Полная версия
Все нормально. Я не курю. Сын ходит на программу «Двенадцать шагов». Яхожу. Да, эта программа сильно подвинула меня в понимании веры в Бога. Это всепроисходило осенью. Но наступила весна. Вот уже и мой день рождения в мае. Каквсегда, мы отмечаем это мероприятие в нашем коллективе с менеджерами,бухгалтерами, кладовщиками, продавцами. Поехали в ресторан: отдыхаем, едим,веселимся, танцуем, выходим на улицу покурить — некоторые курили, даже девчонкиу нас курили. И вот они курят, а меня обносит дымом, я сам себе думаю: «Ммм, яже не курю, я не начну, так как знаю, что достаточно одной сигаретки — и всеначнется сначала». Некая даже гордость была, что держусь. Два-три таких выходана улицу я сдержался, а на четвертый подумал: «Что если попробовать курнуть нев затяг (не впуская дым в легкие)?». Я же всю армию так делал: возьмусигаретку, попускаю дым и выкину. Хотя говорят, что так еще хуже, вреднее. Таквот, взял я, да и покурил не в затяг, и было еще несколько таких подходов. Иеще ведь гордился, что не вдыхаю дым в себя.
Прошло воскресенье, в понедельник я вышел на работу. Как ни в чем небывало, не курю. Думаю: вчера покурил не в затяг, а сегодня не курю, почему быи сегодня мне так не сделать? Вот я опять выкурил сигарету, не в затяг —протянул так до вечера вторника. И такой гордый, что не курю, — ведьтолько одну сигаретку, и то не в затяг. Так продолжалось до пятницы, а в пятницуя все-таки понимаю: вот как сатана искушает. На этот раз я решил узнать —закружится голова или нет, если один раз вдохну в себя? Вдохнул. Головазакружилась. Ну, а если одну сигарету докурю — хуже же не будет? А в субботу яуже полноценно дымил. Зачем??? Я же бросил! Одна сигарета — и все началосьсначала. Не помню, сколько я так курил. Наверное, опять до осени. Так же, решивбросить курить, стал мять пачки, выкидывать, покупать штучно сигареты. Опятьстарая история. Многочисленные попытки все бросить успехом не увенчались.
И вот иду из гаража, примерно в том же месте, что и год назад, —совпадение или нет, не знаю, но вспоминаю, что на этом же самом месте якогда-то просил у Бога помощи. И думаю: «А что если второй раз попросить?».Потому что жить с этим стало трудно, невыносимо. Мне было стыдно. Но я решился.Мысленно взмолился: «Господи, прости меня, пожалуйста, за тот раз. Это былонекрасиво. Я поступил плохо. Ставил Тебе условия. Но я понял, что Ты есть. Изнаю, что только Ты мне поможешь. Извини. Прости и помоги мне бросить куритьеще раз. Сил нет, надежды ни на кого нет. Если не поможешь — я не обижусь. Япойму, что я неправ, виноват. Пойму, что самому надо выбираться, не на когобольше надеяться». Пошел домой, лег спать.
Утром, опять была суббота, в ванной начал чистить зубы. А знаете, чтоу курильщиков на зубах такие коричневые червоточинки, полоски? Увидел вотражении в зеркале у себя такие полноценные зубы курильщика. А то, чтопопросил у Бога помощи: бросить курить, и не вспомнил, позавтракал и пошел замашиной. А она стояла в дальнем гараже (у меня было два гаража — ближний идальний), я ставил машину жены туда, чтобы два километра пройти пешком вместозарядки. Вышел из дома, наш дом буквой «Г», а посередине арка, вот нужно пройтив арку, выйти на центральную улицу и в сторону вокзала уже двигаться кнефтебазе, к гаражам. Встречаю бича. Бич — это так называемый бывшийинтеллигентный человек, такие люди около мусорных баков всегда ищут банки, еду,пьют и едят что попало, в аптеке покупают настойку боярышника. Этот бичкашляет, да так надрывно, сильно, что я отметил про себя — от курения видимо. Ато, что я просил у Бога, не вспоминаю. Иду дальше. До гаража осталось метроввосемьсот, нужно уже поворачивать в сторону нефтебазы, и тут мне встречается мойбывший главный инженер, мы вместеработали в Автоколонне. Очень хороший человек: грамотный, вежливый. Мыпоздоровались, пожали друг другу руки, он улыбнулся, и я увидел его зубы: тёмнокоричневые. Да он вообще курил сигареты без фильтра, низкого качества, я курил,хотя бы с фильтром. Мы расстались. Все это я отметил про себя, а про Бога всеещё не вспоминаю. Иду дальше. Подхожу к гаражу. Снег, чистенько, никакогоокурочка. Вставил ключ в дверь гаража и почему то вспомнил, что сегодня ни разуне курил, и самая главная мысль — НЕ ХОЧУ. Следующая мысль — ведь Он мне трираза показал. И в голос я уже молил: «Господи, я прошу Тебя, не дай мне большеэту сигарету в руки! Не дай мне рюмку в руки! Не дай мне чужую женщину!». Этигрехи совершишь только раз — и понеслось. Только Бог может тебя избавить отчего-то; ты сам, один, ничего не можешь, - понял я.
Я не курю по сей день. Спасибо тебе, Господи, и слава Тебе, Господи!
Вот с чего началась моя Вера. А дальше я просто начал анализироватьсвою жизнь. И понял. Писать надо не о своих подвигах, а о том, как Господь всюжизнь был со мной рядом. Ни на секунду не покидал. Всё прощал. Всегда любил.Терпеливо ждал. И сейчас ждет, какие мои будут дальнейшие действия по жизни.
Я не рекомендую вам повторять мои действия. Это мое осознание! В вашемслучае может быть всё по-другому. Он - Бог, придет к вам, только откройте емусвоё сердце. У Бога по каждому из нас свои планы!
«Чудеса действительно могут быть доказательством связи с Богом. Нодело в том, что они никак её не гарантируют, потому что могут происходитьпросто по Божьей любви, а не по нашему совершенству» (проповедь православия.14.06.2023 Стефан Домусчи). В моём случае по большой грешности.
Глава 2. Венчание, свадебное путешествие на Бали. Или второе чудо
Вместо предисловияЯ познакомился с монахинями. Одна из них раньшежила в Америке, корни ее были русскими, вся ее родня жила в России. Но послеОктябрьского переворота все родственники уехали за границу, там она ивоспитывалась, училась, вышла замуж, родила детей. Муж умер, дети выросли,стали взрослыми, и она решила посвятить себя Богу. Вернулась в Россию, чтобывпоследствии построить монастырь, собрать под своим крылом монахинь. Я о нейуслышал, захотел встретиться. Тогда я еще был неверующим.
Однажды, все наши мечты сбываются, надо сказать. Водин прекрасный день вижу какую-то женщину у нас в магазине на фирме, в чернойодежде, с очень приятной доброй улыбкой, лицо и глаза у нее такиеодухотворенные. Подошел к ней, стал спрашивать, что можно ей предложить. Толькоона начала рассказывать, что приехала из Америки, как я сразу догадался, ктоона: «Так это вы?! Матушка Мария?». Она скромно отвечает: «Это я». Ярассчитался за нее, довез ее до монастыря, она предложила зайти к ней в гости,раньше там был детский сад на берегу реки за собором. Матушка, помещениебывшего садика, то ли купила, то ли сняла, обосновалась там. В своей келье жилаодна. Мы разговорились. Её быт был очень скромным: у нее не было теплой воды,кровать состояла из досок, поверх которых лежал матрас. Я решил ей помочь:поставил водонагреватель, потом начали строить церковь. Постепенно в ееокружении одна за другой появлялись монахини. Так я познакомился с интереснойженщиной, матушкой Ольгой, из местных, она-то и стала своеобразным связующимзвеном между нами, так как Матушка Мария, порой стеснялась о чем-то просить, азаместитель в этом ей помогала. Она очень добрая, хорошая женщина, всегдамолится за меня. Ее сын сделал мне прекрасный проект ремонта квартиры, дизайнэтот уже много лет восхищает всех наших гостей.
Я начал ходить на службы, каждый раз открывая всебольше нового для себя. Познакомился с Владыкой Евтихием, Епископом, он ипосоветовал мне читать Евангелие, подарил Библию, которая по сей день лежит уменя на столе в рабочем кабинете. Дома тоже есть Библия, есть аудиозаписи,которые с некоторого времени я каждый день прослушиваю во время физзарядки.Помню, с какой радостью владыка давал мне Библию. Я еще тогда в полной мере не осознавалдля себя всей важности этого.
Матушка, настоятельница монастыря, строила новуюцерковь и сам монастырь. Я потихоньку стал им помогать, жертвовать строительныйтовар. На память пришлись слова бывшего компаньона Новатора, с которым мырасстались, что он хотел построить церковь. Я воодушевился этой возможностью.Впоследствии, общими усилиями, мы построили и церковь, и монастырь.
Однажды матушка Ольга обронила: «Настоятельницаочень скорбит, что вы с Танюшей не венчаны». Я задумался. На то время мы с моейгражданской женой прожили вместе уже девять лет. Она всегда мне говорила –давай распишемся, всегда хотела узаконить наши отношения. А я всегда ейрассказывал, типа, притчу своего друга: «Есть дураки, а есть умные. И те, идругие совершают ошибки. Умные ошибок больше не совершают, а дураки продолжаютэтим заниматься. Я же был уже один раз женат и развелся, я не хочу еще разошибиться, вдруг мы не уживемся с тобой?». Но каждый раз я успокаивал жену,чтобы она не боялась, если вдруг мы с ней расстанемся: я никогда бы не оставилее в беде, помогал бы материально. Я всегда помогал своей первой жене,полностью их с детьми обеспечивая. Купил им квартиру и оформил её на матьдетей. Два-три года любимая намекала мне на регистрацию, я ее игнорировал, иона перестала. Просто я оформил дарственную на нашу двухуровневую квартиру, онаи успокоилась. Матушка Ольга раза три спрашивала меня, почему же мы не женимся,повторяя хитрую такую фразу: «Матушка Мария сильно скорбит, что вы не венчаны»,и вот я стал думать. А почему бы нет? У нас уже есть дочь, действительно, надоуже узаконить наши отношения, я уже приблизился к Богу, мне это былонеобходимо. Не буду лукавить, я даже побаивался тех времен, когда стану старым,а любимая, которая младше меня на двенадцать лет, думал я, ведь может меня ибросить. Думаю, может, венчание привяжет нас друг к другу. Это я сейчаспонимаю, что не привяжешь. Но тогда была во мне такая вот мыслишка. Но восновном было огромное желание соединиться вместе. Младшая дочь былаудочеренной, есть такое действие, когда родится ребенок не в браке, его надоусыновлять, удочерять в моем случае, чтобы носила мою фамилию и отчество, алюбимая имела фамилию бывшего мужа. Старшую дочь от первого брака жены я тожеудочерял.
И вот прихожу я домой и говорю: «Дорогая, как тысмотришь на то, чтобы со мной повенчаться?». Она так хитро на меня поглядела исказала: «Хорошо, дорогой, я исполню твой «бзик», но ты исполнишь мой «бзик».«Какой?». «Мы с тобой распишемся». На что я ответил, что это само собойразумеется, ведь венчание подразумевает официальную регистрацию брака. Дорогаябыла несказанно рада.
Мы стали готовиться к свадьбе. Дело было послекризиса, дефолта 1998 года, после «развода» с компаньоном Новатором, когда мыостались вдвоем с Консерватором, и денег у нас не было. Потеря невозвратныхдолгов – пятьсот тысяч долларов - оказалось. Почему-то мы так решили, чтосвадьба все равно нужна. Венчание было шикарным: мы нарядили две повозки лошадейи поехали в церковь не на машинах, а на лошадях. Мы пригласили только самыхблизких друзей с детьми. Венчание длилось час, а регистрация – минут двадцать,но по времени настолько все прошло незаметно, будто на одном дыхании. Ощущениявенчания и регистрации оказались прямо противоположными. Регистрация –совершенно обыденное действо: наденьте кольца, распишитесь, а это ваш первыйпоцелуй. Тогда еще все засмеялись насчет этого первого поцелуя. Венчание – таквсе красиво, торжественно, ведь на самом деле совершалось таинство, которое непоймешь рационально, рассудком, лишь душой поймешь и сердцем, когдасоединяешься с любимым человеком, действительно, священными узами брака.Колокольный звон разливался по округе, когда мы вышли из церкви. Особенно были довольны,конечно же, матушки. Я был слабо верующим – невоцерковлённым. Просто чувствовалкакое-то рвение своей души к Богу, даже молитв еще никаких не знал. Молитвам,«Отче Наш» и «Богородица Дева радуйся», меня научила младшая дочь. Да, дамладшая дочь, а её, в свою очередь, няня, моя первая учительница ЗояГеоргиевна. Запомнились слова венчающего нас Владыки: «Любовь и совместнаяжизнь - это не смотрение друг на друга, но в одну сторону».
Мы организовали скачки на лошадях, для нас прыгалипарашютисты. Даже фигуры высшего пилотажа должны были быть показаны в небе, нодиректор авиа спортклуба не смог дать самолеты, потому что был какой-то приказ,какое-то ЧП произошло тогда, и летать было нельзя. Но прямо с неба прилетелпарашютист и подарил милой цветы. Свадьба получилась на славу, несмотря на то,что приглашенных было совсем немного, а праздник длился всего один день.
Началась наша узаконенная жизнь. Я задумался: вотсвадьба была хорошая, истратились мы не сильно, коней тогда друзья дали мнебесплатно, авиа спортклуб тоже ни копейки с меня не взял, – это все было простоподарком друзей. Только за фольклорную группу я заплатил символическую сумму.Этих друзей, даже и на свадьбе-то, не было, они говорили: «Ты для нас делалхорошее, мы тебе делаем в ответ тоже хорошее». Я задумался о свадебномпутешествии, что неплохо было бы съездить куда-нибудь. Но денег у нас не было.
Шел я из гаража, начал мысленно с Богом говорить: «Господи,я так хочу съездить в свадебное путешествие, свозить любимую, но не могупотратить много денег. Можно ли так организовать, чтобы было и дешево, ихорошо?». У меня же был опыт разговора с Богом, когда бросал курить. У менядаже место, где я просил Бога, стало традиционным. Продолжаю думать: «Есливозможно это, то съездим, если нет, то и не поедем, ничего страшного. Нохотелось бы». Поехали мы в Тюмень, наши хорошие друзья порекомендовали нам незначимую такую, совсем еще не разрекламированную турфирму, куда можно былообратиться, услугами которой они уже не раз пользовались и остались оченьдовольны. Я там высказал свои пожелания: чтобы получилось интересно, пусть не шикарно,но, главное, недорого. Нас спросили, не хотим ли мы поехать в рекламный тур,организованный турагентствами, куда едут тур агенты – люди, которые продвигаюттуризм. Обычно все это обходится весьма дешево, платить приходится только заперелет, все пребывание там, за границей, оплачивает фирма страны посещения.Люди заинтересованы в том, чтобы мы туда послали своих туристов. Почему бы нет?Конечно, нас заинтересовало это предложение.
Предложили нам Южную Америку, водопады Игуасу,место стыковки трех стран. Очень интересная программа, везде пятизвездочныеотели, полторы тысячи долларов на человека. Это было очень дешево, и мы,недолго думая, согласились. А у меня даже трех тысяч долларов нет. Думаю: «Вотбы за девятьсот найти тур». Я ответил, что привезу предоплату – полторы тысячи,а потом и все остальное. Жена загорелась предстоящей поездкой, да мне и самомуинтересно, в Южной Америке мы еще не были (кстати, до сих пор). Через двенедели мы взяли деньги, приехали в турфирму. А нам там и говорят: «Мы нашли вамдругую поездку – вы же просили дешевле? – Бали за девятьсот долларов начеловека». В голове зазвенели колокольчики: «Ничего себе, я только подумал – ивот, на тебе!»
Об острове Бали я мечтал уже давно. Хотел тампобывать после просмотра передач Дмитрия Крылова об этом острове. Но поездкавсе откладывалась: то пожары по всей Индонезии, то нехватка денег. Традиционныйбизнес – это качели, батут, как хотите, – подводная лодка, идущая то вверх, товниз.
Нам хватило заплатить за стоимость тура, и мыстали собираться. Немного смущало наше маленькое скрытое положение: «А как жемы сможем там влиться в коллектив, нас же раскусят, что мы не имеем никакогоотношения к туристической деятельности?» Нам сказали: «Держитесь линииповедения, будто вы работник турфирмы, а ваша жена – редактор местной газеты».Тогда мы даже не подумали, что у нас фамилии разные.
Через некоторое время нам пришло подтверждение навыезд. Встреча была назначена в аэропорту Шереметьево, директор туристическойфирмы, Виктор Иванович Загребин пожал нам обоим руки. Я жену предупреждаю: «Есличто, не сознавайся, а то нас сейчас оставят, и деньги пропадут, и поездка».Некоторое время погодя подходит ко мне Таня и шепчет: «Сам директор спрашивал уменя, правда ли, что я редактор газеты «Газовик Сибири», я ему сказала: «Да,Виктор Иванович, правда». Он ничего не ответил и отошел». Я говорю: «Молодец,что не созналась, если что, мы с тобой просто разволновались и не знали, чтосказать». Но мысль, что это все же плохо – врать, не давала до концауспокоиться. «Ну и что, у нас свадебное путешествие. Все, молчим, ничего неделаем».
Если вы что-то хотите попросить у Бога, то он этосделает. Не сразу, но сделает. И сделает все намного лучше, чем вы ожидаете. Иустроит все так, как будто это произошло само собой, как это и было у нас.
Там мы познакомились с великолепными ребятами, всеони были, естественно, работниками турфирм. Это были шикарные люди. У нас сними сложились великолепные отношения и общение на долгие времена. В первуюночь пребывания там, мы легли спать в шесть утра, а в восемь уже встали назавтрак. Балийцы ходили, подсвечивая нам фонариками, и дивились на людей,которые в шесть утра еще не спали, а в восемь уже были, что говорится, какштык. Нам организовали отдельную «поляну» для завтрака, предложили шампанского,я тогда уже не пил. Так вот эти одиннадцать или двенадцать дней – не помнюточно, сколько, – мы спали по два-три часа в сутки: разговаривали, общались,все время смеялись. Днем мы обследовали отели, вечером отдыхали. Отели на Баливсе хорошие, а мы жили в пяти самых шикарных.
Однажды Виктор Иванович показался мне совсем уж«пасмурным». «Что случилось?» - спрашиваю. Отвечает: «С руководством той стороны,с одним китайцем вредным не могу найти общего языка». Я предложил помолиться занего: «Давай я за тебя помолюсь». Он согласился. Я молился своими словами,молитв не зная. Попросил с особым чувством у Бога помощи для «Шефа», так мы егопрозвали. На следующий день он радостный подбежал ко мне и поведал, что всеустроилось и разрешилось, как он и хотел. Я был очень доволен и рад за него. Онспросил, какие молитвы я читал. Я ответил, что это были мои слова. Он безмерноудивился, что я, венчанный, до сих пор не знаю ни одной молитвы. «А я утренниеи вечерние правила знаю наизусть», – сказал он мне, - я был милиционером, но не«мусором», а просто «ментом». В один несчастный день меня облили бензином иподожгли, ожоги покрывали 80 процентов тела. Никто не думал, что я выживу. Шестьдесят процентов – уже предельно опаснаяцифра. Медсестра, увидев меня, пыталась хоть как-то облегчить мои страдания иутешить: «Успокойтесь, все будет хорошо», – и сама заплакала, понимая, что я,скорее всего, умру. На моем теле не было живого места, с тех мест, где былакожа, медицинским рубанком снимали уцелевшие куски и накладывали туда, где кожаполностью сгорела. Я выжил, молился Богу, и Господь меня спас». Все это он мнеповедал в дружеской беседе.
После этих откровений мне стало очень стыдно занаш с милой обман. Я «раскрылся» перед одним из ребят, так, мол, и такполучилось, мне неудобно за обман. Он посоветовал не обращать внимания: «Даперестань, вы с женой нам всем понравились, и команда от вас в восторге!»Возражаю: «Не могу, все-таки мне надо рассказать все Шефу». «Ну, так ирасскажи, ничего ведь страшного не натворили. Чего боишься-то? Все будетнормально».
Подошел я к Шефу: «Дорогой, я хочу пригласить васв ресторан». «А что нас плохо кормят, Серёжа?» - спрашивает он. Но судовольствием соглашается, а у самого хитринка в глазах, как будто он обо всемуже догадался. Нас в отелях кормили везде бесплатно, но я пригласил его вресторан, чтобы самому потом расплатиться: «Хочу покаяться и рассказать вамправду». «О чем? Что вы с супругой не работаете в туризме?». «Да, а как выдогадались?». Он объясняет, что, как только наши документы с разными фамилиямипришли с просьбой заселения в один номер, он сразу понял, что это подстава, инаши документы отложил в папку тех людей, которые не должны были ехать. «Незнаю до сих пор, почему вы здесь. Вы не должны были сюда попасть». Я спросил: «Выне обижаетесь на нас?». «Да чего обижаться-то? Ты, может, сейчас еще и турфирмусвою организуешь». Мы посмеялись, разошлись, а у меня как камень с души упал.
Через некоторое время у нас с женой был маленький«юбилей» совместной жизни – два месяца со дня венчания, и я пригласил всю нашукомпанию в ресторан. Шеф вызвал машины: два джипа, которые приехали за намичерез три минуты после вызова, и их стоимость была по восемь долларов замашину. Всего нас было восемнадцать человек. Я заплатил за ресторан стошестьдесят долларов: первое, второе, закуски, алкоголь. Заказал две или трибутылки водки, и тут мы увидели непонятное выражение лиц официантов. Оказалось,что в бутылках они алкоголь мерить не умеют, а только в «дриньках». Пришлосьделить нам бутылки на эти «дриньки» – по 30 грамм – и уже тогда проситьпринести столько-то «дриньков». Надо было видеть, сколько рюмок они нам натащили...два или три подноса. Я был очень приятно удивлен соотношением цены и качестваэтого шикарного ресторана. Вышло на человека всего по 9 долларов. Таким вотбыло наше свадебное путешествие.
Я был так воодушевлен поездкой, снимая на камерувсе наши передвижения и впечатления, что, уже приехав домой, решил смонтироватьфильм о Бали. Это первый фильм в моей жизни, который я сделал сам, он мнедорог. Кто смотрел, говорят – Крылов отдыхает. Они, естественно,преувеличивают, но мне очень приятно это слышать. Однажды сын Максим захватилменя на работе за просмотром этого фильма и спросил: «Папа, сколько раз ты егоуже видел?». «Наверное, сорок», – ответил я. Он пожал плечами: «А что, я и стораз посмотреть могу». До сих пор частенько пересматриваю – каждый раз каквпервые. Я, конечно, не профессионал кинематографа, но горжусь своим творением.Фильм получился на одном дыхании, уверенно могу сказать – по воодушевлениюГоспода Бога. Как я Ему благодарен! Потом я стал регулярно делать фильмы опоездках по просьбе друзей, ну и для себя, конечно. И все же ни рассказ, нивидеоотчет не могут передать всех тех наших ощущений, эмоций, переживаний,которые были тогда и остаются до сих пор. Одним словом, было здорово!!!
Маленькая просьба к Богу оборачивается людьми,друзьями на всю жизнь. Бог всё делает для нас, всё. Самое главное – надо незабывать и самому что-то делать. Богу ничего не надо от нас. Делай для себя. АБог будет любить тебя и всегда во всем помогать.
Главное не перейти на рыночные отношения с Богом.Ты мне - я тебе. «Никаких наших добрых дел не хватит, что бы выкупить у Богато, что мы хотим. (Проповедь православия. 14.06.2023 Дмитрий Барицкий)
P.S. Сегодня, 19.08.2024, Большой праздник.Преображение Господне. Я был на службе и священник нам в проповеди рассказал,что этот праздник стали праздновать в третьем веке. На Фаворской горе, где ибыло само Преображение, построили храм. Эта местность характеризуется оченьхорошей солнечной погодой. Но в этот праздник ежегодно, как и в самоПреображение, находит туман и идёт мелкий дождь. Ежегодно!!! Так Господьпоказывает своё присутствие для верующих и маловерных. И я сегодня вспомнил,что в день венчания была ясная и солнечная погода. А второй день, который мыпровели на природе, шёл очень мелкий и тёплый дождь. Мы веселились целый день вкупальной одежде и нисколько не замёрзли. За свою бытность такой день былединственный. Вот, что это. Для меня знак, но осознанный, через двадцать тригода. Венчание у нас было 03.08.2001.
Глава 3. Афон с третьего раза. Или чудеса да и только
Вместо предисловияДо описываемых мною в этой главе событий, я ужепытался попасть на Афон два раза. Впервые мне посоветовал съездить туда мойдуховный наставник, отец Савва. Покровительницей Афона является Дева Мария. Явсегда мечтал об этом месте паломничества. Сюда запрещен вход женщинам. Тогда яи не знал, насколько прекрасно это место, а просто продолжал мечтать о нем. Натот момент я уже побывал в Троице-Сергиевой Лавре, в Храме Екатерины на Синае,в Метеорах – во многих местах. Был в храме Чимеево. И вот духовник предлагаетмне поездку, и я даже успел согласиться. Но любимая, услышав эту новость,заявила, что я без нее никуда не поеду. Я сказал, что туда женщин не пускают,но жена стояла на своем. В этот раз Афон сорвался.
Вторая попытка сорвалась во время нашей поездки вГрецию через магазин горящих путевок. Тогда мы ездили в Грецию, ходили наяхтах. Организатор нашей поездки, крупный российский бизнесмен в облаституризма, владелец «Магазина Горящих Путевок» - Андрей Озолинь, обратился ксвоим партнерам в Греции с просьбой устроить мне путешествие на Афон, хотя бына день, чему они с готовностью согласились посодействовать. Они заверили, чтосделают всё возможное и невозможное. С хитрой улыбкой, что невозможного для нихничего нет. Но по неизвестной причине ничего с этим не вышло, те люди сказали,что помочь не могут. Но Господь ведет тебя к себе, Он все подготавливает, всёделает не так быстро, как бы ты хотел, но делает как надо. Делает так, какбудто не Он это делает, а чтобы ты осознал, насколько он тебя любит, как Онможет тебе помочь исполнить твое желание.
