Магия Золотой Ведьмы

– Да. Возьмите это под личный контроль.

– Как прикажете, Ваше Величество.

– А за предательство короне замок графа Боварда я приказываю стереть с лица земли!

– Как прикажете, Ваше Величество! – советник склонился в глубоком поклоне, понимая, что спор ни к чему не приведёт.

– Нет… оставить… Там слишком много ценностей, которые могут послужить короне. Конфисковать в пользу королевской казны.

– Вы – мудрейший правитель за всю историю нашего государства! – Инвар вновь почтительно поклонился и удалился.

Оставшись один, Георг рухнул в кресло, сломленный горем. Ревность терзала его душу. Он видел её, свою Эмилию, в объятиях другого мужчины, своего злейшего врага. Он мечтал о его смерти, мучительной и изощрённой. Больное воображение рисовало кровавые картины: Иммануил, поверженный, валяется у его ног, моля о пощаде, а он, великий завоеватель, король Георг III, лично обрушивает на него свой меч.

Спустя час в покои короля вошла Вивиана. Для встречи с Георгом она выбрала роскошное платье из глубокого синего бархата, выгодно подчеркивающее тонкую талию. В смелом вырезе лифа соблазнительно выступала высокая грудь.

– Ваше Величество, осмелюсь ли я нарушить ваш покой? – промурлыкала она, грациозно склонившись в реверансе.

– Выкладывайте, что у вас, и быстрее проваливайте, – рявкнул король.

– До меня дошли слухи о замужестве вашей бывшей возлюбленной.

– Заткнись! Как вышла, так и разведётся!

– Ваше Величество, пора спуститься с небес на землю. У вас растёт сын! – дерзко произнесла Вивиана.

– И что с того? Я не просил вас рожать! – от злости Георг сжал кулаки до хруста, его лицо полыхало от гнева, склеры налились кровью. Казалось, ещё мгновение, и он набросится на Вивиану.

– Вы должны признать Эмиля своим сыном! Вы ни разу не взглянули на своего наследника!

– Пошла вон, дура! Я ненавижу тебя и твоё отродье! – Георг, словно ужаленный ядовитой змеёй, вскочил с кресла, подбежал к Вивиане и, грубо схватив её за локоть, вышвырнул из своих покоев.

***

Пообщавшись с королём, Инвар направился в западную башню королевского замка. Именно здесь, после загадочного исчезновения жены, жил с маленькой дочкой и работал маг Коннелл. Инвар, сам когда-то потерявший семью, искренне подружился с самым сильным и умным магом в стране. Часто они за чашкой чая обсуждали политику, государственные дела и просто жизнь. Чтобы не отвлекать друга от магических дел, Инвар, как обычно, вошёл без стука.

– Всё колдуешь, Нелл? – спросил Инвар, глядя на склонившегося над мерцающими пробирками Коннелла.

– Да так, ерундой маюсь. Изобретаю всякую чушь.

– И что на сей раз взбрело в твою светлую голову?

– Ускоритель роста растений.

– Успешно?

– Скорее комично, чем успешно, – Коннелл оторвался от пробирок и взглянул на встревоженного Инвара. – Что стряслось?

– Георг помешался окончательно… Бредит войной с Иммануилом. Не может смириться, что Эмилия его бросила.

– Даже не знаю, что сказать. Перечить королю не позволено даже магу.

– А если нашу армию разгромят войска Иммануила?

– На всё воля небес. Инвар, я не понимаю, чего ты хочешь? Войны или предотвратить её?

– Я уже и сам не знаю. С тех пор, как меня бросила жена и исчезла с малолетним сыном, даже если меня убьют, мне уже всё равно, – тяжело вздохнул Инвар.

– Я уверен, ты найдёшь своего сына.

– Вопрос лишь в том, где и когда?

– Инвар, я решил покинуть замок. Неспокойно мне здесь. Я должен позаботиться о дочери. Ей нужен отец, а не маг, решающий королевские проблемы.

– Нелл, как тебе такое взбрело в голову? Ты же сильнейший маг в стране!

– И что с того? Скоро Георг захочет, чтобы я создал что-нибудь особенное для армии. Не желаю служить безумцу. Средств у меня достаточно. Буду растить дочь. Обрею бороду, стану просто Неллом. И никто не узнает во мне знаменитого мага Коннелла.

– Как ты собираешься уйти? Георг ведь так просто тебя не отпустит.

– Скажу, что после таинственной гибели жены моя магия ослабла и почти исчезла. Вот и всё.

– Ты уверен, что Лилиана погибла?

– Да… Моя красивая, нежная Лилиана.

– Но её тело так и не нашли.

– Она бы не сбежала от меня. Её кто-то похитил и убил. Только не знаю кто… И зачем… До сих пор перед глазами тот страшный разгром на кухне. И моя малышка, плачущая в колыбели… Хорошо хоть Эстер не тронули.

– Мне будет тебя не хватать.

– Инвар, я слышал, у тебя прелестная молодая любовница. Она поможет тебе справиться с тоской, – усмехнулся Коннелл.

– Завидуешь?

– Нет. Развлекайся, но будь с ней осторожен. Меня настораживает, как лихо она идёт к своей цели: только появилась в королевстве, сразу же удачно вышла замуж за старика, тут же овдовела и забеременела от Георга. Что она предпримет дальше?

– Нелл, я люблю её. Она как светлый луч в моей жизни. Твои подозрения – не более, чем стечение обстоятельств.

– А любит ли она тебя?

– Думаю, да.

– Инвар, если это так, я искренне рад за тебя. Когда обоснуюсь на новом месте, дам знать, где меня найти.

***

Вечером того же дня советник Инвар прилетел в поместье герцогини Вивианы Лейбен.

Вивиана, закутанная в лёгкий шёлковый халат, едва скрывающий изящные линии её тела, встречала его в будуаре. Чёрные, как вороново крыло, волосы рассыпались по плечам волнующим каскадом. Она полулежала на софе в соблазнительной позе.

– По глазам вижу, моя прелестница скучала без меня, – промурлыкал Инвар, склоняясь над ней и заключая в объятия. Желанный поцелуй обжёг губы долгим, тягучим пламенем.

– Разговор… состоялся? – прошептала она, обвивая его шею руками после поцелуя.

– Да… Его Величество жаждет войны.

– Что ж… пусть упивается ею… Новые земли не помешают его сыну, – в голосе Вивианы прозвучал ледяной смех.

– А если победит Иммануил? Он стратег, каких мало. Его армия сильна, и численностью превосходит наши войска.

– Значит, Иммануила нужно нейтрализовать. Шпионы, яды… придумай что-нибудь. Дорогой, я хочу власти! Неужели я зря делила ложе с Георгом? Родила от него Эмиля?

– С Эмилем всё зыбко. Ты не думала, что Георг может забыть Эмилию, увлечься другой женщиной и жениться на ней?

– Георг? Пусть женится… лишь бы жена оказалась… подходящей, – уголки губ Вивианы изогнулись в дьявольской улыбке.

– В каком смысле?

– Такую, которая никогда не сможет зачать. Тогда мой сын останется единственным претендентом на престол. Это ведь так просто.

– Вивиана, иногда я поражаюсь твоей расчётливости, – улыбнулся Инвар, лаская её роскошные волосы.

– А как я должна поступить? – пухлые губы Вивианы сжались в тонкую линию от боли и давней обиды. – Моего деда низвергли с трона и казнили, как преступника, на глазах у всего города! Его единственную дочь продали в рабство! Моя мать была вынуждена прислуживать своему хозяину, словно безродная девка! Он бессовестно пользовался её телом! А когда появилась я, вышвырнул, как надоевшую, ненужную игрушку на улицу, обрекая на нищету! Ну уж нет! Я верну трон нашей семье, чего бы мне это ни стоило! Мой сын будет править!

– Неожиданное откровение… Вивиана, знай, ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку.

– Да, Инвар, я знаю… Ты ведь любишь меня…

– Больше жизни люблю, моя дорогая девочка. И помогу тебе вырастить сына. Король не желает его видеть. А мальчику нужен отец.

– Эмилю? – усмехнулась Вивиана. – Ему не нужны ни отец, ни мать. Наследником престола займутся няньки. Чем меньше он получит любви, тем более суровым и эгоистичным он вырастет. Не таким слюнтяем, как его отец. Надо же, страдает по какой-то белобрысой девке! Смотреть противно!

– Ну что ж… пусть страдает, а мы займёмся делами куда более приятными. Я весь горю от желания быть с тобой.

На губах Вивианы заиграла улыбка. Она одним движением сбросила шёлковый халат, явив любовнику совершенство своего обнажённого тела. Задыхаясь от желания, Инвар подхватил её на руки, словно пушинку, и отнёс на кровать.

– Какой же ты темпераментный, Инвар, – стонала она, когда его поцелуи покрывали каждый сантиметр её бархатной кожи.

– Никому не отдам… Только моя, – шептал Инвар, страстно покусывая мочку её уха, терзая её губы, вдыхая аромат её лёгких духов.

Вивиана извивалась, ловила ртом воздух, впивалась пальцами в простыни, издавая громкие крики наслаждения, распалявшие Инвара ещё больше. Он, лишившись семьи по собственной глупости, топил свою боль в удовольствиях с красивой, молодой, но уже достаточно искушённой любовницей, не предполагая, что становится марионеткой в руках жестокой манипуляторши.

Глава 4

Король Иммануил, проклятый королем Георгом III, пять долгих лет ждал наследника от любимой жены. Первая беременность Эмилии завершилась рождением мёртвого ребёнка. Три последующие – выкидышами. Отчаяние сковало сердце Иммануила. Все его сыновья умирали, не успев появиться на свет. Узнав о пятой беременности Эмилии, он созвал магов и знахарей, потребовав магической защиты для супруги и будущего наследника. Все месяцы беременности Эмилии знахари читали заклинания, жгли травы. И вот настал долгожданный час. Иммануил, сжав кулаки до боли и стиснув зубы от волнения, сидел в кресле, ожидая вестей. Роды проходили в соседней комнате, сквозь дверь доносились стоны, сменяющиеся криками жены. Он готов был принять на себя всю её боль. Наконец раздался плач младенца. Лоб Иммануила покрылся испариной, сердце колотилось как бешеное, ноги отказывались держать. Через минуту в комнату вошла повитуха с младенцем на руках, завёрнутым в белое, отделанное кружевом, одеяло.

– Ваше Величество, у вас родилась дочь! Здоровая, крепкая девочка! – произнесла она, протягивая ему ребенка. Серые глазки с любопытством смотрели на новый, незнакомый мир.

– У меня дочь! Какое счастье! Я стал отцом! – Иммануил не смог сдержать слёз умиления, бережно принимая ребенка. – А моя супруга? Я могу её увидеть?

– С Её Величеством всё хорошо. Она ждёт вас.

Иммануил, сияя от счастья, вошёл в покои жены с дочерью на руках. Эмилия, бледная и обессиленная, лежала в кровати. Он нежно коснулся её губ своими.

– Любовь моя, я вижу, как сильно ты устала.

– Ничего, немного отдохну, и буду любить тебя так же сильно, как и прежде, – улыбнулась она.

– Как прежде уже не получится, теперь нас трое, – его губы тронула ответная улыбка. – Всю свою любовь мы отдадим нашей маленькой девочке. Я хочу назвать её Изабеллой. Что скажешь, любимая?

– Да… Наша маленькая Изабелла. У неё твои глаза, такие же серые, как зимнее небо.

– А волосы беленькие, как твои… и губки твои… такие же пухлые… Наша дочь – настоящая красавица.

***

Весть о рождении наследницы у короля Иммануила ввергла Георга в ярость. Не медля ни секунды, он созвал военный совет. Разработав дерзкий план наступления, Георг отдал приказ начать военные действия на рассвете следующего дня.

– Ваше Величество, необходимо отправить гонца к королю Иммануилу, – осмелился предложить Инвар.

– Зачем? – холодно ответил Георг.

– Известить о начале войны, как того требует кодекс чести.

– Вы в своём уме? Мы нападём тихо, вероломно, без объявления войны.

– Это бесчестно, недостойно короля! – возмутился Инвар, не в силах сдержать гнев.

– Уважаемый советник, я, как король, сам решаю, что достойно, а что нет! А вы можете и дальше ублажать герцогиню Вивиану Лейбен в её будуаре. Мне кажется, роль любовника этой развратной дамы вам подходит больше, чем воевать на благо королевства.

– Ваше Величество, как бы вы ни относились к герцогине, она подарила вам сына.

– Не смейте мне напоминать о нём! – взревел король, его лицо исказилось от гнева. – Я завоюю королевство Иммануила и убью его! А из груди его дочери собственноручно вырву сердце. Вот этой самой рукой! И заставлю Эмилию родить мне моего наследника!

– Ваше Величество, ревность затмила ваш разум. Эмилия никогда не простит вам этого, – попытался образумить его Инвар.

– Заткнись! Вон отсюда! – сверкая глазами, как безумец, закричал Георг.

– Как будет угодно, Ваше Величество! – Инвар склонил голову в знак прощания и покинул кабинет, понимая, что все слова напрасны.

***

Ранним утром яростный стук в дверь прервал сон короля Иммануила и его супруги. Иммануил мгновенно вскочил с постели, накинул халат и поспешил к двери. Эмилия, ещё слабая после родов, приподнялась на локте и с тревогой посмотрела на мужа. Иммануил приоткрыл дверь. На пороге стоял мужчина в военной форме. Его щёки и шея были пунцово-красными и покрытыми испариной от быстрого полёта.

– Что происходит? – строгим голосом спросил Иммануил.

– Ваше Величество, на нас напали! – задыхаясь, выпалил воин.

– Кто?

– Король Георг III. Прямо сейчас. Командир приказал мне известить вас.

– Немедленно объявить моим войскам полную боевую готовность! Мы выдвигаемся к границе, – Иммануил отдал чёткий приказ тоном, не предусматривающим дискуссий.

– Есть, объявить войскам! – отчеканил воин и поспешно удалился.

Иммануил вернулся к жене, опустился на край кровати и произнёс:

– Эмилия, что бы не случилось, ты должна… Нет… ты обязана обеспечить безопасность нашей дочери. Изабелла – наследница престола. Её жизнь в твоих руках. Я знаю, как ты сейчас слаба. Позови на помощь герцогов Шендер, своего отца, но наша дочь должна быть в безопасности.

– Я сделаю всё, как ты просишь, любовь моя. Возвращайся живым. Я буду ждать тебя раненым, контуженным, слепым, но только живым.

Иммануил нежно поцеловал жену на прощание, вышел на балкон и, обратившись в величественного дракона, взмыл в небо, спеша на границу вместе с другими драконами.

Эмилия не теряла ни минуты, она написала записку тёте Августе, умоляя её немедленно прибыть.

Не прошло и получаса, как взволнованная герцогиня Шендер влетела в спальню к племяннице.

– Дорогая, какой кошмар! Неужели безумный Георг всё-таки посмел развязать войну? Твой отец и Людовик полетели вместе с королём на границу.

– Тётушка Августа, мне очень страшно.

– Мне тоже, дорогая.

– Иммануил попросил меня позаботиться о нашей дочери. Помоги мне, пожалуйста. Я ещё не окрепла после родов.

– Конечно, всего лишь сутки прошли. Ты такая слабенькая и бледненькая.

– Я надеюсь, что Иммануил одержит победу и вернётся. Но на всякий случай знай, Иммануил вчера оформил все документы на рождение Изабеллы и её право на престол.

– Так быстро? – удивилась Августа.

– Да. Они в верхнем ящике стола. Там же Иммануил хранит корону, секретный артефакт для строительства порталов и королевскую печать. Если со мной что-нибудь случится…

– Что ты такое говоришь, Эмилия! – воскликнула Августа, её глаза наполнились слезами. – Выбрось эти глупости из головы!

– Не перебивай меня, пожалуйста, тётушка. Если со мной и Иммануилом что-нибудь случится, ты должна всё это забрать. Мою дочь спрячешь так, чтобы её никто не нашёл.

– Я всё сделаю, дорогая, – Августа крепко обняла племянницу, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

Двое суток Августа ни на шаг не отходила от племянницы и её маленькой дочери. Женщины были в отчаянии из-за отсутствия новостей. Тревога Эмилии передавалась крошке Изабелле: она постоянно плакала. На третьи сутки в королевскую спальню влетел Людовик в окровавленной одежде.

– Что? – взволнованно закричала Августа.

– Иммануил убит. Георг со своим войском движется на столицу.

– Что? Нет! – закричала Эмилия, обезумев от ужасных новостей.

– Эмилия, твой отец тоже мёртв.

– Нет! Папа! Иммануил! – её хрупкие плечи сотрясались от рыданий, красивое лицо исказилось от горя.

За окнами творилось страшное: предсмертные крики, обрывающиеся на полуслове, тонули в зловещем шуме резни. Безжалостные головорезы Георга топили город в крови.

– Он здесь! Эмилия, бегите! – Людовик метался по комнате, лихорадочно соображая, куда спрятать племянницу и новорождённую Изабеллу.

– Я – королева. Я останусь с моим народом до конца.

– Эмилия, это уже не тот Георг, которого ты знала. Он – сумасшедший фанатик, обезумевший от крови. Беги!

– Нет! Умоляю! Спасите мою дочь! Георг – захватчик. Изабелла – единственная законная наследница Королевства Серебряных Озёр!

Видя решимость в глазах племянницы, Августа бросилась к столу, где хранились документы и символы королевской власти. Людовик бережно взял на руки крошечную Изабеллу. Эмилия, со слезами, застилающими взор, коснулась губами лба дочери в прощальном поцелуе.

– Да хранит тебя Господь… – прошептала она.

Людовик и Августа спешно покинули королевскую спальню. С первого этажа доносился лязг стали, голоса вражеских воинов, хрипы умирающих охранников. Герцогов Шендер подгонял страх, каждая секунда могла стать последней.

– Какие будут мысли? – прошептал Людовик жене, прячась за тяжёлой портьерой тронного зала, расположенного на втором этаже дворца.

– Выхода нет… открывай портал.

– Но куда?

– Не знаю! Везде воины Георга… Ты же у меня умный! Советник короля! Придумай хоть что-нибудь!

В дверях тронного зала возникла фигура молодого офицера королевской гвардии, отчаянно отбивавшегося от двух солдат Георга. Парень бился из последних сил. Его мундир, некогда безупречный, был изорван и залит кровью. Руки посечены ударами, а над бровью алел багровый кровоподтёк. Людовик, передав Изабеллу Августе, бросился на помощь гвардейцу.

– Я сам! – выкрикнул офицер.

– Нет, я с тобой!

Одного из солдат Людовик пронзил клинком, второго добил молодой гвардеец. Вместе они второпях забаррикадировали дверь в зал стульями и столом.

– Как твоё имя, храбрец? – спросил Людовик, пытаясь отдышаться и внимательно всматриваясь в лицо офицера. Ему едва ли было больше девятнадцати лет. Коротко стриженые чёрные волосы, отважный взгляд чёрных глаз, волевое лицо… он внушал доверие.

– Анри.

– Анри, ты сейчас отправишься через портал в мир людей.

– Нет! Я буду сражаться здесь до последнего вздоха! Я – защитник дворца! – категорично возразил Анри.

– Нет. Ты возьмёшь с собой принцессу Изабеллу и будешь оберегать её, как самое драгоценное сокровище. Это приказ. А приказы не обсуждаются.

Августа, не теряя времени, накинула на плечо Анри, всё ещё не понимавшего, что происходит, холщовую сумку с символами королевской власти. Вложила в его руки маленькую Изабеллу. Людовик открыл портал, используя свой артефакт.

– Вперёд, воин! В сумке – секретный артефакт для создания порталов. Их всего два: один у тебя, другой у меня. На обратной стороне выгравировано заклинание. Произнесёшь дважды – портал откроется и закроется. Там же корона, королевская печать и документы принцессы. Твой долг перед королевством – спасти принцессу Изабеллу! – он подтолкнул нерешительно застывшего с ребёнком на руках Анри в мерцающую арку. Парень шагнул в неизвестность, портал бесследно исчез. Людовик, облегчённо вздохнув, обнял побледневшую жену.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – тихо спросила Августа.

– Не совсем… Но у нас не осталось выбора.

Дверь в тронный зал, под натиском врагов, сорвалась с петель. Внутрь ворвались захватчики. Увидев мирно обнимающихся Людовика и Августу, они опешили.

– Что вы здесь делаете? – рявкнул один из них.

– Целуемся. А что случилось? Пропустили что-то интересное? – Людовик попытался изобразить на лице искреннее удивление.

– Вы не видели младенца?

– Младенца? Нет… Ни один младенец мимо нас не пробегал. А если бы и пробежал, мы бы точно не заметили, – не моргнув глазом, соврал Людовик, забыв от волнения, что младенцы не умеют бегать.

– Да… Мы с мужем так увлеклись друг другом, что никого вокруг не заметили, – подыграла ему Августа. – Можно мы продолжим целоваться без вас?

– Э… Да. Простите, – пробормотал солдат, не зная, как реагировать в столь странной ситуации.

Августа и Людовик, не обращая внимания на опешивших воинов, демонстративно продолжили свои объятия и поцелуи. Солдаты, окончательно сбитые с толку, поспешно вышли из тронного зала, кое-как прикрыв за собой покосившуюся дверь.

Тем временем Георг, опьянённый стремительной победой, ворвался в спальню Эмилии. От его внезапного появления испуганная женщина вскрикнула.

– Не такой я представлял себе нашу встречу! – Георг окинул желанную женщину недовольным взглядом.

– Я прошу вас покинуть мою спальню. Я не одета, – с достоинством произнесла Эмилия.

– Не одета? Тем лучше. Пока мои воины рыщут в поисках дочери Иммануила, мы займёмся любовью, – Георг сорвал с себя окровавленную одежду и швырнул её на пол, одним рывком сорвал одеяло с побледневшей Эмилии.

– Зачем вам моя дочь? – голос Эмилии дрожал от испуга.

– Твоя дочь? Нет… она не твоя, а Иммануила. Её рождение – ошибка. Как и рождение этого щенка Эмиля. А ошибки нужно исправлять! Ты родишь мне наследника объединённого государства. Моего законного наследника!

– Нет! Вы не посмеете причинить ей вред! – в ужасе закричала Эмилия.

Георг с силой ударил её по лицу. От боли и унижения на глазах у женщины выступили слёзы.

– Заткнись! Раздевайся и раздвинь ноги, как ты это делала перед своим покойным мужем, – злобно процедил он.

– Я не могу! У меня разрывы… – сквозь слёзы прошептала она.

Георг в ярости разорвал на ней тонкую белую ночную сорочку, красиво отделанную кружевами. Опьянённый победой и близостью обнажённой, давно желанной женщины, он грубо овладел ею. Эмилия вскрикнула от боли и потеряла сознание. Не обращая внимания на её страдания, Георг, словно одержимый, продолжал свой безумный танец любви. Кожа Эмилии на глазах бледнела и холодела, словно мрамор. Она была не в силах издать ни звука, в её широко открытых глазах застыла агония. Кровопотеря и болевой шок оборвали её жизнь.

– Нет! – вопль отчаяния потряс спальню. Георг, обезумев, прижимал к себе остывающее тело любимой. – Нет! Ты не можешь… не смеешь умирать! Ты должна быть со мной! Я развязал войну, чтобы вернуть тебя!

На его безумные крики в спальню ворвались воины.

– Ваше Величество… – начал было один из них.

– Вон! Все вон! – взревел Георг, не выпуская из объятий бездыханное тело Эмилии.

– Ваше Величество, мы прочесали весь дворец, девочки нигде нет, – осмелился продолжить воин.

– Я сказал вон! – в голосе Георга слышалось безумие.

Солдаты покорно удалились, оставив короля наедине с его горем. Долгие часы Георг оплакивал свою потерю, пока не прибыл Леон, сумевший увести его от тела. В тот же вечер Эмилия была предана земле. Земли дворян конфискованы в пользу нового правителя. Герцоги Шендер, как и все аристократы, лишены титулов и имущества, изгнаны на улицу. Августа с облегчением вздохнула, радуясь, что Георг в своём безумии забыл о её кровном родстве с Эмилией.

Глава 5

"Куда я попал?"– Анри в недоумении оглядывался по сторонам. Он стоял посреди густого хвойного леса, облачённый в разорванную и окровавленную форму младшего офицера королевской охраны. Золотые эполеты болтались на нитках, левый рукав мундира был оторван, часть блестящих пуговиц потеряна. Белоснежная рубашка окровавлена. Ребёнок, которого он бережно прижимал к груди, всхлипнул.

– Тихо, малыш… или как там тебя… сейчас что-нибудь придумаем. Только не плачь. Я не умею детей успокаивать. Тем более принцесс. Что же делать? Куда идти?

Где-то вдали послышался странный звук. Анри решительно двинулся в его направлении. Минут через пятнадцать он вышел к асфальтированной дороге, змеей прорезающей лесную чащу. Бережно прижимая к себе всхлипывающую Изабеллу, он пошёл вдоль дороги. Внезапно сзади раздался нарастающий шум. Анри обернулся и успел отскочить в сторону: на него неслась невиданная конструкция – легковой автомобиль. Машина, взвизгнув тормозами, замерла рядом с ним. Анри, раскрыв рот от удивления, рассматривал это диковинное чудо техники. Из открытого окна высунулась крупная, совершенно лысая голова:

– Эй, олух царя небесного, до города далеко? – заносчиво процедил мужчина, приподняв с глаз чёрные солнцезащитные очки, и смачно сплюнул на дорогу.

– Я… не знаю… Я не отсюда, – растерянно ответил Анри.

– Что? А врать-то нехорошо, ой как нехорошо! С дитём гуляешь, а где город, прикидываешься шлангом! – мужчина вывалился из машины, сжимая в руке бейсбольную биту. – Вован не любит врунишек. Особенно таких ряженых мальчиков.

– Я правда не знаю, – Анри отступил на шаг, крепче прижимая ребенка к груди.

– Ах ты, мерзавец! – Вован, размахивая битой, бросился на Анри.

– Ты что, дядя, драться надумал?

– Какой мальчик догадливый! Штанцы в обтяжку снимай, я тебе зад пощекочу!

Анри осторожно опустил на землю Изабеллу и принял боевую стойку, прибегнув к частичной трансформации. Вован застыл на месте, увидев, что перед ним стоит не молодой мужчина в странной одежде, напоминающую форму гусар, а существо выше его ростом, покрытое черной чешуей и с вытянутой мордой ящерицы. От ужаса он не успел ударить битой. Из пасти Анри вырвался столб пламени. Огонь мгновенно охватил деревянную биту, обжигая пальцы Вована, а затем перекинулся на его одежду. Вопль боли разорвал тишину леса. На помощь ему выскочил водитель, но, увидев гигантскую чёрную ящерицу, в ужасе попятился назад. Анри метнул в него столб пламени. Охваченный огнём мужчина заорал от боли. Запахло палёным мясом. От боли и ожогов оба обидчика скончались на месте. Анри принял человеческий облик. Он бережно взял на руки Изабеллу и подошёл к машине. Из багажника доносились странные звуки. Резким движением он открыл багажник и обомлел. На брезенте лежала связанная светловолосая девушка с кляпом во рту. Её большие голубые глаза смотрели на Анри с мольбой и страхом. Лицо было испачкано размазанной от слёз косметикой. Короткая юбка задралась, обнажая голые ягодицы. Анри торопливо развязал пленницу, вынул кляп.