие-то мужики. Злобные и алчные. И не дали радоваться зиме, которую ты так ждал…Вот где была бы беда. А не то, что ты теперь ею считаешь…

- Я сейчас уйду, - Агний уже, в самом деле, был готов отправиться в отведенную послам избу. Хотя до сих пор не хотел уходить. Точнее, хотел побыть со своей собеседницей.

- Я не отпускаю тебя, - ответила Дива просто.

- Не распоряжайся мною, - предупредил Агний. В нем боролись два чувства. С одной стороны ему никогда не доводилось иметь дело с женщиной самого высшего сословия. И это оказалось ново и захватывающе. Сияющая в блеске своего величия и власти Дива не была надменна или горда. При этом от нее буквально исходила уверенность, спокойная и нерушимая, как знание собственного превосходства. Агний прежде не испытывал благоговения, заставляющего его преклонить колено пред избранницей. И вот теперь яркая Дива поразила его. Недоступная и дерзкая, но справедливая и проницательная. Добиться ее благосклонности – это достичь наивысшего успеха в любви. Какая другая женщина может превзойти княгиню Новгорода? Но вот незадача. То, что восхищало его в ней, одновременно и пробуждало гнев. Она требует почтения к себе, она ставит себя выше него. Так, может, и есть, принимая во внимание ее благородное происхождение. Но ему такое не нравится. Не нравится ему быть слугой женщины, которую он вожделеет. Наоборот, это она должна быть покорной.

- Так ты сам распорядись собою. И поступи верно, - предложила Дива. - А если не знаешь как, то послушай меня. Мать не живет без своего чада. Инеяна и ее сын неразделимы.

- Нет, это невозможно. Я не хочу обнадеживать тебя, обещая то, чего не сделаю.

- Почему не сделаешь? Ты можешь все, - прошептала Дива, задержав взгляд в глазах Агния. И этот взгляд получился какой-то двусмысленный. То ли подстрекательский, то ли нескромный и игривый.

- Нет, не могу. И хочу сказать, что ты не жди этого, - Агний желал уже прекратить эти разговоры, которые измотали его. - Этого никто не сделает. Мой князь не позволит такого.

- Не спрашивай его…- взгляд Дивы выражал надежду. И Агний видел это. Потому что если не получится у него, то не получится ни у кого. Вот она и верит в него.

- Дива…- посланник теперь понял, к чему она его склоняет. Она хочет, чтобы он доставил ее родню любой ценой, даже если придется их похитить. И вот сейчас она смотрит на него так, словно обещает что-то, если он исполнит ее желание. - Я не могу…- Агний запнулся. - Не потому, что не желаю, а потому, что это невозможно, - повторил Агний. И тут же в его голове закрутилось: «А если рискнуть?».

- Агний, ты служишь подлому и низкому владыке, - Дива отвернулась от посланника и уложила локти на перила. Несмотря на поздний час, на дворе все еще оставалось людно. Неподалеку от терема образовалось сборище. Обитатели двора никак не могли разойтись, обсуждая проповедь Веды. В этот раз волхв основательно запугал народ мрачными рассказами о силах тьмы, которые набирали силу. - Тебе должно быть совестно. Хотя, ежели ты такой же, как твой хозяин, то, наверное, у тебя нет ни стыда, ни жалости. Можешь идти спать, если так устал, - совсем недавно Дива не отпускала его, но теперь позволила уйти, добавив напоследок, - от подлостей и злодейств.

- Ну почему ты так говоришь? Конечно, нам всем жалко мальчика, - дрогнул Агний. - Мы не звери. Но ради одной жизни нельзя жертвовать сотнями других. Если мальчишка останется, то вокруг него всегда будут скапливаться недовольные, - Агний понимал, почему его владыка пленил малолетнего княжича. Это немилосердно, но разумно.

- Сделайте так, чтобы недовольных не было, - сухо ответила Дива.

- Всегда есть недовольные, - Агний также уложил руки на поручни, якобы невзначай коснувшись своим локтем локтя Дивы. - Даже если княжество будет подобно цветущему Ирию, обязательно найдутся те, кто возненавидит свой дом и правителя, который заботится о них.

- Если вы не умеете управлять чужим городом, то в этом никто не виноват, кроме вас самих. Поговори с любым в Новгороде. И каждый скажет тебе, как он счастлив, как любит родную землю и как горд тем, что родился тут.

- Ты либо сейчас насмехаешься надо мной, как обычно. Либо мои слова подтверждают то, что я сказал перед этим, - Агния расстроило, что их беседа вновь стала ожесточенной. Он совсем не этого желал. - Если все счастливы и кричат об этом, значит, они запуганы. Возможно, рукой именно того, кто должен их защищать.

- А возможно, и нет. Может, они понимают, что мир несправедлив повсюду. Ирия на земле нет. Но зато здесь, в Новгороде, они хотя бы среди своих, возле могил предков, которые дают им силы…Егда я смотрю на лес, я вижу не просто ветки. Я слышу смех ребятни, плач младенцев, песни женщин, стук топоров…Я слышу топот лошадиных ног, лязг мечей - это войны прошлого. Наши прародители, которые сражались за каждый кусочек земли, по которой мы ступаем сейчас. Я слышу все то, что было когда-то здесь, на этих полях. Было и прошло, но остался Дух. Это как тень Солнца. Светило уходит в сторону. Тень падет на камень, погружая его в темноту. Но он все еще теплый.

- Ну что ж, пусть так. Если тебе нравится думать так о своей земле и народе, то думай, - Агний не стал спорить. Он допускал, что молодая собеседница несведуща и наивна и верит в то, что говорит. - И все-таки невозможно всех осчастливить. Нельзя каждого заставить любить правителя и землю. Кто-то все равно вспомнит прежнего князя, кто-то захочет поддержать его сына…- напомнил Агний, с чего они начали спор. - И тогда поднимутся волнения. Кто-то пострадает. Из-за малолетнего княжича. Который еще неизвестно каким вырастет. Может, он станет не мудрым правителем и защитником, а глупым причудником.

- Возможно, ты прав. И все-таки служишь бесчестному господину, - упрекнула Дива вновь. Вероятно, за неимением новых доводов.

- Я так понимаю, что твое замужество с моим князем мы также можем не обсуждать: ты не пойдешь за него замуж ни в каком случае и никогда. Верно я понял?

- О, наконец, ты понял все верно. Ни в каком случае и никогда, - подтвердила Дива.

- Что ж…- на сей раз Агний не выглядел слишком расстроенным. Еще бы, она понравилась ему самому. - Тогда нам придется подумать о том, каким может быть союз между нашими городами, если он не окажется скреплен ничьими брачными узами. Братский союз народов, дружеский, соседский…Мурому и Новгороду необязательно быть семьей.

- Агний, у нас и был родственный, братский, соседский и дружеский союз. До тех пор пока вы не захватили Инеяну и ее ребенка! - гаркнула Дива.

- Я же сказал…- Агний уже вновь терял терпение. Он и без того не был человеком выдержанным, но, по крайней мере, слыл рассудительным. Он понимал, что если сейчас утратит власть над собой, раскричится, начнет угрожать – то этим он ничего не добьется, а испортит даже то, что есть. - Я же сказал, что сделаю для тебя все, что смогу. Твою родственницу я доставлю сюда, она будет здесь и сможет забыть о муках, которые пережила.

- Агний, ну что ты говоришь?! Как она сможет забыть о муках, которые пережила из-за вас, если ее сын будет не с ней?! Передай сие своему бесчестному господину, - вновь ткнула Дива. - Который, вместо того, чтобы защищать жену своего князя, напал на нее и отнял то, на что не имел прав. Разбойник и душегуб. И проходимец.

- Я не буду передавать такого, - Агний теперь уже понимал ее чувства, потому не осуждал и ее гнев. - И не надо такого говорить при посторонних, - он имел в виду своих спутников. Сам-то он расскажет в Муроме, что посчитает нужным. Но главное, чтоб другие не влезли со своими дополнениями.

- Да? Это почему еще?! Что хочу, то и говорю.

- Потому что вместо союза получится распря, - предупредил Агний.

- Спешу утешить тебя, - на губах Дивы вновь возникла ухмылка. - Я не боюсь распри со всякими негодяями. Правда за мной.

- А следует бояться. Потому что иногда победить могут негодяи, - Агний предостерег ее потому, что сейчас желал ей добра. Ну или хотя бы не желал зла.

- Ну я не соглашусь с тобой снова…- Дива вдруг рассмеялась. Агний смотрел на нее и не понимал, почему она смеется. А она тем временем продолжала смеяться. Потому что, наконец, добилась того, чего хотела. Нет, не всего целиком. Но частично. Это первое зернышко. За ним будет еще одно. И так, может, выйдет весь мешок. Посланец, по сути, признал своего князя негодяем, согласившись с ее высказываниями. Вот так постепенно он в глубине души поменяет свою точку зрения, осознает, что стоит на неправильной стороне. Возможно, это осознание ни на что не повлияет и ничего не изменит. А может, напротив, заведет куда-то. Кто знает…Можно выяснить, куда приведет дорога, только ступив на нее. В любом случае, он захочет помочь ей только в том случае, если будет убежден в ее правоте.

- Опять ты не согласна. Я не удивлен, - Агний уже свыкся с тем, что у этой женщины имеется свое мнение, которое она не пытается скрыть.

- Ну я не согласна с тем, что негодяи всегда побеждают, - примирительно заметила Дива. И теперь она снова улыбалась. Будто мгновение назад не осыпала неприятеля оскорблениями. - Они могут победить лишь временно, Агний. Запомни это.

- К сожалению, ты заблуждаешься, - посланник исходил из его жизненного опыта и потому был уверен в обратном.

- О боги, ты что, не слышал ни одной былины?! Завтра же приглашу певца к твоей вечере. Нет, лучше сегодня. Пущай споет тебе. И узнаешь, что добро всегда побеждает. Даже если кажется, что оно повержено, а всюду воцарилась беспросветная ночь.

- Ты всегда основываешься только на сказках и выдумках?

- На сказах давно минувших дней. И пусть сейчас ты не встречаешь могучих чудодеев, летающих по воздуху, или огнедышащего змея, но суть остается все та же, - романтично рассуждала размечтавшаяся Дива. - Иначе бы мир давно оказался разрушен твоими негодяями! - добавила Дива, рявкнув уже не мечтательно, а сердито.

Агний оглядел молодую княгиню со вниманием и затем рассмеялся. Но ничего не ответил. Он не верил в победу добра, потому что сам нередко выступал злом. Ну а в себе-то и своих навыках он был уверен. И привык добиваться цели любым путем, даже преступным и жестоким, если понадобится. Победа всегда за ним.

Небо было ясным. Ни туч, ни облаков. Только огоньки далеких звездочек горели вдалеке. Голоса на улице по-прежнему однообразно жужжали. Как вдруг послышались вскрики.

- О Перун, что это?! - ужаснулся некто, заверещав рядом с теремом Дивы.

- Что там?! - забеспокоился страж.

- Это боги! - заметались люди, которые доселе вели в целом спокойные беседы.

Где-то с северной стороны небосклон засиял, озарившись яркими цветными лентами. Светящийся зеленый всполох окрасил темнеющий горизонт. Оживший небесный платок зашевелился, будто гигантская птица взмахнула лиловыми крыльями, сотканными из лучей и волн, разбегающихся в стороны.

Зрелище было настолько же прекрасным, насколько и пугающим. Агний никогда не видел такого прежде. И сейчас ему казалось, что это какое-то чудо, которое заворожило его. А может, это и есть те летающие огнедышащие змеи, о которых говорила его собеседница.

- Это искры от меч валькирии, - задумчиво произнес стоящий недалеко Сван. Когда-то давно, еще будучи в своих краях, он несколько раз видел сказочное сияние. И кудесники в тот день именно так объясняли неведомое явление, охватившее небесную твердь.

- Здесь нет валькирий, Сван, - произнесла Дива, которая прежде не видела подобного явления лично, но, к счастью, слышала рассказ о нем от наставника. Поразительное сияние, расползшееся вдалеке над рекой, потрясало своей неповторимой красотой, от которой захватывало дух. И Дива загляделась. Но была уверена, что бояться не стоит.

- О боги, что вы хотите от нас? - беспокоились люди.

- А может, это Корочун злится?! Вдруг он заберет кого-то из нас!

- Не бойтесь! - голос Дивы сделался громким. Она стояла на возвышении, откуда ее было хорошо слышно. - Не бойтесь! Этот знак богов благоприятный! - Дива не сомневалась в своих словах. Коли такое знамение время от времени является, а при этом княжество еще существует, значит, все не так страшно. - Мы сумеем пройти эти дни, если наши души чисты! А извлеченные уроки послужат нам в будущем на благо! - Дива решила, что надо успокоить обитателей дворища. Тем более некоторые сталкивались с сияющим чудом впервые. Но утишить людей - это еще полдела. Умная княгиня умеет обернуть любое событие себе на пользу. Она подняла взор на посланника и добавила уже негромко, чтобы слышал только он, - это знак, Агний. И боги говорят, что я права. Они со мной. Понял?

- Я понял, что ты царица среди всех, - Агний восхищенно оглядел Диву. То ли его поразило потрясающее далекое сияние на севере, которое он видел впервые, то ли княгиня Новгорода, не только не растерявшаяся, но и умиротворившая своих подданных. Да, она, действительно, внучка какого-то колдуна. Ее и гуси защищают, и небо окрашивается узорами.

- Одначе ты отказался разговаривать со мной, когда мы встретились, - вдруг напомнила Дива игриво. - Да и потом упорствовал немало. И сейчас споришь и сомневаешься. А во мне нельзя сомневаться.

- Я и не сомневаюсь. И я же уже извинился.

- Одних извинений недостаточно, - предупредила Дива, прищурившись.

- Я хочу проводить тебя в твой терем, - Агний вдруг взял Диву за руку, и поднес ее ладонь к своим губам. Ему надоела пустая болтовня, которая в любом случае вела только к одному слову: «Инеяна». А положение тем временем виделось ему так: Дива улыбается ему. Манит его. Может, не прямо. И неявно. Но ощутимо. Она говорит с ним не так, как с другими посланцами, то есть его спутниками. Он тоже ей понравился. Поэтому она и позволила себе столь искренние рассуждения, которых бы не допустила при посторонних. Она выбрала его и хочет довериться ему.

Жест Агния был где-то на грани дозволенного. С одной стороны, когда старый посол Ростова как-то ухватил Диву за локоть, его тут же скрутили и отвели в темницу. В то же время люди часто целовали руку того, кого считали выше себя или в знак благодарности и почтения. А сейчас на улице хоть и людно, но только Дива и Агний находятся на высоте гульбища, в темноте их видно не так уж отчетливо. Да и жители заняты обсуждением увиденного явления – сияние не может так быстро надоесть или забыться.