Падшие небеса

— Тише, — довольно спокойно и чуть приглушенно ответил капитан Хартен. — Она спит. Ты ее разбудишь.

— Ты говорил, что рядом с тобой у нее больше шансов выжить. Что ты теперь скажешь? Что?! Ты упрекал меня... Чем эта ситуация отличается? Даяна тоже не смогла удержать связь и была убита монстром!

Вэй все-таки понизил голос, хотя тот по-прежнему дрожал от ярости. От его слов стало не по себе. Значит, у той девушки, сестры Лауры, тоже разорвалась связь. Она не выдержала, и ее убил монстр на испытании. Или на предтурнире? То есть я не единственная, с кем такое случилось. И тогда, по всей видимости, преферат тоже не остановил отбор. Девушка погибла.

— Не сравнивай меня с собой, — глухо и жестко ответил Кайл. — Мой кадет не погиб. И она не теряла связь. Кто-то очень постарался, чтобы подчинение было разорвано. И я сделал все, чтобы моя кадетка осталась жива. А что бы сделал ты, если бы Айлин была в твоей команде?

Я поежилась и от его голоса, и от мысли о том, что могла оказаться в команде Вэя. Боги! Моя участь была бы предрешена. Однажды он уже потерял так кадетку и вряд ли бы рискнул из-за меня.

— Второго такого раза я бы не допустил!

— Да что ты... Помню твои слова на трибуне. Ты так переживал, что если я ринусь туда, то потеряю возможность участия в турнире. Ты напоминал мне правила. Правила, которых не должно существовать, когда твой кадет в смертельной опасности! Так что не ври ни мне, ни себе. Ты бы не рискнул.

— Зато ты теперь у нас герой! Капитан, вытащивший кадетку с арены! Пошедший против правил! Признайся, Хартен, ты это сделал специально. Ты ведь знал, что после этого большинство встанут на твою сторону. Ты уже придумал речь для преферата? Уверен, что да. И что-то мне подсказывает, что твою команду не дисквалифицируют. Зато ты нашел много поддержки среди кадетов, не так ли? Заранее начал подготавливать почву к турниру?

— Ты рехнулся со своим турниром! — рявкнул Кайл. — О чем ты вообще говоришь? Она чуть не погибла! Плевать на турнир! Это кадет моей команды!

— Вот именно, она чуть не погибла! — резко перебил Вэй. — Это случилось из-за тебя. Как ты мог допустить ее на это испытание? Ты же знал, что связь с таким монстром, как у нее, крайне нестабильна. Но ты отправил ее на арену. Как ты мог ее туда вообще пустить?

— А как ты мог удерживать меня и говорить о правилах, когда она погибала на арене? Прежде чем пытаться увидеть во мне зло, вспомни, кто ты, и подумай, что сделал бы сам! Хотя нет, не думай. Я тебе и так скажу: ничего. Ты ничего бы не сделал! Именно поэтому она в моей команде, а не в твоей. Я не хочу, чтобы новенькие гибли, и делаю все, чтобы они могли выжить. А что делаешь ты?

Стало так тихо, что я слышала собственное тяжелое дыхание и стук сердца. Как же все это напомнило тот первый день после распределения. Они спорили тогда, спорят сейчас, а итог... Вот она я, лежу без магии и сил. Зато живая.

— Ребята... Ой, капитан Хартен, а мы к Айлин... — Голос Лауры звонко прозвучал за дверью. — Целительница Лиана сказала, к ней можно. А ты здесь зачем, Вэй?

На последнем вопросе ее голос стал заметно холоднее.

— Так же, как и вы, хочу проведать Айлин.

— Мне кажется, ты здесь лишний.

— Поверь, Лаура, не только тебе так кажется, — хмыкнул Кайл. — Капитану Вэю лучше заботиться о кадетах своей команды. А мы уж позаботимся о своих.

— Я ее друг и имею право...

— Ты уже выбрал сторону, — с едким сарказмом подметил Кайл. — Тебе напомнить тот вечер на аллее? Кстати, как там Иона? Она, наверное, очень рада произошедшему. Не кажется ли тебе это подозрительным? Она так ненавидит Айлин. И занимается монстрами высшего порядка...

— Даже думать об этом не смей! Иона не стала бы действовать исподтишка! Она привыкла говорить прямо.

— О да, у тебя сразу голос прорезался, стоило напасть на твою любимую кадетку.

— Она не любимая, она просто моя кадетка.

— Вот и ступай к своей кадетке. А мы пойдем к нашей.

— И добрейшего дня тебе и твоей команде, — подчеркнуто презрительно протянула Лаура.

После этого дверь распахнулась, и в палату вошли Кайл, Олкай, Лаура и Крет. Последний молча и грозно посмотрел куда-то в коридор. Я так поняла, там остался Вэй. Его не впустили, а Крет уверенно прикрыл дверь.

— Приятно видеть, что ты пришла в себя, — подмигнул мне Олкай, заметив, что я не сплю.

Лаура тут же кинулась меня обнимать. Я поморщилась, когда она слишком сильно сжала мне плечо. Девушка тут же охнула, немного отстранилась.

— Извини. — И села на край кровати, после чего быстро затараторила:

— Как же мы испугались! Думали, все, конец... А потом Кайл, и мы все... А он запретил нам выходить на арену. Мы не думали, что он справится... А он...

Она говорила и говорила. О том, как все были в шоке от происходящего. Как после отбора к целителям приходили ребята чуть ли не из всех команд, спрашивали, как я. О том, как капитан выносил меня под взглядами всех кадетов с арены. И о том, что это были за взгляды... О Хартене теперь вся академия говорила. Я слушала ее и смотрела на Кайла. Он стоял в ногах кровати, опираясь на спинку, и отвечал мне спокойным и даже где-то умиротворенным взглядом. И не было в нем ни холода, ни резкости. Было тепло и какая-то забота в самой глубине темных глаз. И мне казалось, что мы снова там, на арене, где он прижимал меня к себе, а в моем сознании звучал его голос: «Дыши, детка. Ты мне еще нужна». И я дышала... Дышала его верой в меня и тем, что оказалась не одна. Далеко не всем было на меня наплевать. Теперь я это видела. И именно теперь я смотрела на него совсем другими глазами: я видела не жестокого и холодного капитана Хартена. А человека, которого я готова была глубоко и преданно уважать. За его силу, за его уверенность и доверие своим принципам и команде. За то, что он не боялся вступиться за своих. За вот этот взгляд.

— Как ты? — одними губами спросил он, не перебивая Лауру.

— Жива, — чуть-чуть улыбнулась я.

Я хотела сказать ему, как благодарна, но слова застыли в горле. Внутри меня снова разгоралось пламя. Я была рада видеть Кайла и в то же время с отчаянием понимала, что, возможно, это наши последние встречи.

В палату в это время вошли Мира, Рина и Брон, следом — Прайс и Эрик. Я смотрела на них... Даже Мира. Последнее время мы как-то совсем с ней не общались. Я не понимала ее странного отношения к себе. Но сейчас даже в ее взгляде я видела переживание.

— А ты живучая, Новак, — сказала она. И, как ни странно, ни язвительности, ни сарказма в ее тоне не было. — Но я рада, что ты выжила.

И она улыбнулась и встала рядом с Кайлом. Вот она, команда. Что бы ни происходило внутри нее, но при проблемах все вместе. Жалко, что как только целители скажут, что я пустышка, все они перестанут быть моей командой.

Боже, как же хотелось плакать при мысли об этом.

— У тебя что-то болит? — спросил Кайл уже громче.

— Нет, — шепнула я.

Лаура замолчала, внимательно глядя на меня.

— У тебя лицо такое стало...

Я шмыгнула носом, но тут же вскинула голову.

— Это просто... Просто... Ребята, я так благодарна вам за все, правда, и... — Я снова перевела взгляд на Кайла. — Я не ждала, что меня будут спасать. Что за меня будут переживать и...

— Ну ты даешь! — Эрик сел рядом с Лаурой, но тут же вскочил под стремительно похолодевшим взглядом Крета. — Мы же команда! Да, ребята?

— Но я... я подвела вас... И...

— Вот еще! — хмыкнула Прайс, сложив руки на груди. — Ты что, думаешь, одна такая? Или решила, что другие ребята в академии никогда не проигрывают? Все сильные? Забудь. У нас у всех слишком большое самомнение, это точно. Каждый думает, что лучше другого, вот и меряемся яй...

Договорить она не успела: Эрик толкнул ее в бок и заржал.

— У вас нет того, о чем ты сейчас собралась сказать. Вы, девчонки, не этим меряетесь.

Прайс закатила глаза.

— Ой-ой-ой... Яйца в Астэроне у всех. Половая принадлежность вообще не имеет значения.

— А некоторые так вообще со стальными, — буркнула Мира.

— Совершенно согласна, — поддержала девчонок Рина.

Кайл стоял, смотрел на меня, на ребят и улыбался.

— Кто здесь о стальных яйцах говорит? — Окно за спиной распахнулось, и в него просунулась драконья голова. Костяная корона светилась в рассветных лучах.

— У тебя самые большие, — отступая подальше от синей морды, брякнул Брон.

— Кто бы сомневался, — ухмыльнулась Айша. — Ну и как наша потерпевшая себя сегодня чувствует?

— Значительно лучше. Особенно после того, как увидела всех вас.

— Ты нас действительно здорово испугала, — уже серьезнее сказала Прайс.

— Я сама немного напугалась, — призналась я.

— Немного? — воскликнула Лаура. — Да мы думали, крагат тебя уничтожит! Мы уже попрощались...

— Я тоже, — выдохнула я. — Честно, там, на арене, я со всеми вами попрощалась и...

Я снова встретилась взглядом с Кайлом. Казалось, он попросту не отводил от меня глаз. А внутри все сильнее разгоралось пламя. Да что же такое! У меня вот-вот щеки пылать начнут, и тогда все заметят, что я краснею от вида нашего капитана.

— Как орал Лайс, — Олкай скривил губы. — Он там чуть сам на арену не побежал, чтобы Кайла остановить. Вот урод! Редкостный. Кайл, ты зря остановил крагата. Нужно было его на этого мудака направить.

— Это был не его бой, — спокойно ответил капитан. — Вот тогда нас бы точно дисквалифицировали.

Все сразу повернулись к нему.

— А нас разве не... — начала Мира и осеклась, боясь даже предположить.

Кайл покачал головой.

— Пока еще ничего не решено. Повторное заседание сегодня. А сейчас... Айлин, тебе что-нибудь нужно?

Я кивнула.

— Мне бы вещи. Я даже в коридор выйти не могу. Все, что у меня есть, — это больничная рубашка.

— Еще бы. Вещи, в которых я тебя принес, навряд ли теперь можно использовать.

— Я принесу из комнаты, — тут же вызвалась Лаура. — Сразу после утренней тренировки заскачу.

— Кстати, о тренировках, — выпалил Олкай. — Если мы не будем участвовать в турнире, может, хоть немного послаблений дашь?

— Участвовать мы, скорее всего, будем, — повернулся к нему Кайл. — Но даже если не будем во время этой волны, это не значит, что нужно меньше заниматься.

На некоторое время в палате установилась тишина. Ребята вопросительно переглядывались.

Капитан прищурился.

— Тренировки усилим. И теперь перейдем к отработке с существами высшего уровня. Я не хочу, чтобы повторилось то, что было на арене. Крет, ты приведешь своего криата. Будем отрабатывать с ним.

— С криатом? — уставилась на капитана Лаура. — Но он ведь... Он... мы точно справимся?

— После работы с ним и моим тритоном, которого я отныне буду меньше сдерживать, вы станете еще ловчее и сильнее.

— А Айлин? — осторожно спросила Мира. — Разве она сможет тренироваться вместе с нами?

Кайл выпрямился и негромко хлопнул в ладоши.

— Так, слишком много разговоров. Все собрались и шагом марш на полигон! На утреннюю тренировку уже мало времени осталось. Пройдете омутную тропу и два круга через каналы. Выполнять!

— Кайл... — У меня немного сел голос. Он взглянул на меня. — Я хотела бы поговорить...

Он кивнул и снова обратился к ребятам.

— И что мы на меня смотрим? Бегом!

Ребята ринулись к двери. Через минуту в палате стало тихо, только Айша вздыхала у меня за спиной. Кайл покосился на нее.

— Ты от тренировки не отстранена. Наоборот. Твои навыки очень бы помогли ребятам. Так что, очень бы попросил... — Драконья морда, не дослушав, исчезла из окна.

— Скажи честно: нас дисквалифицировали? И я ведь не смогу больше работать с командой? — негромко начала я. — Ты поддерживаешь в ребятах боевой дух, но ведь лучше кого-либо знаешь, что я... моя магия... Я больше не подчинитель.

— Тебя сегодня уже осматривали? — вместо ответа, спросил Кайл, направляясь к окну. Прикрыл створки.

— Целительница была вчера перед сном. Утром еще не заходила. Кайл... — Мне пришлось вывернуть голову, чтобы посмотреть на него. Он стоял у подоконника, глядя в сад академии. — Я спросила о дисквалификации, и...

— Сегодня после обеда очередной совет преферата. Там хотят видеть тебя.

Я внутренне поежилась.

— Убедиться, что я действительно стала пустышкой?

— Наоборот.

— В смысле?

И снова он не ответил.

— Твой разрыв с Айшей зафиксирован. После того как я вошел на арену и в сети появился прорыв, стало понятно, что связи с монстром у тебя нет. Купол не позволял почувствовать это снаружи. Дознаватели проводят разбирательство, пытаются найти причастных.

— Получается?

— Не очень. Все упирается в кухню и смотрителей. Кухарка утверждает, что они ее вызвали. Вроде как существа отказывались есть ее еду. Те опровергают, говорят, что не вызывали. Посыльный, один из низших монстров, вообще ничего объяснить не может, так как у него, как понимаешь, отсутствуют таковые навыки. Кухарка рассказала: он пришел с запиской в зубах. И вот записку как раз найти не можем. Вероятно, монстр по глупости просто сожрал ее после того, как кухарка прочла.

— А может, не по глупости, — высказалась я. — В любом случае зелье подсыпали, пока ее не было. Но кто? Кайл, я говорила с Айшей. Чтобы на нее воздействовать, нужно знать...

— Специфику драконьей магии, — договорил за меня капитан. — И это самое удивительное. До появления Айши в академии мы вообще мало что знали о драконьей магии. Никто ее не изучал и не преподавал. Изначально я подумал на Иону... Но Вэй прав. Ей проще высказать тебе все в глаза, устроить взбучку и направить монстров, чем действовать вот так. Да и не думаю, что она знает, как воздействовать на дракона.

— Кто еще? Есть предположения?

Кайл вернулся к кровати и снова облокотился на спинку.

— Пока нет. Если узнаем, для чего это было сделано, круг подозреваемых заметно сузится. Одно ясно: Айшу не собирались убирать. Значит, хотели воздействовать либо на тебя, либо на команду, чтобы мы не прошли на турнир. Но гадать глупо. Будем разбираться. А пока — тренироваться и готовиться. Там будет видно.

— Готовиться? — Я скривила губы. — Ты ведь понимаешь, что я теперь не боец?

Он обошел койку и сел ближе ко мне. Протянул руку и коснулся моей щеки. От его прикосновения по коже прошел электрический разряд, отдавшийся где-то внизу живота. Я вцепилась пальцами в край одеяла.

— Ты боец, кадетка Айлин Новак. Очень хороший боец. Я видел это там, на арене. И раньше... Если бы в тебе не было бойцовского духа, ты бы и первую неделю не продержалась. И ты должна держаться дальше. Мы все решим. Просто доверься мне. После обеда я зайду за тобой.

И вдруг он склонился и поцеловал меня в щеку, а потом провел по ней пальцами.

— Я знаю, что мы справимся. А пока отдыхай.

Он встал и ушел, прикрыв за собой дверь. А я сидела, замерев. На коже еще ощущалось тепло его губ. Я осторожно коснулась щеки, провела пальцами там, где он меня поцеловал.

— О-о-о... — прозвучало позади. Голова Айши снова была в палате. — Какой взгляд! Глаза не сломай о дверь. Он уже ушел.

— Это совсем не то, что ты думаешь. Я просто растерялась...

— Конечно, конечно, — с сарказмом проворковала она. — А запах страсти и желания, внезапно появившийся в воздухе, — это тогда что?

Я почувствовала, как вспыхнули щеки.

— Ты могла бы говорить тише? Вдруг нас кто-нибудь услышит.

— А ты могла бы не смотреть на него так.

— Я просто ему благодарна за спасение.

— И твоя благодарность горит в сердце огнем. И не только в сердце. Ты покраснела, подчинительница.

Я нахмурилась.

— Вот только давай не будем додумывать, — сказала, а у самой внутри все заныло.

— Додумывать? О нет, я вижу. Я чувствую твой жар. Чувствую, как бьется твое сердце, как все внутри пышет пламенем. И знаю, как его остудить. Рассказать тебе?

— И как?

Она придвинула морду ближе, так что та нависла прямо надо мной, и я увидела ее оскал.

— Страсть утоляется сексом, — нравоучительно сказала Айша. — Но только если это страсть. Если же это что-то большее, то секс не поможет, а лишь подкинет дров в огонь. Так что подумай.

— Никакой любви там нет! — разозлилась я.

Драконья морда тут же исчезла, а за моей спиной раздался тихий смех.

— Главное, не перепутай. А то станет еще хуже.

Я схватила подушку и швырнула ее в драконицу. Айша быстро исчезла, и подушка вылетела на улицу. Я застонала.

Драконья морда снова появилась в окне, но уже с подушкой в зубах. Положила ее на подоконник.

— Не перепутай! — повторила она и снова скрылась.

Я поднялась, нога болела значительно меньше. Сон и правда принес облегчение. Уж не знала, чем меня там поила целительница, но это помогло. Подошла к окну, взяла подушку и выглянула. Айша вышагивала вдоль аллеи, довольно помахивая хвостом. Я вздохнула и вернулась с подушкой к кровати.

Как бы ни язвила драконица, доля правды в ее словах была. И уж не знаю почему: то ли сон все еще сказывался, то ли воспоминание того самого ощущения, когда я была на руках у Кайла, выносившего меня с арены. Но я понимала: меня тянет к нему. И тянет очень сильно. Я не знала, страсть это или что-то другое, но, что бы то ни было, с этим надо разобраться.

И да, очень любопытно... Как там сказал Кайл? «Доверься мне, я все решу». Любопытно, что он может решить, если у меня больше нет магии?

Глава 3

Лаура зашла во время обеда, принесла мне вещи и, торопясь на очередную тренировку, пожелала скорейшего восстановления. Когда она уходила, в палату вошла целительница. Осмотрела меня и помогла переодеться.

— Капитан Хартен зайдет за вами, — сказала она, застегивая пуговицы на моем кителе. Одна рука у меня еще плохо слушалась, но бинты уже сняли. — Это пройдет. Нужно время. Мы влили достаточно сил для исцеления. Но, как вы понимаете...

— Своего дара у меня нет, поэтому...

— Тш-ш-ш... — Она приложила палец к губам. — Мы с Хартеном выросли на одной улице. И я обещала ему помочь. Постарайтесь пока никому не говорить о том, что случилось с вашей магией. Поверьте, он все решит. Как ваша нога?

Я попробовала пошевелить ногой.

— Вполне терпимо. Ходить буду.

Она улыбнулась.

— Это чудесно. Просто до кабинета префератора через сад идти... Хорошо бы вам выпить мой настой. — Она плеснула из принесенного кувшина в кружку. — Знаю, это невкусно, зато снимет боль и... э-э-э, это нужный вам сейчас настой. Пейте.

Я послушно выпила, хотя на последнем глотке мутное зелье упорно просился наружу.

— Дышите глубже. Не стоит его выплевывать: вам это необходимо.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Мерзкий привкус во рту пропал.

— Вот и чудесно. Теперь вы точно дойдете, — пообещала целительница.

— Вижу, ты уже собралась, — разнесся голос Кайла, входящего в палату. — Лиана, как она себя чувствует? Дойдет?

— Я дала ей настой, как и обещала тебе. Он поддержит иллюзию, но ненадолго. И снимет боль.

— Иллюзию? — удивилась я.

Целительница вопросительно посмотрела на Кайла.

— Ты ей не сказал?

— Скажу по пути. Сейчас нам пора. Спасибо, Лиана. Я тебе должен.

— И я это запомню, Кайл, — улыбнулась она. — Сам капитан Хартен в должниках — это дорогого стоит.

Целительница подмигнула и вышла. Капитан взял меня за руку, положил мою ладонь на свой согнутый локоть, и мы направились из палаты.

— О чем говорила Лиана? Что за иллюзия? — спросила я, когда мы выходили из здания целителей.

— Иллюзия магии. Если преферат заподозрит, что ты пустышка, тебя исключат. Идти тебе некуда. Академия — твой единственный дом в этом мире.

Я вскинула голову.

— То есть ты не веришь, что я связана с Некреосом?

— Совершенно не верю, что ты имеешь к ним хоть какое-то отношение. Но мы не об этом. Нам необходимо поддерживать иллюзию, что у тебя есть магия. Для этого Лиана дала тебе отвар. Самой магии он не вернул, только ее видимость. Пока отвар не выйдет из твоего организма, она сохранится. Даже если начнут проверять. Разве что ты не сможешь сделать ровным счетом ничего магического.

— А смысл? — невесело усмехнулась я. — Дар от этого у меня не появится. Рано или поздно преферат узнает, что я пустышка.

— Ничего преферат не узнает. Я еще раз прошу: просто мне доверься. Старайся как можно меньше отвечать на вопросы префераторов. Лучше не отвечать вообще. Просто слушай.

— А если будут задавать вопросы?

— Лично тебе — вряд ли. Им нужно удостовериться, что в тебе после случившегося еще осталась магия. А вопросы в основном будут задавать мне.

Он остановился и внимательно посмотрел на меня.

— Скажи, ты готова верить мне и исполнять все, что я прикажу?

Задай он такой вопрос неделю назад, я бы усомнилась. Но после всего, что Кайл для меня сделал...

— Готова.

Он кивнул, снова взял меня под локоть и повел к центральному зданию академии. И хотя он, как всегда, выглядел спокойным и уверенным в себе, я кожей ощущала, как он напряжен. В глазах капитана застыл черный лед. Вероятно, он нервничал из-за совета или... У меня появилась робкая надежда. А если из-за меня? Если он и правда переживает за меня? Мне хотелось в это верить. Но я себе говорила: он спас меня, потому что я кадетка его команды, и, вероятно, сделал бы это ради любой из нас. Будь то Мира, Прайс, Лаура или Рина. Почему-то эта мысль не то чтобы расстраивала... Просто где-то внутри что-то нашептывало: «А если все же ты для него не просто кадетка?»

Я откинула эти мысли прочь. Кайл — капитан команды, и он одинаково переживает за всех.

Ближе к кабинету я начала сильнее прихрамывать. Боль настой Лианы снял, но вот силу не дал. И нога, от прогулки от целительского корпуса до центрального, заметно устала.

Кайл открыл дверь в кабинет Шато, пропуская меня.

Высший префератор сидел во главе длинного стола. По правую сторону стола расположились Вебс и светловолосый Дайрен. С другой стороны сидели остальные префераторы. Когда мы вошли, они посмотрели на нас с привычным безразличием; даже когда я вежливо поздоровалась, никто не ответил.

Любопытно, когда меня убивали на арене, у них были точно такие же лица? Скорее всего. Префераторы за свою жизнь и работу в академии повидали столько смертей, что, вероятно, давно перестали воспринимать их как что-то необычное. Привыкли настолько, что признаки жизни покинули их глаза. И теперь они смотрели на все и всех мертвым взглядом.

Вероятно, если я все же выживу, лет через пять мои глаза станут такими же. И мне будет совершенно безразлично, что происходит с кадетами академии Астэрон.

— Капитан Хартен. Кадетка Новак, — произнес Шато. Его взгляд задержался на мне. — Присаживайтесь.

Кайл немного отодвинул деревянное кресло и помог мне сесть, а сам сел в кресло рядом.

— Итак, капитан Хартен, после нашего закрытого совещания я решил вынести этот вопрос на рассмотрение полного состава преферата. Вам снова будут заданы вопросы, но теперь не только мной.

— Так точно, префератор Шато. Я готов.

— Вы будете отвечать честно, ничего не скрывая.

— У меня нет секретов от представителей преферата. И ответы мои будут честными.

— Вы разрушили защитную сеть арены. Вошли внутрь во время испытания кадетки Новак. Воздействовали на выпущенное существо и прервали проверку внешним вмешательством. Вы подтверждаете это?

— Подтверждаю.

Шато кивнул Дайрену, позволяя задавать вопросы.

— Вы действовали сознательно, понимая, какими могут быть последствия? — спросил тот.

Кайл повернул к нему голову.

— Сознательно.

Я посмотрела на капитана и невольно сжала под столом кулаки. Он действовал сознательно и все прекрасно понимал. Рискнул всем, к чему стремился, ради спасения кадетки. И уже одно это заставляло меня искренне и глубоко уважать своего капитана.

— Вы не первый год участвуете как в турнире, так и в отборе к нему. Прекрасно знаете правила отбора, не так ли? — продолжал Дайрен.

— Совершенно верно. Я знаю каждый пункт правил предтурнира.

— Значит, вы согласны, что команда не имеет права на обжалование и должна быть дисквалифицирована?

Боги, с каждым разом я ненавидела этого блондина все сильнее. Интересно, что он у нас будет преподавать? Даже если бы я осталась в академии, общего языка с ним точно никогда бы не нашла.

— Я не отрицаю, что вмешался в отбор, но намерен попытаться вернуть команду в турнир. Уверен, что случай с Айлин Новак — исключение из правил.

Дайрен немного откинулся на спинку кресла и приподнял бровь.

— И какие у вас основания считать этот случай исключительным?

Кайл сжал подлокотники кресла, на котором сидел.

— Силу кадетки Новак оценивали вместе с силой драконицы. При выходе на арену связь с ней работала. Но когда вышел крагат, на монстра кадетки воздействовали извне, что и привело к разрыву связи. А это явное исключение из правил. Кадетка удерживала подчинение без затруднений. Обрыв произошел не из-за ее неумения. Связь прервали третьи лица, причем намеренно.