Легенды Интры. Эсфира

– Ты тоже так считаешь?

– Присутствие. – Кивнула Селина. – Только оно способно повредить этим тварям.

– Твоя магия тоже сопряжена с Присутствием?

– Отчасти. Я же не волшебница. А без луны и вовсе бессильна.

Неожиданно земля дрогнула – это матка перевернулась на другой бок. Своими тонкими и короткими конечностями она отчаянно пыталась достать до своих ран, но у неё ничего не получалось.

– Итак, пора доказать свою полезность, Светяшка. Отвлеки её, – он собиралась подтолкнуть эльфа вперёд, но вовремя опомнилась, что это может быть опасно для них обоих.

Когда Шэутор и Люмилай рассорились окончательно, они провели строгую границу между своими источниками силы. Солнце отныне не могло коснуться луны, магия противоположной стороны была смертельна. И, разумеется, все чувства под запретом. Кроме жгучей ненависти. Столько раз бог солнца подставлял свою бывшую возлюбленную, что сердце последней обратилось в холодный камень. И даже единственная дочь никак не могла завоевать любовь своей матери, растопить её жестокое сердце.

Эльф, бубня под нос проклятия, поплёлся в сторону матки гулкеров. Она продолжала дрожать и истекать зловонной кровью. Почуяв живое существо, она ещё больше задёргалась и принялась шарить своими лапами по земле. “И как я должен это отвлечь?” – думал эльф и, морщась, уворачивался от когтей. Он заметил, как она в одной лапе сжимает чёрные нити. Достав из голенища сапога небольшой кинжал, эльф поплёлся к ней. Зачарованная силой Присутствия сталь, возможно, смогла бы разрезать сеть в этом уязвимом месте.

Селина тем временем приблизилась к боку чудовища, отвлеченного копошением эльфа. Закрыв глаза, дева вслушалась в окружающие звуки и ощутила биение тяжелого сердца. Перехватив копьё, она сделала пару шагов назад, а затем со всей силы метнула его в тушу чудовища. С громким рёвом матка гулкеров вспыхнула голубым огнём и рассыпалась тысячей своих детёнышей ровно в тот момент, когда эльф разрезал нити сети. У Селины перехватило дыхание, и она с ужасом смотрела на клубящихся перед ней тварей. Но они ничего не успели сделать: треснувшая сеть осыпалась на землю, пропуская лучи восходящего солнца. Эльф обернулся и увидел застывшую Селину. Он рывком стянул с себя плащ и, огибая оцепеневших от солнца гулкеров, подбежал к девушке. Он тут же укутал её плащом и прижал к себе.

– Очнись, Селина, – шептал он, – нам надо вернуться в лес! Солнце всходит.

Гулкеры с громким шипением сгорали под лучами светила. Обычно укрытые сетью своей матери, они и знать не знали о существовании солнца. И теперь, беззащитные, дохли в его лучах. Эльф подтащил Селину к кустам.

– Копьё!… – Прохрипела она.

Он кивнул и вернулся за ним. От чудовищ остался только серый пепел. Эльф достал из мешочка свой медальон – солнечный камень вновь засветился теплом. Подняв с земли тяжеленное копьё, он вернулся к Селине. Та, укрывшись в тени деревьев, села на землю и дрожала от усталости.

– Спасибо. – Кивнула она эльфу.

– Идти сможешь? – Спросил он, прислонив копьё к дереву.

– Сейчас, отдышусь пару минут. – Она вдруг серьёзно посмотрела на него. – Ты ведь мог бросить меня…

– Что? Ты серьёзно? Чтобы потом Люмилай уничтожила не только солнечных эльфов, но и вообще всех эльфов? И людей? Не говори глупости.

– Наши народы ненавидят друг друга. Солнечные эльфы не раз пытались меня убить. Сейчас была прекрасная возможность. Ты же знаешь, моя мать не может покидать Лунную Башню. Без меня она не вернёт Диадему…

– Знаешь, в моей жизни было не мало бесчестия, – он вдруг сел возле Селины, – но я никогда не был предателем или убийцей. Ты защищала нас всю ночь. Я обязан тебе жизнью. Ты тоже тогда в таверне могла убить меня, но не сделала этого. Почему?

– Я не знаю. Ты… другой?

– Потому что у меня кожа не светится? – Усмехнулся эльф. – Нет, просто ты тоже не такая. Ты справедливая и самоотверженная, а не убийца. В этом мы похожи.

– И совсем мы не похожи! – Возмутилась Селина, поднимаясь. – Но я благодарна тебе. И это не значит, что мы стали друзьями, Светяшка!

– По крайней мере мы выяснили, что не собираемся убить друг друга. – Он тоже поднялся.

– Признайся честно, ты знал, что близится утро, и потому пошёл со мной? – Селина взяла копьё и пошла по тропинке обратно в глубь леса.

– Как бы я должен был это знать? Я же не провидец. Считай, сила Присутствия подтолкнула меня.

Жрица и Каэдор обустроили лагерь в стороне от Тракта и как можно дальше от места ночного сражения. Как только Фир пришла в себя, он поспешила скрыться в своей палатке и отказалась выходить, даже когда вернулись Селина и эльф.

– Эй, что это? – Спросил эльф, взглянув на свою правую ладонь, которая неожиданно почернела.

– Ничего хорошего. – Каэдор смотрел на свою точно такую же руку. – Орден Тишины.

Глава 6

С каждым новым днём угасало тепло осеннего солнца. Золотая пожухлая листва шуршала под ногами, небо затягивали серые тучи, и девушка, спешиваясь, накинула на голову капюшон. Вскоре первые капли коснулись земли, но в каменной беседке можно было спокойно переждать дождь. Ощущения подсказывали, что он будет недолгим. Кони, укрытые под деревьями, ещё сохранявшими листву, нервно прядали ушами и негромко фыркали. Девушка, обняв себя, присела на каменную скамью. Дождь усиливался, шуршал по земле, по листве, насыщал воздух приятной прохладой и свежестью. Спутник девушки, постоянно осматриваясь вокруг, присел на скамью с противоположной стороны беседки. Он был молчалив как никогда. Взглянув на девушку каким-то отстранённым взглядом, мужчина отвернулся, разглядывая чернеющий лес. Вдруг пухленький дрозд приземлился рядом с девушкой, издал несколько протяжных криков и, получив угощение, вновь улетел. Девушка улыбнулась, затягивая тесёмки мешочка с кормом, который всегда держала при себе на подобные случаи. Мужчина вопросительно посмотрел на неё, хотя она была уверена, что он не хуже нее понял сообщение птицы. Сэр Римлан всеми силами искоренял в себе то, что дано от рождения, то, что могло… разлучить его со своей госпожой. Ведь не положено паладину Золотой Звезды Ашатсы бродить по лесам, болтать с птичками и по зову сердца переходить в дикий облик, чтобы в свете луны и звезд ощутить истинное единение с природой. В общем, не положено быть друидом, не положено поклоняться эльфийской богине.

– Они держат путь в Академию Волшебства. – Сказала леди Силестер. – Мне кажется это странным. Если они те самые воры, то почему они идут в другую сторону?

– Никто не знает, как попасть в Храм Эсфиры, кроме её последователей. – Ответил паладин. Сейчас ничего не выдавало в нём его титула и принадлежности. Вынужденные скрываться, они отбросили все регалии, отдав предпочтение простой одежде и чёрным плащам. Даже свой меч ему пришлось оставить в родовом поместье Силестер, вооружившись простым коротким мечом. Леди надеялась, что им не придётся сражаться. В конечном итоге, ей не было никакого дела до сердца злой богини. Пусть только вернут то, что украли у её семьи.

– Если пройдём через эту рощу, то выйдем как раз к Старому Перекрёстку. – Леди Силестер махнула в сторону деревьев. – Они почему-то сбились с пути и движутся как раз к нему. Там их и перехватим. Ночи всё ещё короче дня. Лунная воительница не даёт им путешествовать при свете солнца. Ты не находишь странным их компанию?

– Их определённо что-то связывает. Возможно, воля злой богини. Слышал, когда ещё проходил обучение, что она ходит по миру в облике дряхлой старухи и проклинает чужие сердца в бессмысленных попытках обрести своё.

– Это “Сердце Эсфиры”… Оно правда ей принадлежало?

– Не знаю. Если Небесная Светлость Лириан говорит, что оно принадлежит Небесной Светлости Киране, то разве есть причины для сомнений? Они же боги. А эта Эсфира… что-то навроде Огненного Владыки. Только мёртвая. Госпожа Ашатса объявила Эсфиру и всех её последователей злом, которое должно уничтожать священное пламя. Поэтому и те, кто вознамерился ей помогать, не заслуживают жить под солнечным светом Ашатсы.

Девушка вздрогнула, услышав столь резкие слова. Она знала, сколь сильна и непоколебима вера у паладинов Золотой Звезды. Но почему-то ей хотелось, чтобы сэр Римлан был другим. Он и был другим, там, под тяжестью золотого доспеха, за маской равнодушия и благочестия. В его зелёных глазах отразилась настоящая жизнь, его сердце порой билось непокорностью, в нём обитала любовь. Иначе бы его здесь не было.

– Нам стоит сообщить о них Его Небесной Светлости? – Спросила девушка.

– Как предписывает нам…

– Я хочу услышать мнение Римлана, а не паладина Золотой Звезды. – Резко перебила его она.

– Хорошо. – Вздохнул он. – Я считаю, что мы должны поступить правильно. И в данном случае правильно не вмешиваться в дела богов. Мы не можем знать, чем для нас обернётся принятие той или иной стороны, но, очевидно, хорошим это закончится не может.

Леди Силестер согласно кивнула. Когда-то её учили быть внимательной, учитывать мнение каждой из сторон и всё ставить под сомнение. Не может быть две противоположной правды.

Девушка поднялась и подсела к Римлану. Она хотелось прижаться к нему, ощутить хоть капельку тепла, которое предназначалось другой, ревнивой и мстительной госпоже. Пальцы девушки легонько коснулись его руки…

– Дождь заканчивается. –Сэр Римлан поднялся со скамейки и хотел выйти из беседки, но девушка преградила ему дорогу, положив обе руки на его грудь. Она чувствовала, как ровно и мощно билось его сердце, которое ныне не пряталось за зачарованными доспехами. Римлан вдруг весь напрягся и сжал руки в кулаки. Он не смотрел в глаза свой госпожи, но на лице отчётливо читалось страдание.

– Тебе не нужно быть таким, пока мы одни и далеко от Архенхолла. –Сказала она.

– Я снял доспехи, оставил свой меч, но от взгляда Ашатсы, от её неустанного шёпота это меня не спасёт. Она всегда следит за своими…рабами. Она всегда здесь. – Он постучал пальцем по своему виску. – Я связан клятвой…

– Как и я. –Горько усмехнулась леди Силестер. Правой рукой она коснулась щеки Римлана, осторожно провела пальцами по шраму в форме четырехконечной звезды. Девушка все знала о своём защитнике, весь его путь, все его страдания и жертву, которую он принёс ради ее семьи. Бессмысленную жертву.

Он накрыл своей ладонью её пальцы, вдыхал аромат её кожи, наслаждаясь нежностью и этим кратким теплом. Другой рукой притянул её к себе за талию и обнял, уткнувшись лицом в плечо. Она перебирала пальцами его чёрные кудри, в которых сквозила седина. Улыбалась своему недолгому счастью. Им не быть вместе. От этого сдавливало в горле, щипало в глазах и кололо в сердце. Судьба бывает крайне несправедлива. Их социальное положение изначально было неравным, орден Золотой Звезды и вовсе проложил между ними бездонную пропасть, и ко всему прочему она была обручена с другим. И если бы кто-то спросил, чего хочет леди Селестер, она бы не сомневаясь ответила –остаться в этом моменте, в этой беседке на пути к Старому Тракту, обратиться изваяние и никогда не разлучаться с тем, кого любишь.

И все же она отстранилась первой. В этой глуши их никто не мог увидеть, но не хотелось лишний раз привлекать внимание ненасытной Ашатсы. Дождь прекратился, и девушка, смахнув застывшие на ресницах слезы, вышла из беседки. Тяжёлой поступью за ней следовал верный рыцарь. Если их план осуществится, то уже завтра утром они будут на пути в столицу. И больше никогда друг друга не увидят.

***

Когда на теле появляется отметка Ордена Тишины, это может означать только одно – жертве нет спасения. Убийцы любят поразвлечься, как кошка с мышкой. И именно осознание обречённости “мышки” доставляет им неописуемое удовольствие. Никто не знает как и откуда они появились, где их убежище и существует ли способ от них избавиться. Пока никто не преуспел, даже боги. Дополнительная сложность – они считаются смертными, а для того, чтобы их покарать необходимо нечто большее – например, попытка уничтожить мир. Убийцы же действуют в рамках дозволенного. По крайней мере так оправдываются на Совете Богов те, кто неизменно прибегают к помощи Ордена Тишины. Остальные же только обречённо разводят руками.

Когда именно успели перейти дорогу Ордену Тишины путешественники, никто не знал. Жрица и Каэдор были уверены друг в друге, как и в Лунной Деве – она всё же представительница божественного пантеона. А вот Фир и эльф… К ним изначально не было никакого доверия, а теперь стало понятно, что Орден Тишины охотится за одним из них. Эльф утверждает, что вообще не слышал никогда об этом Ордене, а Фир просто молчит, изредка отрицательно качая головой.

Так они и шли вперёд, бросая друг на друга подозрительные взгляды и ожидая, что из-за дерева вот-вот выскочат убийцы. После сражения с гулкерами Фир заметно ослабла. Она закуталась в плащ и держалась позади всех. Каэдор на каждом привале пытался заговорить с нею, но девушка полностью отгородилась от всех, даже от своей подруги Селины. Лунная Дева попросила не тревожить Фир, но Каэдор всё равно не оставлял попыток.

– А есть ли способ как-то снять метку? – Спросил эльф, пытаясь ногтями соскрести черноту с ладони.

– Она исчезнет, когда контракт будет исполнен. – Недовольно ответила Жрица, сидя под деревом. Уже занимался рассвет, и им опять пришлось остановиться. – И если бы мы знали, за кем именно охотится Орден Тишины, то было бы гораздо проще.

– Но мы не знаем. – Сказал Каэдор резче, чем хотел бы. – И обвиняя друг друга, мы ничем не поможем ситуации.

– Обратимся с Совету Богов. – Предложила Селина. – Кто бы ни был нашим недоброжелателем, они так просто это не оставят. Связь с Орденом Тишины карается сурово…

– Кем карается? – Усмехнулся Каэдор. – Боги же и отправили его за нами.

– Тебе-то откуда знать? Если такой всеведущий, так может расскажешь, кому мы насолили? – Селина, накинув капюшон на голову, устроилась в тени деревьев. – Нет, мы просто должны быть готовы ко встрече с ними. И сразиться за свою жизнь!

Каэдору не хотелось спорить или что-то доказывать Лунной Деве. В конечном счёте он всего лишь бард. Каэдор вновь посмотрел на Фир, которая расположилась в стороне от всех и прижимала к груди свой бездонный мешочек. Она выглядела такой несчастной, что, наверное, уже сто раз пожалела, что попросила помощи у Каэдора и Жрицы. Теперь же над нею и вовсе нависла смертельная угроза.

– Кто-нибудь знает, где мы? –Спросил эльф. –Мне кажется, что мы сбились с пути.

– Я заметила в земле несколько отпечатков громадных лап. Камень оплавился на дороге вокруг них. Мы на пути к Старому Перекрёстку. –Ответила Жрица. –Это гораздо южнее Центрального Тракта.

– И никто уже не пользуется этой дорогой. –Согласилась Селина. –Полагаю, нас специально загнали сюда.

– На Перекрёстке можно будет повернуть на Архенхолл, и выйти на Дорогу к Морю. –Размышляла Жрица. –Если, конечно, мы доживём до утра.

Несмотря на пессимистичное настроение, Орден Тишины до сих пор себя никак не проявил. С восходом Луны они продолжили свой путь, и никто не покушался на их жизнь. От этого ощущение тревоги лишь нарастало.

Старый Перекрёсток, несмотря на своё название, появился на триста лет позже Перекрёстка Водегельба. Старым он стал в тот момент, когда им перестали пользоваться. Случилось это ещё во время Войны Трёх Богов. На Перекрёстке, не имевшем специфического названия, расположилась деревня и Южный Рынок –крупнейший в королевстве. Тогда повсеместно царил хаос, и Огненный Владыка не преминул этим воспользоваться. Наплевав на запрет появляться во Внутреннем Мире лично, Огненный Владыка с ватагой демонов прошествовал по этой дороге, разрушая все на своём пути. Следы его гигантских лап на века отпечатались в земле. В чем была цель Огненного Владыки –до сих пор не понятно, историки сходятся на том, что это был акт всеобщего безумия Века Отчаяния, и Огненный Владыка вёл себя в соответствии со своим положением в пантеоне богов –злобный монстр, который всё делает ради личного удовольствия, не заботясь о мнении окружающих. Однако, Каэдор отказывается принимать эту точку зрения, полагая, что властитель Геены куда сложнее, и у него определённо было мотивы. Многое, связанное с Веком Отчаяния, или забыто, или надёжно сокрыто.

Когда на месте процветающей деревни остались чёрные руины, люди окрестили этот Перекрёсток Старым и проложили новую дорогу до Архенхолла как можно дальше. Много слухов ходит о Старом Перекрёстке, но правда в том, что это просто всеми покинутый безжизненный кусок земли. Из-за проклятого огня Геены, здесь не способны прорасти растения, а в воздухе все время витает запах гари и серы. И если бы в Войне Богов победила Виэль'Ланна, то она бы смогла восстановить это место. А так, загнанная на задворки мироздания, богиня отвернулась от Интры и всех своих последователей, которые продолжают верить и надеяться на её возвращение.

Компания путешественников медленно шла через руины, выбирая место для очередного привала. Жрица, разумеется, не хотела останавливаться в подобном месте, но солнце уже было высоко и ослабляло Селину с каждым шагом. Вдруг из-за очередного строения на дорогу вышли мужчина и женщина. Они были облачены в чёрное и скрывали маской лица. Мужчина выставил вперёд короткий меч, и Каэдор отметил про себя, что этот человек гораздо опаснее, чем кажется на первый взгляд. Селина, для которой люди не были соперниками, вдруг отшатнулась назад, потянув эльфа за собой.

– Они служат Ложной Богине. –Предупредила Лунная Дева. Эльф нахмурился и тоже отступил назад. Для него служители Ашатсы были даже опаснее, чем для Селины.

– Попрошу не оскорблять мою Госпожу! –Громко произнёс незнакомец. –Есть лишь одна истинная богиня, которая вместе со своим достойным супругом низвергла прочих злых богов с их престолов.

– Они одолели только двух, и вряд ли злых. –Хмыкнул Каэдор. –Да и Ашатса в этом не принимала никакого участия…

– Мы здесь не для того, чтобы спорить о богах. –Вмешалась женщина. –Я пришла потребовать назад вещь, принадлежащую моей семье.

Она отбросила капюшон, и перед путешественниками предстала юная девушка с ясным лицом, изящные черты выдавали в ней благородное происхождение. Темно-серые глаза смотрели уверенно, словно бы бросая вызов. Она скрестила на груди руки и, видимо, ожидала, что ее тут же узнают. Но все видели эту девушку впервые.

– Полагаю, будет удобнее, если мы узнаем кто Вы и что у Вас забрали. –Каэдор примирительно поднял руки.

– Перед вами леди Селистер, из старейшего благородного рода. –Представил её мужчина.

– А украдено у моей семьи Кольцо Перемещения.

Все дружно посмотрели в сторону Фир, но та тоже не понимала, о чем речь.

– И почему Вы решили, что это сделали мы? –Спросила Селина.

Девушка достала из-под плаща два листа с объявлениями. На одном красовалось лицо Каэдора, а на другом предлагалась награда за возвращение сердца Эсфиры. Жрица поджала губы и с негодованием взглянула на своего непутевого друга. Она же говорила, что все это плохая затея.

– Все ещё не вижу связи. –Сказала Селина чуть менее уверенно, поглядывая то на Каэдора, то на Фир.

– Его Небесная Светлость Лириан лично сообщил, что сердце Её Небесной Светлости Кираны, которое вы иминуете сердцем Эсфиры, было украдено, а во всей Интре, кажется, только ваша компания в этом заинтересована. Учитывая, где оно находилось, попасть туда можно было только одним способом. –Ответила леди Селистер. –Нас не слишком заботит то, зачем вы ввязались в конфликт богов. Я лишь прошу вас вернуть кольцо, раз оно вам больше не требуется. Именно прошу. Потому что верю в мирные способы решений проблем.

– В противном случае, мы заберём кольцо с ваших трупов. –Добавил мужчина. –Во славу Ашатсы.

– Она назвала лживого бога Небесной Светлостью. – Фыркнула Селина и из последних сил призвала своё копьё. – Уже только за это можно перестать вести с ними какие бы то ни было разговоры. И показать им их истинное место!

Спутник леди Силестер тоже приготовился к бою, но Каэдор встал перед Селиной. Он понимал, что произошло какое-то недоразумение. Как же могло быть украдено сердце Эсфиры, если они ещё даже не приступали к этому?

– Сожалею, но мы ничем не можем вам помочь. У нас нет сердца Эсфиры. Мы как раз искали Кольцо Перемещения, чтобы отправиться в Дом Музыки, но, видимо, нас опередили. –Каэдор старался говорить спокойно и примирительно.

– И я должен поверить тому, кто путешествует в компании отступников? – Голос незнакомца начинал походить на звериный рык, что напугало даже его спутницу. – Я отсюда чувствую смрад смерти, который может исходить только от проклятых учеников Злой Богини. Говорите правду!

– Правду?! – Воскликнула Жрица. – Я жрица Цеза! Ты смеешь обвинять меня во лжи? – Она коснулась своего медальона, приготовившись запустить в нахала столп света.

– Он паладин Золотой Звезды, – шепнул Жрице эльф, – на него не подействуют твои фокусы.

– Зато разозлят его хозяйку.

– Перестаньте, прошу вас! – Взмолилась леди Силестер.

– Да что ты! – Усмехнулась Селина. – Кажется, подвернулся случай отомстить за века угнетения наших народов, Светяшка. Как удобно. Ещё бы луна светила…

“Это метка Ордена Тишины, – подумал Каэдор, – питаясь местной энергетикой, она разжигает в них огонь ненависти и вражды. Весьма изящный способ убийства”.

Вдруг Фир вышла вперёд и встала между противоборствующими сторонами. Она скинула с головы капюшон и сурово посмотрела на людей. Сейчас эта девушка казалась величественной в своём хрупком и болезненном облике. Она взмахнула своей рукой, и волна некротической энергии развеяла все подготовленные чары и молитвы, аура тишины и сумрака разлилась над Старым Перекрёстком. Все тени сползлись к ногам своей повелительницы. Осенний воздух вдруг стал морозным, и даже иней коснулся одежды и волос присутствующих.

– Они говорят правду, – сказала Фир, указывая на леди Силестер, – сердце Эсфиры в самом деле было украдено. Это сделала я.

Мгновенное осознание поразило всех, кроме Селины и Каэдора. Последний выглядел скорее разочарованным. Паладин Золотой Звезды закрыл собою леди Силестер, а Жрица схватилась за рукава своего платья.

– Но я не прибегала к помощи Кольца Перемещения, а потому не мною оно было взято. И никем из присутствующих. Можете спросить у Жрицы Цеза, и она подтвердит мои слова. Можете спросить у дочери лунной богини, и она расскажет, как помогала мне в создании заклинания “Врата Миров”. И если этого мало, то можете призвать меня к суду Суинсетры – мне не привыкать. Можете даже сообщить обо мне лживому богу, но всё это не вернёт вам Кольцо Перемещений. Я вижу отчаяние в твоих глазах, леди Силестер. Не прихоть тебя толкнула на этот путь. Стали бы вы угрожать нам, если бы смерть не дышала вам в спину. Кольцо Перемещений есть в моём храме на севере. Я отдам его вам.

– И всё? Вот так просто? – Не поверила её леди Силестер. – И почему же я должна верить Губительнице Интры?

– Мне было присвоено множество титулов, но никогда я не слыла обманщицей. – Фир протянула к ним свою чёрную ладонь. – Это путешествие не будет простым. Лириан отправил за нами Орден Тишины. Присоединившись к нам, вы тоже станете их целью. Я уже получила то, что так давно желала. Вернувшись в Ниферсет, я более никогда не покину своей обители. Мне нет дела до опостылевшей Интры с её войнами, интригами и ложью в каждом дуновении ветра.

– Я была готова смириться с некроманткой. Но с богиней смерти?! – Возмущалась Жрица, которая с сожалением для себя ощущала, что каждое слово Фир – правда. – Ты знала, не правда ли? – Повернулась она к Селине.

– И была удивлена, что никто из вас этого не понял. – Лунная дева пожала плечами. – Я руководствовалась пожеланиями Фир. Зная, что Лириан так просто это не оставит, меньше всего нам было необходимо, чтобы вы на каждом углу чествовали её.

– Этого бы точно никогда бы не произошло. Значит, и ты нам солгала, дочь Луны?

– Да, я использовала Лунную Диадему, чтобы добыть своё сердце. – Подтвердила Эсфира. – Но для меня важно, чтобы этот факт оставался тайной. Поэтому и поиск реликвии поставила на первое место, несмотря на стремление укрыться в Ниферсете.

Жрица посмотрела на Каэдора, который молчал всё это время. Он отрешенно смотрел себе под ноги. Никогда ещё Жрица не видела его в подобном состоянии. Он не знал, что делать? Или в чём причина его молчаливости?

– Позвольте мне поставить свою жизнь на то, что вы получите Кольцо Перемещений. – Наконец, промолвил Каэдор, обратившись к леди Силестер.

– Как мне это поможет? – Удивилась она. – Твоя смерть не вернёт мне Кольцо.

– Но я готов заключить сделку с Огненным Владыкой. Уж ему-то подвластно вернуть утраченное.

– Зачем?! – Ужаснулась Жрица. Она коснулась его плеча, но Каэдор совершенно не обратил внимания. – Ты их даже не знаешь! Ты отдаёшь жизнь этой ведьме, этим проходимцам… Неужели у тебя нет того, ради чего стоит жить?