Новая реальность для мечты

Следуя за Тродином, я вышла на незнакомую улицу. Дома, таверны, мелкие лавки — она ничем не отличалась от той, на которой стояла наша гостиница, разве что выглядели они чуть попроще. Шагая вслед за гномом, я не без тревоги отметила, что он вопреки своим указаниям, идет быстрее обычного. В его движениях то и дело проскальзывали нервные дерганья, словно он ждал нападения за каждым углом.

Одна улица сменялась другой, и порой казалось, что Тродин готов перейти на бег, потому как ворот на горизонте все еще не было.

— Не лучше ли было пойти к другим воротам? Кажется, эти находятся намного дальше? — спросила я, прежде чем вспомнить о запрете говорить.

— Не лучше, — бросил гном.

Тродин вновь был в режиме скалы. По всей видимости он считал самым безопасным, а потому и идеальным, промежутком для ведения бесед, только тот в течение которого действовал изонит. К сожалению, за это время все обсудить не удается, какие-то вопросы тускнеют и теряют актуальность, а какие-то и вовсе забываются. Все, что возникает в моменте, когда нужно ориентироваться по ситуации, остается незаданным из-за манеры общения гнома. Интересно, они все такие или только Тродин? Если вдуматься, с нашей встречи в лесу творится какая-то чертовщина, мы постоянно куда-то идем, едем, а теперь убегаем. Что будет дальше, мне уже страшно представить. Добавим сюда еще пробелы в моих знаниях и памяти. Получается, что хорошего времени для разговоров просто не бывает. Ранее мне приходилось анализировать его фразы, пытаться расшифровывать эмоции, чтобы понять, о чем он думает, объяснять причины его поступков и уходов. Ни к чему хорошему это уже не привело, и я опять чуть не пошла по протоптанной дорожке.

«Может, стоит принять тот факт, что у него просто такая манера общения? С другой стороны, буквально двадцать минут назад мы совершенно нормально общались. В чем же тогда проблема? Во мне? В нем? — Я снова уперлась взглядом в его спину. — Как бы себя вела я, если бы пропал мой брат? А тут еще я. Совершенно не к месту. А может и нет, раз взял меня с собой. Я так гадать могу до бесконечности…».

Но спина никак не могла ответить на мои вопросы. Да, возможно сейчас действительно не лучшее время для разговора, и сегодня я следую за ним, но я обязательно встану рядом и обо всем спрошу. Похоже, нам предстоит учиться общаться друг с другом.

Тем временем мы зашли на небольшой мост, который был перекинут через некогда протекавший там ручей.

Теперь же он превратился в мусорную яму, полностью заваленную различными отходами, сквозь которые даже воды уже не было видно. От нее исходил ужасающий смрад. Однако, к моему удивлению, люди спускались к воде, мыли в ней руки и набирали воду.

Я перевела взгляд на мостовую вдоль ручья. Повсюду лежал мусор, бегали крысы. Дома здесь имели соответствующий вид: старые и грязные. Переходя взглядом с одного на другой я заметила, что у многих из них, перед входной дверью висел какой-то предмет. Более похожий на треугольник, с неравными сторонами. На некоторых были какие-то буквы. Я старательно крутила головой, силясь рассмотреть получше. Похоже на какой-то оберег.

Внезапно на меня кто-то налетел. От неожиданности я пошатнулась и едва не упала.

— Тут творится какое-то безумие, — быстро затараторил парень, помогая мне вернуть равновесие. — Вы не ушиблись?

Я только сейчас заметила, как вокруг стало много людей. Юноша с беспокойством заглянул в мое лицо, и я поразилась его светло-голубым глазам. Словно две льдинки, в которых отражалось солнце, настолько чистыми они были. Он улыбнулся, и я только тогда смогла разглядеть его лицо целиком. Его внешность будто была вырезана из куска дерева не очень опытным плотником, который поленился придать четкости чертам лица, да и резцом поработал весьма грубо. Но только не улыбка… она была сделана с поразительной четкостью, как и глубокие, тонкие морщины, появляющиеся от нее.

— Н-нет, все хорошо.

Я заглянула за его спину ища Тродина, но в этот момент парень наклонился, взял мою руку и прикоснулся к ней губами.

— Приношу свои искренние извинения, — сказал он, широко улыбаясь, и затем сразу же растворился в толпе.

«Что это было?!» — Я на мгновение замерла в замешательстве, но потом сразу же рванула вперед, боясь потерять Тродина, который, к счастью, не успел уйти далеко и даже не заметил моего отсутствия.

Похоже, это местный сумасшедший! Я боязливо оглянулась назад, но чудака и след простыл. Странный тип оставил неприятный осадок. Я быстро вытерла тыльную сторону ладони о штаны, пытаясь удалить этот инцидент из памяти.

Тем временем мы оказались в плотном потоке людей, идущих к туннелю в городской стене. В самом его конце уже можно было различить нашу цель — Восточные ворота. Они отличались от тех, через которые мы въезжали в город. Эти были маленькие и узкие, они явно не были рассчитаны на то количество людей, которое устремилось из города. К сожалению, в глаза бросалась не только разница в размерах, но и контингент толпы. Отовсюду слышалась ругань и крики, а как только мы зашли внутрь, в нос ударил спертый запах алкоголя, пота и испражнений. Люди шли все плотнее, раскачиваясь с ноги на ногу, превращаясь в единый организм. Медленно это многоногое живое чудовище продвигалось вперед, подчиняя всех идущих своему ритму, поглощая все эмоции кроме злости и раздражения.

Чьи-то плечи оттеснили меня от Тродина, толкая то в бок, то в спину при попытке нарушить темп и выбиться вперед.

Сзади послышался лязг железа. Затем кто-то пронзительно закричал. Этот возглас, подхваченный остальными, пронесся по толпе словно сигнал к бегству, и все ринулись вперед. До ворот оставалось совсем немного. Где-то в просвете между людьми мелькнул жилет Тродина, и я рванула к нему, подгоняемая страхом. Ошибка сейчас может стоить жизни. Рядом падали люди, а идущие следом спотыкались о них, складываясь в слои. Позади образовалась давка.

Туннель заполнился криками и предсмертными воплями тех, кто был погребен под телами.

За счет этих несчастных волна людей схлынула и те, кто был впереди, медленно просачивались через ворота, пользуясь тем, что сзади никто не наседает. Никто и не думал возвращаться и помогать упавшим.

Пока еще неоформленное желание помочь заставляло оглядываться, и я не заметила, как передо мной возникли тяжелые металлические доспехи стражника. Столкновения удалось избежать лишь потому, что за секунду до этого я была грубо откинута в сторону.

— С дороги отребье! — Он шел в сторону давки, раскидывая всех на своем пути. Периодически он прикладывался к пузатой бутылке в его руке. — Чтоб вас черти разодрали, что вы тут устроили! Мне тут проблемы не нужны. Поднялись и разошлись быстро!

Его крик перемешивался со стонами людей.

— Потише, Килот, башка трещит! — к нему пробрался заспанный товарищ, и, взяв у того бутылку, отхлебнул большой глоток.

Кто-то дернул меня за руку. Это был Тродин.

— Идем.

— Нужно помочь им, — ответила я, не трогаясь с места.

Я обернулась, подошедший стражник пристально смотрел на нас.

— Мы не в том положении, — буркнул гном, видимо тоже заметив этот взгляд. — Уходим. Быстрее.

Он протащил меня через Восточные ворота. Оказалось, они стояли на небольшом пригорке, и дорога за ними сразу уходила вниз к поселению, куда уже спустилась большая часть толпы. Люди тянулись к разбросанным внизу хилым домам, в окнах которых горел свет и ждал горячий ужин. Где-то даже играла музыка.

Тродин же не теряя времени заспешил к большому навесу, который стоял ближе всех. Он скудно подсвечивался двумя жаровнями и из него периодически доносилось конское ржание и фырканье.

— Жди здесь.

Я покорно остановилась. Рядом седлали лошадей двое мужчин в темных плащах. Тишина прерывалась только побрякиванием конской сбруи. Я поежилась.

Взгляд невольно вернулся к городским стенам. С того момента как мы спустились, оттуда вышла всего пара человек. Казалось бы, что может быть проще, чем помочь людям в беде, развернуться и выйти из толпы, но тем не менее даже сейчас я не трогалась с места. Я не понимала своих чувств и причин поведения. Это пугало.

«Мы сейчас не в том положении… — повторила я про себя слова Тродина. Наверное, он был прав. В чем-то. — Почему тогда...»

— Альд! Сюда!

Гном уже выводил за поводья двух лошадей. Первая была темно-коричневая с белым хвостом и гривой, а рядом с ней выплясывала вторая — белого окраса с черными пятнами. Она была вполовину ниже первой. Словно маленькая копия.

— Какая прелесть, — сказала я, подойдя ближе. Животное поняло, что я говорю про него и, забавно пофыркивая, ткнулось в мою руку в поисках угощения. — Извини, нет у меня ничего.

Шерсть у лошадки была мягкая и гладкая, словно шелк. Она сбросила мою руку и начала нетерпеливо пританцовывать. Улучив момент, в меня аккуратно ткнулся теплый нос. Кажется, кому-то тоже захотелось немного ласки.

— Этот твой.

Я робко провела рукой по морде коня в знак приветствия. Он был больше и внушал опасения, но в то же время я ощущала тепло и спокойствие. Знакомство можно было считать состоявшимся. Именно в этот момент на нас налетела оставленная без внимания кобылка. Она недовольно ржала, поочередно пыталась прикусить то меня, то своего старшего товарища.

— А ну угомонилась. Ходячее недоразумение! — Тродин быстро решил конфликт простым угощением в виде морковки и ловко оседлал своего скакуна. — Трогаемся.

— Тродин, а я … не умею.

— Ногу в стремя и запрыгивай в седло.

Я видела, как седлали лошадей всадники в обозе. Со стороны не было ничего сложного, но вот повторить у меня получилось только со второго раза. Земля сразу оказалась как-то далеко, а я почувствовала себя очень маленькой.

— Поводья в руки. Ничего страшного. Едем.

Тродин сделал едва уловимое движение ногами, и его лошадь послушно вышла на дорогу. Окрыленная таким примером, я повторила его движение и… Никакого эффекта. Лошадь осталась стоять на месте, слегка переступив влево. Все последующие попытки также окончились неудачей.

Гном молча наблюдал со стороны за моими потугами. Честное слово, судя по его лицу, он уже жалел, что вытащил меня из той аптеки. Тем не менее он вернулся, забрал поводья из моих рук и закрепил противоположный конец на переднюю луку своего седла. Его лошадь начала было ржать и бешено приплясывать, но была остановлена твердой рукой наездника и призвана к порядку.

Такой процессией мы выехали на дорогу. К счастью, деревня уже жила своей вечерней жизнью, наполненной выпивкой и весельем, и никто не обращал внимания на наше с конем позорное шествие.

К ночи мы стояли на пустынной дороге. Я с тоской оглянулась, где-то там, позади, остались огни последней деревни. Полумрак постепенно поглощал очертания дороги, делая ее неотделимой частью темного пейзажа.

Тродин помог мне спешиться. Сначала мне даже показалось, что ноги так и остались колесом. Благо гном сразу же отвернулся и не видел моей неуклюжей походки. Взяв поводья, он уже сходил с дороги.

— Куда мы идем? — Я быстро поравнялась с ним.

— Устроимся на ночлег где-нибудь в стороне от дороги.

— А почему мы не остались в деревне?

— Опасно, — неохотно буркнул гном и зашагал быстрее.

Следуя какому-то своему внутреннему компасу, Тродин уводил нас все дальше в степь, а потом неожиданно устроил лагерь прямо в чистом поле. Я радостно плюхнулась на траву. Если у меня до этого и были вопросы, то сейчас я слишком устала. Непривычное к верховой езде тело ныло, обещая завтра жестокую расплату.

Мы наскоро перекусили вяленым мясом и устроились на ночлег. Завернувшись в теплый спальник, я быстро провалилась в беспокойный сон.

***

«Утро добрым не бывает, — зло думала я, сонно наблюдая, как Тродин закидывает в небольшой котелок сухие листья. Солнце только встало и еще не несло тепла, поэтому я куталась в спальник, чтобы согреться. Сидеть было больно. Да и вообще двигаться. —Это было ожидаемо».

Осознание собственной слабости портило и без того паршивое настроение, как и предчувствие очень долгого и малоприятного дня.

— На, выпей. — Тродин протянул мне кружку с дымящимся отваром.

— Что это?

— Поможет снять мышечную боль.

— Спасибо. — Я приняла из его рук напиток.

Сделав глоток, я скривилась, на вкус он был очень терпкий.

— Выпить нужно все. Лучше залпом, — добил меня Тродин.

Вздохнув, я молча пригубила это варево, в надежде, что так вкус будет менее противным. В реальности же по всему телу прошла дрожь, и я едва удержала его в себе.

— Что это было? — спросила я, возвращая кружку.

— Кое-какие травы с Гномьего Хребта. На вкус не очень, конечно, — сказал он, глядя на то, как я полощу рот водой из фляги. Я видела, как его едва заметно передернуло.

— Мягко сказано, но все равно спасибо. — Мой желудок все еще предательски сжимался.

— Если тебе станет легче, то я до сих пор не привык к его вкусу.

«Нисколько не легче», — я глубоко дышала. Сон как рукой сняло, но боль в теле действительно потихоньку притуплялась.

— М-м-м. А сколько тебе лет, Тродин? — от неожиданной мысли я даже забыла о тошноте.

Последний тоже немного опешил.

— Девяносто пять.

Я удивленно распахнула глаза. Я как-то совсем не думала, что мой спутник находится в таком почтенном возрасте. Наверное, с моей стороны было весьма грубо общаться с ним без должного уважения.

— Ты чего?

— Прости…те. Возможно, порой я вела себя… не подобающе. — Стало жутко неловко.

— Только порой?! На твое счастье, я весьма благосклонен к тебе. — Тродин говорил серьезно, раскуривая свою трубку. А потом добавил с улыбкой. — И да, к твоему сведению, для гномов это средний возраст.

Я тоже улыбнулась, но все же это заставило задуматься, а что я вообще знала о своем спутнике? Кто он?

«Если вспомнить, Ситрик как-то чудно к нему обращался… как же он говорил…»

— Тродин, а что значит кенфир?

— Кенфин.

— Да-да, кенфин, точно.

— Глава рода, — отмахнулся он, прочищая трубку.

Я мысленно присвистнула. Ранее я уже замечала, что Тродин не простой гном, но чтоб настолько. Хотя, по сути, какая разница. Я из-за этого свое отношение к нему не поменяю. Если только он сам не попросит об обратном.

— А в таверне и на рынке тебя называли мастером.

— Это общепринятое вежливое обращение к гномам.

— То есть все гномы мастера?

— Нет. — Тродин обреченно выдохнул. — Для нас мастер — это высшее звание, свидетельство умений его носителя.

— А почему тогда …?

— Людям бесполезно это объяснять.

— А ты мастер?

— А сама как думаешь?

— Никак не думаю, потому и спрашиваю, — продолжила я допытываться.

— Да, мастер я, мастер, только отстань. Боль прошла? — сменил тему он, и не дожидаясь ответа добавил: — тогда собираемся.

— Хорошо.

Гном все также неохотно рассказывал о себе.

«Ничего. Отступление, это не бегство, это возможность взять разбег получше», — твердо решила я.

— А долго нам ехать?

— Около трех дней.

— Блеск.

Монотонная езда на лошади, которая по-прежнему послушно шла только за Тродином, дала мне ту передышку, которой так не хватало, чтобы привести мысли в порядок.

Если сосредоточиться только на происходящем, то все казалось мне таким естественным, словно я живу обычной жизнью. Такой же, какой она была для моего спутника. Даже несмотря на то, что я постоянно натыкалась на свидетельства потери своей памяти, я чувствовала себя живой. Или мне казалось, что я живу. Ведь если исключить этот круговорот событий, то я бы сказала, что никак себя не чувствую.

Как бы я старательно ни игнорировала сей факт, но я знала, что где-то на задворках сознания осталась железная дверь. Ее существование тревожило меня, не давало сильно забыться. Стоило лишь обернуться, и я сразу оказывалась с ней лицом к лицу. Мне хватило секундного взгляда в приоткрытую щель, чтобы понять — за ней была зияющая бездна. Моя жизнь, семья, дом — все исчезло в этой тьме, оставив пустую скорлупу. Сердце наполнилось грустью и тоской по чему-то, что я даже не помню. Это так странно.

«Кто я теперь? У меня даже имени нет… — Безнадежные попытки хоть что-то вспомнить заканчивались неудачей. С точно таким же успехом можно было карабкаться в гору по льду. — Почему я ничего не могу вспомнить? Что со мной случилось? Не может же память просто так исчезнуть. Должна быть причина, по которой я все забыла. Я могла удариться головой. — Я даже украдкой ощупала затылок. — Хотя нет, вряд ли. Я бы такое точно заметила».

По спине прошел холодок. Я вспомнила Ангулуса и его жуткие лекарства.

«Вы та, за кем я охочусь», — всплыли в памяти его слова.

«Может ли быть, что я потеряла память с чьей-то помощью? Самое раннее воспоминание — как я упала в море. До этого ничего. Я помню, что там ничего не было. Ни кораблей, ни людей, ни строений. Я же не могла просто так оказаться посреди моря… И плечо болело…»

Я глубоко вздохнула. Сердце снова колотилось.

«Нужно успокоиться и сосредоточиться на том, что я знаю, — твердо решила я, собирая мысли в кучу. — Я эльф. Но все представители моей расы исчезли около трехсот лет назад. Хотя, наверное, правильнее сказать ушли. Ведь если бы они действительно исчезли, то не появлялись периодически в других городах. Да. И не было похоже, что они убегали. Значит, все-таки ушли. — Я с тоской вспомнила покинутый белый город. — Что же могло заставить их оставить свои дома… Стоп. Я могу до бесконечности ломать голову, но так и не приблизиться к правде. Что еще я знаю наверняка?! К людям я не могу пойти. Они ненавидят эльфов, и те пропадают в людских городах. К гномам? Что ж, с одним мне вроде как удалось найти общий язык. Как я поняла, их тоже не очень-то любят, но вот как они относятся к эльфам? Не похоже, что Тродин разделяет эту ненависть. Хотя нельзя забывать, что мы объединены общей целью. Наверное, мне очень повезло, что я встретилась именно с ним у Эйлмира».

Чем больше думала, тем больше понимала, как ничтожно мало я знаю. На часть вопросов вполне можно выпытать ответы у Тродина во время стоянки. Но он, ведомый паранойей, обходил стороной все селения, которые встречались нам на пути. Перерывы на отдых лошадям и на обед были короткие, а сборы поспешные.

Я уже думала, что сегодняшний переход никогда не закончится, когда гном наконец-то спешился и снова увел нас с дороги. Хоть про себя я и называла его действия паранойей, но прекрасно понимала, что это слово не уместно, особенно после недавних событий. И если вспомнить…

— Тродин, а Ангулус правда сбежал?

Спина моего спутника, разбиравшего спальник, на секунду замерла.

— Да.

Хоть я и знала ответ, но все равно надеялась услышать другой.

— Как ему это удалось?

— Знал бы, он не сбежал бы. — Тродин плюхнулся напротив меня и достал трубку. — Все шло гладко. Он открыл дверь, мы скрутили его и пошли за тобой…

— И все?

— А чего ты ожидала? Он не шибко сильный, да и против нас у него не было шанса. Так что он особо не сопротивлялся.

— А потом?

— Кхм. Мы за тобой пошли, а этого бросили на том же месте, связанным. — Гном помрачнел. — Пока мы тебя тормошили, он и слинял. Ситрик обнаружил, когда за водой ходил. Веревку как-то перерезал.

Я обняла себя за плечи, чтобы унять дрожь в теле.

— У него на руке, точнее на ногте, было что-то серое, как металл, и острое. Он порезал меня этим до крови.

— Я слышал о таком. Недосмотрели.

— Думаешь, он мог обратиться к страже? — Ответом мне был непонимающий взгляд собеседника, и я поспешила пояснить. — Вы с Ситриком говорили, перед тем как мы убежали, что стража ищет нас.

— Не нас, а меня.

— Но почему тебя, если ему нужна была я?

— Вот это хороший вопрос, — ухмыльнулся он, хотя внешне оставался серьезен. — В первый раз стража вмешивается в такие разборки.

— А что за драка была?

—Да обычная, — отмахнулся он. — Я всего лишь разъяснил одной шумной компании, в чем они неправы.

— Интересный способ донести свою точку зрения.

— Ну так если они по-другому не понимают. Я был более, чем терпелив.

— А…

— Есть вероятность, что их целью был я.

— Ты?

Тродин тихо склонил голову, глядя в костер, и продолжил размышлять.

— Либо я, либо ты. Все зависит от степени осведомленности стражи.

— Еще Ангулус.

— Мы не знаем, как они связаны и связаны ли. Я уже отмечал, что в последнее время отношения со стражей накалились. Если их цель я, то под удар попадает и мой клан.

— Но разве твой клан не попадает под удар при любом раскладе?

Гном только сильнее поджал губы.

— Ситрик должен разузнать больше.

— А у тебя большой клан?

— Достаточно. Мы занимаем второе кресло в Совете тринадцати. Пока что.

— Ого, — теперь я лучше понимала какой груз ответственности лежит на Тродине и как ему тяжело. Я поймала себя на мысли, что искренне беспокоюсь о нем и его соплеменниках и хочу помочь всем, чем смогу. В груди чуть потеплело от этих мыслей. — Но тогда, может, не стоило так поспешно убегать? Вдруг мы сделали только хуже?

По лицу Тродина я видела, как он терзает себя этими же мыслями, но взгляд его был тверд.

— Я должен спасти брата. — Сознательно или нет он, сделал ударение на второе слово.

Разумеется, это не ускользнуло от моего внимания, но я также понимала, что он сейчас может быть не готов к этому разговору. Настолько, что я буквально почувствовала, как он снова закрывается от общения со мной.

— Расскажи, что случилось: как он исчез?

— Он отправился в Сил-Дар. Там он должен был принять дела клана в городе. Навести порядок. — Я видела, как тяжело ему даются эти слова. — Вечером он прибыл в гостиницу, там его видели в последний раз. На утро он не явился в контору. Просто исчез.

Я молчала. Слова соболезнования так и рвались наружу, но я вовремя одернула себя. Тродин верит, что брат жив и ищет его, мое сочувствие тут будет неуместно. Вместо этого я продолжила:

— Неужели никто ничего не видел?

— Никто.

— Разве такое возможно?

— Это и странно.

— А он не мог уехать сам?

«Кажется, я уже спрашивала что-то похожее в Бакрусе про эльфов. Но как иначе с ним говорить?! Из него же все по капле приходится выуживать!» — думала я, понимая, что Тродин может запросто принять мои слова за глупость, но я правда пыталась лучше понять ситуацию.

— Нет. Я уже говорил. У нас очень сильны родоплеменные связи. Мы не уходим из семьи, не покидаем горы надолго. Это наш дом, сама наша суть.

— Но у вас же есть представители в других городах.

— Естественно. Мир расширяется и нам приходится подстраиваться, иначе мы бы вымерли. Мы не занимаемся скотоводством, земледелием, только отчасти выращиваем лечебные травы. Ну ты уже пробовала, — сказал он, немного ухмыльнувшись, а мой желудок боязно сжался, так свежи были воспоминания. — Зато нам нет равных в каменном строительстве, ковке металлов и обработке драгоценных камней. Сложно было бы вести дела, если б мы не создавали свои филиалы. Даже так, мы не селимся обособленно, а создаем целые кварталы гномов.

— Ты забыл еще про магию.

— А ты думаешь почему мы лучшие? Мы чувствуем энергию гор, камней и металлов, и можем влиять на их структуру своей энергией, изменять, наделять другими свойствами.

— А люди, получается, не умеют?

— Нет. Люди не владеют магией.

— Почему?

— Могу только догадываться.

— А эльфы?

— Да, но не такой, мы с ними разные. Я читал немного об этом.

Повисла тишина. Я размышляла на тему магии. Из рассказа Тродина можно сделать вывод, что все гномы обладают магией. Есть вероятность, что у эльфов также. Возможно ли, что я тоже ей обладаю? Интересно, какая она. Пока что я ничего необычного не чувствовала, но, наверное, дело в отсутствующих воспоминаниях. Жаль Тродин ничего не знает об этом, они же исчезли еще до его рождения, а книги весьма ненадежный источник, ведь их писали не эльфы. Сколько там будет вымысла, а сколько правды? Но скоро я смогу лично все узнать. Мы проделали такой путь от Эйлмира, и теперь идем прямиком к настоящим эльфам…

Я осеклась. Мы встретились с Тродином недалеко от покинутого Эйлмира… С Тродином, который так отчаянно ищет эльфов. Почему раньше я не замечала этого?! В общей картине происходящего не хватало нескольких деталей. Я столько всего спросила, но упустила из виду главные вопросы.

— М-м-м, Тродин, а зачем ты ходил в Эйлмир?

Глава 8. Лес мёртвых

— Я… — начал было он.

— …Искал эльфов, я помню, — перебила я. Сейчас дело было не в доверии, а в принятии ответственности за свою жизнь, поэтому я просто не могла больше оставлять белых пятен. — Но город давно заброшен, и ты об этом знал.

Ни один мускул не дрогнул на лице гнома.

«Наверное, это хорошо», — мельком подумала я. Страшнее было бы увидеть волнение, страх, растерянность. Его спокойствие — это показатель того, что он не врал. Ведь так? Тродин определенно любит недоговаривать, и я, к сожалению, плохо умею задавать вопросы.