Контракт на сына

— Ещё лучше! — улыбается, но его улыбка фальшивая насквозь. — Кэтри, ты просто чудо, а не девушка! Ещё бы этот ребёнок был мой — вообще цены бы не было! — восклицает, и я чуть ли не забываю, как дышать от его заявления.

Поняв мой стон иначе, выпускает из объятий. Облегчённо выдыхаю и позволяю себе отойти.

— Но он не твой, — произношу и смотрю на дверь.

Надо уходить. Сейчас же! Сию же секунду!

— Сначала в клинику поедем, а потом на работу, — командует босс. — Ты переоденься, а я пока позвоню и попрошу секретаря освободить нам время. Как думаешь, за два часа справимся? В клинике?

— А может, мы сразу на работу? — не теряю надежду избавиться от его компании. Что если он по срокам поймёт, что ребёнок его? И заберёт у меня моё чудо? — Зачем терять время? Я потом сама съезжу?

— Не надейся избавиться от меня, детка, — посылает воздушный поцелуй, а затем превращается в сладкого мужчину, о котором мечтает любая девушка. — Разреши мне поухаживать за беременной женщиной! У меня ещё такого не было.

— Я тебе не кролик, чтобы на мне эксперименты ставить. И я не согласилась играть роль твоей женщины и матери твоего ребёнка, — произношу и ухожу.

В спальне переодеваю блузку, которую запачкала, а босс заботливо мне её расстегнул. Стоило быть аккуратнее. С токсикозом и с шефом.

Что-то меня эта ситуация уже начинает напрягать.

Глава 12

Выйдя из комнаты, обнаруживаю шефа уже одетым и готовым к поездке в клинику. И как бы я его ни отговаривала, меня усадили в машину и повезли. Непонятно куда. В клинику, конечно же, но находится она у чёрта на куличках.

Там меня сразу же принял гинеколог. Мужчина. А я, к слову, не очень их люблю. С женщинами привычнее. И не так стыдно. Возможно, я подвержена глупому стереотипу, но ничего с собой поделать не могу.

А ещё… с мужчиной нельзя договориться. Он по первому требованию моего шефа рассказал всё моему… мужу, как Солнцев представился, а мне деликатно закрыл рот. Благо, что за два часа мы не справились и Солнцев уехал раньше. И не узнал о главном. О сроках беременности. Его лишь заверили, что со мной всё в порядке и токсикоз — дело привычное.

После врач предложил пройти мне обследование и встать на учёт, и мой МУЖ согласился на это. И даже оплатил.

Какой заботливый у меня муж…

— Зачем тебе я? — спросила его, сидя около одного из кабинетов. — Мой ребёнок? Почему ты меня выбрал на роль своей женщины и матери твоего ребёнка?

— Ты… мне нравишься, Кэтри, — признался, усмехнувшись. — Говорю же, что ты красочная. С тобой не скучно. И я могу тебе доверять. Мывыдадим твою обычную беременность за многоплодную. Официально я стану отцом и твоему и своему ребёнку, а ты матерью для них. У тебя нет никого и, следовательно, своего ребёнка ты хотела оставить без отца. Мы исправим это. После нашего расставания мы разделим детей и всё. Но я, как отец твоего ребёнка, буду обеспечивать вас.

— Я не буду с тобой спать, — упрямо заявляю.

— Да, этот пункт в нашем соглашении я готов изменить.

— Я ещё не согласилась.

— Ключевое слово «ещё». Скоро согласишься, — заключает, уверенный в своих словах. — Жду тебя в офисе. Оставил тебе водителя. Прошу, не задерживайся. На сегодня ты от обязанностей свободна, но я хочу тебя представить сегодня всем как своего нового заместителя, — поцеловав меня в щеку, босс встал и направился к выходу.

Мне же без него мигом стало одиноко и страшно проходить всех врачей.

С одной стороны, мне приятна забота Солнцева, но с другой… что я буду делать, когда уеду? Привыкну к нему и тому, что кому-то нужна. И что дальше? Опять депрессия?

На неё я не буду иметь право. Потому что скоро у меня родится ребёнок. С глазами папы и… его улыбкой. И его ямочками на щеках, и…

Да, будет сложно! Но я справлюсь! Потом сынок вырастет и будет так же обо мне заботиться!

И да, теперь я точно уеду через полгода! Ни за что не останусь!

Примерно через полтора часа я закончила все процедуры, проконсультировалась со своим новым врачом. К слову, к мужчине гинекологу тоже быстро привыкаешь. Особенно, когда он так опытен и внимателен к тебе, твоему здоровью и ребёнку.

Счастливая и радостная хорошими прогнозами, поехала в офис. Решила даже не бороться с водителем, посланным Солнцевым. Послушно села и позволила меня увезти к нему.

Придя, сразу же по внутриканальной связи оповестила босса, что я уже на месте. Ответом мне стал приказ немедленно явится в его офис.

Неужели вчера как-то накосячила? В первый же день?

— Добрый день, — вхожу и тут же прикрываю за собой дверь. — Я была у врача. Потом сразу сюда. Врач сказал…

— Я знаю, что он сказал, — зло смотрит на меня. — Я только закончил с ним говорить о тебе. Поэтому знаю всё! Даже срок.

Сердце пропускает несколько ударов.

— Ну… я же сказала, что срок небольшой, — строю из себя дурочку.

— Это мой ребёнок?! — он прожигает меня взглядом, а я от страха впиваюсь ногтями в ладони.

— Нет, конечно же, нет, — натягиваю улыбку, за которой скрываю ужас и панику.

— Катарина... — шеф встаёт из-за стола и направляется ко мне.

— Он от другого мужчины! — говорю дрожащим голосом, надеясь, что не выдаю себя.

— А если я проверю? Готова доказать, что он не мой? — он настолько близко, что дышать сложно. Волнение накрывает с головой. Ещё секунда и я сбегу, тем самым дав ему ответ на интересующий его вопрос. — Последний шанс, Катарина. Это мой ребёнок?

— Не…

— Катарина!

— Твой… — сдаюсь и поднимаю на него глаза, полные слёз.

После моего признания Солнцев отправил меня домой. Ничего не сказал. Не накричал. Не вздохнул. Не обрадовал. Ни-че-го!

Просто взял и сказал. Нет! Приказал! Чтобы шла домой, а вечером ждала его. Там мы поговорим и обсудим сложившуюся ситуацию. Мою беременность он назвал ситуацией! А не так давно называл свою возможность иметь малыша — чудом! Как быстро меняется его мнение.

А мне от ожидания его дома ещё хуже. Не понимаю, что будет дальше… Что он скажет. Что решит. Как решит. Как это скажется на мне. На ребёнке и на самом Солнцеве.

Ясно одно… будет несладко! Мне!

Но если он предлагал мне роль матери его ребёнка от суррогатной матери… может не всё так ужасно?

Чтобы занять время, решаю придумать план, чтобы в случае чего повлиять на решение Дмитрия. Я ведь женщина и должна хоть каплю уметь мужчиной манипулировать?

Готовлю вкусный ужин, выбираю красивое бельё, платье, каблуки, делаю красивую укладку и даже макияж.

Накрываю на стол, зажигаю свечи и жду… но даже это не помогает отвлечься от ужасных мыслей, что он захочет забрать у меня ребёнка. Но глубоко в голове бьётся маленькая слабая надежда на то, что у меня получится повлиять на Солнцева.

Я дам мужчине то, что он хотел раньше. Привяжу его к себе. А дальше… дальше — женская хитрость и ловкость рук.

А если не сработает — наступлю коленом на гордость, но позвоню Артёму. Попрошу помочь мне, а деньги за разрыв контракта с Дмитрием я им с Адель позже верну. Продам квартиру и куплю себе поменьше. Нам с ребёнком хватит.

Испуганно вскакиваю, услышав щелчок входной двери. Сердце пускается в пляс, а чувство самосохранения орёт о том, чтобы бежала. Сейчас же. Одно лишь маленькое чувство просится остаться и довериться этому чужому мужчине. Не моему. Женатому отцу моего ребёнка.

Поправляю на себе одежду и иду встречать мужчину.

— Привет. Устал? — приветствую, не зная, что сказать. Слова не идут. Лишь одна фраза: «Ты не заберёшь у меня моего малыша?». Но я молчу.

— Нет, — безразлично отвечает он, запирая за собой дверь.

Высовывает ключ и прячет его в карман. Зачем?

Положив свой кейс на тумбу, достаёт оттуда папку. После чего направляется ко мне.

— Это для меня? — указывает на мой наряд, и я киваю.

Потуже затягиваю пояс платья и поднимаю на него кокетливый взгляд.

Какой стыд! Но нельзя отступать!

Лучше я буду вести себя так и играть с мужчиной, чем потеряю своего малыша.

— Думаешь, поможет? — скептически вздёргивает бровь.

— На войне все методы хороши, — пожимаю плечами и расслабляюсь. Всё равно не помогает. Не повёлся. — Я ещё ужин приготовила. Романтический.

— Удивлён, — кидает и проходит в кухню. Я за ним. — При свечах? Дважды удивлён. Но помнится, мне в больнице кто-то заявил, что спать со мной не намерен.

— Какая у вас хорошая память, господин Солнцев, — язвлю.

Пройдя к столу, сажусь на ближайший стул.

— Ладно, — Дмитрий подходит ко мне. — Сначала поговорим о ребёнке, а затем вернёмся к романтическому ужину. Ознакомься, — он протягивает мне папку. — Это договор, который подготовили мои юристы, касающийся моего ребёнка.

— В смысле договор? — открываю папку и начинаю читать, но дочитать мне не дают.

— Почему ты не сказала мне о том, что ждёшь от меня ребёнка, как только узнала об этом? — спрашивает отец моего малыша.

— Ты женат, — напоминаю и возмущённо продолжаю. — И когда? Я только пару дней назад приехала!

— Когда я тебе говорил о том, что хочу ребёнка, что шанс на то, что он у меня появится минимальный! — возмущается. — По мне это был идеальный момент, чтобы порадовать меня. И не водить за нос. Или же в клинике или когда тебя тошнило утром?

— А потом ты сказал, что у суррогатной матери заберёшь ребёнка! Я хочу, чтобы мой ребёнок был со мной!

— Да… как раз насчёт этого, — выдыхает он. — Я предлагаю тебе контракт на моего сына. Ты будешь его матерью, будешь заниматься его воспитанием и всем необходимым для его развития. Я буду вас с ребёнком обеспечивать. Но…

— Но?

— Но у ребёнка будет моя фамилия. Я буду иметь на него столько же прав, сколько и ты. Но если ты захочешь покинуть Финляндию — сын останется со мной. Если ты заведёшь мужчину — я заберу своего сына. Если мы с тобой прекратим общение — сын остаётся со мной! Не хочу в один момент потерять своего ребёнка. И чтобы его воспитывал какой-нибудь чужой хрен тоже. От женщин я могу отказаться одним щелчком, а от своего сына нет!

— Я не согласна на такое! Это мой ребёнок! И он будет со мной независимо от обстоятельств! — возмущаюсь. — Смотрите! Он мне тут условия выставляет! А не пошли вы нахрен! — кричу и вскочив, иду к входной двери, за которую хочу выставить наглеца.

— Не нервничай, — спокойно просит. — Это может плохо сказаться на моём сыне. Теперь тебе нужно думать о ребёнке прежде всего!

— Уходи! Сейчас же! Я не отдам тебе ребёнка! Ни за что! Он мой! — кричу на эмоциях, дёргая ручку двери, которую он запер. — Как только закончится контракт — я уеду, и ты больше не увидишь ни меня, ни тем более моего ребёнка, — намеренно выделяю «моего». — Ты меня слышишь? Не отдам! Он мой! Только мой!

— Ты уверена? — наступает, ехидно улыбаясь. — Уверена, что сможешь уехать? Забрать у меня моего сына и покинуть страну? — его взгляд обжигает и одновременно унижает, выворачивает наизнанку. — Пока ты не родишь — ты в моих руках. Но как только мой сын появится на свет, окажешься свободной. Я дам тебе улететь обратно на родину.

— И мой ребёнок тоже улетит со мной? Да? — задаю вопрос с вызовом в голосе, но я и так знаю ответ.

Не отпустит.

— Нет, — одно единственное слово, которое убивает меня. — Мой наследник останется со мной.

— Нет! Никогда! Сейчас же уходи! — ещё раз дёргаю ручку, намереваясь её сломать, наконец, прогнать властного папашку.

— А как же романтический ужин? — издевается ненормальный.

— Романтический ужин хочешь! — восклицаю и, схватив его за руку, тащу Дмитрия к столу. Отпускаю руки и начинаю в него кидать «ужин». Всё, что попадает под руку. — Вкусно? Ещё хочешь? Я с радостью угощу! Я добрая и щедрая!

— Больная! — заключает, вытирая лицо.

— Нет, что ты! Я красочная! — кричу ему вслед, но он, развернувшись, идёт на выход. — Я не отдам тебе своего сына! Катись к чертям!

Оседаю на пол и начинаю плакать.

Нет, я не отдам ему своего малыша! Ни за что! Пусть с суррогатной матерью делает себе. А мой будет со мной!

— Слышишь, малыш? — начинаю сквозь слёзы говорить со своим животом. — Ты только мой! И всегда будешь со мной! Я тебя не отдам этому плохому дяде! Мы позвоним сейчас моей подруге, и она нам поможет! И её муж поможет! А этого… мы ему ещё покажем, кто главный.

Глава 13

Встав с утра пораньше, начинаю собирать чемоданы домой. Плевать, что нужно будет выплатить огромную неустойку за расторжение трудового договора!

Вообще на всё плевать!

Главное — уехать из Финляндии! Подальше от отца моего ребёнка! И его желания отнять мою крошку у меня!

Зубами грызть буду, но он не получит моего малыша.

Если бы Дмитрий предложил совместную опеку, где малыш жил бы со мной, я была бы согласна. Даже осталась бы в Финляндии, чтобы отец и сын/дочь виделись чаще. Но он решил поставить мне жёсткие условия. Мне ничего нельзя, иначе он заберёт у меня ребёнка.

Хоть я и так не планировала на данном этапе ни с кем сходиться — его условия… унизительные. Принижают меня как женщину. Как человека, у которого есть свобода воли.

Я уже созвонилась со знакомым риелтором в Германии и попросила выставить мою квартиру на продажу, а мне подыскать другую. Адель согласилась на время одолжить мне нужную сумму, хоть и не знает почему я так быстро бегу из Финляндии. Пыталась узнать, но я не готова ни с кем пока говорить о том, что болит.

О том, что влюблена в отца своего ребёнка. В варвара, который хочет у меня забрать мою кроху.

— Что ты делаешь? — звучит за моей спиной, и я вздрагиваю, услышав голос Дмитрия.

Мужчина застаёт меня в тот момент, когда я пытаюсь закрыть огромный чемодан. Который забила до такой степени, что закрыть его сложно. Почти невозможно.

Всего пару дней в этой стране, а вещей больше, чем было...

Сердце забывает, как биться. Конечности сжимаются от страха, что сейчас он что-то мне сделает. Придумает что-нибудь и не даст покинуть Финляндию.

— Как? — оборачиваюсь к нему. — Как ты вошёл?

— Этот дом для тебя снял я. У меня есть запасные ключи, — спокойно произносит и, обойдя меня, идёт к дивану.

Садится. Закидывает ногу на ногу и с лёгкой усмешкой на губах наблюдает за моими мучениями.

— Чего тебе надо? — не выдерживаю его взгляда. — Я уезжаю. Неустойку оплачу!

— Куда ты уезжаешь, Кэтри? — спрашивает издевательским тоном. — В тюрьму?

— Что? Какая тюрьма? — поднимаю на него вопрошающий взгляд.

Он что, головой ударился? Бред всякий несёт!

— Тюрьма, где ты будешь сидеть после судебного приговора, — заговаривает. — Тебя осудят за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью Джуни Ахола. Знаешь такого? Если нет… напомню. У него дыра в голове от пепельницы.

— Что? Ты… Как? Это… Это была самооборона! — вскакиваю, начав кричать и волноваться. Он не мог такого сделать. — Попытка защититься от его домогательств! Никакого умышленного причинения вреда! Всё случайно!

— Ой, а свидетели другое видели!

— Не было свидетелей!

— Но есть заявление Джуни, — говорит и достаёт из вчерашней папки исписанный от руки лист бумаги. Протягивает мне и я, быстро вчитавшись в текст, понимаю, что меня сделали крайней. — И вновь я ставлю тебя перед выбором, Кэтри. Ты подписываешь контракт на моего сына или я дам ход этому делу. Тебе дадут несколько лет. Может год. Но этого времени хватит, чтобы ты родила. И я забрал ребёнка.

— Ты монстр! — выкрикиваю и рву на его глазах заявление Джуни. Но это копия. — Любой адвокат развалит это дело на раз!

— Смотря какой адвокат, детка. Честный или подкупной. Опытный или новичок… — выдавливает дьявольскую улыбку. — И серьёзность дела можно увеличить. Вскрыть твои старые дела…

— Какие старые? — напрягаюсь.

Он не мог об этом узнать! Никак!

Если только Тёма… не рассказал ему…

О господи!

Они же братья, и он точно ему рассказал! Дима попросил, а Тёма, сам того не зная, сдал… Или понимая, что делает — сдал.

Он за брата. А я всегда одна!

— Вот это, — произносит и протягивает мне копию уголовного дела, которое я уже читала. И не один раз. — Читать будешь или сразу подпишешь контракт на моего сына?

— Это неправда! Я не виновата! Я просто защищалась!

— Мне плевать! — обрывает громким рыком. — Мне важен мой сын! Мой наследник! А твои намерения и действия не имеют для меня никакого значения. Подписывай контракт, Кэтри!

— Я ненавижу тебя! Ненавижу! Слышишь?! — кричу сквозь слёзы. — Чтоб ты сдох! Я… Я сделаю аборт!

Хочу сделать ему больно! Так, чтобы мучился!

— Только попробуй! — рычит на меня. Подлетает и рукой обхватывает шею. Прижимает к стене и чуть сильнее сдавливает, перекрывая кислород. — Только попробуй и я убью тебя!

***

— Отпусти, дурак, — шиплю на него, чувствуя, что ещё немного и воздух закончится окончательно.

Я бы и дальше могла сопротивляться ему и не сдаваться, но уже начинаю переживать за себя и за малыша.

Дмитрий поднимает на меня свои глаза и в них медленно начинает приходить понимание ситуации и того, что он делает. Также медленно, словно он себя не контролирует, мужчина ослабевает хватку.

А после вовсе убирает руки с моей шеи. Делает несколько шагов назад. Отпускает в пол свой взгляд, который всего секунду назад горел безумством и желанием убить.

Он хотел убить меня за угрозы сделать аборт...

Так сильно хочет ребёнка? Отчаянный.

— Прошу… просто подпиши контракт, — повторяет, закрыв глаза. Рукой указывает на папку.

— Зачем тебе это? — пытаюсь достучаться до него. — Просто оставь всё как есть! Я не буду запрещать тебе общаться с ребёнком. Но я хочу быть свободной. Общаться с кем хочу. Ездить куда хочу.

— Я не хочу потерять своего ребёнка, Кэтри! — произносит на эмоциях, наконец взглянув на меня. — Думаешь, эта суррогатная мать, которая должна была родить мне ребёнка, первая? Нет… За этот год четвёртая. Четвёртая, мать её! Я уже устал ходить в клиники и слышать о том, что в очередной раз ничего не вышло! Не живчики мои сперматозоиды. Только в этот раз мне предложили новый метод, дающий больше гарантий, что эмбрион приживётся и не будет выкидыша.

— Ты его не потеряешь! — обещаю ему. — Но... я не буду подписывать этот контракт! Хочешь меня посадить? Сади! Только учти тот факт, что в тюрьме бывает разное. Нет хорошей медицинской помощи. Высок риск потерять ребёнка от любой мелочи. Болезни...Тюрьма — не курорт, Дмитрий. И если ты так печёшься о своём ребёнке, то не будешь мне вредить. Ни мне, ни своему ребёнку…

Ухмыльнувшись, иду к окну. Смотрю вдаль. Но не на него!

Обижена! Разозлена! Убить хочу!

Но всё же… жалко!

Хочу достучаться до него!

Творит какой-то ужас!

— Я бы тебя не посадил, — шепчет, раскрывая свой план. — Всё это… фикция! Попытка прижать тебя и пойти у меня на поводу…

Вздыхает и возвращается на диван. К контракту, на котором никогда не будет моей подписи.

— Я не знаю, что мне делать, Кэтри! У меня был чёткий план: получить ребёнка от суррогатной матери. Сделать тебя его матерью. Попробовать с тобой завести отношения. Настоящие. Как вы девушки это любите. Без измен. С доверием и любовью. Растить сына и знать, что он от меня никуда не денется. Что меня никто не бросит. Я лишился всех. Родителей, брата и… той, в ком видел много-много красок. Может быть, поэтому я с ней был? Она была для меня ребёнком? Не знаю… Я хочу иметь того, кто всегда будет рядом со мной. Хочу семью! И плевать, сколько в ней будет людей. Два или три... Я хочу стать, как брат… Но у меня ничего не получается! Всё идёт не по тому пути! И ты беременна! От меня! У суррогатных не получилось, а у тебя с первой попытки...

— Ты не рад? — оборачиваюсь к нему, чувствуя ещё большую жалость.

Он, как и я… Один. И как я, ищет семью в ребёнке.

— Рад! Но… я в шоке! Я в панике!

— Почему? — подхожу и сажусь напротив. — Наш ребёнок растёт и развивается как нужно! Врачи говорят, что всё хорошо и нет причин для паники.

— Несколько лет назад у меня была девушка, — начинает рассказывать после длительного молчания. — Я очень её любил. А может, и нет… не знаю. Она забеременела от меня. Но я своими действиями сделал так, что случился выкидыш. Я не хотел этого. Я узнал о ребёнке только после… того, как его не стало. Тогда я сделал ещё много ошибок, но до сих пор себе не могу простить то, что моего первенца нет. А что, если и у тебя случится выкидыш?

— Если ты и дальше будешь выкидывать такие фокусы — он случится! — строго обрываю его. — И поверь! Я знаю, о чём говорю! Волнения и сильные негативные эмоции приводят к выкидышу. А на ранних сроках он случается чаще всего. Если ты и с другой девушкой был таким… козлом. Не удивлена! Но я своего ребёнка в обиду не дам. Ни тебе. Ни себе. Ни тем более своим эмоциям.

— Кэтри, я…

— Ты сейчас встанешь и поедешь на работу! Остынешь, а я…

— Не уезжай! Прошу!

— Ты же не дашь мне уехать, Дмитрий, — произношу и ухмыляюсь. — Я останусь и буду ждать тебя здесь. Но я не буду подписывать контракт, который будет моей тюрьмой. Можешь делать всё, что хочешь, но я сдаваться не намерена!

— Да… возможно, я переборщил. Извини, — выдыхает и встаёт с дивана, оставляя папку с контрактом на прежнем месте.

Думает, что подпишу?

Нет! Пусть даже не надеется!

— Рада, что ты это понял, — выдавливаю улыбку. — Иди. Подумай. Вечером поговорим. Я буду ждать тебя дома, — дарю ему улыбку и провожаю взглядом до самой двери.

Дожидаюсь пока он выйдет из моих апартаментов и, встав, решительно разворачиваюсь к чемодану. С одной-единственной мыслью: закончить сборы и куда-нибудь сбежать.

— Да, малыш! Нам нужно бежать! — говорю, гладя плоский живот. — И как можно быстрее! Твой… отец сошёл с ума! Ждать я его буду! Конечно! Особенно после того, как меня чуть не придушил…

Вызвав такси, села на чемодан и принялась его ждать перед домом. Казалось, что сейчас с любой стороны может появиться Дмитрий и… убьёт меня.

Он не потерпит моего предательства. А я не потерплю его несдержанность в своих действиях. Пусть сначала научится себя контролировать, а потом думает о моём ребёнке.

А что если малыш когда-нибудь испортить его документы и ещё что-нибудь? Это ведь дети, и они сами того нехотя, могут сделать что-то плохое. Они ведь ещё не понимают серьёзности каких-либо бумаг.

И что Дмитрий тогда сделает? Задушит его? Убьёт? Откажется? Сдаст в детский дом?

Ему самому нужно повзрослеть, а потом уже заводить детей.

Да и к себе я такого отношения не потерплю! Не для этого я несколько лет училась быть сильной, чтобы в новые абьюзерские отношения вступать. Пусть и с отцом своего ребёнка.

Заметив подъезжающий автомобиль с характерными шашечками, направилась к нему. Чемодан тащу следом, оглядываясь по сторонам. Так и жду, что сейчас появится Солнцев и мне сделают харакири.

Но, к счастью, мне везёт. Никто не мешает мне добраться до пункта назначения. А именно до отеля в соседнем городе. Билет в Германию смогла взять лишь на послезавтра. Чёртовы туристы, которые скупили все билеты! Даже бизнес-класса не оставили.

До момента, когда я сяду в самолёт и вернусь в Германию, мне надо переждать где-то. Подальше от Солнцева. В городе Солнцева оставаться было нельзя, поэтому выбрала соседний. С хорошим отелем, а главное, тот, где у Дмитрия нет влияния. По крайней мере, я на это надеюсь.

Поставок цветов его компания сюда не осуществляет. Я выучила этот список и сразу приметила такую странную деталь.

Расплатившись с водителем, направилась к стойке администратора. Представившись, сообщила о том, что у меня забронирован номер по онлайну.

— Минуту. Я сейчас посмотрю, — вежливо ответила девушка и углубилась в изучение списков на своём экране. — Да! Ваше имя в списке есть, — отчиталась и взяв ключ-карту, протянула мне. — Номер двести три. Добро пожаловать в наш отель, госпожа!

— Спасибо, — поблагодарила и, забрав ключ-карту, направилась к лифту.

Сердце отчего-то начало биться чаще, заглушая все посторонние звуки. Пот пошёл по лбу от адреналина, который неожиданно ударил в кровь.

Кажется, до меня только сейчас начало доходить то, что мне удалось сбежать от Солнцева, но он будет меня искать. Обмануть его и разозлить. Поэтому нужно быть осторожной и внимательной. В несколько раз больше, чем раньше.

Солнцев не дурак и всё поймёт.

Сейчас заселюсь в номер и не буду из него выходить прям до момента, когда придётся уезжать в аэропорт.

Приложив карту к считывателю, прошла в огромный номер. Действительно большой.

На фото он был явно скромнее. Обычно всё бывает наоборот. На картинке все супер и прекрасно, а когда приезжаешь, то ужас из всех ужасов. Здесь всё иначе.

Даже настроение поднялось.

Надо будет запомнить и приезжать сюда, если буду посещать Финляндию. Тем более за такие деньги — такой шикарный номер! Сто из десяти в рейтинг отеля.