Полная версия
Харуто откинулся на спинку стула.
— То есть мы знаем, что парк существовал, что он закрылся и что люди до сих пор рассказывают о нём разные истории.
— Именно, — ответила Аой.
—
Прекрасно. Значит, у нас есть заброшенный парк и куча людей, которым нечем заняться.
— А ещё у нас есть фотография, на которой Рин узнала место, где никогда не была, — тихо произнесла Юна.
Все посмотрели на неё.
Рин почувствовала, как напряглись плечи.
— Я не говорила, что узнала его.
— Ты смотрела на фотографию так, будто вспомнила что-то важное, — сказала Юна. — Я не хотела тебя смущать.
— Я просто задумалась.
Юна не стала спорить. Но по её лицу было видно, что она не совсем поверила объяснению.
Рэн отложил телефон.
— Ладно. А что насчёт самой страшной легенды? Не той, где кто-то потерял кошелёк и потом решил, что его забрал призрак.
— Есть несколько версий, — сказала Аой. — И они противоречат друг другу.
Она открыла сохранённое обсуждение, опубликованное много лет назад.
Один человек писал, что парк закрыли после несчастного случая на аттракционе. Другой утверждал, что никаких аварий не было, а территория опустела из-за долгов владельцев. Третий уверял, что помнит, как парк работал ещё спустя несколько лет после даты, указанной в официальных сведениях.
— Может, он путает годы, — сказал Харуто.
— Может. Но таких сообщений несколько.
— А исчезновения? — спросила Юна.
Аой пролистнула ниже.
— Их тоже вспоминают, но каждый раз по-разному. Кто-то пишет об одном пропавшем ребёнке. Кто-то — о нескольких подростках. Один пользователь утверждает, что полиция приезжала в парк, другой называет эту историю выдумкой.
— И ни одного имени? — спросила Рин.
— Ни одного, которое удалось бы проверить. Нет даже согласия насчёт того, когда это произошло.
Рин снова посмотрела на экран.
В голове всплыл обрывок сна: железные прутья, пять билетов и незнакомый голос.
«Ты опоздала».
Она сжала пальцы под столом.
— Может быть, кто-то просто придумал первую историю, а остальные начали её повторять, — произнесла она.
— Скорее всего, так и было, — согласился Харуто. — Люди пересказывают страшные истории, добавляют подробности, и со временем никто уже не помнит, с чего всё началось.
— Но тогда почему все версии такие разные? — спросила Юна.
— Потому что никто не проверяет факты, — ответил он. — А если история достаточно страшная, подробности никому не нужны.
Аой задумчиво посмотрела на него.
— Возможно. Но я всё равно хочу узнать, что там произошло на самом деле.
Рэн усмехнулся.
— Вот теперь мы говорим о настоящем расследовании.
— Нет никакого расследования, — напомнил Харуто. — Мы договорились только посмотреть на парк.
— Разумеется. Посмотреть на парк, проверить ворота, изучить загадочные исчезновения и вернуться домой к ужину.
— Рэн.
— Молчу.
Он действительно замолчал, хотя улыбка с его лица никуда не исчезла.
Рин снова перевела взгляд на фотографию.
Чем дольше она смотрела, тем сильнее становилось ощущение, что за пределами кадра скрывается нечто знакомое. Не воспоминание в привычном смысле, а будто давно забытое знание, которое кто-то аккуратно спрятал в глубине её сознания.
Она попыталась представить, что находится за кассами.
Аллея.
Фонари.
Колесо обозрения.
А дальше…
Мысль оборвалась.
Рин резко отвела глаза.
— Ты в порядке? — спросил Харуто.
— Да.
— Ты уже второй раз за день отвечаешь так, будто надеешься, что мы отстанем, — заметил Рэн. На этот раз в его голосе не было насмешки. — Если что-то не так, можешь сказать.
Рин посмотрела на друзей.
Ей хотелось рассказать о сообщении. О сне. О том, что она знала расположение дорожек, хотя никогда не бывала в парке.
Но она не могла объяснить даже самой себе, что всё это значит.
Если она расскажет, они начнут задавать вопросы. А у неё не было ни одного ответа.
— Я просто плохо спала, — сказала Рин. — Правда.
Харуто некоторое время смотрел на неё, затем кивнул.
— Ладно. Но если сегодня передумаешь идти, просто скажи. Никто не заставляет тебя.
— Я не собираюсь отказываться.
Эти слова прозвучали слишком быстро.
Рин сама удивилась собственной уверенности.
Она действительно хотела увидеть парк. Не ради развлечения и не только из любопытства.
Ей нужно было понять, почему это место казалось ей знакомым.
И почему оно начало появляться в её снах
именно сейчас.
Когда библиотека закрылась, за окнами уже сгущались сумерки.
Друзья вышли на улицу и остановились у перекрёстка, где им предстояло разойтись в разные стороны.
— Значит, завтра в семь, — напомнил Харуто. — Встречаемся у старого района. Оттуда пойдём вместе.
— Я принесу фонарики, — сказала Юна.
— А я принесу хорошее настроение, — объявил Рэн. — Если нас съест призрак, хотя бы не умрём скучно.
— Ты можешь принести что-нибудь полезное? — спросила Аой.
— Могу. Например, фонарик.
— У тебя есть фонарик?
— Теперь есть. Я собираюсь его купить.
Аой покачала головой, но спорить не стала.
Харуто проверил время и убрал телефон.
— Никаких самовольных вылазок. Если окажется, что территория огорожена или опасна, не лезем внутрь. Просто посмотрим и вернёмся.
— Согласна, — сказала Аой.
Юна кивнула.
Рэн поднял руки в знак капитуляции.
— Всё, всё. Я понял. Мы идём смотреть на забор.
— Именно, — ответил Харуто.
Рин стояла рядом с ними и слушала привычную перепалку. Вечерний воздух был прохладным, а после дождя асфальт отражал свет уличных фонарей.
Она достала телефон.
Сообщение от неизвестного номера всё ещё находилось в сохранённых.
Рин открыла его и посмотрела на слова, которые не давали ей покоя с самого утра.
«Не опаздывай. Парк уже ждёт».
Она могла показать сообщение друзьям. Могла попросить Аой проверить номер или рассказать Харуто, что кто-то знает об их планах.
Но вместо этого Рин выключила экран.
— Тогда до завтра, — сказала она.
— До завтра, — отозвалась Юна.
Друзья начали расходиться.
Рин пошла домой последней. На перекрёстке она обернулась и посмотрела в сторону старого района.
Отсюда парка не было видно. Между ним и улицей лежали жилые кварталы, тёмные переулки и закрытые магазины.
И всё же ей на мгновение показалось, что где-то далеко, за домами, вспыхнул одинокий огонёк.
Рин моргнула.
Огонёк исчез.
Она заставила себя отвернуться и продолжила путь.
Теперь она знала, что легенда о парке не имеет единой версии. Никто не мог точно сказать, когда и почему он закрылся. Никто не мог подтвердить истории об исчезновениях. Даже воспоминания людей, утверждавших, что они знали это место, противоречили друг другу.
Возможно, за всем этим не было ничего сверхъестественного.
Возможно, завтра они увидят обычные ржавые ворота, пустые дорожки и старые аттракционы, которые давно перестали работать.
Но Рин больше не могла отделаться от мысли, что дело не только в легенде.
Что-то в этом парке было связано с ней.
Она ещё не знала что именно.
И пока не собиралась рассказывать об этом друзьям.
Завтра они увидят парк своими глазами.
А потом, возможно, все эти странные истории наконец получат объяснение.
По крайней мере, Рин очень хотела в это верить.
Глава 3
Пять билетов.
Дорога к парку оказалась длиннее, чем Рин помнила.
Хотя если подумать, она никогда прежде здесь не бывала.
Автобус высадил их на остановке у старого лестного массива. Дальше тянулась узкая дорога, потрескавшаяся от времени и проросшая травой по краям. За деревьями виднелись крыши домов, но здесь, на окраине города, они казались чужими и неестественно далекими.
Рин поправила лямку рюкзака и посмотрела на телефон.
— Двадцать минут пешком, — сообщила она. — Если карта не врет.
— А если врет? — спросил Рэн Такацуки.
— Тогда мы героически умрем от обезвоживания посреди леса, — невозмутимо ответила Аой Мидзухара.
Юна Фудзимори тихо рассмеялась.
— Аой, ты умеешь поддержать.
— Я стараюсь,
— Харуто Синохара шел впереди, засунув руки в карманы куртки. Он обернулся через плечо и прищурился, глядя на Рин.
— Последний шанс передумать. Мы все еще можем найти что-нибудь нормальное. Кафе, например. Или кинотеатр. Или место, где не придется слушать истории о призраках до самого утра.
— Ты сам согласился пойти, — напомнила Рин.
— Я согласился убедиться, что никакого проклятого парка не существует.
— Конечно,- улыбнулся Рэн. — Именно поэтому ты взял фонарик, складной нож и пауэрбанк.
— Я предусмотрительный.
— Ты боишься.
— Еще одно слово, Такацуки, и проверять существование призраков ты будешь самостоятельно.
Рэн поднял руки в знак поражения.
На несколько минут компания вернулась к привычным шуткам. Они спорили о том, кто первый убежит, если из-за деревьев действительно появится призрак, и кто из них окажется достаточно глупым, чтобы попытаться снять происходящее на видео.
Рин слушала друзей, но сама почти не участвовала в разговоре.
Ее внимание притягивала дорога.
С самого утра ей казалось, что сегодняшний день должен закончиться чем-то важным. Не обязательно страшным. Возможно, это было обычное предчувствие перед приключением, о котором потом вспоминают с улыбкой.
Но чем дальше они уходили от города, тем сильнее становилось ощущение, будто они движутся не к заброшенному месту, а к чему-то, что давно ждет их возвращения.
Рин нахмурилась
Возвращения?
Она остановилась на секунду, пытаясь понять, откуда взялось это слово.
— Рин? — позвала Юна.
— Иду.
Девушка ускорила шаг.
Она не собиралась рассказывать друзьям о странном чувстве. После вчерашнего разговора о легенде парка ее воображение и без того работало слишком усердно.
По крайней мере, так она себе говорила.
***
Первым парк увидел Харуто.
— Ну вот, — произнес он. — Добро пожаловать в место, где у нормальных людей заканчивается здравый смысл.
Дорога вывела их к высокой ограде.
За ней, среди заросших деревьев, возвышались старые аттракционы. Колесо обозрения застыло над верхушками, словно гигантский скелет, оставленный умирать под открытым небом. Его металлические конструкции потемнели от ржавчины, а несколько кабинок отсутствовали вовсе.
Чуть дальше виднелись очертания американских горок. Рельсы петляли между деревьями и исчезали за густой стеной кустарника. На вершине одного из подъемов застряла тележка, накренившаяся под странным углом.
У входа стояла вывеска.
Когда-то буквы на ней, вероятно, были яркими. Теперь краска облупилась, а название почти исчезло под слоем грязи и мха.
И все же Рин смогла прочитать его.
Парк аттракционов.
Никакого особенного названия. Никакой красивой надписи, обещавшей веселью
Просто парк.
— Выглядит даже хуже, чем на фотографиях, — заметила Юна.
— Зато атмосфера отличная, — сказал Рэн, доставая телефон — Заброшенные аттракционы, мертвые деревья, подозрительная ограда. Не хватает только куклы, которая повернет голову вслед за ними.
— Не подсказывай этому месту идеи, — пробормотала Аой.
Она стояла чуть позади остальных и внимательно изучала территорию.
— Что? — спросила Рин.
— Ничего. Просто странно.
— Что именно?
Аой указала на вход.
— Если парк закрыли много лет назад, почему перед воротами почти нет мусора?
Рэн оглядел землю.
Действительно, вокруг не валялись пластиковые бутылки, обрывки упаковок или старые листовки. Только сухие листья, песок и несколько тонких веточек.
— Может, кто-то убирает территорию, — предположил Харуто.
— Для кого? — спросила Аой.
— Для призраков. У них, наверное, строгие правила санитарии.
Юна улыбнулась, но Аой не засмеялась.
Рин подошла поближе к ограде.
Железные прутья покрывала ржавчина. За ними тянулась дорожка, когда-то выложенная плиткой. Она уходила между кустами к зданию касс, где над узкими окошками сохранились выцветшие навесы.
Но первый взгляд ничего особенного.
Просто заброшенный парк.
И все же Рин не могла отделаться от мысли, что он выглядит не совсем заброшенным.
Будто однажды утром ворота закрыли, выключили свет и решили никогда больше не возвращаться.
Но почему?
— Ладно, — сказал Харуто. — Посмотрели. Впечатлились. Теперь можно возвращаться домой.
— Мы еще не нашли кассы, — возразил Рэн.
— Перед тобой весь парк.
— А легенда?
— Легенда — это история, которую кто-то придумал, чтобы подростки вроде нас тащились сюда по выходным.
— Вообще-то, — вмешалась Юна, — мы пришли в будний день.
— Спасибо. Теперь мне гораздо спокойнее
Рин улыбнулась, но улыбка быстро исчезла.
Она заметила маленькую табличку, прикрепленную к ограде возле ворот.
На ней сохранилась надпись:
ВХОД ТОЛЬКО ПО БИЛЕТАМ.
Ниже кто-то выцарапал несколько букв, но разобрать их было невозможно.
— Смотрите, — сказала Рин. — Здесь даже правила остались.
— Рэн приблизил телефон и сделал фотографию.
— Отлично. Если нас арестуют за незаконное проникновение в мир призраков, это будет главным доказательством
— Мы никуда не проникаем, — подчеркнул Харуто. — Пока.
Последнее слово прозвучало громче, чем он намеревался.
Рин посмотрела на него.
— Пока? — переспросила она.
— Я имею в виду, что мы вообще не собираемся туду лезть.
— Тогда зачем пришел?
Харуто открыл рот, но ответа не нашел.
Рэн довольно хмыкнул.
— Один — ноль в пользу Куросаки.
— Заткнись.
Их спор мог продолжать еще долго, если бы Юна вдруг не позвала всех к кассам.
***
Здание касс находилось сразу за оградой, справа от главного входа.
Небольшое, приземистое сооружение с несколькими окошками и облупившейся краской. На козырьке висели остатки вывески, а возле одного из окон покачивалась на ветру выцветшая занавеска.
Рядом стоял старый автомат для продажи билетов.
Он выглядел так, словно его не трогали десятилетиями.
— Вот это уже интересно, — сказал Рэн.
— Что именно? — спросил Харуто.
— Автомат. Представь, если он работает.
— Тогда я лично напишу заявление в полицию.
Рэн подошел к ограде и наклонился, пытаясь рассмотреть устройство через прутья.
— Ни одного провода не видно.
— Может, он механический, — предположила Аой.
— Механический автомат по продаже билетов? Из какого века ты его откопала?
— Из того, в котором ты еще не научился думать, прежде чем говорить.
Юна рассмеялась.
Рин же смотрела на окошко кассы.
На его нижней части висела меленькая металлическая табличка. Буквы почти стерлись, но под слоем грязи можно было различить несколько слов.
Пять билетов.
Рин моргнула.
Надпись показалась ей знакомой.
Не просто знакомой — она будто уже видела эти слова где-то раньше. Возможно, на фотографии, в старой статье или в одной из истории, которые они обсуждали накануне.
Но вспомнить не получалось.
— Ребят, подойдите.
Они собрались возле нее.
— Пять билетов, — прочитала Юна. — Может, здесь раньше продавали билеты группам?
— Волне возможно, — ответила Аой. — На аттракционы иногда делали общие пропуска.
— Но почему именно пять? — спросил Рэн.
— Потому что пять человек могли купить билеты одновременно? — предположил Харуто.
— Удивительно. Иногда ты говоришь разумные вещи.
— А иногда я могу оставлять тебя здесь.
Рин не вмешивалась в перепалку.
Она смотрела на табличку и пыталась избавиться от неприятного ощущения, появившегося где-то под ребрами.
Пять билетов. Пять друзей.
Совпадение.
Обычное совпадение, не более того.
Она повторила это про себя и отвернулась.
— Может, легенда вообще началась с этой надписи, — сказала Юна. — Кто-то увидел ее, придумал историю, а потом остальные начали пересказывать.
— Звучит логично, — согласилась Аой.
— Вот именно, — подхватил Харуто. — Мы пришли, нашли старую табличку, сделали фотографии и ушли. Никаких призраков. Никаких проклятий. Никаких страшных голосов из кусов.
— Ты забыл зловещий смех, — напомнил Рэн.
— Такацуки.
— Молчу.
В этот момент из леса донесся короткий металлический звук.
Будто где-то ударили железной палкой по трубе.
Все замолчали. Звук повторился, но на этот раз тише.
Рэн медленно отпустил телефон.
— Это было не смешно.
— Ветер, — быстро сказал Харуто.
— Ветра нет, — заметила Аой.
Харуто поднял голову.
Деревья действительно стояли неподвижно.
Ни одна ветка не шелохнулась.
— Тогда металл расширяется от перепада температуры, — сказал он после паузы.
— Сейчас? — спросила Юна.
— Да. Метал. Температура. Физика. Хотите, я еще раз объясню?
— Не надо, — ответила Рин.
Она произнесла это слишком быстро.
Потому что звук показался ей знакомым.
Не сам по себе — скорее, тем, что последовало за ним.
На миг ей почудилось, будто где-то за оградой раздался детские голоса.
Веселые, звонкие.
Как на обычном аттракционе, когда люди кричал от восторга.
Рин резко повернулась к парку.
Ничего.
Только неподвижное колесо обозрения и темные провалы окон старый павильонов.
— Ты что-то услышала? — спросила Аой.
Рин помедлила.
— Нет. Просто показалось
Она не была уверенна, что сказала правду.
Но объяснение нашлось почти сразу: звуки с дороги, птицы в лесу, шум в ушах после долгоц прогулки.
В концов, они пришли сюда именно затем, чтобы найти что-то загадочное. Было неудивительно, что воображение начало подыгрывать.
— Предлагаю перекусить, — объявил Рэн. — Пока кто-нибудь из нас не начал слышать голоса мертвых аттракционов.
— У меня есть печенье, — сказала Юна.
— Я всегда знал, что ты самый ценный член нашей компании.
— А я думала, ты дружить со мной из-за моего характера.
— И из-за печенья. Не будем обесценивать наши отношения.
Они отошли от касс и устроились на невысоком бетонном бордюре у обочины.
Несколько минут все снова казалось нормальным.
Рэн фотографировал колесо обозрения, Харуто пытался доказать, что сумел перебраться через ограду быстрее любого из них, а Аой объясняла ему, почему это глупая идея.
Юна делилась печеньем.
Рин достала телефон и открыла фотографии, сделанные по дороге.
На экране появилась первая фотография парка.
Ограда. Кассы. Выцветшая вывеска.
Она увеличила изображение.
На снимке все выглядело обыкновенно. Даже слишком обыкновенно для место, которое в рассказах горожан описывали как проклятое.
Затем Рин заметила кое-что в правом нижнем углу.
Там, у кассового окошка, виднелся белый прямоугольник.
Рин нахмурилась и увеличила фотографию еще сильнее.
Это могла быть бумага. Кусок старой афиши. Обрывок упаковки, застрявший между досками.
Ничего особенного.
Она вернулась к исходному изображению и посмотрела на само окошко.
Белого прямоугольника там не было.
Рин медленно подняла голову.
Касса стояла на прежнем месте. Окошко оставалось закрытым. Никакого движения.
— Что ты там рассматриваешь? — спросил Рэн.
Она вздрогнула.
— Ничего. Просто фотографию.
— Покажешь?
Рин на секунду задумалась, а затем протянула ему телефон.
Рэн изучил снимок.
— Ну, парк. Старые кассы. Ты решила стать фотографом, заброшенных зданий?
— Ты видишь там что-нибудь белое?
— Кроме неба?
— Возле окошка.
Рэн приблизил изображение.
— Нет. А должно?
Рин забрала телефон.
На фотографии по-прежнему не было ничего, кроме старого здания.
Она еще раз посмотрела на угол снимка.
Белого прямоугольника не существовало.
Возможно, ей показалось. Возможно, камера неправильно обработала свет. Возможно, она просто слишком долго смотрела на экран
— Забудь, — сказала Рин.
Рэн пожал плечами и вернулся к разговору с Харуто.
Рин убрала телефон в каман.
Ей хотелось верить, что на этом все закончится.
***
Когда они собрались уходить, солнце уже начало опускаться за деревья.
Небо приобрело сероватый оттенок, а между стволами вытянулись длинные тени.
— Итак, — подвел итог Харуто, — мы увидели заброшенный парк, нашли старую надпись и услышали какой-то металлический звук. Никто не умер. Никто не исчез. Никто не превратился в летающую голову.
— Какое разочарование, — вздохнул Рэн.
— Я серьезно. Легенда остается легендой.
— Тогда почему ты все время смотришь на ограду? — спросила Аой.
— Не смотрю я на ограду.
— Смотришь.
— Проверяю, не собирается ли кто-нибудь из вас совершить глупость.
— То есть смотришь на Рин, — заключил Рэн.
— Я сейчас совершу глупость, и она будет связана с твоей головой.
Юна тихо рассмеялась.
Рин тоже улыбнулась, но затем ее взгляд снова остановился на кассах.
Ей показалось, что она забыла что-то важное.
Что-то, ради чего они сюда пришли.
Она вспомнила вчерашний разговор. Легенду. Старые фотографии. Противоречия в рассказах людей, которые утверждали, что знали историю парка.
И пять билетов.
Почему эта надпись не выходила у нее из головы?
— Подождите, — произнесла Рин.
Друзья остановились.
— Что еще? — спросил Харуто.
— Мы ведь даже не посмотрели на главный вход.
— Мы стоим перед главным входом.
— Я имею в виду ворота. Там есть табличка с правилами. Я хочу прочитать ее целиком.
Харуто тяжело вздохну.
— Куросаки, ты неисправима.
Но все же пошел следом за ней.
Остальные тоже вернулись к ограде
Главные ворота оказались массивнее, чем казались издалека. Две створки из темного железа сходились посередине, а между прутьями виднелась дорожка, ведущая к кассам и дальше, в глубину парка.
На одной из створок висел старый замок.
Он был покрыт ржавчиной, а цепь вокруг ворот казалась такой же древней.
— Ну вот, — сказал Харуто. — Заперто. На этом наше расследование официально завершено.
— Подожди, — попросила Юна.
Она наклонилась к табличке, пытаясь разобрать мелкие буквы внизу.
— Здесь что-то написано.
Аой достала фонарик и направила свет на металл.
Под крупной надписью «ВХОД ТОЛЬКО ПО БИЛЕТАМ» проступили едва различимые строки.
Часть краски облупилась, несколько букв исчезли совсем, но оставшийся текс можно было прочитать.
«Пожалуйста, сохраняйте билет до конца посещения.»
Ниже шла еще одна строка.
«Покинуть парк можно только через главный выход.»
— Ну, стандартные правила, — сказал Рэн. — Даже призраки любят порядок.
Аой продолжила водить лучом по табличке.
— Здесь еще что-то.
Рин наклонилась ближе.
Самая нижняя строка почти скрылась под ржавчиной. Буквы были выцарапаны в металле, а не нанесены краской.
«Не ходите поодиночке»
На этот раз никто не пошутил.
— Странно, — тихо сказала Юна. — Зачем писать такое на воротах обычного парка?
— Возможно, здесь раньше проводили ночные экскурсии, — предположила Аой. — Или территория была опасной.
— Вот именно, — быстро согласился Харуто. — Старые конструкции, плохое освещение, заросшие дорожки. Нам хватит приключений на сегодня.
Он уже развернулся, когда Рин заметила кое-что за воротами.
Между кассами и высоким кустарником проходила узкая дорожка.
Сначала она выглядела как обычная служебная тропа. Но дальше, за поворотами, среди деревьев виднелись несколько плиток, уложенных ровной линией. Они уходили в глубину парка, туда, где не было видно ни аттракционов, ни старых павильонов.
Только темный деревья.
И странное ощущение, будто это дорожка существовала отдельно от всего остального парка.
— Вы видите? — спросила Рин.
Аой проследила за ее взглядом.
— Похоже на служебный проход.
— Он ведет куда-то аттракционы, — сказал Рэн. — Может, к техническим помещениям.
Харуто прищурился.
— А может, просто в заросли. Мы не знаем.
Рин смотрела на узкую полосу земли за железными прутьями.
Ей вдруг захотелось пройти по этой дорожке.
Не из любопытства.
Не потому, что они искали подтверждение легенде.
Желание было тихим и настойчивым, словно кто-то позвал ее по имени, но не произнес ни звука.
Рин сжала пальцы.
Нет.
Она не собиралась поддаваться собственным фантазиям.