Цикл романов о Королеве змей. Пятитомник

Он напряженно всматривался в ее лицо, явно беспокоясь за состояние девушки. Татьяна чувствовала себя неважно. Она пыталась сконцентрироваться на встревоженном голосе Серхио и поскорее прийти в себя. Пара глотков воды из поднесенной мексиканцем фляжки слегка привели ее в чувство.

— Потерпи, mia cara[11][10]. Скоро мы прибудем в деревню, и ты сможешь отдохнуть. Там есть кафе и хостел, чтобы освежиться. Это совсем недалеко. Прямо сейчас мы отправимся туда, — торжественно пообещал он.

Мексиканец подхватил девушку на руки и понес к спасительной тени припаркованного у входа в городище автомобиля. Уже в салоне она медленно пришла в себя.

Между тем они въезжали в небольшую деревеньку Санто-Пуэбло-Игнасио, расположенную в джунглях природного парка Чанканааб, недалеко от Сан-Гервасио и всего в семи километрах от города Сан-Мигель-де-Косумель. Это селение спряталось на окраине наполненных страхом майяских джунглей и состояло из пары десятков низких местных хижин. В конце деревенской улицы стояло живописное кафе с вырезанными из дерева добротными двухэтажными беседками и кухней под открытым небом. Сладкие ароматы маисовой похлебки разносились повсюду. На углях запекалась дичь. Полная молодая мексиканка тут же лепила и жарила пышные пшеничные лепешки. У крайней левой хижины, граничащей с кафе, на порванных тростниковых циновках сидела скрюченная старуха в длинном темном одеянии и увлеченно курила табак. Татьяна обратила внимание на пожилую женщину и смело направилась к ней. Та заулыбалась и помахала гостье рукой, приглашая войти в хижину. Серхио недовольно поморщился, но последовал за девушкой.

— Присаживайся, госпожа, — гостеприимно зажестикулировала старуха, указывая на потрепанный стул и пододвигая такой же мексиканцу. — Поток священной реки Рио-Секрето привел тебя к моему порогу, и это было суждено.

Она взяла девушку своей сухой ладонью и внимательно всмотрелась в линии руки Татьяны. Через секунду старуха проворно вскочила со своей табуретки, гневно откинув ладошку девушки и неистово замахав руками. Глаза ее страшно закатились, волосы встали дыбом, из уст забрызгала слюна, а лицо покраснело от сильного душевного волнения.

— Королева сделала выбор. Тебе не остановить ход времени.

Вот и все, что Татьяна сумела разобрать в бессвязном бормотании старухи, сочетающем испанскую речь и местный, довольно сложный диалект.

— Прочь, уходи. Королева змей сделала выбор, тебе не остановить ход времени. Да исполнится то, что суждено, — отчаянно завопила старая карга.

— Заткнись, негодная старуха. Зачем напугала девушку? Что она тебе сделала? — гневно воскликнул Серхио, угрожающе наступая на старушенцию.

— Бойся того, кто тебя защищает, госпожа, — темный перст старухи указывал на Серхио, а саму ее трясло мелкой дрожью, должно быть, от сильного испуга. — Луноликая матерь Иш-Чель, защити Росарио от воинов твоих, пощади, госпожа. Бойся той руки, что защищает тебя… — старуха мерзко завыла в ответ на увесистый пинок Серхио и громко закашлялась. — Убирайтесь!.. Милосердная Иш-Чель, пощади. Я хочу жить, — старуха стенала от боли, переходя на безумный истерический хохот.

Татьяна, поддерживаемая сильными руками Серхио, выскользнула из лачуги и направилась к автомобилю, стоявшему в конце деревни. Сумасшедшая старуха стала завершающим аккордом этого дня. Нервы девушки сдали, и она вновь потеряла сознание. Серхио нежно подхватил Татьяну на руки и понес к машине, затем удобно расположил ее на сиденье. Обратную дорогу девушка почти не помнила. Скорее всего, возвращаясь в город, Серхио летел как на крыльях. Или, правда, летел? Должно быть, ей показалось…

Татьяна очнулась уже в своем номере. Мексиканец в глубоком волнении стоял возле ее постели, а две молоденькие горничные хлопотливо суетились, приводя ее в чувство.

— Госпожа утомилась на ярком солнце. Она не привыкла к зною наших широт. Позаботьтесь о ней как следует, — отдавал распоряжения мужчина, заботясь о ее самочувствии.

— Да, господин, — заискивающе улыбнулась младшая из горничных.

— Мы сделаем все, что необходимо, пусть господин не беспокоится, — надежно заверила Серхио старшая хостес.

— Вот и замечательно. Оставляю девушку на вас. Я хорошо заплачу, так что не оставляйте ее одну ни на минуту. Это приказ! И не впускайте сюда никого, — велел им мексиканец.

— Конечно, господин, как скажете. Мы выполним все, что вы прикажете, — тихо ответили служанки.

— Займитесь делом, она совсем ослабла. Завтра девушка должна быть в форме.

Серхио, окинув напоследок тревожным взглядом засыпающую Татьяну, стремительно покинул номер и исчез в ночи. Тут же за окном ее комнаты взмыла ввысь большая темная птица, мелькнув грозным силуэтом в темнеющем небе.

День медленно таял, словно дым погасшей свечи, принося жителям острова долгожданную прохладу и веяние сотен морских ветерков. Бледная луна в окружении вуали тумана восходила над засыпающим островом, а на водах залива, словно белый шлейф, сияло ее призрачное отражение. Высоченные сосны, эвкалипты и могучие дубы острова образовывали темный зубчатый рельеф у самого края горизонта, ярко освещенный серебристым лунным светом. Остров неторопливо засыпал, шумно вздыхая звуками набегающих волн Мексиканского залива и криками потревоженных в ночи птиц и мелких грызунов.

Девушка спала беспокойно. Ее мучали сновидения, в которых она обреченно пыталась отбиться от неведомых угроз, выставляя впереди себя безвольные руки и слабо вскрикивая. Однако она не просыпалась до самого рассвета. Наутро Татьяна плохо помнила события прошедшего дня и ночи. Как будто из памяти стерли внушительный фрагмент. Но к приходу Серхио она была уже в порядке и даже могла продолжить путешествовать, чтобы дальше знакомиться с островом.

Она рано встала и, расчесав свои длинные русые волосы, села у окна полюбоваться нежным индигово-алым рассветом. Появившийся вскоре после завтрака Серхио предложил съездить на пляж и при желании совершить небольшую морскую прогулку. Идея Татьяне понравилась. Исабель рассказывала, что Косумель — отличное место для дайвинга, снорклинга, да и просто для плавания. Учитывая свое прежнее состояние, на дайвинг Таня не рассчитывала, а вот принять участие в морском вояже и поплавать в открытом море не отказалась бы. К тому же Серхио пообещал отвезти ее в чудесное место. Там можно и на солнышке понежиться, и искупаться вполне безопасно вдали от любопытных глаз.

Конечно же, она все понимала. Как не понять? Приглашает в чудесное, уединенное место — каков хитрец. Явно надеется на скорую сдачу бастионов и снятие обороны ее крепости. Ну и ладно. Что она теряет? Ведь он красивый, умный, гордый мужчина. С таким не страшно пуститься в любовные приключения. На одну ночь? Но вряд ли это ему нужно. Он интересуется чем-то другим, чем-то большим и значительным. Неужели намекает на продолжение? Полноценный курортный роман предлагает или уж совсем сказочно — отношения на всю жизнь? Молчит, смотрит, улыбается. Но как же хочется сдаться без боя и оказаться в его объятиях, жарких и крепких… Эх!

Надев самый привлекательный купальник из имеющихся в ее распоряжении, чтобы уж окончательно сразить поклонника, Татьяна вместе с ним отправилась навстречу новым впечатлениям. Пара арендовала на берегу небольшую яхту и углубилась в залив. Отойдя на значительное расстояние от берега, Серхио приказал капитану взять курс к востоку от острова. Там, на бескрайней синей длани океана, словно белый поплавок, обретался крошечный островок. На его белоснежном пляже, подобно двум воздетым к небу рукам, возвышались неведомо как попавшие сюда две одинокие пальмы.

Этот островок — атолл, безымянный и, скорее всего, временно возникший, в этот прекрасный день стал их местом уединения на краю земли. Татьяна смотрела в жгучие глаза высокого брюнета и растворялась в них, забывая, кто она и где находится. Все мысли отлетели прочь, сомнения растворились, прошлое забылось. Серхио обнимал девушку, вглядываясь в ее голубовато-синие искрящиеся глаза и проводя руками по тонким шелковистым волосам. Глубокий лазурный океан вздыхал рядом, а чайки, молитвенно расправив крылья, проносились низко над парой, нашедшей здесь тайное убежище и покой. Татьяна и Серхио окунулись в теплые волны моря и, смеясь, поплыли к горизонту. Вода была настолько прозрачной, что дно отлично просматривалось: видно, как радужные рыбки резвятся над витиевато изогнутыми ветками бордово-сизых кораллов и густых зеленых водорослей. В стороне от пары, над глубиной уходящей в голубую бездну воды, проплыла изысканно раскрашенная черепаха. А следом за ней, будто стая птиц в весеннем небе, показалась группа небольших скатов-хвостоколов. Эти воды действительно радовали своим животным изобилием и палитрой сине-голубых оттенков.

На морском дне, почти у самого берега, с неизвестных времен размещались останки старинного галеона, полностью покрытого кораллами и ракушками. Он давал приют мелким рыбкам и другим обитателям моря. Татьяне понравилось исследовать прибрежные воды в компании с прекрасным пловцом Серхио. Выросший в этих местах, мексиканский красавец умело плавал и был неутомим в выборе морских приключений для своей спутницы. Устав, они вернулись на пляж с чистым, нагретым солнцем песком. Здесь, в тени тростникового зонтика, Серхио предложил Татьяне отдохнуть.

Поцелуй случился ожидаемо и повторился еще и еще. Избавившись от плена одежды, мужчина медленно опрокинул девушку на влажный песок и настойчиво впился в ее нежные губы глубоким волнующим поцелуем. Татьяна не сопротивлялась, наоборот, сама искала его ласки, требовала ее. В момент соития хищные глаза мужчины вспыхнули нескрываемым удовольствием, и девушку вновь пронзило чувство, что она уже видела этот взгляд. Но где? Картинки в ее памяти проносились словно стоп-кадры старой кинопленки. Она почти добралась, узнала… Но происходящее с ней отвлекло, заставило забыть обо всем на свете…

Мужчина раскачивал лодку желания все сильнее, и девушка унеслась на самый край вселенной от неописуемого удовольствия. Серхио держал в своих руках Татьяну, как песчинку, и вел за собой в мир сладострастия, а она была его послушной ученицей. Вместе они воспарили на недосягаемую вершину — и вновь канули вниз, сметая все лавиной чувств. Когда все соки были выжаты, а истины постигнуты, низринутые с пиков безумия, они упали на песок своего маленького острова и забылись мимолетным сном. А потом вновь повторили восхождение и повторяли до рассвета еще не раз.

Утром Серхио разбудил Татьяну нежным поцелуем, помог одеться и повел ее к белой яхте, ожидающей в море. Начинался новый день в овеянных романтикой тропиках.

Глава 5

— Где ты была, Таня, я жду тебя с самого утра?! — возмущенная Исабель сидела на бархатном розовом пуфике у окна в номере Татьяны и обиженно дула губки. — Я подумала, что тебя выкрали. Не надо смеяться, здесь такое часто бывает, не заметишь, как окажешься в руках мафии. Туристы нередко пропадают в джунглях Косумеля. Почему ты так неосторожна и беспечна, детка?

«Ну вот, снова эта вопрошающая особа. От нее нет никакого спасения, честное слово. До чего же навязчива!» — немного раздосадовалась счастливая Таня и попыталась унять тревогу мексиканки:

— Не волнуйтесь, Исабель, нет причин для беспокойства. Я была с доном Серхио, не одна.

— Что, с Серхио? — лицо Исабель стало пунцовым от возмущения. Она вскочила и негодующе принялась мерить шагами комнату Тани, не скрывая своих эмоций. — Не может быть, ах diablo[12][11], старый распутник…

— Исабель… — Татьяна укоряюще покачала головой.

— Где же вы были? — не унималась новая знакомая, бесцеремонно расспрашивая девушку и хватая ее за руку.

— Не знаю, какой-то маленький островок недалеко от побережья, — мечтательно протянула Татьяна. — Мы добирались туда на яхте.

— Островок в заливе? Никогда не слышала. Здесь нет никаких островов поблизости. Вы провели там ночь, дорогая? — разузнавала Исабель, тщательно расспрашивая девушку.

— Да, мы много путешествовали, были в Сан-Гервасио… — осторожно отвечала ей Татьяна.

— Это интересное место, пропитано историей и пылью ушедших веков, — заметила мексиканка, не сводя пытливых глаз с Татьяны.

— Дон Серхио упоминал, что вы историк и археолог, Исабель, и могли бы мне многое рассказать о Сан-Гервасио, — попыталась перевести тему Таня.

— В некотором роде да, в некотором роде… — загадочно улыбнулась Исабель. — Конечно, расскажу, но не сейчас. Мне нужно спешить, извини, дорогая. Время, отведенное тебе, давно вышло. Встретимся позже! — Исабель поцеловала Татьяну в щечку и торопливо вылетела из номера.

Татьяна облегченно вздохнула, провожая взглядом не в меру энергичную мексиканку и отчаянно желая остаться наконец-то в одиночестве и поразмышлять о своем. Но ее телефон, лежащий на краю тумбочки, в это же самое мгновение прозвонил несколько раз. На экране отражалась фотография любопытной подружки Светы из такого далекого теперь Питера. «Наверняка звонит узнать, как у меня дела», — слегка раздраженно подумала Татьяна.

— Слушаю…

— Таня, дорогая, ну наконец-то ты, здравствуй. Не пугай нас. Ты улетела на край земли и позволяешь себе не отвечать на звонки! — заверещала в трубку подруга Светка.

— Привет. Ты звонила? Прости, я не слышала, — извинилась девушка.

— Чем же таким интересным вы были заняты, мадемуазель, что не нашли времени ответить на звонок? — подколола ее Светлана.

— Ничем особенным. Гуляла по острову, отдыхала, — рассеяно перечислила ей путешественница.

— Воплощаешь в жизнь планы, озвученные в кафе на Невском? — напомнила ей подружка.

Татьяну пронзила внезапная вспышка, яркое воспоминание, узнавание…

— О чем ты задумалась, милая? — встревоженно спросила Светка.

— Светочка, помнишь, когда мы были в кафе, мне показалось… или это нам померещилось, что мы видели человека? — ответила на ее вопрос Таня, пробуждая события прошлого.

— Какого еще человека, милая? — проявляла живейший интерес ничего не помнящая Света.

— Человека с бронзовой кожей! — голос Тани дрожал.

«Должно быть, она вспомнила что-то весьма пугающее», — тут же почувствовала Светлана.

— Это тебе показалось, дорогая. Я никого не видела, — успокаивающим тоном ответила подруга.

— Я помню, что за окном кафе в тусклых фонарях Питера, освещающих проспект, я увидела его. Высокого полуобнаженного человека с загорелой кожей, в какой-то немыслимой накидке и в головном уборе из ярких перьев. Он был настолько несуразен на питерской улице, как из совсем других времен, как нечто инородное. Его глаза пронзали… — начала рассказывать погрузившаяся в давние воспоминания и словно вошедшая в транс Таня.

— Тебе показалось, я уверена, — недоверчиво отозвалась Светка.

Она помнила вечер в кафе и планы подруги на отдых, но странного человека на улице почему-то не могла воскресить из памяти.

— Нет, не показалось. Эти глаза я узнала здесь… — Татьяна оставалась непреклонной, она отлично помнила свое видение.

— Кто это, кого ты узнала? — у Светы не было причин не верить ей, и она решила расспросить подругу подробнее.

— Я вижу себя в храме, это в джунглях… Он рядом со мной. Ритуал должен быть совершен… Богиня сделала выбор. Ход времени не остановить. Да исполнится то, что суждено… Змея, господи боже, змея! Она разрывает мою плоть… — глаза Татьяны были полуприкрыты, она что-то еще шептала и наконец придя в себя, резко произнесла: — Извини, мне нужно идти… Потом поговорим.

— Танечка, Таня, не клади трубку… Слушай, что там случилось, Таня? — взывала Света, но подруга уже отшвырнула трубку на тумбочку и, схватив сумочку, быстро выскочила из номера.

В баре на Парадиз-Бич в ответ на просьбу Татьяны помочь отыскать дона Серхио все удивленно качали головами. Кто такой дон Серхио? Растерянная Татьяна сидела у барной стойки и ожидала, сама не зная чего. Неужели ей все это привиделось? Сон наяву. Но ведь он был. Он реален. Или все же… Коктейли она больше не пила, на алкоголь списать не получится… Тогда что?

— Госпожа, вероятно, вы ошиблись. Мы никогда не видели никакого господина Серхио и понятия не имеем, о ком вы говорите, — уверяли ее добросовестные работники бара, жалостливо смотря на девушку.

— А Исабель, вы знаете Исабель? — цеплялась за соломинку Таня.

— Госпожу Исабель Суарес? Да, знаем. Эта дама — частая гостья в нашем баре. Она участвует в раскопках в храмовом комплексе Сан-Гервасио неподалеку отсюда. Если хотите, можете оставить записку для нее. Мы, к сожалению, не знаем телефона доньи Исабель, — любезно предложили ей в баре.

Татьяна разочарованно покачала головой и вышла из бара. Кто этот загадочный дон Серхио? Разве может быть так, что его не помнят в баре и отеле? День назад она была здесь в компании этого человека.

«Где же мне его искать, божественного мужчину со смуглой кожей из моих ярких сновидений на острове Косумель? Какие тайны скрывает дон Серхио? Это реальный человек или плод моего воображения?» — размышляла Татьяна. Она подставила лицо нежному прикосновению ветерка и вновь окунулась в приятное воспоминание. Малюсенький остров в океане мечты. Пальмы и дикий пляж. На мили вокруг ни души. Крупная тень мужчины склоняется над распростертым на песке телом девушки, пряные ноты экстаза, сладкие поцелуи, нежность сильных рук. Огненно-черные глаза, не отпускающие взгляд девушки, настойчивые, властные, соблазнительные.

— Серхио, Серхио, вернись, я жду тебя… — грустно позвала девушка.

А внутренний голос с издевательским смешком интересовался: «Ну и что, дорогая, собираешься делать? Из огня да в полымя, Танечка, не так ли? Едва отошла от одной истории, неугомонная, как тут же озаботилась поиском другой! Скучно жить тебе, Таня?»

В виски будто впилась сразу тысяча тонких иголок. Голова раскалывалась от неимоверной боли, давление поднялось, кровь отлила от сердца, а руки похолодели, почти онемели. Девушка не помнила, как дошла до номера, ноги ватные, сознание прерывистое, дыхание рваное. «Нет-нет, он вернется, обязательно вернется! — отчаянно восклицало что-то в глубине ее души. — Не может вот так все закончиться. Он же спас, подарил надежду, излечил…»

Добравшись до отеля, Татьяна провалилась в спасительный сон в уютном пространстве своей комнаты и вновь оказалась в вожделенном плену его сильных объятий. Серхио обнял ее крепкими руками, словно крыльями темного ангела, и мягко вознес на неведомую вершину покоя и умиротворения.

Несколько часов отдыха, но вдруг что-то заставило проснуться…

Закат окрасил пышные верхушки пальм в кровавые оттенки. Луна повисла в центральной части темнеющего небосвода, словно золотая монетка древних майя. Золото — цена свободы. А можно ли за него приобрести желанную свободу? Татьяна не знала. Она мечтательно улыбалась своим воспоминаниям. Ветерок трепал вуаль занавеса, отделяющего девушку от шумно вздыхающих джунглей и океана. Зной отступил, и приятная прохлада незаметно разлилась по комнате. В золотистом свете торшера навстречу Татьяне шагнула тень мужчины. На мгновение девушка испугалась, но вскоре ее руки обняли сильные плечи Серхио. Он ее услышал!

— Mia cara, как провела время? — нежно прошептал возлюбленный Тани.

— Я искала тебя, Серхио. В баре не знали, как связаться с тобой и Исабель, — сбивчиво рассказывала девушка.

— Милая, зачем беспокоилась? Тебе достаточно было сказать на ресепшене о своем желании. Не стоило искать меня по всему городу, — недовольно скривился мексиканец.

— Кто вы, дон Серхио? Вы мафиози? — примиряюще улыбнулась девушка, моментально забывая о всех пережитых неприятностях.

— Что ты, какой мафиози. Я живу на вилле, в глубине заповедника Чанканааб, — не соврал ей мексиканец. — Однако я редко бываю в городе, поэтому меня здесь плохо знают. Впрочем, тут живут мои работники и их семьи, поэтому при желании ты всегда можешь передать мне весть.

— Почему же мне просто нельзя тебе позвонить? — не понимала Таня.

Ну вот, опять он юлит, не договаривает. Это же так естественно — звонить своему… Да, а кто он ей? Знакомый, друг, любовник, возлюбленный?.. На этот вопрос есть ответ? Знакомый? Уже нет… Друг? Тоже мимо. Любовник? Да, возможно. Возлюбленный? Об этом знает только ее сердечко, но оно молчит.

— Почему же мне нельзя позвонить? — повторила вопрос Таня.

— Я не люблю все эти современные штуки. Портье — сын моего приятеля. Обращайся к нему, — требовательно заявил Серхио, не желая больше говорить на эту тему.

Пришлось довольствоваться его странным ответом. Но главное — он здесь. Явился, не оставил… Очередной резкий разрыв отношений ей не перенести. Не сейчас. Сердце еще кровоточит, рана едва затянулась. Предательства — очередного, болезненного — ей не пережить.

— Какая полная сегодня луна, — произнесла девушка, намереваясь отвлечься и восхищенно смотря на серебристую гостью неба.

— Нет, дорогая, до полнолуния еще две долгие ночи, — туманно ответил ей Серхио.

Что он хочет сказать? Причем здесь полнолуние? Очень, очень странно. Ей никогда не понять этого мужчину, слишком сложен для нее и одновременно пугающе привлекателен… Как огонь для белого мотылька, как пожар для сухой травы…

Татьяна завороженно повернулась к Серхио, который стоял в арке низко расположенного окна, и встретила пьянящий поцелуй мексиканца. Его руки уже срывали тонкую шелковую сорочку с тела девушки и стремились к самым запретным местам. Татьяна подалась навстречу буйному шквалу его ласк и поплыла в океане удовольствия, превращаясь в пульсирующее зерно наслаждения. Мужчина привычно вел парусник по волнам экстаза и дарил незабываемые эмоции.

— Mi reina, mia cara… — безумно шептал Серхио, находя успокоение на высокой груди девушки. Она принимала его щедрые ласки и трепещущей голубкой затихала в его объятиях, пока кроваво-красная заря не разбудила любовников и не заставила расстаться в ожидании следующей восхитительно-прекрасной и будоражащей ночи.

Глава 6

— Зачем пришел? — тетя Лена не сводила с него недоброго взора.

Пожилая тетка Тани, рано поседевшая, грузная женщина с цепким взглядом карих глаз, стояла в дверях своей квартиры у Петропавловки. Облаченная в серый махровый халат, подаренный племянницей, она не собиралась растворять дверь шире, чтобы пропустить гостя. Алекс виновато улыбнулся и объявил:

— Света считает, что нужно ехать в Мексику. С Таней могло что-то случиться.

— А тебе какое дело до Тани?! Женился — так и живи с женой. Чего шляешься по чужим домам да бабам? — едко парировала ему тетка.

— Я не шляюсь. Я Таню люблю и жить с ней хочу, — прямолинейно ответил ей Вихров.

— Вот еще. Ищи другую дуру, а нас оставь в покое. Два года отдала тебе девка. Встречался, миловал-любовал да в жены отчего-то не взял. Поди прочь, говорю тебе. Нет у меня времени слушать тебя. Вернется Татьяна и найдет себе достойного мужика. Не тебя, уж точно, — не давала ему шанса тетя Лена, обиженная поступком Сашки, бросившего племянницу.

— Тетя Лена, послушайте. Времени мало, надо принимать решение немедленно, прямо сейчас. Таня в беде, я это знаю. Она разговаривала со Светой несколько часов назад, она не в себе. Что-то приняла, похоже. Это очень опасно! — настаивал на своем Алекс.

— Не болтай понапрасну… — не хотела слушать Вдовина.

— Елена Васильевна, — официально обратился к ней Алекс, — Таня не понимает, где находится, мелет какую-то чепуху. Света ничего не поняла… Про какой-то храм, ритуал, в общем, белиберду какую-то, — от беспокойства его голос срывался на крик.

— Уверен? Говорила я ей: не лети в эту треклятую Мексику. Так нет же, не послушала, — горько запричитала тетка.

— С ней парень был, Серхио, — делился с женщиной Алекс полученными от Светы сведениями.

— Что? Как ты сказал, Серхио? — удивленно вскрикнула тетя Лена.

Ее глаза расширились от страха и удивления. Алекс топтался в дверях и не решался войти в квартиру. Елена Васильевна резко осела на низенькую банкетку, стоящую в углу прихожей, и всплеснула руками:

— Ах, Серхио, диавол!

— Вы его знаете, кто это? — забеспокоился Сашка.

— Знаю ли я его? Я не просто знаю эту шельму мексиканскую, я с ним лично знакома! — гневно выпалила тетя Лена.

Кот Люсьен осторожно прошествовал вдоль напольного зеркала в прихожей и, увидев свое отражение, боязливо отпрыгнул в сторону, а потом без всяких предисловий двинулся к Алексу и ласково потерся о ноги гостя. Он признал в Алексе старого знакомого. В былые времена они часто делили один и тот же диван в небольшой студии Тани. Старые друзья.