Полная версия
— Ладно, — сказала она наконец. — Пойдем.
— Харуто явно обрадовался.
— Наконец-то разумное решение.
Но прежде чем они успели отойти, Рин еще раз посмотрела на кассовое окошко.
На этот раз ей не понадобилась фотография.
На узкой полке под окном лежал белый прямоугольник.
Бумага.
Он был аккуратно сложен пополам и прижат маленьким камнем, словно кто-то оставил его там совсем недавно.
Рин застыла.
— Что такое? — спросила Юна.
— Там… Бумага.
Все обернулись к кассам.
Рэн первым подошел к ограде и попытался рассмотреть предмет.
— Может, старый билет.
— Откуда он взялся? — спросила Аой.
— Ветер мог занести, — ответил Харуто, хотя сам уже не выглядел уверенным.
— Ветер? — переспросила Юна.
Листок лежал неподвижно.
Вокруг не шевелилась ни одна ветка.
Рин не могла прочитать надпись с такого расстояния. Но ей почему-то казалось, что она уже знает, что написано на этой бумаге.
Пять билетов.
Эти слова снова всплыли в памяти.
Она сделала шаг к воротам, но остановилась, когда Харуто осторожно схватил ее за рукав.
— Даже не думай.
Рин посмотрела на него.
— Я ничего не собиралась делать.
— Хорошо. Тогда пойдем.
Он не отпускал ее рукав, пока они не отступили от ограды.
Рэн еще несколько секунд смотрел на кассу, затем убрал телефон.
— Завтра можно вернуться, — предложил он. — Днем. С нормальным фонарем, камерой и, желательно, человеком, который разбирается в старых зданиях.
— Завтра мы сюда не возвращаемся, — твердо заявил Харуто.
— Посмотрим, — ответила Аой.
— Аой!
— Я сказала: посмотрим.
Юна тихо взяла Рин за руку.
— Пойдем. Уже поздно.
Рин кивнула.
Они двинулись обратно по дороге к остановке. Разговор постепенно вернулся к привычным темам: домашние задания, планы на выходные, спор о том, какой фильм посмотреть вечером.
Но Рин почти не слышала друзей.
Она думала о белом листке на кассовом окошке.
О надписи на табличке.
О дорожке, исчезавшей среди деревьев.
И о странном чувстве, которое не покидало ее с самого утра.
Когда они дошли до поворота, Рин остановилась и оглянулась.
Парк почти скрылся за деревьями.
С этой точки он выглядел совершенно обычным заброшенным местом. Старым, пустым, забытым.
Она уже собиралась отвернуться, когда заметила движение.
Что-то белое мелькнуло между железных прутьями касс.
Всего на мгновение.
Рин прищурилась.
Ничего.
— Рин! — позвал Харуто. — Ты идешь?
Она еще раз посмотрела на парк.
Затем догнала друзей.
Ей не хотелось рассказывать им о том, что она увидела. Возможно, это был кусок бумаги, колыхнувшийся от сквозняка. Возможно, отблеск света на стекле. Возможно, просто усталость.
У всего должно быть объяснение.
Так было всегда.
Но, уходя, Рин не заметила, как за ее спиной старая кассовая створка чуть приоткрылась.
Внутри, в темного, что-то тихо шуршало.
На узкой полке под окошком больше не было белого листка.
Там лежало пять билетов.
Пять одинаковых билетов из плотной пожелтевшей бумаги.
На каждом значилось одно и то же:
«ОДИН ПОСЕТИТЕЛЬ. ОДИН БИЛЕТ»
А в самом низу, мелкими буквами, была напечатана дата.
Та самая дата, который еще не наступило.
И парк, за много лет до этого оставленный людьми, снова ждал своих посетителей.