Двойная игра

И почему именно он так действует на меня?

Тряхнув головой, откидываю волосы назад.

– Ты когда успел, кретин?

– Пока ты плавала в море, Ведьма, – поводит Мишка плечом. – Я ведь не мог заставить твою бабушку волноваться. Кстати, мы очень мило с ней побеседовали.

Он наслаждается моей злостью, реакцией и тем, что может вывести меня из равновесия. Набираю в легкие побольше кислорода и, сжав от раздражения кулаки, медленно выдыхаю.

– Берегись, Чернов, для тебя я приготовлю особый Вуншпунш.

– А для меня? – хмыкает Андрей, но я оставляю его вопрос без ответа.

Разворачиваюсь на пятках и покидаю комнату, хлопнув дверью. Грохот эхом отзывается в висках. Поднимаюсь по лестнице, будто у меня сзади реактивный ранец. Тяжелыми шагами прохожу в спальню и плюхаюсь на свою кровать.

– Выяснила, кто ответил на звонок? – задает вопрос Дашка.

Поставив одну ногу на матрас, она выдавливает на ладонь небольшое количество крема, растирая его от щиколотки вверх прямо к бедру.

– Скорее убедилась в своей догадке, – фыркаю.

Мне никак не удается унять злость из-за того, что Чернов посмел рассказать бабушке о моем свидании. Она у меня, конечно, только рада, что я буду встречаться с парнем. Но на всякий случай прочитала мне сорокаминутную лекцию о том, какие есть контрацептивы, где их можно купить и даже скинула номер знакомого гинеколога.

– По-моему, Мармеладова, вы не просто так цепляетесь друг к другу.

Дашка смотрит на меня из-за плеча и ухмыляется. Закатываю глаза и, повернувшись на бок, подпираю рукой голову.

– Конечно не просто так. Он – придурок-хоккеист, а я с одним из таких уже имела дело.

Только почему-то внутри все сжимается не от отвращения, а от чего-то другого.

– Кстати, Шишков с тобой не пытался поговорить?

– Поговорить – нет. А уколоть или подколоть – да. Но я не ведусь на его провокации.

– Вот козел! – возмущается она и садится рядом со мной. – Даже не вздумай из-за него расстраиваться, поняла?

– Даш, прошел год. Я уже перегорела, перекипела и остыла.

Она открывает рот, чтобы ответить мне, но в этот момент дверь распахивается и в комнату заглядывает Оксанка.

– Девочки, идемте обедать. Все готово.

– А ты где пропадала? – интересуюсь.

– На кухне, – она закусывает губы, чтобы сдержать улыбку.

– Сегодня же Тася дежурит, – недоуменно произносит Даша.

– Да… Ну-у-у…

– Ну-у-у, – подгоняю ее.

– Вы когда-нибудь видели хоккеиста без футболки, который стоит у плиты? Девочки-и-и, – тянет Оксана, мечтательно закрывая глаза. – Я зашла, только чтобы попить воды, и не смогла оторвать глаз.

– Надо будет присматривать за ней, когда она будет дежурить, – предупреждаю, переводя взгляд на Дашку. – А то в местных газетах появится статья с заголовком: «Хоккеист был изнасилован на кухне прямо во время приготовления еды!»

Оксана цокает языком, но в следующее мгновение мы втроем начинаем громко смеяться. Подходя к кухне, слышу голоса Леона и Вовы, которые спорят друг с другом.

– Я тебе говорю, что это Овечкин был! – оживленно доказывает Вовка.

– Какой Овечкин? Ковальчук забросил последнюю шайбу в чемпионате две тысячи восьмого!

– Это действительно был Ковальчук, – подтверждаю. – Он забил шайбу в овертайме, и мы выиграли со счетом пять-четыре у Канады.

Сажусь за стол и ловлю на себе недоумевающие взгляды троих парней. Шишков прекрасно знает, что раньше хоккей целиком и полностью присутствовал в моей жизни, поэтому никак не реагирует. Лео достает телефон, что-то печатает в нем и вновь озадаченно смотрит на меня.

– Все верно, – удивленно говорит он.

Издаю нервный смешок и сглатываю. Ладони вмиг становятся влажными, а сердце увеличивает скорость ударов. Кто меня дернул вообще встревать в их спор?

– Папа с дедушкой фанаты хоккея, – натягиваю фальшивую улыбку. – Были, – добавляю тихо.

Все садятся на свои места. Первые минут десять я все еще испытываю дискомфорт из-за того, что чуть не спалилась. Когда мне удается расслабиться и отвлечься, Дашка задает вопрос:

– Так что это за иностранный фрукт твой Генри?

Отрываю взгляд от тарелки и встречаюсь с прищуренными зелеными глазами. Мгновенный контакт, как щелчок тока. Челюсть Миши плотно сжата, и на ней играют желваки. Сначала мне кажется, что на его лице отчетливо читается ревность, но затем он опускает голову и продолжает есть как ни в чем не бывало. С чего бы ему меня ревновать? Глупая мысль. Несколько раз моргаю, избавляясь от нее, но она возвращается обратно.

– Учти, что мы с девочками ждем все подробности, – не унимается Даша.

Поворачиваюсь в сторону сестер, которые оживленно кивают, жуя обед.

Михаил

Нанизав на вилку овощи, засовываю ее в рот, чтобы ничего не ляпнуть. Я никогда не был собственником. Но мысль о том, как иностранец прикасается к Ведьме, заставляет мою кровь закипать. Может, я просто слишком долго находился на солнце и плохо соображаю?

– Ну, он англичанин. Часто бывает в России по работе, но в этот раз решил провести здесь отпуск. Ему тридцать два года…

– Не староват для тебя? – перебиваю Машку, так и не сдержавшись. – Тебе сколько? Двадцать?

– Девятнадцать, – передразнивает она меня, прищурившись. – Ты как будто моложе.

– Вообще-то, моложе, Ведьма. В отличие от твоего нового знакомого, мне только двадцать три года.

– Как мило, – продолжает она едким тоном. – Только я люблю постарше.

– А, ты придерживаешься правила: «Чем морщинистей изюм, тем он вкуснее».

Вижу, как в ее глазах вспыхивает плохо скрываемая ярость. Будь у нее волшебная палочка, она бы точно ткнула в меня ею. Возможно, несколько раз. Ведьма делает глубокий вдох, заправляет прядь волос за ухо и натягивает улыбку.

– А еще опытнее.

Она поводит бровью, намекая, что выиграла этот раунд, и отворачивается.

– Так вот, – обращается Маша к подругам, – он пригласил меня на свидание и сказал, что покатает на гидрофлайте.

Стиснув зубы, опускаю голову. Слушать рассказы про тридцатидвухлетнего мужика – самый первый пункт в моем списке «антихотелок».

До конца обеда девчонки не умолкают. Мы же с парнями лишь пару раз обмениваемся фразами. Доев порцию, не задерживаясь на кухне, ухожу в комнату.

Развалившись на кровати и, положив руки за голову, пялюсь в потолок. Комната «душит». Мысли ходят по кругу. Раздраженно дергаю ногой, пытаясь понять, что рыжей могло понравиться в этом Генри. Воспоминания о том, как она его нахваливала, сворачиваются в моем желудке, словно испортившееся молоко.

– Машка ушла готовиться к свиданию, – голос Леона рассекает мысли.

– И?

– Просто держу тебя в курсе.

Возникает дикое желание, подобно зуду под кожей, запереть ее в комнате и никуда не выпускать. Может, еще дубинкой слегка тюкнуть, чтобы перестала так себя вести и была ласковее со мной? Нет, вдруг переборщу.

– Ты знал, что у девчонок две спальни? – прерывает тишину Язычник.

– Откуда? Я на втором этаже даже не был.

– Я так понимаю, ты не собираешься ничего предпринимать.

Кидаю на него пристальный взгляд. Он поднимает ладони.

– Пойдешь в басике купаться?

– Нет.

Оставшись один, кладу на лицо руку, согнутую в локте. В голове всплывает знакомство с Ведьмой, а на губах, против воли, растягивается идиотская улыбка.

Спустя время, решив присоединиться к ребятам возле бассейна, выхожу из спальни. В гостиной, меряя помещение большими шагами, рыжая ходит из одного конца комнаты в другой. Складываю руки на груди и опираюсь бедром о спинку дивана, разглядывая ее. Волосы собраны в высокий хвост, губы намазаны какой-то блестящей херней, а легкое платье в цветочек слишком соблазнительно сидит на ее фигуре и демонстрирует восхитительные ноги.

Я сказал «восхитительные»? По-моему, мне нужно проветриться. Не могу я в здравом уме, который час, думать о Машке. В этот момент она останавливается напротив меня и, прищурившись, тычет мне пальцем в грудь.

– Если ты пришел испортить мне настроение, то зря стараешься.

– Что, любовничка своего ждешь?

Ухмыляюсь, заметив растерянность на ее лице.

– Фу, что за выражения? Ты словно из леса вышел.

– Хм, из леса, значит…

Выпрямляюсь в полный рост и сокращаю расстояние между нами. Округлив изумрудные глаза, Ведьма отстраняется. Каждый мой шаг вперед сопровождается ее шагом назад. Эта игра длится до тех пор, пока она не натыкается спиной в стену.

Упираюсь руками с двух сторон, не давая сбежать от меня, и нависаю над ней. Рыжей приходится откинуть голову, чтобы смотреть мне в глаза.

Ее грудь часто поднимается и опускается, касаясь меня. От такой запредельной близости в ушах начинает звенеть, а низ живота наливается тяжестью.

– Чернов, ты что делаешь? – неестественно тихим голосом задает вопрос Маша.

Уголок губ приподнимается в полуулыбке. Наклоняюсь ближе, вдыхая вишневый аромат, и провожу носом по тонкой шее. Приходится собрать все самообладание, чтобы не коснуться нежной кожи губами.

– Как что? Я же из леса, вот и научи меня хорошим манерам и правильной речи.

Замерев, девчонка таращится на меня большими глазами. Ее учащенное дыхание щекочет кожу. Приближаюсь к пухлым губам. Как только она их приоткрывает, резко вдыхая, делаю шаг назад и начинаю громко смеяться. В полной растерянности Машка хлопает ресницами, продолжая стоять на месте.

– Ведьма, да ты уже даже про своего англичанина забыла! Стоишь тут, слова вымолвить не можешь!

Она сводит брови у переносицы, подходит и стукает меня по груди ладошкой.

– Ты! Да ты… – задыхаясь в возмущении, она не может подобрать слов.

Только намереваюсь парировать тем, что рыжая сама бы с удовольствием ответила на поцелуй, как раздается звонок в дверь. Она улыбается и, развернувшись на пятках, бежит в коридор.

– Кто пришел? – спрашивает Дашка и встает рядом со мной.

– Понятия не имею, – огрызаюсь.

Собираюсь уйти, но в гостиную заходят Генри и рыжая с букетом розовых орхидей в руках.

– Мы пойдем на пляж, – предупреждает она.

– Если что – звони, – говорит ее подруга.

– Может, нам тоже пойти на пляж? – интересуется Шишков, неожиданно появившийся в дверном проеме.

***

– Если ты не перестанешь на него смотреть, то он воспламенится, – ухмыляется Язычник.

– Я на это и рассчитываю.

После того, как Машка ушла с ухажером, мы всей большой компанией оперативно собрались и направились на пляж. К счастью или к сожалению, нам удалось занять те же места, что и утром.

Мне прекрасно было видно, как этот иностранец катал Ведьму на гидрофлайте. Плюсом ко всему их шезлонги находились рядом с нашими, и я мог слышать обрывки их разговора. А потом им приспичило пойти перекусить.

В пляжном кафе, расположенном неподалеку, на террасе под уютным навесом нет ни одного свободного столика. Зато внутри работает кондиционер и не так многолюдно.

– Ты весь вечер не спускаешь с них глаз. Мы уже почти тридцать минут сидим здесь, – фыркает Леон.

– А что ты предлагаешь мне сделать? – вспыхиваю, повышая голос.

Несколько человек, сидящих рядом, поворачиваются в нашу сторону с неодобрительными взглядами.

– Извините, он у меня дурачок. Не умеет себя вести в общественных местах, – улыбается Лео.

Взяв стакан, он залпом допивает апельсиновый сок и со стуком ставит его обратно.

– Сиди здесь. Надеюсь, я вернусь живой. Если что знай, ты всегда был моим лучшим другом.

Не успеваю спросить, что за херню он несет, как Язычник поднимается на ноги и приближается к столику Ведьмы и ее ухажера.

Глава 6

Мария

– На самом деле букет составляли именно для тебя. В нем есть несколько видов орхидей, обозначающих вечную молодость и аристократизм, красоту и роскошь. Но ни один цветок мира не сможет сравниться с тобой…

Генри не успевает договорить, потому что рядом с ним, подобно снежной лавине, приземляется Леон. Он улыбается и обнимает его за плечи.

– Привет. Ты, значит, тот самый Генри – новый знакомый Маши.

Что этот придурок вытворяет? Сжав кулаки, замечаю растерянный взгляд англичанина. Натягиваю улыбку, стараясь выглядеть нейтрально.

– Д-да, – наконец отвечает он.

– Меня зовут Леон.

– Леон? Ты тоже иностранец?

– Наполовину. Мы, кстати, с ней живем в одном доме, – кивает Лео в мою сторону, до сих пор улыбаясь, будто снимается в рекламе зубной пасты.

– Ты тоже? – брови Генри поднимаются от удивления.

Подавляю желание закатить глаза и раздраженно рыкнуть.

– Нас четыре парня и четыре девушки. Мы по парам, понимаешь?

Ну все, этому разукрашенному удалось меня разозлить. Со всей яростью пинаю его под столом, но вместо Лео вскрикивает Генри.

– Оу-у-у!

Как я могла так промазать?

– Прости, я… У меня…

– Так на чем я остановился? – продолжает Леон как ни в чем не бывало. – Ах, да! Вон сидит ее бойфренд.

Он указывает подбородком за мою спину. Я поворачиваю голову и встречаюсь с пристальным взглядом зеленых глаз. И почему я сразу не догадалась, что этих кретинов тут двое?

– О, я видел его, когда приходил к вам в дом. Но ты мне сказала, что у тебя нет парня.

Генри настороженно смотрит на меня, пока мои щеки заливаются краской от злости. Кажется, сейчас произойдет первое в мире убийство, совершенное коктейльной трубочкой. Но я уверена, что меня оправдают, когда я расскажу судье, что эти два идиота испортили мне свидание.

– Э-э-эм… Это не то, о чем ты подумал. Мы просто…

– Вы свингеры? – задает вопрос Генри, ставя меня в тупик.

– К-кто такие свингеры? – переспрашиваю.

– Лучше тебе не знать, – кривит губы Леон. – Нет, нет. Он не ее парень и мы не свингеры, – поспешно поясняет он. – Мы просто друзья. А как хорошие друзья мы обязаны знать, с кем общается Мария. Поэтому предлагаю сегодня всем собраться в клубе и познакомиться.

Я скрежещу зубами, не в силах произнести ни слова. Присутствие Генри – единственное, что меня останавливает от кровопролития в этом пляжном кафе.

– Конечно. Я буду рад познакомиться с друзьями Марии.

Когда приду домой, нужно взять подушку и проораться в нее.

– Заметано. Мы будем тебя ждать.

Лео поднимается на ноги, только сейчас освобождая Генри от медвежьих объятий, и уходит. Шумно выдыхаю, наконец-то расслабляясь, и откидываюсь на спинку.

– Извини, мои друзья…

Которые вообще мне не друзья.

– …немного идиоты.

– Они кажутся милыми. Я очень хочу познакомиться со всеми твоими друзьями.

Сохраняю очаровательную улыбку, боясь представить, что меня ждет вечером. Мы с Генри договариваемся, во сколько встретимся в клубе. Он оплачивает наш счет в кафе и, как настоящий джентльмен, целует мою руку на прощание. Как только его фигура скрывается из вида, я встаю из-за стола и тяжелым шагом направляюсь к двум придуркам, не догадавшимся сбежать отсюда раньше.

– Твой друг-кретин испортил мое свидание, и не надо делать вид, что это не твоих рук дело, – плюхаюсь рядом с Черновым, испепеляя его глазами.

– Машенька, как ты могла такое подумать? – Леон кладет ладонь на грудь и демонстрирует невинный взгляд. – Мы, как твои друзья, очень переживаем и хотим, чтобы только достойный мужчина был награжден твоим вниманием.

– Не неси чушь. Вы…

Оглушающий визг прерывает меня, и я кривлюсь, надеясь не оглохнуть.

– Вы же играете за хоккейную команду «Огненные медведи»! – пищат три девушки, переводя взгляд с Миши на Лео и обратно.

– Да, а вы откуда знаете? – улыбается Чернов, а я закатываю глаза.

– Мы ходим на каждый ваш матч и даже не думали, что сможем встретить вас здесь. Вы отдыхаете, да?

– Нет, они свое хозяйство между ног отогревают, – ехидничаю.

Рты девушек открываются в форме буквы «О» и они хлопают глазами.

– Она шутит, – поясняет Леон.

– А можно с вами сфотографироваться?

– Конечно.

Мишка так быстро соглашается, что я не успеваю придумать новую шутку. Скорчив лицо, наблюдаю, как парни встают из-за стола и подходят к девушкам. Одна из них пихает мне в руки смартфон, оперативно вставая к остальным.

– Я к вам в личные фотографы не нанималась, – цежу сквозь зубы, продолжая сидеть на месте.

– Машенька, ты ведь не оставишь наших фанаток без фотографий?

Мурлыкающий голос капитана заставляет что-то дернуться прямо в центре груди. Фыркнув, сдаюсь и встаю на ноги. Девушки ведь не виноваты, что они придурки. Поднимаю телефон напротив лица. На экране отчетливо вижу, как одна девчонка прилипла к Мише, подобно пиявке. Если они так постоят еще немного, то срастутся как сиамские близнецы и больше никогда не расстанутся.

Медленно выдыхаю, прогоняя из головы навязчивую идею запустить в нее перечницей. Несколько раз нажимаю на кнопку, делая снимки, и протягиваю гаджет обратно девушке.

– Может, еще сделаем пару фоток?

– Нет! – рявкаю, не сдержавшись.

– В следующий раз, девчонки, – подмигивает им Леон. – Нам уже пора.

Выйдя из кафе, мы находим ребят. С дурацкой улыбкой на лице Лео сообщает всем, что после ужина мы идем в клуб. К удивлению, все положительно встречают новость, чего не скажешь обо мне. Приняв неизбежное, помогаю девчонкам собрать вещи, и мы возвращаемся домой.

***

За ужином царит если не дружеская, то хотя бы доброжелательная обстановка. Мне даже удается найти плюсы в том, что мы пойдем в клуб все вместе.

За несколько часов до выхода мы с девчонками собираемся в комнате у нас с Дашкой. Выбрав себе наряды и сделав незамысловатые прически, выкладываем содержимое косметичек на одну из кроватей и приступаем к макияжу.

– А, по-моему, ты нравишься нашему капитану, – внезапно звучит комментарий Оксаны.

Перестав красить губы, поворачиваюсь в ее сторону.

– Да-да, – подхватывает Тася.

– Пф-ф-ф… Единственное, что ему нравится – это бесить меня, – закатываю глаза и, закрыв тюбик губной помады, убираю ее в сумочку.

– Мне тоже показалось, что Чернов испытывает к тебе симпатию, – подключается к разговору Дашка, заканчивая делать укладку.

– Ну и фантазия у вас, девчонки, – усмехаюсь и застегиваю ремешок на босоножках с высоким каблуком. – Пойду воды выпью. Кто-нибудь еще хочет?

– Нет, – в унисон отвечают они.

Выхожу из спальни и, спустившись на первый этаж, направляюсь в столовую. Налив себе стакан воды, большими глотками осушаю его до дна. За спиной раздаются шаги, и я поворачиваю голову.

Шишков.

Думаю, сегодня у меня и так был достаточно дерьмовый день. Ставлю стакан в раковину. Прохожу мимо Андрея, но он останавливает меня, хватая за руку.

– Что, не удалось прыгнуть в койку к капитану, и ты решила переключиться на своего иностранца? Или он просто рыбка покрупнее?

От его резкого и колкого тона по коже бегут мурашки. Правая ладонь начинает зудеть от желания дать ему пощечину, но я не собираюсь играть по его правилам и устраивать шоу.

– А ты с какой целью интересуешься? Завидуешь, что я не стремлюсь попасть в твою койку?

– Сучка, – шипит Шишков.

Он дергает меня за руку в свою сторону так резко, что я еле удерживаю равновесие.

– Что здесь происходит? – басистый голос Чернова со стальными нотами разносится по кухне, и внутри меня все холодеет.

Михаил

Две пары глаз испуганно смотрят на меня. Замечаю, что Шишков держит девчонку за руку. Перевожу на него взгляд и выгибаю бровь в немом вопросе. Он быстро отпускает ее, откашливается и запускает пятерню в волосы.

– Биг босс, да она это… Я пришел воды попить, а эта ненормальная начала сцены устраивать.

Ведьма плотно сжимает губы, испепеляя Андрея и продолжая молчать. Ей, конечно, палец в рот не клади, но что-то мне слабо верится, что она первая начала их перепалку.

– И ты, как обиженный мальчик, решил показать ей свою силу?

Его глаза расширяются. Подняв перед собой ладони, он делает небольшой шаг назад.

– Миш, да я просто это… ну…

– Еще раз захочешь решить вопрос физически, а не словесно – я переломаю все твои конечности.

Я не шучу, и он это понимает.

– Вы чего тут все собрались? – звучит голос Леона за моей спиной.

– Ничего.

Рыкнув, прохожу вперед и останавливаюсь у столешницы. Складываю руки на груди и опираюсь бедром о край. Машка с Шишковым быстро выходят из кухни, а Лео, посмотрев им вслед, подходит ближе.

– Нашел что-нибудь интересное? – интересуется он.

– Да я еще даже телефон в руку не успел взять.

– Быстрее ищи, мы уже скоро выходить будем.

– Не нервируй меня, а.

– Ой, какие мы нежные, – передразнивает меня Язычник и получает кулаком в плечо.

Поворачиваю голову. Взгляд непроизвольно опускается. В раковине вижу стакан со следами губной помады. Шишков, значит, пил…

– Слушай, – потирая пальцами лоб, обращаюсь к Леону, – ты не заметил ничего странного между Андреем и Машей?

Он поднимает глаза к потолку, почесывая затылок.

– Нет, а должен был?

– Мальчики! – доносятся голоса двух сестер. – Мы вас ждем!

– Идем! – повернув голову, кричит Лео и, махнув головой в сторону двери, направляется на выход.

***

Предлагаю к вашему прослушиванию Justin Timberlake, Timbaland – SexyBack.

Минуем вход в клуб, оформленный яркой разноцветной вывеской. Внутри нас встречает ритмичная музыка. Танцпол залит яркими цветными огнями и лазерами. Диджей находится на возвышении, создавая незабываемую атмосферу, управляя настроением толпы.

Сам клуб оформлен в современном стиле: стены разрисованы граффити, со светящейся в темноте краской, вся мебель черного цвета, а барная стойка подсвечивается разноцветными лампами. У одной из стен замечаю свободное место с уютным полукруглым диваном.

– Пойдемте! – выкрикнув, Тася и Оксана хватают Машу с Дашей и тащат в центр танцпола.

– Отлично, – буркаю под нос. – Нужно занять место, – говорю парням и дергаю подбородком в сторону столиков.

Воздух наэлектризован различными запахами парфюма, смешанного в одну гамму и настойчиво проникающего в легкие. На танцполе, тесно соприкасаясь телами, парни и девушки двигаются под играющий трек. Заняв свободное место, успеваем только заказать напитки, как возле нас появляются три незнакомые девушки.

– Русалки не желают скрасить наше одиночество? – ухмыляется Андрей, похлопав по месту рядом с собой.

– Посейдон заскучал?

Самая бойкая опускается к нему на колени, вторая садится между Вовкой и Леоном, а третья – между Леоном и мной. Парни начинают знакомиться с девушками, а я, отыскав Ведьму на танцполе, смотрю, как соблазнительно двигается ее тело. Это уже не просто интерес. Это зависимость. Бедра покачиваются в такт музыке, глаза полуприкрыты, а губы изогнуты в улыбке.

Воздух моментально становится тяжелым. Чувство, будто все тело в огне. Член поднимается, одобряя сцену, которую я наблюдаю, но кто-то стучит по плечу, прерывая меня.

– Ты нашел? – задает вопрос Лео, перегнувшись через девушку.

– Даже искать не пришлось.

Достаю смартфон, снимаю блокировку и, пару паз кликнув по экрану, протягиваю ему. Нахмурив брови, он просматривает страницу, листает фото и возвращает мне.

– Вот обмудок! – комментирует Язычник.

– Подержи.

Девушка, что сидит между нами, сует мне в руку стакан с виски.

– Что-то здесь слишком жарко, – улыбается она и снимает рубашку, оставшись в одном топе, который больше напоминает широкую полоску ткани.

– Отдыхаете, мальчики?

Возле меня неожиданно появляется Машка. Ее пылающий взгляд метается между мной и рядом сидящей девушкой. Твою мать, и почему у меня странное ощущение, словно я где-то накосячил?

– А мы думали, что вы нам место тоже займете, – язвит она.

– Тут всем места хватит, – опережает меня с ответом Шишков, на коленях которого до сих пор сидит девушка.

Не обратив на него внимания, Маша выхватывает у меня из рук стакан и осушает его одним большим глотком. Вижу, как меняется ее выражение лица. На глазах появляются слезы, и она начинает кашлять, вцепившись в мое плечо ногтями. Она точно не ожидала, что в нем будет крепкий спиртной напиток.

– Ведьма, прибереги коготки до того момента, когда мы останемся одни в доме.

С грубым рычанием резко разворачиваю рыжую к себе спиной, сажаю на колени и слегка похлопываю по спине. Беру со стола свой стакан с соком. Протягиваю ей, чтобы она смогла заглушить обжигающее першение в горле.

Машка отпивает содержимое и с шумом ставит стакан на место. Вскочив на ноги, она впивается в меня широко раскрытыми глазами и тычет пальцем.

– Не вздумай. Больше. Прикасаться ко мне, – разделяет каждое слово.

– Нормально. Еще меня виноватым сделала. И это вместо благодарности за спасение?

– Побереги животные объятья для кого-то другого. На меня это не действует.