Ольга Грон
Нет права жить, нет права умирать

Нет права жить, нет права умирать
Ольга Грон

С момента, как я нашла странный амулет, жизнь разделилась на две части: реальность и сны. В настоящем мире масса проблем и давняя тайна. Во втором – жуткий лабиринт, и только я могу помочь наследнику империи Эймар выбраться из ловушки. Со временем я перестаю бояться этого демона, ведь именно он помогает мне разобраться в самой себе. Но прошлое не оставляет в покое, а судьба вновь сталкивает со следователем Денисом Ветровым, который явно что-то знает. Две реальности меняются местами, и я уже не знаю, где правда, а где сон. Но даже в самом худшем кошмаре можно найти выход, если есть тот, кто желает изменить твой мир и сделать тебя счастливой.

Пролог

Герои книги и место действия вымышлены.

Возможные совпадения событий случайны.

«Иногда кажется, что жизнь дает второй

шанс и надежду что-то изменить.

А потом оказывается, что это лишь засада,

чтобы заманить тебя в пропасть».

Наша жизнь как бесконечный лабиринт. Остальная часть – запутанные коридоры и хитросплетение ходов. Можно встать на верный путь и вскоре увидеть его окончание – свет в конце туннеля. А можно просто бродить по запутанным коридорам, таящим всевозможные опасности. И как дойти до конца, не сдаться и не упасть? Не застрять навечно в лабиринте, если выход так близок?..

Скажите, Петр Алексеевич, разве нельзя жить в мире своих грез? Вы, как адвокат, когда-нибудь сталкивались с подобным отклонением? Нет? Я расскажу вам одну историю, только не стоит сразу вызывать неотложку. Сначала выслушайте, а уж потом решайте, что со мной делать. Готовы? Тогда поехали.

…Вся история началась, когда война Эймара и Ар'Магора привела к тому, что два мира остались заклятыми врагами. Воевали не сами миры, конечно, и не их жители. Как и другие войны, что когда-либо происходили в пространстве Метагалактики, их начинали те, кто был при власти. А расплачиваться приходилось простым существам, которые обитали в невообразимых человеческому сознанию мирах.

Одними из таких миров и являлись Ар'Магор и Эймар, что располагались, так сказать, по соседству. Но обитали в них не люди. И если приблизиться к нашему пониманию всяких мифологических существ, то ближе всего к ним были демоны, вот только там они назывались иначе.

Правящие династии насчитывали тысячи предков, крови уходили далеко вглубь времен. Алистеры, которые тысячелетиями управляли Эймаром, имели невообразимую силу за счет артефакта, передававшегося из поколения в поколение. Представлял он из себя небольшой прозрачный полумесяц, чуть голубоватый на вид и идеально гладкий на ощупь. Назывался просто – Фор. Его невозможно было уничтожить. Но, воспользовавшись его свойствами, император мог уничтожить хоть весь мир, нанести огромные разрушения, блокировать силы противника, не задевая Грани. Его наличие в Эймаре дамокловым мечом висело над Ар'Магором, не оставляя покоя императорской семье.

Маги Ар'Магора бились над свойствами Фора, но ничего не могли поделать с его силой. Уж слишком много тайн крылось в нем, слишком неподвластной была сила. Чего только не пробовали, но разгадать секрета не могли. А потом пришел день, когда Cамайон, великий придворный маг императрицы Кителлы вел Деолен, сделал открытие.

Они не смогли полностью лишить Алистеров силы Фора, но идея, как ограничить возможности, воплотилась в жизнь.

Началась война странных сил – магическое противодействие высших существ, которое привело к разрушительным последствиям.

Фор все еще защищал Эймар, но силы были на исходе. Тогда маг Кителлы вел Деолен наложил заклятие на артефакт. И случилась великая битва. Судный день. Заклятие, что впитал в себя Фор, невозможно было снять просто так. Существовал только один способ избавиться от заклятия, и знали его лишь сама императрица и старик Cамайон.

В момент, когда битва почти закончилась, сам Фор исчез. Не потерялся, просто растворился. Или его последний владелец своей силой забросил Фор туда, где еще не был никто из тех существ, дабы спасти артефакт от посягательств сошедшей с ума императрицы, задумавшей уничтожить все на своем пути.

Это и был старший сын императора. Не имея больше Фора, силами императрицы он был заброшен далеко от своего дома, в другой мир, тюрьму-лабиринт. И так бы все и случилось, как хотела она… Но Кителла не знала, что Фор сам стремится к своему хозяину, и даже Грань не преграда для него.

Глава 1

Как быстро закончилось лето – словно его и не было. Казалось, ждешь целый год, считаешь дни до него, отмечая в календаре, как будто время начнет бежать быстрее. Но от этого дни лишь тянутся, и не знаешь, когда все это закончится. Потом раз – и лето наступает. Наступает резко – так, что даже не успеваешь опомниться, бьет обухом по голове свободой от бесконечных уроков, никому не нужных секций, нравоучений мамы и всей прочей ерунды. А затем время резко ускоряется, и все оставшиеся дни пролетают один за другим, торопливо исчезая в бесконечности мироздания.

Это лето, правда, не было таким скучным. Первый раз в жизни мне предоставили толику свободы и не загнали, как обычно бывало, в деревню, где жила моя бабушка. Это вовсе не значит, что я не любила бабушку. Напротив, она была одна из немногих по-настоящему дорогих мне людей, а не те предатели, что везде окружали. Этим летом я смогла насладиться покоем и тишиной, оставшись дома одна, и посвятила себя книгам.

Я читала с раннего детства, еще с тех пор, как меня научила бабушка, а мне тогда было всего-то года четыре. Я перелопатила весь скудный запас книг, что оставался в нашей старой квартире. Большую часть мама вывезла, приговаривая, что они мешают и лишь собирают пыль. Раньше их покупал отец, но он давно развелся с матерью, оставив ей квартиру, убрался восвояси и женился на другой женщине.

Но зато недалеко от дома открылась библиотека, в которой летом я была одним из немногих посетителей. Покупать новые книги не позволял скромный бюджет, а мать не интересовалась моими желаниями, увлекшись очередным в ее жизни мужчиной.

Я глотала все, начиная от женских детективных романов и заканчивая научной фантастикой, удивляя пожилую женщину-библиотекаря. Она узнавала меня сразу, как только я входила, и дверь библиотеки скрипела – наверное, никто и никогда не смазывал петли. Конечно же, читала я и электронки, но долго сидеть перед монитором компьютера напрягало, а на электронную книгу никак не могла раскрутить мать, поскольку она считала ее никому не нужным гаджетом.

И пока знакомые девчонки тусовались в различных местах, загорали на пляже, летали с родителями на курорты в Болгарию, Турцию и другие неведомые мне места, я сидела в парке на одной и той же зеленой скамейке, углубившись в истории, и проникалась лишь мне доступными в тот момент мирами.

Если бы только могла тогда представить, в какую историю попаду сама…

Я не оговорилась насчет знакомых. Друзей настоящих у меня не было вообще. Были те, кто пытался сделать вид, что является другом, но в душе я знала, что это далеко не так. Они все ненавидели меня за то, что я не такая, как они, смеялись, когда проходила мимо, избегая гламурных компаний.

Я старалась не обращать на них внимания, но иногда меня доводили до слез, и я убегала прочь, чтобы не видеть их. Хотя с моей внешностью вроде бы все в порядке: лишним весом никогда не страдала, рост средний, глаза серые, волосы темно-русые. Обычная девчонка из самой обычной средней школы.

Я не всегда была изгоем. Это произошло несколько лет назад. Никто не знал, из-за чего все началось, даже моя мама. Правильнее сказать – особенно моя мама. Да ей до меня и дел-то особо не было. Она работала или же занималась наведением порядка в личной жизни (что как раз попадало в раздел фантастики).

И вот лето на исходе. На календаре, что висел на кухне напротив окна, тридцать первое августа. Этот день я обвела черным маркером, обозначив окончание хорошей жизни.

Я возненавидела школу давно. Дело было не в уроках, которые всегда давались с легкостью. Учителя относились ко мне трепетно, даже жалели, видя мое угнетенное состояние. К тому же, заметив в моих руках «бестселлер» прошлого года, наш школьный психолог – молодая девушка, что только пришла работать к нам в школу – взялась за меня со всей силой, на которую была способна. Но она так и не узнала моей тайны. На самом-то деле я никогда не задумывалась про самоубийство, лишь глотала очередную информацию, иногда представляя себя на месте главной героини.

Отчасти дело было в моих одноклассниках, которых ненавидела я, и которые ненавидели меня. Особенно отличались некоторые личности. Например, Сашка Маркин – белобрысый наглый мальчишка, задирающий с детства. С возрастом он начал придумывать более извращенные способы, чтобы вывести меня из себя, получая от этого удовольствие. Или Лера Каткова – высокая брюнетка, которая пользовалась мной, чтобы в очередной раз списать домашнее задание. Она считалась самой умной девочкой в классе, но исключительно потому, что ее отец был одним из спонсоров школы. Остальные тоже особо не отличались в моих глазах добрым отношением и поступками.

Последнее свободное лето моей жизни пролетело быстрее предыдущих. Ведь хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Следующее лето не обещало вольной жизни, впереди ЕГЭ и поступление, а я даже не знала, кем хочу стать. Наверное, патологоанатомом – хоть не придется общаться с живыми людьми. На этом и остановилась, когда почувствовала необходимость определиться с будущей профессией.

Я сидела на кухне, уставившись в окно. На скамейке напротив облезлого подъезда пятиэтажки собрались все пенсионерки двора, вокруг расположились вечно голодные кошки, жадно провожая взглядами каждое движение кормилиц.

Было тихо: почти все соседские машины разъехались, освободив тесные асфальтированные парковки, покрытые грязными лужами. А я все пыталась представить себя не в нашем городишке, а где-нибудь в невообразимых далях волшебных миров прочитанных за лето книг. Но вдруг подняла голову, услышав, что происходит что-то новенькое.

– Черт, что за ерунда? – произнесла вслух. Потом поднялась, пытаясь рассмотреть, что случилось в нашем дворе, пока я витала в облаках.

Серая грязная иномарка, сдавая задом, въехала в блестящий черный джип моего нового соседа, сигнализация пронзительно заревела на весь двор. Бабки не преминули возможности обсудить событие, окружили несчастного водителя, который растерянно озирался по сторонам в поисках хозяина джипа. А тот, видимо, сладко спал в квартире напротив нашей, поскольку вернулся под утро.

Слышала я ночью, как он приехал с музыкой, переполошив мирно дремлющих котов. Окна моей спальни выходили во двор, и я как раз дочитывала историю про Дориана Грея, не в силах остановиться, когда это произошло.

Вскоре на поле боя, расталкивая локтями бабок, проклинающих сигнализацию и всю современную молодежь, показался и мой сосед, Станислав. Его помятая майка не была заправлена в джинсы и смешно топорщилась в стороны, сам он имел вид напыщенного индюка, которого разбудили.

Почесав стриженую голову, он взглянул на смятый металл дверцы автомобиля, прикидывая, во что обойдется ремонт, лишь потом соизволил отключить какофонию, вернув во двор тишину. Но бабки загалдели с новой силой, расписывая на все лады звуки его сигнализации, по их словам, уже доставшей весь белый свет.

– Тихо! – раздался возмущенный крик Стаса, заставив замолчать бабулек. – Дайте разобраться!

Ловить здесь больше было нечего. Бабки с недовольным видом чинно расселись на скамейки в ожидании приезда патрульной машины, из серой иномарки виновника, оглядываясь, вылез пожилой мужчина, который тоже ждал окончания атаки со стороны моих злобных соседок.

Звонок сотового отвлек меня, и я медленно сползла с подоконника на пол, лениво потянулась за стареньким мобильным. Он нервно подпрыгивал на кухонном столе.

Я ответила, услышав родной, но совсем нелюбимый голос. Я, конечно же, по-своему любила мать, но ее причуды мешали мне жить. Порой казалось, лучше вообще быть одной, потому как я не могла понять, для чего ей нужна.

– Да, мам, – сонным голосом произнесла я, открывая при этом холодильник.

– Карина, ты встала? Решила не будить тебя сегодня, все же последний день каникул, – раздался голос мамы в трубке, немного раздраженный, впрочем, как всегда.

– Встала, куда я денусь, – протянула в ответ, изучая взглядом опустевшие полки холодильника. – Мам, что сегодня есть будем?

– Кариш, я в морозилке пельмени оставляла. Свари, сегодня задержусь на работе.