Искусство общения по Чжоу Эньлаю. Уроки дипломатичности

Что касается таких ключевых членов руководства, то Чжоу Эньлай, исходя из интересов партии и Красной армии, в пределах своих полномочий старался устранять пробелы, вызванные непродуманными решениями Богу, Ли Де и других, и по возможности минимизировать, а то и вовсе устранить возможные потери.

Позже Ву Сюцюань, который в то время работал переводчиком у Ли Де, сказал: «В тех условиях, если бы повседневную работу не возглавлял такой человек, как товарищ Чжоу Эньлай, обладающий богатым политическим опытом и высокими моральными качествами, развитие событий, скорее всего, сложилось бы ещё хуже».

В конце 1955 года в экономической работе нашей страны начали проявляться тенденции к опрометчивым действиям, что было неразрывно связано с руководящей идеей Мао Цзюнь, стремившегося к быстрым результатам. В ноябре того же года под руководством Мао Цзэдуна были разработаны «Семнадцать положений по сельскому хозяйству», которые предусматривали достижение к 1967 году объема производства зерна в 100 миллиардов цзиней, а также значительно ускорили сроки практически полной кооператизации сельского хозяйства по всей стране. Одновременно, используя эту стратегическую концепцию развития сельского хозяйства в качестве движущей силы, продолжали бороться во всех сферах деятельности с так называемыми «правыми консервативными» взглядами и стремились к досрочной индустриализации. Под руководством этой идеологии стремления к быстрым результатам в январе 1956 года был разработан перспективный план развития сельского хозяйства с высокими показателями, а именно «Программа развития сельского хозяйства страны на 1956–1967 годы» (проект), в котором содержалось требование ежегодного увеличения урожая зерна и хлопка на 8–10 % и более. После обнародования этого авантюристического плана отрасли промышленности, транспорта, культуры и образования также откликнулись на него, пересмотрев свои первоначальные, более реалистичные планы, и начали предпринимать авантюристические шаги.

Чжоу Эньлай, который всегда отвечал за руководство экономическим строительством, хорошо знал национальные условия и текущую ситуацию в нашей стране. Проанализировав вышеупомянутую ситуацию с хладнокровием и рациональностью, а также тщательно просчитав все, он остро почувствовал, что выдвинутые в то время показатели оторваны от реальности и что в партии уже зародилась тенденция к поспешности и авантюризму. Хотя он прекрасно понимал, что нынешняя тенденция к авантюризму была инициирована и продвигалась Мао Цзэдуном, а авторитет Мао находился на пике, да и в то время только что был расчищен антипартийный клан Гао Гана, — в таких условиях выступление с целью исправления этой тенденции было сопряжено с риском.

Однако Чжоу Эньлай совершенно не принимал это во внимание; его единственным принципом действия было следование принципу «искать истину в фактах», а единственной отправной точкой — общее благо экономического строительства страны. В ответ на эту волну поспешных действий он указал: социалистическое строительство — это длительный процесс, и после завершения социалистической перестройки Китай лишь «начнёт вступать в социализм». Индустриализация «не может быть завершена в краткосрочной перспективе », «что плохого в том, чтобы объявить о построении социалистического общества чуть позже? Это ещё больше подстегнет нас к более усердной работе».

Он также сказал: «Из соображений осторожности в переходный период нам лучше действовать в соответствии с первоначальным замыслом — немного затянуть процесс не повредит».» Основываясь на этих трезвых размышлениях, он в проектах государственного отчета за 1955 год и государственного бюджета на 1956 год, подготовке которых он руководил, отметил: «Противодействуя консерватизму, необходимо одновременно противостоять тенденциям к поспешности». Эта идея была одобрена на заседании ЦК КПК под председательством Лю Шаоци и сформулирована как правильный руководящий принцип экономического строительства, заключающийся в том, чтобы одновременно противостоять как консерватизму, так и авантюризму и уверенно продвигаться вперёд, соблюдая всесторонний баланс. В то же время этот курс был воплощён в государственном плане: были сокращены бюджетные показатели на 1956 год, расходы на капитальное строительство были уменьшены с первоначальных более 17 млрд юаней до 14,7 млрд, а затем — до 14 млрд; кроме того, был отклонен авантюрный проект плана «Второй пятилетки» и разработан новый, активный и взвешенный план «Второй пятилетки».

Эта борьба с авантюристскими тенденциями в экономической работе была абсолютно необходимой.

4. В час беды идти напролом

В процессе взаимодействия с людьми и ведения дел, чтобы правильно выстраивать отношения с ключевыми членами руководства, необходимо также обладать духом, позволяющим в опасные моменты смело встать на защиту лидера и идти на все риски. Чжоу Эньлай является образцом в этом отношении.

В 1935 году, после четырёх переправ через реку Чишуй, Красная армия решила переправиться на юг через реку Уцзян и провести ложную атаку на Гуйян. Около трёх часов дня Чжоу Эньлай созвал офицеров инженерного взвода кадрового полка и приказал им к десяти часам утра следующего дня построить мост через реку Уцзян. Бойцы инженерного взвода сражались в воде полдня и всю ночь и выполнили задачу в срок.

В этот момент враг в городе Гуйян, расположенном всего в десяти хуали отсюда, узнал об этом и, словно стая волков и тигров, набросился на проходящую мимо Красную армию. Именно в этот критический момент на шоссе появились Мао Цзэдун, Чжоу Эньлай и сотрудники центральных органов. Мао Цзэдун сказал Чжоу Эньлаю: «Я буду командовать войсками, а ты веди центральные органы в безопасное место!»

«Лучше я буду командовать, а вы, Председатель, ведите центральные органы», — ответил Чжоу Эньлай с искренностью и твёрдостью. «На вас лежит тяжёлая ноша Красной армии, вам предстоит руководить действиями всей партии и всей армии, так что вам лучше уходить!»

Под давлением уговоров Чжоу Эньлая Мао Цзэдун был вынужден возглавить центральные органы и двинуться вперёд. Чжоу Эньлай же принял командование войсками: сначала он обеспечил безопасное прохождение Мао Цзэдуна и центральных органов по Гуйянской трассе до безопасной зоны, а затем приказал войскам быстро вернуться к трассе, чтобы отразить атаку врага.

В критический момент взять опасность на себя, а безопасность оставить другим — это не только отражало глубокую дружбу между Чжоу Эналеем и Мао Цзэдуном, но и демонстрировало высокое мастерство Чжоу Эналея в налаживании отношений с лидером партии. Так поступал Чжоу Эналей не только в ситуациях, угрожающих жизни, но и когда в работе возникали серьезные проблемы.

Во время «Культурной революции» клика Линь Бяо и Цзян Цин замышляла захватить власть в партии; серьезные ошибки партийного лидера Мао Цзэдуна переплелись с бесчинствами двух контрреволюционных группировок Линь Бяо и Цзян Цин, занявших законные руководящие посты, что привело к чрезвычайно сложной ситуации.

В этой борьбе перед Чжоу Эньлаем стоял выбор из двух вариантов: либо удалиться от дел, чтобы избежать беды, и сохранить свою репутацию; либо остаться на посту и сделать всё возможное, чтобы спасти положение. С чисто личной точки зрения первый вариант был неплохим решением, а второй — словно хождение по тонкому льду, с непредсказуемым исходом. Чжоу Эньлай решительно выбрал второй вариант.

«Культурная революция» стала катастрофой для партии и государства, и если бы ей позволили развиваться дальше, это нанесло бы ущерб великому делу Мао Цзэдуна. Хотя Мао Цзэдун ещё не осознавал этого, Чжоу Эньлай всё же выступил вперед, решив спасти из беды партию и государство, созданные Мао Цзэдуном и целой плеядой пролетарских революционеров. Ради этого Чжоу Эньлай был готов пойти даже через огонь и воду. В декабре 1966 года в беседе с Ли Фучунем он излил душу: «Если я не пойду в логово тигра, кто же пойдёт? Если я не спущусь в ад, кто же спустится?»

Во время «Культурной революции» Чжоу Эньлай терпел унижения и нес тяжёлое бремя, с трудом удерживая ситуацию под контролем. Но когда разразилась буря, он своим телом выступил на защиту и в пределах своих полномочий сделал всё возможное, чтобы стабилизировать обстановку и обеспечить нормальное функционирование всех сфер жизни страны, что в определённой степени помогло сдержать и смягчить удар этой исторической катастрофы, а также сохранить высокий авторитет Мао Цзэдуна.

13 сентября 1971 года произошёл инцидент с государственной изменой Линь Бяо. Чжоу Эньлай не спал всю ночь, находясь вместе с Мао Цзэдуном и занимаясь решением всех возможных проблем. На рассвете Чжоу Эньлай созвал экстренное заседание в Большом зале народа. Участники заседания входили один за другим, и никто не произносил ни слова. Чжоу Эньлай вошёл последним, дважды прижал ладонью к столу, давая знак не вставать, и широкими шагами подошёл к зарезервированному для него месту. Он не сел сразу, а пронзительным взглядом окинул присутствующих; в зале царила гробовая тишина. Чжоу Эньлай слегка повысил голос, в его интонации слышались гнев и презрение: «Линь Бяо сбежал, он сбежал на самолете!» В зале по-прежнему царила гробовая тишина, такая, что дышать было нечем. Чжоу Эньлай взмахнул рукой в воздухе, словно пытаясь разорвать эту мрачную атмосферу: «В 13:55 самолёт «Тризуб» № 256, на борту которого находился Линь Бяо, над пограничным столбом № 414 на китайско-монгольской границе пересёк государственную границу», — сделав небольшую паузу, он добавил: «Недавно поступило сообщение, что цель исчезла в воздухе!» Затем он хладнокровно и спокойно распорядился о том, как следует реагировать на «инцидент 13 сентября».

После инцидента с государственной изменой Линь Бяо Чжоу Эньлай воспользовался этой возможностью, решительно поднял знамя критики крайне левых течений, реализовал различные кадровые политики партии, реабилитировал часть несправедливо осужденных, освободил кадровых работников, навел порядок и укрепил управление предприятиями, восстановил работу в сферах культуры, образования и науки, а также открыл новую страницу в дипломатической деятельности.

В работе Чжоу Эньлай всегда твердо стоял рядом с Мао Цзэдуном в трудные минуты, готовясь пройти через огонь и воду, и в повседневной жизни он относился к Мао Цзэдуну точно так же.

Во время переговоров в Чунцине, когда Мао Цзэдун выходил из дома, Чжоу Эньлай всегда лично сопровождал его и заботливо ухаживал за ним. 2 сентября 1945 года Мао Цзэдун, Чжоу Эньлай, Дун Биву, Ван Жуофэй и другие по приглашению посетили коктейльную вечеринку, организованную Китайско-советским культурным обществом. Тысячи и тысячи людей собрались в районе Хуанцзяэ, от Цзисинган до Гуаньиньянь колыхались волны человеческого моря, миллионы глаз были устремлены на ворота Китайско-советского культурного общества. Когда Мао Цзэдун, Чжоу Эньлай и другие прибыли на мероприятие, в зале раздались бурные аплодисменты. Во время банкета все восторженно поднимали бокалы, и каждый стремился поднять тост за Мао Цзэдуна. Лицо Мао Цзэдуна уже покраснело, но многие все еще ждали возможности поднять тост. Мао Цзэдун не умел пить, и Чжоу Эньлай, опасаясь, что это может повлиять на него, решительно заменил его, выпивая бокал за бокалом этого крепкого вина, от которого было трудно отказаться.

Именно благодаря тому, что Чжоу Эньлай проявлял по отношению к лидеру партии готовность броситься в огонь и воду в случае опасности, а также благодаря его твёрдым коммунистическим убеждениям, он завоевал доверие Мао Цзэдуна. Именно благодаря этому искреннему доверию они на протяжении десятилетий, как братья, отдавали все силы борьбе за китайскую революцию и строительство страны, совместно борясь за общее дело.

5. Оставаться верным себе: подчиняться, но не слепо следовать

Если человек в своих поступках и отношениях теряет себя, не говорит «да» тому, что правильно, и не говорит «нет» тому, что неправильно, а ведет себя как «трава на стене», которая склоняется по ветру, он неизбежно производит впечатление человека, лишенного собственного мнения и неспособного совершать великие дела. Такой человек может стать лишь слугой руководства, но не его правой рукой. Поэтому в отношениях с руководством необходимо отстаивать свою позицию.

В отношениях с ключевым руководителем, особенно с лидером партии, самое главное — правильно выстраивать соотношение между послушанием и слепым подражанием. Хотя эти слова отличаются всего одним иероглифом, их значение кардинально различается. Слепое подражание — это слепое поведение, при котором указания и решения ключевого лидера безоговорочно поддерживаются, беспрекословно принимаются и выполняются, несмотря на непонимание его намерений. Слепое подражание зачастую приносит ключевому лидеру больше вреда, чем пользы, поскольку даже самый гениальный руководитель не застрахован от ошибок, а слепое подражание со стороны членов руководства только мешает исправлению этих ошибок. Возникновение ошибок, в свою очередь, неизбежно сказывается на нормальной работе и межличностных отношениях.

Понимание Чжоу Эньлая относительно подчинения и слепого следования в межличностных отношениях исходило из реальных взаимоотношений. Еще в 20-е годы Чжоу Эньлай заявлял: коммунисты, конечно, не могут быть сторонниками свободы, которые «никому не подчиняются и никому не отдают приказов», но коммунисты также ни в коем случае не стремятся воспитать партийных членов, способных только слепо следовать. В 1928 году, с целью выполнения резолюций VI съезда партии, он призвал решительно противостоять феодально-патриархальным формам, при которых «партийные члены и массы по отношению к партийным органам, а нижестоящие органы по отношению к ключевым руководителям проявляют лишь механическое подчинение, а не ведут активную партийную жизнь».

Он считал: такая патерналистская система, основанная на приказах и назначениях, «приведет к все большему разложению партийного организма, лишив его навсегда жизненной силы», а также породит тенденцию к образованию мелких группировок, основанных на личных симпатиях или племенных представлениях, что приведет к расколу и распаду партийной организации. Поэтому подход Чжоу Эньлая к отношениям с членами руководящего ядра заключался в следующем: придерживаться принципа подчинения, но ни в коем случае не слепо следовать указаниям; даже если указания лидеров руководящего ядра были правильными, их следовало творчески претворять в жизнь с учетом конкретных условий, не превращаясь в руководящих кадров, выполняющих роль «дежурных по передаче сообщений» или «рупоров».

В середине 1950-х годов, благодаря значительным успехам в восстановлении народного хозяйства и неожиданно быстрому и успешному продвижению «трех великих преобразований», Мао Цзэдун и многие партийные руководители начали терять трезвый взгляд на вещи. В конце 1955 года Мао Цзэдун выдвинул и подчеркнул необходимость противостоять в любой работе так называемому «правому консерватизму» и «женщинам с завязанными ногами».

В «Предисловии к статье „Эта деревня была кооперативизирована за два года“» (1955 г.) он писал: «В массах таится огромная социалистическая активность. Те, кто ещё в революционный период умел ходить только по проторенным дорожкам, вообще не видят этой активности. Они — слепые, и перед ними простирается лишь тьма. Иногда они доходят до того, что перепутывают добро и зло, смешивают чёрное с белым. Разве мы редко сталкиваемся с такими людьми? Эти люди, умеющие идти только по проторенным дорожкам, всегда недооценивают инициативу народа. Появляется что-то новое — они всегда не одобряют это, сначала яростно выступают против, а затем признают своё поражение и проводят небольшую самокритику. Появляется второе нововведение — и они снова повторяют этот цикл. В дальнейшем все новые явления рассматриваются по этой схеме. Такие люди всегда пассивны, в решающий момент всегда останавливаются на месте и всегда нуждаются в том, чтобы кто-то сильно хлопнул их по спине, прежде чем они согласятся сделать шаг вперед». Мао Цзэдун далее предложил досрочно осуществить социалистическую индустриализацию и быстро построить социалистическое общество. Под руководством этой идеи во всех отраслях — промышленности, сельском хозяйстве, транспорте и т. д. — были поставлены нереалистично высокие показатели, что привело к авантюризму 1956 года.

В этой ситуации Чжоу Эньлай не стал действовать в полном соответствии с требованиями Мао Цзэдуна; напротив, он неоднократно предупреждал всю партию: «Не следует видеть только ту сторону, где кипит работа», «нужно действовать осторожно и осмотрительно», «нельзя подрывать социалистический энтузиазм, но не следует беспорядочно выдвигать задачи, выходящие за рамки реальных возможностей и не имеющие под собой оснований, и не следует беспорядочно ускорять темпы, иначе это будет очень опасно». Он особо подчеркнул: «Ни в коем случае не выдвигайте лозунгов о досрочном завершении индустриализации. Если трезво посчитать, то действительно нельзя этого делать. Промышленное строительство можно ускорить, но нельзя говорить о досрочном завершении индустриализации».

В связи с этим Чжоу Эньлай, опираясь на основные принципы исторического материализма о диалектической связи между производительными силами и производственными отношениями, глубоко указал: после того как социалистическая перестройка средств производства будет в основном завершена, Китай также «только начнёт вступать в социализм». Ведь социализму по-прежнему необходимо такое фундаментальное условие, как индустриализация. А индустриализация «не может быть завершена за короткий срок», и только после её осуществления результаты «трех великих преобразований» смогут быть «по-настоящему упрочнёнными». «Без индустриализации сельское хозяйство, даже если оно будет кооперативизировано, не сможет укрепиться. То же самое касается и ремесел». Чжоу Эньлай считал, что для «построения социализма необходимо искоренить эксплуатацию и нищету», «как говорил Ленин, необходимо также искоренить невежество и достичь расцвета культуры» и т. д. Очевидно, что утверждение «мы уже вступили в социалистическое общество» «заслуживает рассмотрения».

Мао Цзэдун неустанно призывал к «продвижению», но Чжоу Эньлай не следовал за ним слепо, а, исходя из объективной реальности, призывал к «отступлению», проявив при этом необычайную независимость. В феврале 1956 года Чжоу Эньлай приступил к решению проблемы чрезмерной амбициозности, существовавшей на плановых и финансовых совещаниях. Он заявил, что, поскольку планы, утвержденные на различных отраслевых совещаниях, «очень велики» и нереалистичны, то Комиссия по планированию и Министерство финансов должны «уменьшить» эти планы.19 февраля Чжоу Эньлай лично возглавил заседание, на котором были значительно сокращены показатели, серьезно оторванные от реальности и нарушающие общее равновесие народного хозяйства. Чжоу Эньлай назвал это заседание «февральским совещанием по сдерживанию».

С 3 по 5 июля Чжоу Эньлай председательствовал на заседании Постоянного комитета Госсовета, на котором обсуждался вопрос о разработке нового проекта предложения по второму пятилетнему плану, соответствующего реальности. До этого уже были разработаны два проекта, и Чжоу Эньлай заявил, что первый проект был опрометчивым, а второй — тоже. Наша нынешняя задача — выработать новый проект, который был бы «активным, но в то же время взвешенным и надежным». Это стало очередным «совещанием по сокращению», на котором высокие показатели были значительно снижены.

В результате, несмотря на общую тенденцию к постоянному авантюризму, удалось разработать «Предложение о втором пятилетнем плане развития народного хозяйства (1958–1962 гг.)» и доклад с предложениями по «второму пятилетнему плану». Они открыли светлые перспективы для строительства в период «второго пятилетки». Именно из-за того, что Чжоу Лайней неоднократно «призывал к сдержанности», отказываясь слепо следовать за большинством, на Наньнинском совещании в январе 1958 года Мао Цзэдун обвинил его в «противодействии авантюризму» и заявил, что «противодействие авантюризму не является марксистским и отличается от правых всего на пятьдесят или сто шагов».» На мартовском совещании в Чэнду этот вопрос был поднят до уровня политической линии. В этой ситуации Чжоу Эньлай не стал действовать в одиночку, действуя в обход организации, а подчинился руководству партии и решению организации, написал письменное самокритическое заявление и взял на себя ответственность за «противодействие авантюризму». В ходе последовавших за этим «Большого скачка» и движения по созданию народных коммун Чжоу Эньлай, хотя и не мог открыто и решительно противостоять этой ошибочной кампании, тем не менее использовал любую возможность для смягчения последствий «Большого скачка»; особенно когда «Большой скачок» уже привёл к крайне серьёзным и неисправимым последствиям, и это постепенно стало осознаваться всей партией, он выступил вперёд, спас положение и исправил ошибки. В результате, благодаря реализации восьмизначного лозунга «корректировка, укрепление, наполнение, повышение», он внес огромный вклад в исправление ошибок «Большого скачка» и возвращение экономического строительства страны на правильный путь.

В перипетиях социалистического строительства Нового Китая и «Культурной революции» указания и решения Мао Цзэдуна не всегда были правильными. В таких ситуациях Чжоу Эньлай всегда настаивал на выполнении правильных указаний Мао Цзэдуна и, по мере возможности, максимально эффективно их реализовывал, а в отношении ошибочных частей не следовал слепо, продемонстрировав тем самым свою способность не поддаваться слепому следованию в отношениях с руководством.

Именно благодаря тому, что Чжоу Эньлай в отношениях с ключевыми членами руководства придерживался принципа подчинения, но при этом ни в коем случае не следовал слепо, нашей стране удалось избежать некоторых ненужных потерь на пути поиска пути построения социализма. В то же время это позволило Мао Цзэдуну увидеть способность Чжоу Эньлая к самостоятельному мышлению и решительности в действиях, что укрепило его доверие к способностям Чжоу Эньлая и побудило возложить на него важные обязанности.

III. Внимательность к мелочам и умение действовать тактично

Лидеры — тоже люди, у них есть свои чувства. В общении с лидером человек, умеющий вести себя в жизни, обязательно будет внимательно относиться к лидеру в мельчайших бытовых деталях, проявлять заботу и любовь, что позволит ему сблизиться с лидером и сократить расстояние между ними.

Нет человека, который не хотел бы наладить хорошие отношения с ключевыми членами руководства, но в реальной жизни не каждому удаётся это сделать. Успешный опыт Чжоу Эньлая в межличностных отношениях учит нас: в отношениях с ключевыми членами руководства необходимо не только придерживаться принципов, но и проявлять искусство обращения с людьми, тесно и искусно сочетая принципиальность с гибкостью. Иными словами, помимо того, что нужно уважать, но не поклоняться, подчиняться, но не слепо следовать, необходимо также думать так, как думает лидер, переживать то, что волнует лидера, проявлять тонкое понимание в повседневной жизни, заботиться о лидере и таким образом достигать подлинных близких отношений.

1. Всестороннее внимание и тонкое понимание

Проявление членами руководства инициативы в заботе и внимании к ключевым членам руководства является необходимым условием для налаживания хороших отношений с ними.

Как правило, ключевые руководители — это тоже живые люди, у них тоже есть потребность в заботе, у них тоже есть человеческие чувства. Поэтому, если подчиненные смогут проявлять к ключевым руководителям как можно больше заботы и трогать их «сердце», это, несомненно, будет очень полезно для налаживания гармоничных отношений между ними. Конечно, такая искренняя забота не имеет ничего общего с лестью, хвастовством и подхалимством; разница заключается в том, что первая исходит из общих интересов и выдерживает испытания, а вторая исходит из личных интересов и не выдерживает испытания временем.

И Чжоу Эньлай, и Мао Цзэдун по праву считаются выдающимися лидерами Китая и всего мира, однако в истории одной страны среди лидеров одного поколения крайне редко встречаются случаи, когда один из них, как Чжоу Эньлай по отношению к Мао Цзэдуну, проявлял столь всестороннюю заботу и тонкое понимание, а также был готов целой душой и даже собственной жизнью защищать Мао Цзэдуна.

После Цзуньийского совещания Чжоу Эньлай на основе практического опыта убедился, что Мао Цзэдун является правильным лидером партии и Красной армии, после чего добровольно занял вспомогательную роль, посвятив все свои силы и душу защите лидерства Мао Цзэдуна, обеспечению его безопасности и здоровья, а также созданию для этого благоприятных условий.