Судьба 4 стихий их жизнь.

Сёстры замолчали. Впервые за пять лет они почувствовали что-то общее — не страх, не радость, а тягучее, тёплое, как кровь. Судьбу. За стеной король и королева слушали и не дышали.

Ровно в полночь, когда луна стояла над замком, разделяя свет поровну между четырьмя сторонами света, принцессы спали. Ирес свернулась калачиком на своей огненной кровати, рыжие волосы разметались по подушке. Фарсалия раскинулась звёздочкой, её белые локоны свисали с края кровати и шевелились от собственного дыхания. Шавон спала тихо, положив руку на край маленького фонтанчика — вода во сне переливалась в такт её сердцу. Орхидея лежала на спине, прямая, как стрела, и под её ладонями на простыне проступали крошечные кристаллики соли — первый намёк на то, что земля внутри неё просыпается. Королева, как обычно, сидела в кресле у двери, положив руки на колени. Король сегодня тоже остался — он стоял у окна, глядя, как четыре погоды над королевством начинают сливаться в одну. Это было странно: огненные зарницы, влажный туман, порывы ветра и лёгкая дрожь земли одновременно. — Лилия, — тихо сказал он. — Они просыпаются. Королева открыла глаза. Она и так знала. Её водная магия чувствовала, как четыре маленьких источника силы начинают бить из-под земли, из воздуха, из пламени, из глубины. В этот момент всё случилось сразу.

Пробуждение Ирес вскрикнула во сне — и её крик вырвался из горла не звуком, а огненным столбом, который ударил в потолок. Её кровать вспыхнула, но не сгорела — пламя облизывало балдахин, превращая его в живой факел. Девочка села, глаза широко открыты, зрачки горят алым. Она не понимала, что происходит, но её тело знало: магия проснулась. Её волосы дымились, из пальцев сыпались искры, и каждый выдох пах серой. Фарсалия подскочила от резкого свиста, который вырвался из её лёгких. Это был не крик — это был ураган, зажатый в маленьком горле. Воздух в комнате взорвался: занавески сорвало, ковёр взлетел, игрушки закружились в вихре. Сама Фарсалия поднялась над кроватью — не летела, а парила, как пушинка, и не могла опуститься. Она смеялась от испуга и восторга, но смех разносился эхом, от которого трескались стёкла. Шавон не закричала. Она заплакала — и слёзы хлынули не ручьями, а потоком, который вырвался из её глаз и устремился во все стороны. Фонтанчик рядом с её кроватью взорвался, превратившись в гейзер. Вода залила пол, поднимаясь к коленям, к поясу. Шавон сидела на своей кровати, окружённая водоворотом, и её перламутровая кожа светилась в темноте. Она звала маму, но голос тонул в плеске. Орхидея не двигалась. Она проснулась и поняла всё раньше других. Её кулачки сжались — и пол под ней раскололся. Трещины побежали во все стороны, пересекая водные лужи, достигая огненной кровати, взбираясь на стены. Из трещин полезли корни — тонкие, жёсткие, они росли на глазах, оплетая ножки мебели, пробиваясь сквозь камень. Орхидея медленно встала, и там, где ступала её нога, оставался след из плодородной почвы, на которой тут же распускались мелкие цветы.

Хаос Четыре стихии столкнулись в одной комнате. Огонь Ирес встретился с водой Шавон — и комната наполнилась паром, горячим, обжигающим, густым. Воздух Фарсалии раздул пламя, превратив его в огненный смерч, который закружил по комнате, сжигая ленты, поднимая воду в воздух. Земля Орхидеи трескалась и росла, меняя форму пола, создавая барьеры и ловушки. Принцессы кричали. Ирес — от ярости («Не подходите!»). Фарсалия — от смеха и страха («Я не могу остановиться!»). Шавон — от отчаяния («Мама! Мама!»). Орхидея молчала, но по её щекам текли слёзы, а трещины становились глубже. Служанки ворвались в комнату первыми. Агнесса (огненная) попыталась подойти к Ирес, но её собственная магия взбесилась в ответ на принцессину — она отшатнулась, обожжённая. Вейла (воздушная) попыталась утихомирить ветер, но её сбило с ног порывом. Марина (водная) шагнула в воду — и вода послушалась её, но лишь на мгновение, а потом снова взбесилась. Терра (земляная) попыталась остановить рост корней, но земля Орхидеи была сильнее. Стражи в дверях не могли войти — их отбрасывало назад то жаром, то водой, то ветром.

Король и королева. Они вошли вместе. Король — с огнём в правой руке и ветром в левой. Королева — с водой в обеих и землёй под ногами. — Ирес! — голос короля прорвался сквозь рёв пламени. — Дыши! Медленно! Ты не враг себе! Он подошёл к старшей дочери и взял её за руки. Его двойная стихия (огонь+воздух) отозвалась на её чистый огонь. Он не гасил её магию — он направлял её. Пламя, которое рвалось из Ирес, постепенно унялось, превратилось из столба в свечу, из свечи — в тёплый свет на ладонях. Девочка всхлипнула и уткнулась отцу в плечо. Королева тем временем обошла комнату. Она не боролась со стихиями — она успокаивала их. Шавон первая почувствовала мать. Королева обняла её, и вода, хлынувшая из глаз девочки, превратилась в спокойный ручей, а потом — в тихую лужу. Шавон перестала плакать и обхватила мать за шею. Потом королева подошла к Фарсалии, которая всё ещё парила под потолком. Королева не умела летать, но она позвала короля. Он поднял руку — ветер послушался его и мягко опустил Фарсалию на пол. Девочка дрожала, но уже не смеялась — она сжимала руку отца и смотрела на мать широкими глазами. Орхидея стояла в углу, прижавшись к стене. Она одна не звала никого. Королева подошла к ней, присела на корточки и взяла её сжатые кулачки в свои ладони. — Ты испугалась? — тихо спросила королева. Орхидея кивнула. — Ты сильная, — сказала королева. — Но даже земле нужен отдых. Расслабь руки. Дыши. И медленно, очень медленно, кулачки разжались. Трещины на полу перестали расти. Корни замерли. Орхидея упала в объятия матери и заплакала — тихо, беззвучно, как плачет сама земля под дождём.

Тишина Комната была разрушена. Обгоревшие шторы, мокрый ковёр, трещины в стенах, выбитые стёкла. Но сёстры сидели в центре, на единственном сухом и целом клочке пола, обнявшись. Ирес держала Шавон за руку. Фарсалия положила голову на плечо Орхидее. Они дышали тяжело, но ровно. Король и королева стояли над ними, обняв друг друга — впервые за много лет не для вида, а потому что оба были напуганы и благодарны. — Они проснулись, — сказал король. — Они справились, — ответила королева. — Вместе.

Утром, министры собрались в тронном зале. Министр Огня (толстый, краснолицый) стучал кулаком по столу: — Вы видели? Старшая принцесса едва не сожгла замок! Ей нужен строгий учитель огня. И немедленно! Она должна научиться контролировать силу, пока она не уничтожила…

Министр Воды (худой, с длинными мокрыми волосами) перебил: — А вы видели, как третья принцесса затопила половину крыла? Ей нужен не учитель, а целитель. Она слишком эмоциональна.

Министр Земли (коренастый, с тяжёлым взглядом) пробасил: — Четвёртая расколола каменный пол. В пять лет. Вы понимаете, что это значит? Она сильнее любого взрослого землянина. Мы должны забрать её в нашу область, пока…

Министр Воздуха (длинный, вечно улыбающийся) махнул рукой: — А вторая летала под потолком! Вы бы видели её лицо — она была счастлива, пока не испугалась. Дайте им всем просто… ну, подышать. Они дети.

Король поднял руку. Министры замолчали. — Вы все правы, — сказал король. — И вы все не правы. Принцессы проснулись. Они сильны. Они разные. Но они остаются сёстрами. И остаются здесь. Королева добавила мягко, но твёрдо: — Учителя придут. По одному от каждой стихии. Но занятия будут общими. Все четыре принцессы будут учиться вместе. Потому что, если они научатся управлять своими стихиями по отдельности, но не научатся быть вместе — королевство погибнет. А если они будут вместе — они смогут всё. Министры переглянулись, но спорить не посмели.

Когда рассвело, принцесс разбудил голос королевы. — Вставайте. Сегодня первый день вашей новой жизни, теперь вам надо научиться жить в ладу с вашей магией.

Ирес открыла глаза — и осознанно, впервые в жизни, зажгла маленький огонёк на своей ладони. Не пожар. Не столб пламени. Просто тёплый, живой свет.

Фарсалия дунула — и огонёк не погас, а затанцевал, поднялся в воздух и закружился.

Шавон улыбнулась и протянула руку — из воздуха сконденсировалась капля воды, которая повисла рядом с огоньком.

Орхидея коснулась пола — и на камне вырос маленький зелёный росток, который потянулся к свету.

Четыре принцессы переглянулись. И рассмеялись. Впервые не как дети, играющие в магию. А как маги, которые только что поняли, что они — одно целое.

Пятый день рождения четырёх принцесс начали праздновать на рассвете — в тот самый час, когда солнце впервые после равноденствия поднялось ровно над центром королевства. Король Огненный Шторм приказал украсить Большую Круглую залу — единственное помещение в замке, где стены были сложены из камня всех четырёх областей, а пол выложен мозаикой из огненного обсидиана, речного жемчуга, горного хрусталя и спрессованной глины. Слуги трудились всю ночь. Воздушники развесили тысячи лёгких лент, которые колыхались от малейшего дуновения. Огневики зажгли плавающие свечи — они парили под потолком, не сгорая. Водники создали фонтан в центре залы — вода поднималась столбом и рассыпалась радужными брызгами. Земляне вырастили из пола цветущие арки — живые розы, лилии, полевые травы, которые благоухали так, что кружилась голова.

Принцесс разбудили за час до рассвета — не потому, что они должны были готовиться, а потому что они сами не спали от волнения. — У меня бабочки в животе, — сказала Фарсалия, подпрыгивая на кровати. От её прыжков по комнате разносился лёгкий ветерок. — Это не бабочки, а твоя магия, — усмехнулась Ирес, сидя на своей уже отремонтированной кровати и сжимая в кулаке маленькое пламя. — Я вчера чуть не спалила служанку. А сегодня мне наденут парадное платье. Мама будет злиться, если я его прожгу. — Мама не будет злиться, — тихо сказала Шавон, сидя у своего фонтана и пуская по воде круги. — Она сказала, что мы должны учиться. А на дне рождения можно чуть-чуть ошибаться. — А я не буду ошибаться, — твёрдо произнесла Орхидея. Она уже была одета — сама, без помощи служанок. Зелёное платье сидело идеально, а на поясе висела маленькая сумочка с горстью земли. — Я не люблю, когда на меня смотрят. Все засмеялись. Даже Орхидея улыбнулась уголками губ.

В дверь постучали — вошли четыре служанки с подносами. На каждом подносе лежал парадный наряд, сшитый специально для этого дня. Ирес получила платье из огненного шёлка — красное, с золотыми нитями, короткие рукава, открытые плечи. К нему — кожаный пояс с рубиновой пряжкой и маленькие сапожки с медными заклёпками. Венок из засушенных огненных цветов (они мерцали в темноте).

Фарсалия — платье из воздуха-ткани (такой материал добывали только воздушники: он весил меньше пера и переливался серебром). Длинные рукава-крылья, свободный покрой. К нему — лёгкие сандалии на тонкой подошве и диадема с прозрачными кристаллами, похожими на застывший ветер.

Шавон — платье из водяного шёлка (синее, с зелёным отливом, влажное на ощупь, но не мокрое). Длинный рукав, кружево, напоминающее морскую пену. К нему — жемчужное ожерелье (то самое, от министра) и туфельки с перламутровыми пряжками.

Орхидея — платье из земляного бархата (тёмно-зелёное, с коричневыми узорами, напоминающими кору дерева). Длинное, закрытое, с высоким воротом. К нему — пояс из плетёной кожи, сапожки на толстой подошве и гребень из полированного малахита в волосах. Когда принцессы оделись и встали рядом, служанки ахнули. Четыре стихии — рядом, но не смешиваясь, как четыре времени года в одном дне.

Большая Круглая зала была заполнена гостями. Министры четырёх стихий в парадных мантиях. Знатные лорды и леди из каждой области. Послы соседних королевств (они привезли подарки, но смотрели с любопытством и тревогой). Даже несколько простых крестьян, которые помогали строить замок, — королева настояла, чтобы пригласили и их. Король и королева сидели на двух тронах — огненно-воздушном и водно-земляном. Между ними, на ступеньку ниже, стояли четыре маленьких трона, одинаковых, из белого дерева, украшенных символами всех стихий. Когда принцессы вошли, зала затихла. Ирес шла первой, высоко подняв голову. Она не улыбалась — она сияла. Из её волос время от времени вылетали искры, но она их гасила взглядом — уже училась контролировать.

Фарсалия шла второй, но почти не касалась пола — её ноги скользили в сантиметре от мрамора. Она хихикала и махала гостям рукой.

Шавон шла третьей, держась за руку Орхидеи. Её глаза блестели от слёз — но слёзы не падали, а застывали в воздухе маленькими бусинами, которые она собирала в ладошку.

Орхидея шла последней, твёрдо, как скала. Её лицо было серьёзным, но, когда она увидела родителей, уголки губ дрогнули.

Они сели на свои троны — и все четверо одновременно, словно по команде, создали маленькое общее чудо. Ирес зажгла свечу на своём троне. Фарсалия подняла ленту над головой. Шавон наполнила чашу водой. Орхидея вырастила из подлокотника крошечный цветок. Никто из них не договаривался. Это вышло само собой. Министры переглянулись. Король улыбнулся — впервые широко, искренне. Королева сжала его руку.

Подарки приносили по очереди — от каждой области и от каждого министра. От министра Огня — Ирес получила кинжал с рубином (настоящий, но с закруглённым лезвием — для учёбы). Ирес взяла его, и клинок нагрелся, но не обжёг руку. «Твой огонь признал тебя», — поклонился министр.

От министра Воздуха — Фарсалии подарили свисток из горного хрусталя. Если дунуть в него, звук разносится на много миль. Фарсалия дунула — и по зале пролетел лёгкий ветер, а все ленты взметнулись вверх. Гости засмеялись.

От министра Воды — Шавон получила раковину, которая поёт. Если приложить её к уху, можно услышать голос любого водоёма в королевстве. Шавон приложила — и из раковины полился тихий плеск, похожий на мамину колыбельную.

От министра Земли — Орхидее подарили семечко в хрустальном шаре. «Посадишь — вырастет дерево, которое будет помнить тебя вечно», — сказал министр. Орхидея взяла шар и кивнула — без улыбки, но бережно.

От короля и королевы — общий подарок: четыре одинаковых медальона на цепочках. Каждый медальон был пустым внутри, но, если открыть его, можно было положить туда капельку своей магии. «Чтобы вы всегда помнили, что вы — сёстры», — сказала королева. Принцессы надели медальоны и не снимали их весь день.

От простых людей — крестьяне принесли четыре букета полевых цветов, по одному на каждую принцессу. Цветы были разными: для Ирес — красные маки, для Фарсалии — белые ромашки, для Шавон — синие васильки, для Орхидеи — жёлтые одуванчики. Это был самый скромный подарок, но принцессы обрадовались ему больше всего.

Столы ломились от яств. Для каждой принцессы приготовили любимые блюда, но в этом году добавили кое-что новое — общий торт. Торт был огромным, четырёхъярусным, каждый ярус — в цвет своей стихии. Красный (огонь), белый (воздух), синий (вода), зелёный (земля). На вершине — четыре маленькие фигурки принцесс, держащихся за руки, и надпись сахарной глазурью: «Вместе навсегда». Король зажёг свечи одним щелчком пальцев. Принцессы дунули все вместе — и пламя погасло, а ветер разнёс по зале аромат ванили и корицы.

— Загадайте желание! — крикнула Фарсалия.

Ирес загадала стать самой сильной королевой.

Фарсалия — научиться летать выше облаков.

Шавон — чтобы никто никогда не плакал.

Орхидея — чтобы сёстры всегда были рядом.

Они не сказали друг другу свои желания. Но почему-то все четыре улыбнулись одинаково.

Когда солнце село и зажглись первые звёзды, гости стали расходиться. Министры раскланивались, перешёптываясь. Крестьяне уходили с полными корзинами угощений — королева велела раздать остатки пира бедным. Принцессы, уставшие, но счастливые, сидели на ступеньках трона, прижавшись друг к другу. Ирес положила голову на плечо Шавон. Фарсалия обняла Орхидею. Шавон держала за руку Ирес. Орхидея гладила Фарсалию по волосам.

— А завтра? — спросила Шавон.

— Завтра начнутся уроки, — вздохнула Ирес.

— Ура! — крикнула Фарсалия.

— Я не хочу, чтобы это заканчивалось, — тихо сказала Орхидея.

Королева подошла и присела перед ними. — Это не заканчивается. Это только начинается. Вы теперь не просто сёстры. Вы — четыре стихии. И если вы будете вместе, никто вас не победит. Король встал позади неё и положил руки ей на плечи. — А если поссоритесь — я вас сам разниму. Огнём и ветром. — А я водой и землёй, — добавила королева. Принцессы засмеялись. Ирес чихнула — из носа вылетела маленькая искра. Фарсалия дунула — искра закружилась. Шавон брызнула водой — искра зашипела. Орхидея коснулась пола — под ногами вырос мягкий мох, чтобы не холодно было сидеть. Четыре стихии в одном дыхании. Четыре сестры в одном сердце.

После пятого дня рождения прошла неделя. За эту неделю принцессы успели трижды прожечь ковры, дважды затопить коридор, один раз поднять всех слуг на ноги ураганом и вырастить в тронном зале дуб (который король велел не выкорчёвывать — «пусть стоит, напоминание»). Королева настояла, чтобы уроки начались немедленно.

Король и королева лично отобрали наставников — не министров (те слишком политизированы), а старых мастеров, которые учили магии простых детей.

Учитель Огня — Магистр Пламенный Глаз (старик с седой бородой, которую он иногда поджигал для смеха). Говорил: «Огонь — это не разрушение. Огонь — это жизнь. Без тепла замёрзнет даже земля».

Учитель Воздуха — Магистр Свистящий Ветер (молодая женщина с постоянно растрёпанными волосами, которая никогда не ходила пешком — только парила). Говорила: «Воздух — это свобода. Но свобода без цели — просто ветер в поле».

Учитель Воды — Магистр Глубокая Тишина (старуха с голосом, похожим на плеск волн, которая могла заставить воду петь). Говорила: «Вода — это терпение. Она принимает любую форму, но никогда не теряет своей сути».

Учитель Земли — Магистр Твёрдая Рука (коренастый мужчина с ладонями, похожими на корни деревьев, который никогда не улыбался, но его глаза светились теплом). Говорил: «Земля — это опора. Без неё даже огонь не на чем гореть».

Все четверо прибыли в замок за день до первого урока и попросили аудиенции у королевы. — Ваше величество, — сказал Магистр Пламенный Глаз. — Мы учили магии по отдельности. Чистые стихии не смешивают на занятиях. Это опасно. — Знаю, — ответила королева. — Но мои дочери — не просто чистые стихии. Они сёстры. Если они научатся быть вместе, их сила умножится. Если разделить — они ослабнут. Мы с королём так решили. Учителя переглянулись, но спорить не стали.

Первый урок: Знакомство с силой

Урок проходил в Зале Четырёх Стихий — той самой круглой комнате, которую принцессы почти разрушили в ночь пробуждения. Её восстановили, но добавили магическую защиту: стены теперь могли выдержать любой хаос. Принцессы сидели на подушках в центре зала. Каждая — перед своим учителем. — Сегодня вы просто почувствуете свою стихию, — сказала королева, которая присутствовала на первом уроке (король тоже был — стоял у двери, скрестив руки). — Не пытайтесь творить. Просто дышите.

Ирес закрыла глаза и сразу почувствовала жар в груди. Ей казалось, что внутри неё живёт маленький дракон, который хочет вырваться наружу. Магистр Пламенный Глаз шептал: «Представь, что огонь — это твой друг. Не враг. Не оружие. Друг, который согревает тебя в холодную ночь». Ирес выдохнула — горячий воздух прошёл сквозь губы, но не обжёг никого.

Фарсалия не могла сидеть спокойно. Она ёрзала, подпрыгивала, и от неё постоянно тянуло ветерком. Магистр Свистящий Ветер положила руку ей на плечо: «Ты как птица, которой никогда не давали летать. Но сейчас не время для крыльев. Сейчас — время для дыхания. Вдохни медленно. Выдохни ещё медленнее. Почувствуй, как воздух проходит сквозь тебя». Фарсалия вдохнула — и в зале на минуту стало тихо, даже свечи перестали мигать.

Шавон была спокойна, как озеро. Вода внутри неё не бушевала, а мягко переливалась. Магистр Глубокая Тишина ничего не говорила — она просто сидела напротив и смотрела. И Шавон поняла: вода не терпит суеты. Чем спокойнее ты внутри, тем чище твоя магия. Она положила руки на колени, и вокруг её пальцев образовалась тонкая плёнка влаги — не лужа, не поток, а лёгкая дымка, похожая на утренний туман.

Орхидея сидела неподвижно, как камень. Магистр Твёрдая Рука кивнул: «Хорошо. Земля любит тех, кто не суетится. Но земля — это не только твёрдость. Это ещё и рост. Расслабь кулаки». Орхидея разжала пальцы — и из-под ногтей высыпалась горстка мелкой золотистой пыльцы. Пыльца упала на пол и через секунду превратилась в маленькие жёлтые цветы. Орхидея удивилась — она не хотела этого делать. Магистр улыбнулся (впервые): «Вот. Ты уже творишь».

После получаса медитации королева сказала: — А теперь попробуйте вместе. Принцессы переглянулись. Они не знали, что значит «вместе» в магии. — Просто возьмитесь за руки, — предложила королева. Они взялись. Ирес за руку с Фарсалией, Фарсалия с Шавон, Шавон с Орхидеей, Орхидея с Ирес. Получился круг. — А теперь каждый пусть позовёт свою стихию, — сказал Магистр Пламенный Глаз. — Но не для себя. Для сестёр. Ирес позвала огонь — и тёплый свет разлился по кругу. Фарсалия позвала ветер — и свет заколыхался, но не погас. Шавон позвала воду — в воздухе повисла влажная прохлада, и огонь не зашипел, а засиял ярче. Орхидея позвала землю — на полу вырос мягкий зелёный мох, и все четверо почувствовали, как под ногами появилась опора. Круг засветился. Не ярко, не опасно — а мягко, как четыре утренние звезды. Учителя ахнули. Король выпрямился. Королева улыбнулась. — Это простое единство, — тихо сказала она. — Но именно его боятся министры.

Второй урок: Контроль и ошибки

На втором уроке учителя решили, что пора практиковаться. — Каждая из вас должна сделать простую вещь, — сказал Магистр Твёрдая Рука. — Ирес — зажечь одну свечу. Фарсалия — сдуть пылинку с ладони. Шавон — наполнить чашу водой. Орхидея — вырастить один стебелёк. — Это же легко! — воскликнула Фарсалия. — Легко, когда ты одна, — ответил Магистр Свистящий Ветер. — Но вы будете делать это одновременно. В одной комнате. И ваши стихии будут мешать друг другу. Задача — не дать им помешать.

Принцессы разошлись по углам залы. Ирес сосредоточилась на свече. Она уже умела зажигать огонь взглядом — но сейчас, рядом с Шавон, которая наполняла чашу, в комнате становилось влажно. Свеча шипела и не загоралась. Ирес разозлилась — и в тот же миг свеча не зажглась, а вспыхнула факелом, едва не подпалив штору. — Не злись, — мягко сказал Магистр Пламенный Глаз. — Вода не враг огню. Вода — его граница. Попробуй снова, но теперь… улыбнись Шавон. Ирес повернулась к сестре и неуклюже улыбнулась. Шавон улыбнулась в ответ — и нечаянно перелила воду через край чаши. Но Ирес в этот момент зажгла свечу. Маленький, ровный огонёк, который не погас от влаги, а принял её как вызов и выстоял.

Фарсалия пыталась сдуть пылинку, но ветер от её дыхания разлетался во все стороны, потому что Орхидея в своём углу вырастила стебелёк, который тянулся вверх и загораживал поток. Фарсалия дула сильнее — стебелёк гнулся, но не ломался. — Не борись с землёй, — сказала Магистр Свистящий Ветер. — Ветер и земля — партнёры. Ветер разносит семена. Помоги стебельку. Фарсалия прищурилась, подумала и дунула не на пылинку, а на стебелёк Орхидеи. Стебелёк качнулся, но не сломался — а склонился в её сторону, будто благодаря. В этот момент пылинка сама слетела с ладони — ветерок, отражённый от стебля, подхватил её.

Орхидея пыталась вырастить ровный стебелёк, но рядом Ирес то зажигала, то гасила свечу, и тепло мешало корням. Стебелёк получался кривым и бледным. — Земля любит постоянство, — сказал Магистр Твёрдая Рука. — Но постоянство — не значит одиночество. Попроси Ирес дать тебе ровно столько тепла, сколько нужно. Орхидея не умела просить. Она помолчала, потом сказала тихо: «Ирес, можно… чуть-чуть огня? Не много. Ровно столько, сколько у тебя на ладони».

Ирес удивилась — Орхидея никогда ни о чём не просила. Она протянула руку, и на ладони загорелся маленький огонёк. Орхидея посадила семечко рядом с этим теплом, и стебелёк вырос зелёным, крепким, прямым.

А Шавон… Шавон наполнила чашу, но вода оказалась мутной, потому что Фарсалия дула на пылинку и пыль попала в чашу. — Вода очищает, — сказала Магистр Глубокая Тишина. — Ты можешь сделать её чистой. Не выливай. Очисти. Шавон задумалась. Она смотрела на мутную воду и вспоминала, как мама успокаивала её слёзы. Она положила руки на чашу и прошептала: «Пожалуйста, стань прозрачной». Вода послушалась. Пыль осела на дно тонким слоем, а сверху снова сияла чистота. Учителя переглянулись. За одно занятие принцессы сделали больше, чем некоторые ученики за год.

Третий урок: Ссора

На третьей неделе случилось неизбежное. Ирес и Фарсалия поссорились из-за игрушки — воздушного змея, которого Фарсалии подарил учитель, а Ирес захотела поджечь его «чтобы посмотреть, как красиво горит». Фарсалия закричала, Ирес обиделась, и на уроке они сели в противоположных концах залы. Шавон пыталась их мирить, но у неё не получалось — она сама расстроилась и начала пускать слёзные шарики. Орхидея замкнулась и уставилась в пол. — Сегодня мы будем работать в парах, — объявил Магистр Пламенный Глаз. — Ирес и Шавон. Фарсалия и Орхидея. — Я не хочу с ней! — крикнула Ирес, показывая на Шавон. — Она плакса! Шавон заплакала по-настоящему. — А я не хочу с ней! — крикнула Фарсалия, показывая на Орхидею. — Она как камень, с ней не поговоришь! Орхидея промолчала, но под её ногами пошли трещины. Королева, наблюдавшая за уроком, хотела вмешаться, но король остановил её. — Пусть сами, — тихо сказал он. — Магия — это не только огонь и вода. Это ещё и умение мириться.