Падшие небеса

Ная Геярова

Падшие небеса

Глава 1

В небе темном — два синих крыла,

Впереди — разгорается бой.

Ради той, что мне жизнь сберегла,

Я поспорю с жестокой судьбой.

Пусть над миром расколется свод,

Пусть в руинах погаснет рассвет.

Мы шагнем через пепел вперед.

Даже тьма не поглотит наш свет.

Я уперлась рукой в землю и попыталась подняться. Пыль прилипла к влажной от крови ладони, попала в рот. Я с трудом сглотнула, чувствуя привкус земли. Раненая нога подогнулась, и я снова рухнула плашмя, стиснув зубы.

Нет. Не сейчас. Я должна встать. Хотя бы приподняться, чтобы видеть, откуда последует удар. Одна рука безвольно висела вдоль тела, и заставить ее шевельнуться не получалось. Передо мной лежал кинжал. Я потянулась и схватила его. Сжала рукоять покрепче и чуть-чуть приподняла голову, насколько это было возможно сделать лежа.

Плеть валялась у лап крагата. Он стоял буквально в нескольких шагах от меня. Огромные когти скребли землю, оставляя в ней глубокие рваные борозды. Тварь склонила морду, рассматривая меня. Желтые глаза под костяными наростами смотрели не мигая. Из приоткрытой пасти тянуло гнилью.

Я попыталась отползти, но зубы крагата клацнули совсем рядом. Я замерла, глядя на них.

Как же близко его морда! Еще чуть-чуть — и эти зубы сомкнутся у меня на позвоночнике.

А вокруг — сотня жадных глаз. Кадеты, капитаны, преферат... Все смотрели на меня, и от их равнодушия становилось холодно.

Им все равно. Им плевать.

Я смотрела в пасть собственной смерти и зачем-то считала ее зубы. Раз, два, три, девять... Много. Чертовски много, в три ряда.

Магия... Я потянулась к ней, надеясь нащупать хоть немного, вложить ее в удар и шарахнуть по жуткой морде. Ударить что есть сил напоследок, хорошенько так, чтобы тварь запомнила меня.

Ни капли. Во мне не было ни капли магии. И сил тоже не осталось.

И все же я снова попыталась встать. Я понимала, что сейчас умру. Но только не лежа на земле, словно брошенная на нее тряпка.

Нет, я должна встать!

Сначала осторожно подтянула под себя одно колено, приподнялась, упираясь в землю клинком и скрипя зубами от боли.

Тварь ждала. Не мешала. Она знала, что деваться мне некуда, и давала возможность посмотреть ей прямо в глаза. Монстр уважал силу. Уважал смелость. И давал мне эти последние секунды жизни, чтобы я умерла как настоящий боец.

И я поднялась. Шатаясь на одной ноге — вторая больше не держала. Вытерла рукавом испачканное землей и кровью лицо, крепче сжала клинок. Другая рука висела плетью.

Одно из щупалец поднялось надо мной. Я вскинула голову, глядя на него. Мне нужен только один рывок вперед, и я смогу достать до склоненной ко мне пасти. Вот только сил на рывок совсем нет... Но я постараюсь. Постараюсь... И умру. Как настоящий кадет Астэрона. На арене. Надеюсь, преферат будет доволен.

Чужая ладонь накрыла мою. Большая и горячая. От этого прикосновения по телу прошли теплые волны, а потом меня всю окатило жаром. Пальцы сомкнулись поверх моих — жилистые, длинные, крепкие.

Кайл.

Сердце забилось сильнее. Он сжал мою ладонь, чуть приобнял меня, помогая стоять. Я выпрямилась, ощущая его тело за спиной. Нога больше не подгибалась. Боль внезапно пропала, словно ее и не было.

Все вокруг начало меркнуть, и только мы с Кайлом оставались в неоновом сиянии. Я видела его ладонь поверх своей, все еще сжимавшей кинжал, чувствовала его тело за спиной.

Крагат исчез во мраке, погасли желтые глаза.

Кайл провел пальцами по моему запястью и выше, к локтю. Я невольно задержала дыхание. Он двигался неторопливо, и от его прикосновений по коже шли мурашки. Пальцы добрались до плеча...

Вторая рука крепче обхватила меня за талию. Горячее дыхание коснулось кожи возле уха. Я чуть склонила голову, и его губы прижались к моей мочке. Я вдохнула, но выдохнуть спокойно уже не смогла. Внутри все трепетало и горело. Я не понимала и не хотела понимать, почему именно сейчас, в этот момент, меня так тянет к нему. Тянет получить последнюю ласку, последний поцелуй в моей жизни. Ощутить жар наших тел...

Мне хотелось повернуться. Обнять Кайла, коснуться его губ. Чтобы он держал меня еще крепче.

Он сам повернул меня к себе, оставив ладонь на талии, и я запрокинула голову, потянулась навстречу.

Я не видела его лица — сумрак поглощал все, но чувствовала его тепло, его дыхание, скользившее по моей коже. Он не отпускал меня, а я и не собиралась отодвигаться. Чуть приподнялась на носках, чтобы оказаться ближе к его губам. Я знала: сейчас все случится... А потом можно и умирать. Я так ждала этот поцелуй. Ждала, когда его жаркие, жадные губы сомнут мои и я позволю ему это, откроюсь и...

Яркий свет резанул по глазам, заставив меня зажмуриться. И все тут же пропало. Ощущение его тепла, его рук... Его близость исчезла в слепящем свете. Еще секунду-другую я пыталась ощутить Кайла и его близость...

Свет чуть померк, и я распахнула глаза. Сердце билось так сильно, что я чувствовала каждый удар. Щеки горели. А прямо надо мной был белый потолок со слепящими огоньками.

Это сон? Кайл и арена... Крагат... Это все было сном? Нет... Стоп. Крагат точно был, и я была там, на арене, раненая, без магии.

Я машинально ощупала все вокруг. Жесткий матрас, за головой — деревянная спинка койки. На мне — одеяло... Значит, Кайл все-таки приснился. А я...

Боже, как же я хотела его там, в этом сне! И даже сейчас, уже проснувшись, я горела и желала оказаться рядом. Прикоснуться к нему, обнять и все-таки почувствовать вкус его губ. Внизу живота начало тянуть так, что я чуть не застонала.

Черт! Да чтоб его... Не хватало еще лежать и жалеть, что все это было лишь сном. Давненько мне подобное не снилось.

Я сделала вдох, выдох и еще один вдох, стараясь привести себя в чувство. Чуть повернулась и тут же ощутила боль в руке и ноге. Тихо простонала и моргнула, пытаясь разогнать муть перед глазами.

Белые стены. Небольшая тумба. Окно, в которое заглядывала луна. На тумбе — белое полотенце, небольшая чаша и бутылочка. Здесь же банка, явно с какой-то мазью, бинты...

Я у целителей.

Стукнула дверь, и в палату вошла девушка с кувшином в руках. На ней было длинное глухое платье темно-серого цвета с белым воротничком и белая косынка. Заметив, что я смотрю на нее, девушка мягко улыбнулась, подошла к койке и чуть склонилась надо мной.

— Вы пришли в себя. Это хорошо. Вы меня видите?

— Вижу, — ответила я. Голос прозвучал так слабо и сипло, что показался мне чужим. Горло тут же начало саднить, и я закашлялась.

— Не напрягайтесь, вам это сейчас не нужно, — заботливо сказала целительница. Поправила подушку, осторожно убрала волосы с моего лба. — Вам повезло: сухожилия и мышцы были лишь слегка задеты. Мы с этим справились. Но крови вы потеряли много, потому какое-то время еще будет слабость.

— А магия? — спросила я, всматриваясь в добродушное лицо девушки. Я уже знала ответ, и все же крошечная надежда еще оставалась.

Она отвела взгляд и выпрямилась. Налила из кувшина в кружку какой-то настой, повернулась и поднесла его к моим губам.

— Попейте, вам это нужно.

Я продолжала смотреть на нее. Она вздохнула.

— Вам лучше выпить микстуру и не беспокоиться. Лишние переживания вам сейчас совсем не нужны. — В ее голосе была какая-то особенная мягкость. Непривычная для обитателей академии Астэрон. И этот тон словно бы отвечал без слов: нет никакой надежды. И магии нет. Ты пустышка, девочка. Слабая иномирянка без дара. Без двух даров.

Захотелось одновременно застонать и заплакать. Кружка с настоем упорно прижималась к губам, и я сделала несколько больших глотков, стараясь не показать, насколько разбита и как мне плохо.

И ведь я все знала еще до того, как спросила. Помнила, как исчезла связь с Айшей, а я продолжала воздействовать на крагата. Не сразу поняла, что трачу только собственную силу. Потом пыталась удержать монстра плетью. Удар, еще удар, попытка за попыткой. И я тянула из себя магию, тянула... Пока не перестала ее ощущать.

Настой оказался горьким, с неприятным травяным привкусом. Я поморщилась, но все же допила.

— Ваши физические раны мы практически залечили, — произнесла целительница, убирая кружку на тумбочку. — Остальное зависит от организма. Восстановление пройдет не так быстро, как хотелось бы, но...

— Если бы была магия, все прошло бы быстрее, — договорила я за нее.

Девушка не ответила. Поправил еще раз одеяло на мне.

— Если что-нибудь понадобится, позвоните в колокольчик на спинке кровати, над головой. Я приду.

Отвернулась и ушла.

А я осталась одна, с тоской думая о своем незавидном будущем. Пустышка в мире, где сильнее тот, у кого сильнее монстр... Мне теперь ничего не светит. Потому что без магии нет монстра, нет монстра — и ты полный ноль для Верлума.

Любопытно, что с такими, как я, делает академия? Выгоняет? Но мне некуда идти! А учить меня теперь невозможно. Какой из меня подчинитель без магии? Правильно, никакой. И держать меня здесь никто не станет. И Кайлу в команде пустышка не нужна.

Я останусь одна в этом мире. Без монстра, без магии, без средств к существованию. От этого осознания хотелось выть, орать, кричать... Так, чтобы горло надорвалось, чтобы все вылилось со слезами. Вот только это не поможет. Не вернет мне и толики моего дара.

Рука под бинтами болела, ногу тоже сводило, но от мыслей о собственной магической немощности было в разы больнее.

«Айша, Айша... Что же с тобой случилось? Почему прервалась наша связь на арене? Что с тобой?»

В то, что драконица могла просто бросить меня, я не верила. Она, конечно, характерная, но... Она единожды улетала и, когда вернулась, сказала, что своих не бросает. Она открылась мне для подчинения. Она готова была меня поддержать. Нет. Драконица не умела врать. С ней случилось что-то серьезное. Узнать бы что.

И Кайл... Где он? Мне хотелось сказать ему спасибо за спасение, ведь если бы не капитан, я бы сейчас лежала не здесь, а где-нибудь в сырой земле за стенами Астэрона. Хотя большой вопрос, что для меня было лучше: погибнуть сразу под когтями крагата или позже, от невозможности выжить в этом мире.

Но Кайл меня спас. Он рискнул ради меня всем, прорвал сеть и ринулся на арену. Я знала, что это значит. Наш капитан пошел против правил, чтобы меня спасти. И где-то внутри меня еще звучал его голос, пробивавшийся сквозь пелену забвения: «Живи, детка, ты мне еще нужна». И сами собой снова нахлынули ощущения из недавнего сна, в котором я так его желала. Было что-то там, на арене, в его голосе. Что-то, что заставляло мое сердце сейчас быстрее гнать кровь по венам.

Да к чертям мои желания! Я подвела всю команду! Они лишились права участвовать в турнире, и все из-за меня.

«Что же с тобой произошло, Айша? Где ты?»

Тук-тук-тук, — довольно громко раздалось в окно за моей головой. От неожиданного звука я вздрогнула.

Мне, наверное, показалось? Кто может стучать в окно? Хотя откуда я знаю, на каком я этаже? Может, на первом.

Голову пришлось вывернуть, чтобы посмотреть. Вгляделась в ночную полутьму и ахнула. В палату через стекло заглядывала синяя клыкастая морда. Желтый глаз внимательно смотрел на меня.

— Айша!

Драконица оскалилась.

— А ты кого ожидала увидеть на уровне четвертого этажа целительского корпуса?

— Я не знаю, на каком я этаже.

— Теперь знаешь. Ну открывай же! Здесь всем не терпится узнать, жива ли наша кадетка.

— Всем?

Я придвинулась к краю постели, здоровой рукой откинула одеяло. Нога тоже была перевязана, и мне пришлось помогать рукой, чтобы ее спустить на пол. Хромая по прохладному полу, направилась к окну. Отщелкнула защелку и распахнула его.

Драконица тут же просунула морду в палату и огляделась. Только ее голова и могла пройти в оконный проем.

— Тесновато.

— Так палата и не рассчитана на драконов.

— Неосмотрительно.

Я обняла драконью морду и начала гладить ее между ноздрями.

— Живая! Я думала, что ты... Что с тобой... И...

— В какой-то момент я думала, что умерла, — сказала Айша, довольно терпеливо относясь к моим объятиям. Что шло вразрез с ее вредным характером и неприязнью ко всякого рода нежностям. Я смачно поцеловала ее нос.

— Ну-ну... Сейчас замусолишь мне всю чешую. Эти ваши человеческие эмоции...

— Как будто у драконов их нет.

— Есть, — выдохнула Айша и растянула губы в ухмылке. А потом тяжело вздохнула. — Скажи честно, ты сильно на меня сердишься?

— Я? На тебя? За что я могу на тебя сердиться?

— Из-за меня ты потеряла силу и магию. Я подвела вашу команду. Ты должна на меня злиться.

— Все уже знают, что я потеряла дар?

— Про всех не уверена. Кайл запретил кому-либо из команды рассказывать о твоем состоянии. Но мне он сказал. Ты выплеснула все на крагата. И должна очень на меня за это сердиться.

Я перестала гладить ее и посмотрела в желтый глаз — тот, что был ближе ко мне.

— Я не могу сердиться на ту, с которой связала свою судьбу. Если наша связь прервалась, значит, что-то произошло. Я бы хотела знать что.

Драконица покачала огромной головой, чуть не перевернув тумбочку.

— Все произошло слишком быстро. Я не смогла сопротивляться, а значит, направленная на меня сила была очень большой. Меня усыпили, Айлин. Не простым, а магическим сном, разорвавшим нашу связь. Когда я пришла в себя, поняла, что подчинения нет. Зато рядом был Кайл. Он пришел узнать, что со мной. Капитан мне все рассказал. Мое сердце болело за тебя, маленький подчинитель. Ты стала мне дороже, чем я могла себе представить. И мне очень жаль, что ты потеряла дар.

Она ткнулась мне носом в плечо.

— Мы долго говорили с твоим капитаном. Он уверен, что зелье было подсыпано в мою еду. Остатки отдали дознавателям. Как только проверят, узнаем, что это было.

— Но завтрак тебе принесла я. — В задумчивости я оперлась на морду Айши.

— Значит, зелье подсыпали раньше, чем ты забрала его из столовой.

— Кухарка? Но зачем ей это?

— Ребята выяснят, в чем дело.

— Ребята?

— О да... Все беспокоятся за тебя. И все стоят внизу, у целительского корпуса. Но к тебе пока не пускают. Только капитана...

— А капитан где?

— Капитан Хартен в преферате.

У меня внутри заныло от ее слов. В преферате.

— Нашу команду отстранили от турнира?

Айша нахмурилась.

— Насколько я понимаю, еще нет. Хартен как раз решает этот вопрос. Ситуация необычная и не входит в перечень правил академии. Как сказал Кайл, одно дело, если кадет не удержал подчинение, и совсем другое, когда было воздействие третьих лиц. Значит, все еще возможно.

«Все еще возможно», — надеждой простучало у меня в сознании.

Я обняла драконью морду и прижалась к ней.

— Я очень рада, что с тобой все в порядке.

Айша шумно выдохнула в мою щеку.

— А мне очень жаль, что в момент, когда тебе нужна была помощь, я не смогла помочь. Я не почувствовала магию в еде. А должна была...

Я немного отстранилась.

— Подожди, если ты не почувствовала, то...

— Тот, кто делал состав, хорошо знал особенности драконов и нашего чутья... Мне его сбили.

— Но кто в академии может настолько хорошо знать драконов и их магию?

Она нахмурилась.

— Это предстоит узнать. Кайл пообещал разобраться. А я впредь буду осторожнее. И когда узнаю, кто это был... — Она зло фыркнула. — Ему не поздоровится.

Я погладила синюю чешую.

— Кто бы это ни был, он сделал свое дело. Айша... Я потеряла оба дара.

— Я могла бы дать тебе сил, — выдохнула она. — Если в тебе есть хоть капля магии... Попробуй восстановить связь между нами, и я наполню тебя силой.

Я покачала головой.

— Нет, Айша... Не наполнишь. Я больше не подчинитель. Во мне нет ни искорки магии. Я пустышка. Для меня обучение в академии закончено.

— Не смей унывать и складывать лапки, — гаркнула драконица. — Ты все еще кадетка академии. Ты боец. Я это знаю.

— Нет, Айша, — тихо проговорила я. — И знаешь, я рада, что ты была в моей жизни. Но теперь я не имею права тебя держать. Ты свободная драконица и можешь улетать. Я теперь самый обычный человек.

Голос начал дрожать. Пришлось закусить губу, чтобы не ляпнуть совсем уж что-нибудь жалостливое. Айша немного повернула голову и сверкнула на меня желтым глазом.

— Не по-драконьи бросать своих в трудную минуту, — произнесла она.

Своих? Она назвала меня своей?

— Я, пожалуй, подожду, чем все это закончится. И если уж улечу из академии, то с тобой. Я тебя не брошу, даже если ты пустышка.

От ее слов у меня задрожали губы.

— Не смей плакать! Гордись, что я рядом с тобой! Я не брошу!

— Айша... — только и смогла выдавить я. — Ты... Ты...

— Я драконица, — назидательно сказала она. — Драконы мало кого принимают в свою жизнь. Я приняла тебя. Так неужели ты думаешь, что я кину тебя в тот момент, когда тебе больше всего нужны моя помощь и поддержка? Плохо же ты знаешь драконов.

— Совсем не знаю, — признала я.

— Значит, нам еще предстоит узнать друг друга. И не смей меня разочаровывать слезами и соплями. Это не твое. Ты заставила меня подняться и уйти из той пещеры. Не позволила мне умереть и заставила быть сильнее. Так и сама будь такой же. Я поверила тебе... И пошла за тобой.

— Я помню. — Я вскинула голову. — Я все помню. И я не раскисну из-за того, что потеряла магию. Я буду... Пока не знаю, что делать дальше, но...

— Вот и молодец. Узнаю кадетку Айлин. Так-то лучше.

— Айша! — раздались крики за окном. — Что там? Как она?

Ох, эти голоса. Как же я обрадовалась, услышав их.

Лаура и Олкай.

— Ребята беспокоятся о тебе. Их не пускают. Говорят, завтра. А для меня запретов и ограничений не существует. Подожди...

Айша вынула голову из окна.

— С ней все в порядке. Она жива и даже относительно бодра.

— Передай ей, что мы за нее беспокоимся! Мы команда! И мы все за нее!

Я прошлепала по полу до окна и высунулась наполовину наружу. Внизу стояли почти все ребята — не было только Кайла. Завидев меня, начали махать руками.

— Ты как? — прокричал Эрик.

— Ты нас знатно испугала! — присоединилась к нему Прайс.

— Вот это было зрелище! Академия его надолго запомнит! — крикнул Брон.

Я помахала ребятам рукой. Как же все-таки приятно было их видеть. И тут же вздохнула. Навряд ли мы и дальше будем одной командой.

— К тебе не пускают. Мы Айшу попросили, — выкрикнул Олкай.

— Меня не нужно было просить, — рыкнула на него Айша. — Я и сама бы сюда пришла. Мало того...

Что бы еще она сделала, никто не узнал.

— Это что такое?! — раздался возмущенный голос целительницы, вошедшей в палату. — Вам противопоказано вставать! Вы еще лежать должны! Сейчас же в койку!

Айша тут же исчезла из окна.

— Я себя почти хорошо чувствую, — попыталась возразить я.

Целительница торопливо подошла ко мне, взяла за локоть и проводила до кровати.

— Ложитесь и, очень прошу, отдыхайте. Вам нужен сон. Он помогает восстанавливаться.

Она помогла мне улечься, накрыла одеялом, после чего подошла к окну и выглянула.

— Это еще что такое? Вам было сказано до утра ее не беспокоить! Неужели терпения совсем нет? Еще кадетами называетесь. А ну-ка все марш по казармам! И дракона с собой заберите, нечего под окнами сидеть.

Она со стуком прикрыла окно.

— Вроде взрослая девушка, — продолжала возмущаться целительница, направляясь к двери, — кадет Астэрона, а правил не знаете и не соблюдаете! Если будете так продолжать, я пожалуюсь вашему капитану.

Перед тем как выйти, она оглянулась и погрозила мне пальцем.

— Спите, и чтобы до утра тишина была.

Я прикрыла глаза. Холод и обреченность, с которыми я проснулась, понемногу отступали. То ли из-за поддержки ребят, то ли Айша вселила в меня уверенность. Ну и что, что я пустышка? Я жива и могу жить. У меня есть дракон. Лучшая подруга в мире, которую только можно пожелать. И если даже меня не оставят в Астэроне, Айша останется со мной. А все остальное я переживу. Я смогу... Я знаю...

Да и стоит ли накручивать? Вот придет Кайл, и тогда уже будет понятно, какая судьба меня ждет. А пока... целительница права: мне нужен сон. Хороший восстановительный сон.

Я сделала глубокий вдох, выдох, собираясь погрузиться в царство Морфея...

Чей-то тихий голос прозвучал за дверью. Слов я не разобрала, но там явно кто-то переговаривался. Может, Кайл вернулся из преферата и что-то обсуждает с целительницей?

Я приподняла голову, вслушиваясь. Ничего не разобрать. Осторожно откинула одеяло и, чуть прихрамывая, подошла к двери, вслушиваясь.

— ...срочно доставили. Он в плохом состоянии...

Мужской голос был мне незнаком. Обсуждали явно не меня.

— Тайрин что-нибудь успел сказать?

Это был второй голос, и вот его я знала. Префератор Шато. И это имя... Тайрин... Ах да! Тот префератор, которого отправили на встречу с представителями подчинителей Мэридана, чтобы узнать, что творится на границе.

— Ранения глубокие. Он почти постоянно в бреду. Но из того, что говорит, мы поняли, что он нарвался на ловцов... И это были необычные ловцы. До западного аванпоста он не добрался. Мы стараемся сделать все, что в наших силах. Но мы не боги.

Судя по всему, первый мужчина был целителем.

— Просто удивительно, что он смог добраться до академии...

— Значит, с советом подчинителей Квентума он не встречался...

— Насколько я понимаю, нет. И вот еще... Я внимательно осмотрел все его раны. И хотя он повторяет, что это ловцы... Но раны... Я бы предположил, что они нанесены монстрами высшего круга или даже... разумными. Но кто именно, сказать не могу. Круг слишком большой для предположения.

— Так, может, это были монстры ловцов?

— С каких пор ловцы оставляют монстров себе? Обычно они ловят их для кого-то, сами не используют.

— Всегда считал это странным. Сильные подчинители, которые сами для себя монстров не используют. Как и то, что рассказала наша кадетка Новак. Она тоже утверждает, что на нее напали ловцы, вот только описала она рацилов. И это очень сильно меня настораживает в свете происходящего... Кстати, как она?

— За Новак присматривает целительница Лиана. Сейчас пока рано что-то утверждать. Раны на теле залечили. Что будет дальше — посмотрим. Лиана говорит, что девушка быстро идет на поправку.

— Тоже очень странная ситуация. Разрыв подчинения с монстром в такой момент... А ведь большие надежды на нее были.

— Слышал, Хартен за нее сеть взломал.

— Хартен никогда не ошибается в кадетах, которых выбирает.

— Дисквалификация?

— Посмотрим. То, что он рассказывает, тянет на внутриакадемическое расследование... С этой Новак все не слава богу.

— Вроде девочку подозревали в связи с Некреосом?

Что ответил Шато, я не расслышала. Мужчины удалялись по коридору, и голоса становились все тише. Я старалась напрягать слух... Нет... Они отошли достаточно далеко, чтобы я уже не слышала дальнейший разговор.

Отстранилась от двери и пошлепала обратно. Но не к кровати, а к окну. Остановилась. За чистым стеклом светлая лунная ночь. Множество ярких звезд. Небо в Верлуме было удивительно звездным, если его не затягивали облака.

Как странно: я ведь здесь совсем недолго, но успела привыкнуть к этому миру. Он даже стал для меня чем-то привычным. И ребята... Команда. Моя команда.

Кайл... Сегодня ночью я слишком много думала о нем. Это все тот сон. Взбудоражил, возбудил, заставил ощутить то, о чем я почти забыла. Сознание подло рисовало капитана на полигоне, с обнаженным торсом. И фантазия подкидывала картинки новых тренировок, где он прижимает меня к себе и тонкое лезвие скользит по моей коже, а следом — его губы...

Вот что тут делать со своей физиологией? Мне от таких фантазий жарко стало. Я распахнула окно, вдохнула ночной воздух и тут же выдохнула. Взгляд сам собой скользнул вниз, на тропинку у корпуса целителей. А там, свернувшись клубком у беседки, спрятав голову под крыло, спала Айша. Она не пошла в свой уютный ангар. Она осталась здесь. Со мной.

Я невольно улыбнулась. Вернулась в койку, улеглась, прикрылась одеялом и почему-то очень легко уснула. Наверное, потому что рядом была та, кому я не безразлична.

Глава 2

Сначала я услышала голос. Знакомый и довольно злой.

— Ты говорил, что с ней такого не случится! — Вэй говорил достаточно громко, чтобы я разобрала каждое слово. Разговор явно шел за дверью палаты. Я открыла глаза, бледный рассвет раскрашивал стены палаты в нежно розовый свет. Чуть приподнялась на локтях и уставилась на дверь. — Ты был уверен, что рядом с тобой с ней ничего не произойдет! И что? Где твои обещания, Кайл?