Чудная Деревня. 1. Начало. 2. Скользкие вершины. 3. Русалочье озеро

- Надежда? - Ты ли это! - обратилась она к моей матери, неожиданно приятным с хрипотцой голосом. – Э-э с кем это ты приехала, да так поздно? – Ведь уже почти ночь, а последний автобус давно прошел... или вы шли так долго.

- Это Елена моя дочь, - ответила мать сухо. - Вот привезла ее к тебе познакомиться давно пора было сделать это. - Да сюда мне ехать совсем не хотелось. Непривычно тихая мать подтолкнула меня к бабушке, - познакомься с внучкой ее зовут Елена.

Бабушка с интересом молча меня разглядывала. Повисла напряженная пауза. Мать почему-то занервничала и стала трясти меня за плечи.

- Ты что там Елена сомлела совсем! - Молчишь и не здороваешься.

- Да она еле на ногах стоит устала, столько пешком отшагала, - растерянно произнесла бабушка и взяв меня за руку повела в дом.

Мы вошли в просторную комнату, которая показалась мне такой необычной. Низкий потолок и беленые неровные стены, большая печь у стены. Маленький диванчик с очень высокой спинкой у окна. Рядом небольшой стол с двумя табуретками и около печи железная узкая кровать казались из другого мира. Домотканые, уютные, яркие половички, разбросанные на крашеном полу, смягчали аскетичную обстановку. В углу контрастно за белыми кружевными шторками по божничке темнели почерневшие от времени иконы с свисающей тускло тлеющей лампадкой. Неяркая лампа на потолке торчащая немного вбок на окне белые шторы – задергушки завершали скудную обстановку комнаты. И уже оглядевшись я заметила, что за печкой в стене виднелся еще один дверной проем, закрытый яркими в подсолнухах шторками.

Бабушка туда меня и подтолкнула сказав, - иди в спальню выбери себе кровать.

Она за моей спиной щелкнула выключателем и при свете тусклой лампочки предстала крохотная комната с двумя кроватями застеленными белым бельем с кружевным шитьем по краю с горками подушек. На стенах над кроватями висели яркие плюшевые коврики, которые мне понравились. На одном олени пили воду из озера, а на другом коврике изображены были лес и горы. Здесь в непривычной, незнакомой обстановке я вдруг почувствовала себя очень уютно и спокойно. Скинув надоевший за день рюкзак, я запихнула его ногой под кровать и прошлась по комнатам рассматривая их. Вернулась в спальню, даже присела на кровать на самый краешек боясь помять ее белоснежное убранство. Погладила оленя на коврике решив, буду спать именно на этой кровати. Бабушка позвала меня к столу. Есть мне не хотелось уж очень я устала, но вышла к ним присев на диванчик. Мать с бабушкой выставив мне на край стола какую-то еду сразу зашептались, забыв обо мне. Голоса их я слышала, но от усталости они сливались в сплошное бум- бум и о чем они говорили я просто недопонимала. Слишком много впечатлений для одного дня. Я влезла на диванчик с ногами облокотилась на высокую спинку и почти сразу уснула. Как меня раздели и уложили не запомнила. Утром, когда я проснулась в белоснежной пене кровати матери в доме не было.

-Уехала первым автобусом твоя мама, - сказала, входя в комнату бабушка. - Вот давай знакомиться с тобой, теперь нам жить - вдвоем долго. - Да и здесь тебе лучше будет чем в городе с матерью. - Я не знаю, как вы там жили в городе и к чему тебя приучали. – А, здесь запомни сразу работы у меня много, и ты будешь мне во всем помогать, а слез и капризов я не потерплю.

Странно, хоть бабушка и разговаривала со мной строго мне это понравилось. Она говорила со мной без раздражения или сюсюканья спокойно и понятно, как с взрослой девочкой. Как-то сложно привыкать друг к дружке нам не пришлось. Я сразу приняла ее правила, и мы с ней стали уживаться мирно. Бабушка по характеру оказалась очень немногословной и спокойной, и я видимо пошла в нее и как ни забавно звучит мы сразу привыкли к друг другу. Я чувствовала, что нравлюсь бабушке, и она рада мне. Хоть и говорила она со мной всегда сухо и только по необходимости. Да и работа по дому меня не пугала, а без криков и ругани была даже в радость. Многого от меня бабушка не требовала. Обычные домашние хлопоты по уборке и уходу за собой стали чуть больше, и я быстро втянулась. Даже с удовольствием мыла посуду и полы, в охотку подметала двор, носила курам еду. Радуясь слушала от бабушки редкую похвалу.

Село, в которое меня привезла мать считалось по тем временам богатым. Хорошие дома крепкие хозяйства с множеством домашней скотины. В каждом доме держали коров и коз, баранов, а уж птицу то никто и не считал. В основном все люди работали с утра до ночи. Ведь кроме своего хозяйства и огородов у них еще была обязательная работа в колхозе. Тяжелая работа и никаких развлечений кроме танцев по субботам в клубе для молодежи. Взрослое население развлекалось просмотром телевизоров по вечерам да сплетнями баб. На меня все жители смотрели с любопытством. По их меркам я тут так загадочно появилась и конечно все гадали кто же мой отец и есть ли он у меня. И конечно, как мы с матерью живем там в городе, как устроились. Многие уезжали из села, как и моя мать, но они все поддерживали связь с родными. Часто приезжали в село с подарками похвастаться. А, вот мать моя как уехала, так про нее никто ничего и не слышал... и это рождало невероятные домыслы и будоражило любопытство деревенских жителей. Моя мать сбежала из села еще совсем молоденькой девчонкой и никогда сюда не приезжала. Бабушка в свою очередь всегда помалкивала, не желая ни с кем обсуждать свою дочь и ее жизнь в городе. Моя мать приехав в село на одну ночь взбудоражила таким поступком любопытство всех местных сплетниц. Ее городской наряд и высокие каблуки они уже обсудили, а вот лично пообщаться с ней не удалось никому и теперь всех волновало на какой срок мать привезла меня в гости и почему. Некоторые особенно любопытные соседки кумушки даже пытались меня расспрашивать, когда я выходила из дома за нехитрыми покупками. Очень всем было интересно узнать, да послушать про мою мать и отца. Всех волновало может я нагулянная оттого меня мать и привезла в село, скрыть. Кумушек местных аж судорогой сводило от любопытства. Но я молчала и дичилась. Молчала упрямо сжимая губы и опустив глаза если меня пытались расспрашивать. Все эти кумушки меня пугали своим напором, наглостью и любопытством. И, каждая из них думала, что вот ей то, я все и расскажу. Приторно сладкие голоса баб, пытающие меня и раздраженное шипенье в след, преследовали меня долго. Своим молчаньем я сильно злила местных хабалок и тут же получила прозвище гордячка городская.

- Много о себе думает, такая мелкая и уже с гонором, - шептались кумушки тыкая в меня пальцами.

Принимая мой страх перед ними и нежелание рассказывать о личном за гордость городской фифы.

- И бабка и внучка слова лишнего не скажут молчуньи дикие, все в себе держат значит! - Значит есть что скрывать, честные люди то ничего не боятся, - слышала я постоянно.

Бабушка моя и правда мало с кем общалась, такой уж характер у нее всегда был. Ее то в селе очень уважали и никогда не расспрашивали. Смысла не было, привыкли за столько лет, что все равно она ничего никому не скажет, как ее не пытай. Вот и на какое-то время навалились на меня скопом пытаясь хоть из меня что любопытное вытянуть. Бабушка, зная это сразу мне велела язык за зубами держать.

«– Нечего языком болтать», - сказала она сразу, - в селе скучно вот сплетницы и радуются новому событию, тем более что бы ты им не сказала, все равно все переврут. - Понадаедают тебе, да отстанут со временем.

Лето пролетело быстро, и я поняла мама за мной не вернется... и была рада этому скрывая старательно свои эмоции от бабушки. К матери возвращаться мне совсем не хотелось, как и рассказывать бабушке как мы жили. Но она и сама догадывалась, зная характер своей дочери и никогда не расспрашивала меня. С бабушкой мы жили тихо и просто главное без ругани спокойно. В том же году осенью бабушка отвела меня в сельскую школу. Что мне этой весной всего пять лет исполнилось ее не остановило.

- Летом то хорошо, - сказала она, собирая меня в школу. - Ты вон и на улице бегаешь и в огороде возишься и все тебе не скучно, а зимой то что делать будешь. Бабушка неторопливо занималась домашними делами и говорила, убеждая больше себя, - дома сидеть? - Тем более в нашем околотке нет твоих ровесников. Она неторопливо перебирала на столе гречку и под шорох крупинок слышалось, - лучше уж в школе среди детей будешь, все тебе веселей! - А что по возрасту не вышла, так молчи. – Ты так- то высокая по росту и сообразительная. - Никто ж все равно не знает, когда ты родилась. – А, уж если не сможешь учиться или не справишься, - то на другой год пойдешь, не беда. – Скажу ошиблась, да и все.

Мать забыла привезти мои документы или не подумала, что они мне могут понадобится. Как, впрочем, и вещи для меня она тоже не привезла и бабушке пришлось полностью обновлять мой гардероб. Все бы ничего, но ей пришлось распотрошить свою заначку что она откладывала на похороны. Пенсия то у бабушки была совсем крохотной. Я переживала что меня не возьмут в школу, но в деревне оказалось все проще. И бабушка в конце августа сводила меня в школу, находящуюся в центре села сказав учительнице чтоб меня записали в класс так как мне уже есть семь лет. Пообещав, что документы она позже принесет объяснив просто.

- Вот дочка моя Надежда как сможет, так их привезет, а она работает, и кто ж ее просто так отпустит. - Вот только может в отпуске сможет приехать сюда, а внучке то учится нужно.

И меня без особых вопросов определили в первый класс записав на фамилию бабушки, ведь свою я не знала, что тоже странно. Как ни старалась о своих родителях я ничего не помнила кроме их имен и не могла назвать ни адрес, ни места их работы. Но тогда все это казалось мне нормальным.

С одноклассниками у меня тоже как-то отношения не сложились с самого начала. На нашей улице не было моих ровесников, и я за лето ни с кем из детей не подружилась. Поэтому в школе как-то сразу все пошло не совсем гладко. На торжественной линейке я тоже стояла одна без бабушки. Все мои одноклассники были не только с папами и мамами, но и со всеми родными. Первое сентября это большой праздник на селе и мое одиночество всем присутствующим резало глаза. И все родные учеников естественно перешептывались поглядывая в мою сторону. Хоть я была одета как все и с большими белыми бантами на голове, и с огромным букетом, но вокруг меня сразу образовалась пустота. Учительница, увидев это просто поставила меня с собой рядом и так же меня ввела за руку в класс. Учеников в нашем классе было немного, и она посадила меня рядом со своим столом у окна одну. Понимая, что меня будут дразнить какое-то время. Все дети были знакомы и дружны между собой, и она надеялась со временем я тоже вольюсь в коллектив. Даже на фоне самостоятельных сельских детей я была не по возрасту взрослой. Учеба давалась мне легко и особенно когда я научилась читать быстро, то книги с их придуманными мирами полностью мне заменили отношения со сверстниками. В селе была очень замечательная библиотека и мне почему-то в ней разрешали брать любые книги, не пытаясь меня ограничивать по возрасту. Мои одноклассники действительно первое время дразнили меня то брошенкой, то подкидышем, а то и по хуже вспоминая все разговоры взрослых о моей матери. Для села, где сильны семейные уклады я оказалась сиротой при живых родителях и это в глазах детей и взрослых уже делало меня изгоем и предметом насмешек. Я понимала если поддамся, то - отношение ко мне таким будет всегда. И поэтому все уроки сидела, не пытаясь с кем - то заговорить, а на переменах тут же утыкалась в книжку. Не слушала, когда ко мне обращаются или на переменах, делала домашнюю работу, не откладывая заданий на дом. После уроков молча складывала учебники в рюкзак и гордо подняв голову неторопливо шла, домой никогда не оглядываясь на обсуждающих меня одноклассников. И даже позже, когда со мной пытались подружиться я уже осознано, отвергала протянутые мне руки. Не верила никому, да и особого общения мне было уже не нужно. Новая книга казалась мне лучше и интересней, чем какая-то непонятная дружба. Да и о чем мне говорить с одноклассниками я не понимала слишком у нас разная жизнь. Погружалась в книгу как в другой мир, где меня никто не мог обидеть и там были у меня, и друзья и приключения и даже любящая семья. И только однажды в самом начале самого первого учебного года я, наслушавшись своих одноклассниц что мои родители меня бросили и – за того что я бука и поэтому теперь живу у бабушки и скорее всего меня отдадут в приют где мне место чуть не разревелась. Быстро собралась и почти бегом вышла из ворот школы слыша обидные выкрики в след. Оборачиваться не стала только прибавила шаг стараясь не бежать, а идти ровно, гордо. А уже перешагнув порог дома не удержалась и все-таки заплакала. Бабушка сразу поняла причину моих слез и приобняв сказала.