Я научу тебя не бояться

— Хорошо, хорошо— Никита поднял руки в примирительном жесте. — Тогда придумаем что-то другое, но нам нужно действовать сегодня.

Он уже собирался продолжить, когда дверь класса скрипнула и на пороге появилась Настя. Даша вздрогнула и отодвинулась от Никиты, чувствуя себя застигнутой врасплох. Настя стояла в дверях, держа в руках рюкзак, и смотрела на них с явным удивлением.

— Ой, — сказала она, замешкавшись. — Извините. Я не знала, что тут кто-то есть. Я просто хотела забрать забытую тетрадь. Оказывается, я её потеряла, она должна быть тут.

Она прошла к своей парте, взяла тетрадь и уже направилась к выходу, но остановилась и обернулась.

— Даша, — сказала она, — я искала тебя, чтобы спросить, как ты. Всё хорошо? Ты выглядишь… лучше, чем утром.

Даша заставила себя улыбнуться.

— Да, всё хорошо, — ответила она. — Мы с Никитой занимаемся физикой.

Настя перевела взгляд на Никиту и на мгновение задержалась. В её глазах мелькнуло что-то неуловимое — Даша не могла понять, что именно. Но Настя быстро улыбнулась.

— Здорово, — сказала она. — Ну, я не буду мешать вам. Я подожду тебя в коридоре, Даша.

Она вышла, закрыв за собой дверь. В классе повисла тишина.

Никита посмотрел на закрывшуюся дверь и нахмурился.

— Она твоя подруга? — спросил он.

— Ну… да, наверное, — неуверенно ответила Даша. — Она подошла ко мне сегодня в раздевалке. Сказала, что у неё тоже никого нет, и предложила дружить.

Никита задумался на секунду.

— Хорошо, — сказал он. — Но будь с ней осторожна. Я не хочу тебя пугать, но я видел её с Катей несколько раз. Они иногда пересекаются. Не знаю зачем, но просто имей это в виду.

Даша почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она вспомнила тот странный взгляд Насти в раздевалке, её замешательство, когда Даша спросила про Катю.

— Ты думаешь, она…? — начала Даша.

— Я ничего не думаю, — мягко перебил Никита. — Просто будь внимательна. Люди не всегда те, кем кажутся. Но я рядом, если что.

Даша кивнула, чувствуя, как внутри неё снова зарождается тревога. Но она отогнала её.

— Лучше давай вернёмся к физике, — сказала она. — А то я так и останусь с двойками.

Никита улыбнулся и снова открыл тетрадь.

— Хорошо. Тогда смотри: вот эта формула объясняет…

Они снова углубились в учёбу, и на некоторое время Даша забыла о своих страхах. Но в глубине души она чувствовала, что Настя — это не случайность. И что в этой школе разворачивается что-то большее, чем просто школьные будни.

За окном садилось солнце, окрашивая небо в тёплые цвета. Даша смотрела на Никиту, который увлечённо объяснял ей физику, и думала: Может быть, он действительно сможет меня спасти. Может быть, я ещё не потеряна.

Глава 11. Ночлег с сомнениями

Никита закончил объяснять последнюю формулу и закрыл тетрадь. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и кабинет погрузился в полумрак. Даша сидела, глядя на исписанные листы, чувствуя, как в голове наконец-то начинает складываться картинка — физика постепенно переставала быть для ней китайской грамотой.

— Спасибо, что вызвался помочь мне, — сказала она, поднимая на него глаза. — Ты так понятно объясняешь. Я… я правда не знаю, как тебя отблагодарить.

Никита улыбнулся и покачал головой.

— Достаточно того, что ты сказала спасибо. Больше ничего не нужно.

Он помолчал, затем спросил:

— Куда ты сейчас планируешь пойти?

Даша замялась. Она отвела взгляд, теребя край рубашки.

— Не знаю, — честно ответила она. — Может быть, просто прогуляюсь по улице. Потом решу.

Она начала собирать вещи, чувствуя, как страх снова сковывает тело. Она уже представляла, как войдёт в прихожую, как мать встретит её злобным взглядом, как отец будет кричать. А Максим… она не хотела даже думать о том, что он сделает после сегодняшнего унижения. Она встала, чтобы уйти, но Никита осторожно взял её за руку. Его пальцы были тёплыми, и Даша вздрогнула от неожиданности, но не отстранилась.

— Не нужно ходить по улице одной, — сказал он тихо. — Вдруг Максим поймает тебя? Он явно не успокоился. Да и зачем тебе одной бродить в темноте? К вечеру похолодает, ты замёрзнешь, проголодаешься.

Он помедлил, собираясь с мыслями.

— У меня есть идея, — продолжил он. — Я тут подумал… Я не знаю, согласишься ли ты… Но я живу один в квартире. Она двухкомнатная. Одна комната свободна. Ты могла бы оставаться у меня, сколько захочешь. О деньгах не волнуйся, я всё беру на себя. Я из дома работаю, у меня достаточно средств.

Даша замерла. Её сердце забилось быстрее, но не от радости. В глазах появился испуг. Она отступила на шаг, чувствуя, как внутри поднимается паника.

— Я не могу так, — прошептала она. — Наверное, я что-то сама придумаю…

Она отвела глаза. Мысли вихрем проносились в голове: «Он же парень. Я его почти не знаю. А вдруг он тоже хочет чего-то другого? Я не могу доверять никому. Даже ему. Вдруг он что-то сделает со мной? Оставаться в квартире с малознакомым парнем – это глупо.»

Никита внимательно посмотрел на неё, и по выражению его лица она поняла, что он прочитал все её страхи.

— Даша, — сказал он мягко, — я знаю, о чём ты думаешь. Но я хочу, чтобы ты поняла: я не из тех, кто плохо относится к девушкам. Я не использую их, не пугаю, не пристаю. Я не перехожу личные границы. У меня даже в мыслях нет ничего такого. Я просто хочу помочь тебе. Ты же сама видишь, что происходит.

Даша подняла на него глаза. В его взгляде не было ни капли лжи или корысти. Только искренность и забота.

— Ты… ты действительно только по-дружески предлагаешь? — спросила она робко.

— Да, по-дружески, — подтвердил он.

Даша опустила голову, чувствуя, как внутри неё борются страх и благодарность.

— Я не могу решить так сразу, — сказала она честно. — Честно говоря, я боюсь. Я никому не доверяю. Просто… мне нужно подумать. Может быть, я подойду к Насте и спрошу у неё. Может быть, она сможет меня приютить на ночь.

Она боялась, что обидит Никиту своим отказом, но он лишь понимающе кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Сначала узнай у Насти. Если у неё получится — оставайся у неё. Но будь осторожна, помни, что я тебе говорил. Если что-то пойдёт не так, сразу звони мне. Я на связи.

Они вышли из кабинета и направились в коридор. Настя стояла у окна, задумчиво глядя на улицу, и, услышав шаги, она обернулась и подошла к ним.

— Даша, — сказала она, беря её за руку и отводя в сторону. — Я хочу тебя спросить… Вы с Никитой действительно занимались физикой? Это так долго… Я подумала, может, у вас что-то ещё?

Даша нахмурилась. Голос Насти звучал подозрительно, и она заметила, как та волнуется, поглядывая на Никиту, а затем отводя глаза.

— Мы занимались физикой, — ответила Даша. — Он объяснял мне формулы, я записывала. Что-то не так?

— Да нет, — Настя пожала плечами, но её улыбка была натянутой. — Просто я не понимаю, как можно так долго сидеть над физикой. Это же скучно.

Она говорила что-то, но Даша чувствовала, что Настя недоговаривает. Её взгляд метался, пальцы теребили край рукава.

— Настя, что-то волнует тебя? — спросила Даша с тревогой в глазах.

— Нет, нет, — быстро ответила та и вдруг добавила: — А можно я тоже буду заниматься с вами? Физикой. Вместе. Чтобы не скучно было.

Даша удивилась, но кивнула.

— Спроси у Никиты. Это же он объясняет.

Они подошли к Никите, и Настя с неестественно бодрым голосом спросила:

— Никит, а можно я тоже буду ходить на ваши занятия по физике? Мне тоже нужно подтянуть знания. Я плоховато понимаю этот предмет.

Никита на мгновение задумался. Он перевёл взгляд с Насти на Дашу, и в его глазах мелькнула тень недоверия. Но он кивнул.

— Хорошо. Приходи. Только предупреждай заранее.

Он снова посмотрел на Дашу и спросил прямо, не стесняясь присутствия Насти:

— Даша, ты спросила у Насти насчёт ночлега?

Настя удивлённо подняла брови.

— Ночлега? А что случилось?

— Мне некуда идти сегодня, — тихо сказала Даша. — Родители… ну, ты понимаешь. В общем, если я приду домой, то они меня накажут. Я не хочу возвращаться домой. Может быть, я смогу переночевать у тебя? Хотя бы одну ночь?

Настя на секунду задумалась, затем широко улыбнулась.

— Конечно! — сказала она слишком радостно. — У меня есть своя комната, родители мне не мешают. Всё спокойно. Пойдём.

Даша облегчённо вздохнула. Она повернулась к Никите, и он встретил её взгляд. В его глазах она прочитала предостережение: Будь осторожна.

— Звони, если что, — сказал он тихо, так, чтобы только она слышала. — Я всегда на связи.

Даша кивнула и пошла с Настей. Они вышли из школы, и холодный вечерний воздух обдал их свежестью. Улицы уже зажглись фонарями, и их жёлтый свет отражался в лужах на асфальте.

— Ты так странно смотришь на Никиту, — сказала Настя, когда они отошли подальше. — Вы с ним что, давно знакомы?

— Нет, — ответила Даша. — Всего пару дней. Просто как-то быстро нашли общий язык. Но он очень добрый. Он помогает мне с учёбой. И сегодня он… защитил меня.

Настя нахмурилась.

— От кого?

Даша почувствовала, что не хочет рассказывать всей правды. Она ещё не доверяла Насте до конца.

— От одного человека, — уклончиво ответила она. — Не важно.

Настя промолчала, но Даша заметила, как она сжала губы. Они шли по пустынным улицам, и Даша разглядывала дома, деревья, мокрые скамейки. Внутри неё боролись надежда и тревога.

Дом Насти оказался типичной панельной пятиэтажкой на окраине. Скромный подъезд, лифт с ободранными стенами, запах кошачьей еды. Они поднялись на третий этаж, и Настя открыла дверь ключом.

— Заходи, — сказала она.

Квартира была маленькой, но уютной. В прихожей пахло домашним супом и стиральным порошком. Настя провела Дашу в свою комнату — небольшую, но светлую, с кроватью, столом и книжной полкой. На стенах висели плакаты с музыкальными группами, на полу лежал ковёр.

— Располагайся, — сказала Настя, жестом указывая на кровать. — Родители сейчас на работе, вернутся поздно. Можешь взять мою пижаму, если хочешь.

Даша благодарно кивнула. Она чувствовала себя неловко, но в то же время испытала облегчение: сегодня она не вернётся в тот ад, который называла домом. Они поужинали — Настя разогрела суп, нарезала хлеб. Они разговаривали о школе, о музыке, о книгах. Настя казалась дружелюбной, но Даша не могла отделаться от ощущения, что за этой маской скрывается что-то ещё. Вопросы Насти были слишком настойчивыми, особенно когда речь заходила о Никите.

— Он тебе нравится? — вдруг спросила Настя, когда они пили чай.

Даша поперхнулась.

— Что? Нет, мы просто общаемся по-дружески. Он помогает мне с физикой.

— Значит, вы просто друзья? — Настя усмехнулась. — А по тебе видно, что он небезразличен тебе. Ты смотришь на него так… по-особенному.

Даша покраснела и отвела взгляд.

— Я просто благодарна ему за помощь. И всё. А что, он тебе нравится?

Настя замешкалась на секунду, затем покачала головой.

— Нет, просто интересно. Он же красивый, а ты такая… тихая. Просто удивлена, что он с тобой общается.

Даша почувствовала укол неприятного ощущения. Слова Насти звучали как намёк, будто она недостойна внимания Никиты.

— Наверное, я устала, — сказала Даша, зевая. — Можно мне лечь спать?

— Да, конечно, — ответила Настя, и в её голосе появилась холодная нотка. — Я принесу тебе одеяло.

Даша легла, но долго не могла уснуть. Она лежала на спине, глядя в потолок, и прокручивала в голове события дня. Драка с Максимом, забота Никиты, его предложение жить у него, странное поведение Насти. «Почему она так интересуется Никитой? Почему спрашивает о нём каждую минуту? И почему она так странно отреагировала, когда я спросила, не нравится ли он ей»?

Даша вспомнила предупреждение Никиты: «Я видел её с Катей». И холодок пробежал по спине. «Может быть, она подослана Катей, чтобы следить за мной»? Эта мысль была ужасной. Даша сжала подушку и зажмурилась. Она хотела верить Насте, хотела, чтобы у неё была подруга, но страх быть обманутой был сильнее.

За стеной слышались шаги Насти — она ходила по квартире, что-то делала. Даша прислушалась: показалось, что Настя разговаривает по телефону, но голос был тихим, словно она шепталась. Даша не могла разобрать слов. Но в голосе Насти слышались какие-то приглушённые, почти злые нотки. «Она кому-то звонит. Кому? И зачем?» Даша закрыла глаза и попыталась уснуть. Завтра будет новый день. И она должна была решить, кому можно доверять, а кому — нет. «Максим, Катя, родители… Вокруг меня одни враги. Но Никита… Он какой-то другой.»

Она заставила себя успокоиться. Она не знала, что будет завтра. Но сегодня, хотя бы на одну ночь, она была в безопасности. И с этой мыслью она провалилась в сон.

Глава 12. Язвительные нотки

Даша проснулась от звука закипающего чайника и запаха жареных тостов. Комната Насти была залита серым утренним светом, который пробивался сквозь неплотно задёрнутые шторы. Она села на кровати, чувствуя, что голова всё ещё тяжёлая от тревожных снов. Ей снились руки Максима, крики матери, а затем — лицо Никиты, который пытался её догнать, но она убегала, не зная, кому верить.

Она привела себя в порядок, быстро умылась и вышла на кухню, где Настя уже стояла у плиты, помешивая что-то в маленькой кастрюльке.

— Доброе утро, — сказала Настя, обернувшись с улыбкой. — Выспалась?

— Спасибо, да, — ответила Даша, хотя это было не совсем правдой. — Насть, можно попросить тебя ещё кое о чём?

— Конечно, — Настя налила ей чай, и её голос звучал приветливо. — Говори.

— Можно я останусь у тебя ещё на пару дней? — спросила Даша, чувствуя себя неловко. — Мне нужно решить, что делать дальше. Я не хочу возвращаться домой… пока не придумаю план.

Настя на мгновение замерла, и Даша заметила, как в уголках её губ мелькнула какая-то странная, язвительная улыбка. Но она быстро спрятала её за маской доброжелательности.

— Конечно, оставайся, — сказала Настя, и её голос стал чуть холоднее. — Я же обещала. Сколько надо, столько и живи тут.

Даша почувствовала, как что-то внутри сжалось. Она не могла понять, что именно в словах Насти вызывало тревогу, и утреннее тепло, казалось, улетучилось. Она заставила себя улыбнуться и поблагодарить, но внутренний голос шептал: осторожнее, что-то здесь не так.

Они позавтракали в почти полной тишине, и Даша заметила, что Настя больше не смотрела на неё с той добротой, что вчера. Её взгляд стал оценивающим, почти ревнивым. «Она изменилась после того, как увидела меня с Никитой. Что-то в ней переключилось». Но Даша отогнала эти мысли. «Тебе надо где-то переночевать. Потом разберёшься. Это всего лишь твоя паранойя».

Они собрались и пошли в школу. День тянулся медленно. Уроки, перемены, шум коридоров — всё это проходило мимо Даши, как сквозь вату. Она чувствовала себя уставшей и разбитой, хотя и выспалась. Мысли о доме, о Максиме, о том, что её ждёт, не отпускали ни на минуту.

После последнего звонка Никита подошёл к Даше и Насте, которые стояли у окна в коридоре.

— Ну что, — сказал он, — идём заниматься? Я приготовил новые задачи по кинематике. Думаю, сегодня ты уже будешь решать их самостоятельно, Даш.

Даша улыбнулась, чувствуя, как в груди разливается тепло от его заботы. Ей было так легко рядом с ним, будто он был тем самым якорем, который не давал её унести течению отчаяния.

— Да, пойдём, — ответила она.

Настя шагнула вперёд, вставая почти между ними.

— А я тоже иду, — сказала она с нарочито бодрой улыбкой. — Ты же обещал, что я тоже могу присоединиться. Я тоже хочу подтянуть физику.

Никита на мгновение задержал взгляд на Насте, и Даша заметила, как он слегка нахмурился. Но он кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Пойдёмте в тот же кабинет.

Они устроились за партами. Никита сел рядом с Дашей. Настя заняла место напротив, но её взгляд постоянно переключался с доски на Никиту. Даша старалась сосредоточиться на объяснениях. Она чувствовала, что сегодня физика даётся ей легче, что формулы начинают складываться в голове. Она даже решила несколько задач сама, и Никита одобрительно кивал.

— Отлично, Даш, — сказал он. — Ты быстро схватываешь. Ещё пара занятий, и ты будешь решать задачи не хуже отличников.

Даша улыбнулась, чувствуя гордость за себя. Но она заметила, как взгляд Насти темнеет. Она сидела, сжимая ручку, и вместо того чтобы смотреть в тетрадь, она смотрела на Никиту. На его руки, когда он что-то писал. На его профиль, когда он поворачивался. На его плечи, которые выступали под чёрной футболкой. Настя почти не слушала объяснения. Она то хихикала над чем-то, что не было смешным, то перебивала Никиту вопросами, не относящимися к теме. Даша видела, как он старается скрыть нарастающее раздражение. Его челюсть сжималась, когда Настя очередной раз отвлекала его от объяснения.

— Никит, а зачем мы вообще учим эту физику? — спросила она, кокетливо наклонив голову. — В жизни это не пригодится.

— Чтобы уметь думать, — ответил он коротко и снова повернулся к Даше. — Смотри, здесь мы подставляем значение времени…

Настя фыркнула и обиженно закусила губу.

— Ты так хорошо объясняешь, — проворковала она. — Тебе не надоело быть учителем? Ты мог бы быть моделью. Или актёром. У тебя такая внешность… прямо как у кинозвезды.

Даша почувствовала, как внутри неё поднимается неприятное чувство. Настя вела себя слишком вызывающе. Она явно пыталась привлечь внимание Никиты, игнорируя Дашу. Никита сухо ответил:

— Спасибо, но я предпочитаю заниматься этим делом. Давайте сосредоточимся. Решите пока эту задачу, а я ненадолго отойду.

Он вышел на минуту в коридор, сказав, что нужно взять воду. Как только дверь за ним закрылась, Настя резко повернулась к Даше. В её глазах больше не было притворной доброты — только холодная расчётливость.

— Слушай, Даша, — сказала она, и её голос стал почти шипящим. — Он правда очень красивый и умный, да? Ты не находишь?

Даша опешила от такого прямого вопроса.

— Ну… да, — ответила она неуверенно. — Он хороший человек.

— Хороший, — усмехнулась Настя. — Он нравится мне, Даша. Я думаю, ты поняла это. Мы с тобой друзья, поэтому я говорю тебе это прямо. Ты должна понимать, что проводить с ним слишком много времени — это… ну, как-то нечестно по отношению ко мне.

Даша почувствовала, как холодок пробегает по позвоночнику. Она не ожидала такого прямого заявления. Это звучало как приказ, а не просьба.

— Настя, я… — начала она, но её перебили.

— Я дам тебе ключи от дома, — сказала Настя, доставая из кармана связку ключей. — Ты можешь уйти прямо сейчас. Займись уроками у меня. А я останусь здесь с Никитой. Наедине. Мы можем поговорить, я хочу узнать его получше. Ты ведь не против, правда?

Она смотрела на Дашу так, что та поняла: это не было вопросом. Это было требование. Даша почувствовала укол в груди. Ей было больно от того, как Настя отодвигала её в сторону, словно она была лишним предметом мебели. Но она не могла позволить себе ссору. Ей было негде жить, а Настя была её единственным временным убежищем. Если она обидит Настю, та закроет перед ней дверь. И тогда Даша окажется на улице.

— Хорошо, — сказала Даша тихо, заставляя себя улыбнуться. — Я поняла. Я не хочу мешать вам. Я пойду домой к тебе, сделаю уроки там. Не переживай.

Настя просияла. Но её улыбка была неискренней, почти торжествующей.

— Вот и отлично, — сказала она, вкладывая ключи в руку Даши. — Ну иди же быстрее. Пока Никита не вернулся. Удачи в учёбе!

Даша встала, чувствуя себя преданной. Она взяла рюкзак и спешно вышла из класса, не оглядываясь.

Никита вошёл в кабинет и увидел Настю, которая сидела одна, поправляя волосы и улыбаясь ему.

— А где Даша? — спросил он, нахмурившись.

— Она устала, — с лёгкой улыбкой ответила Настя. — Попросила у меня ключи и пошла домой. Сказала, что будет учиться сама. Не переживай, она взрослая девочка, сама разберётся.

Никита посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло подозрение. Он заметил на её лице язвительную улыбку. И он понял: что-то здесь не так.

— Хорошо, — сказал он сухо, беря свой рюкзак. — Тогда на сегодня занятие окончено. Без Даши я продолжать не буду.

Он развернулся и направился к двери, не обращая внимания на изумлённый взгляд Насти.

— Никит, но я же здесь! — крикнула она ему в спину. — Мы могли бы позаниматься вдвоём!

— В другой раз, — бросил он, не оборачиваясь, и вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.

Настя осталась одна. Её лицо исказилось от гнева. Она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Ну ничего, — прошептала она в пустоту. — Ты ещё поплатишься за это, Даша. Ты думаешь, что у тебя что-то получится с ним? Посмотрим. Я сделаю так, что ты пожалеешь, что вообще появилась в этой школе.

Она встала, выключила свет и вышла, оставив пустой кабинет в тишине. Её шаги гулко разносились по коридору, и в них слышалась решимость. Она не собиралась проигрывать. Никита должен был стать её. А Даша должна была исчезнуть.

---

Даша сидела в комнате Насти, глядя в окно. На улице темнело, фонари зажигались один за другим. Она держала в руках учебник, но не видела ни букв, ни формул. «Настя влюблена в Никиту. Она ревнует. Она хочет, чтобы я убралась с её пути». Даша почувствовала, как внутри неё разрастается холод. Она оказалась в ловушке — и не только из-за Максима и родителей, но и из-за новой «подруги», которая оказалась соперницей. «Кому я могу доверять? Никита — единственный, кто честен со мной. И я ушла, оставив его с Настей». Она взяла телефон и долго смотрела на номер Никиты, сохранённый в контактах. Её палец завис над кнопкой вызова. Она хотела нажать, рассказать ему всё, попросить помощи. Но она не нажала. Страх быть отвергнутой, боязнь обременить его — всё это остановило её. «Я справлюсь сама. Я всегда справлялась сама». Она спрятала телефон под подушку и закрыла глаза.

Глава 13. Фальшь

Даша уже почти провалилась в сон, когда услышала звук открывающейся двери. Она вздрогнула, приподнялась на локте и в тусклом свете ночника увидела Настю, которая вошла в комнату. Её лицо было напряжённым, брови сдвинуты, а в глазах читалась смесь раздражения и усталости.

Даше стало тревожно. Она села на кровати и начала извиняться, хотя сама до конца не понимала, за что именно:

— Настя, прости меня, я правда не знала, что Никита нравится тебе. Мы с ним просто друзья. Ничего больше. Я не хочу мешать вам. У тебя нет настроения из‑за меня?

Настя раздражённо бросила рюкзак на пол и прошла к кровати, плюхнувшись на неё с тяжёлым вздохом.

— Я просто устала, — ответила она, не глядя на Дашу. — А Никита мне действительно нравится. Я хочу съехать от родителей и жить у него. У него есть деньги, он сможет меня обеспечивать и мне не придётся ничего делать.

Даша почувствовала внутри острое разочарование. Она думала о Насте совершенно иначе. Ей казалось, что они смогут стать настоящими подругами, поддерживать друг друга, делить радости и беды. Но сейчас в этих холодных, расчётливых словах, открылся совсем другой человек. Даша вдруг поняла, что не знает, зачем Настя подошла к ней тогда, в раздевалке. Зачем предложила дружбу, если на самом деле в её сердце жили лишь корысть и желание использовать?