Путь Разрушителя. Глотая дым

- Что?

- Может, ты прав? Может, они действительно слишком живые, и поэтому до сих пор дышат? Сегодня утром выгорела Елена Гавриленко. Ей было двадцать пять.

- Зря ты мне это сказал, — глухо ответил Полковник. – Как, по-твоему, я теперь должен спать?

Он покинул кабинет Урманова в совершенно растрепанных чувствах. Почему-то раннее выгорание Елены казалось ему важным. И каким-то образом, связанным со слишком длинной жизнью Курта и Риты.

Курт

Зачем он поехал поездом? Почему не сел на самолет? Он ведь никогда не любил трястись в этих душных скотовозках!

Выспаться на узкой полке не получилось: едва он начинал задремывать, как у поезда случалась очередная стоянка, и это заставляло его открывать глаза. С другой стороны, все было не так уж и плохо: из-за рваного сна сегодня ему так и не привиделась Вера, воспоминания о которой всегда приносили острую боль.

Когда рассвело, Курт смирился с судьбой и, приведя себя в порядок, отправился в вагон-ресторан. Завтракать и коротать время до прибытия. Выпив вторую чашку кофе, он, наконец, осознал, почему выбрал именно поезд.

Потому что инстинктивно тянул время. Давал себе шанс смириться. Перестать трястись от ненависти при мысли о Рите. Живой Рите.

И это помогло. Немного, но хотя бы так. Теперь он был готов встретить ее. Посмотреть в ее серые глаза без желания сомкнуть руки на ее шее. По крайней мере, ему так казалось.

Он вернулся в свое купе за десять минут до прибытия на Рослейский вокзал. Тупо смотрел в окно, считая здания, проплывающие мимо, и думал о том, что эта жизнь никогда не оставит его в покое.

Непонятно, как выживший Разрушитель, мечтающий о смерти. Почему именно он должен спасать этот несчастный мир?

На смену одним Разрушителям всегда приходят другие. Может, поэтому они с Ритой еще живы? Их замена еще не пробудилась? Или дело в другом?

Он ведь решил, что должен увидеть смерть Диковой. Он сжег свой дом, и ему больше некуда возвращаться. Да, у него достаточно денег, чтобы купить себе еще парочку коттеджей и получше, чем был, но… он решил, что не вернется в Дойчель, пока Рита жива.

Может, если он, наконец, дождется, когда ее глаза закроются навсегда, этот мир оставит его в покое?

Было бы неплохо.

Тогда Вера, наконец, перестанет ему сниться.

Небольшой толчок ознаменовал собой остановку. Поезд прибыл на конечную станцию. Курт схватил сумку и пошел к выходу из вагона.

Ступив на перрон, он с отвращением вдохнул местный воздух: щебенка, смазка и что-то еще. Противный запах людного места. Мимо него сновали пассажиры, встречающие и носильщики, громогласно предлагающие свои услуги.

Никто не обращал на него внимания, никто не делал замечаний, что он стоит почти у самого выхода из вагона и мешает выйти остальным. В такие моменты Курту нравилось быть Разрушителем.

Быть незаметным. И делать все, что хочешь. Сунув руку в карман куртки, он достал оттуда флягу с текилой и сделал большой глоток. Втянул носом воздух, почувствовав запах табачного дыма.

И понял, что он не единственный Разрушитель на перроне.

Его встречали.

Пасмурный взгляд серых глаз Риты буквально сшиб его с ног. Не получилось. Он чувствовал, как ненависть, успокоившаяся за эту бессонную ночь, поднимает голову, заставляя руки сжиматься в кулаки, а горло сипеть от охватившей нутро бессильной ярости.

Они с Полковником медленно шли к нему, а Курт не мог даже пошевелиться. Не мог отвести взгляд от глаз Риты. Она тоже, будто не могла. Шла бок о бок с Полковником и курила, смотря на него сквозь дым.

Она всегда курит. Как он не расстается с бутылкой, так и она не расстается с сигаретой. Они – Разрушители. И разрушать самих себя для них нормально.

Он с трудом смог совладать с собой, когда Рита с Полковником подошли вплотную. Даже кое-как выдавил:

- Ну здравствуй, Рита.

Ее глаза были пусты, а лицо совершенно бесстрастно.

- Здравствуй, Курт.

Запах дыма стал невыносимым. На самом деле, Курт не страдал от аллергии на табак, но то, что выдыхала Рита, всегда его раздражало. Сначала – просто действовало на нервы. А потом, когда из-за нее погибла Вера, дым начал приводить его в бешенство. Хотелось запихнуть Рите в глотку эту проклятую сигарету. Желательно, еще тлеющую.

Да. Они оба не горят. Не живут.

Они – тлеют, как огонек на конце сигареты.

Рита глотала дым, Курт смотрел на нее, и в его голове роились десятки вариантов убийства.

Но убивать он ее не хотел. Он хотел увидеть, как она сдохнет не от его руки.

Полковник несколько раз перевел взгляд с Курта на Риту и обратно, а потом вздохнул и предложил:

- Я рад, что вы оба в состоянии держать себя в руках. Может, пойдем уже?

Курт кое-как смог оторваться от созерцания серых глубин глаз Риты и перевел взгляд на Грега.

- Вы ведь поэтому пришли меня встречать, да? Чтобы я не накинулся на нее среди толпы?

Полковник поморщился, а Рита коротко хохотнула.

Как и Курт, она прекрасна понимала: они оба – Разрушители. И никто, кроме Полковника, их и не заметит, пока они сами этого не захотят.

- Я поселилась в «Янтаре». Соседом будешь? – даже не скрывая издевки, обронила она.

Раньше она смотрела на него, как побитая собачонка. Ловила каждый его взгляд. Эта ее влюбленность всегда немного раздражала, и Курту, пожалуй, нравилось, что сейчас она смотрит по-другому.

Так легче представлять себе, будто перед ним не она, а кто-то иной, просто очень похожий.

- Я не думаю, что это хорошая идея, — сдержанно произнес Полковник.

Курт хмыкнул и снова полез за флягой.

- Буду, — сделав глоток, сказал он. – Но для начала я хочу сходить к Вере.

- Без меня, — тут же бросила Рита и сделала шаг назад. - В следующий раз я попаду на кладбище только в гробу. Поэтому развлекайтесь.

- А ты куда? – дернулся Полковник.

- В гостиницу вернусь. Ты бросил материалы дела на мою почту?

Грег кивнул.

- Замечательно. Раз уж первое событие нам придется нейтрализовать втроем, я хочу подумать над реализацией.

С этими словами она развернулась и пошла прочь, на ходу доставая очередную сигарету.

Курт нахмурился.

- Ты же говорил, что собираешь полную команду, – заметил он.

Полковник поморщился.

- Да. Но вмешались обстоятельства. Потом расскажу.

- Меня необязательно провожать. Я помню, где кладбище, — негромко произнес Курт.

- Я все-таки лучше составлю тебе компанию, — так же тихо ответил Полковник. – Знаешь ли, хочу убедиться, что ты держишь себя в руках.

- Я не собираюсь ее убивать. Если она не выгорела в срок, значит, это кому-то нужно.

- Значит, это кому-то нужно… — эхом повторил Полковник. – Идем. Я все-таки сопровожу тебя. Если ты твердо решил поселиться в «Янтаре», то так тому и быть. Может, когда мы освободимся, у Риты уже будет какой-то план.

- Скорее будет переполненная пепельница, — хмыкнул Курт.

Как ни странно, после встречи с Диковой он почувствовал себя… нет, не живым, но уже и не мертвым.

Они не выгорели в срок.

Значит, это кому-то действительно нужно.

Полковник

Первая встреча вроде бы прошла удачно, но Грег не спешил выдыхать с облегчением. Он слишком долго работал конкретно с этими отдельно взятыми Разрушителями, и не понаслышке знал о степени скверности их характеров.

То, что они попытались вести себя прилично, еще ничего не значило. Впереди не одна неделя совместной работы, и, честно говоря, Полковнику совсем не нравилось, что они будут жить в одной гостинице.

Не сторожить же их под дверью!

Курт купил шесть красных роз, три бутылки виски и бутылку рома, и это Грегу тоже не нравилось. Но, к сожалению, вразумлять этого несчастного было напрасной тратой времени.

Каждый из них разрушает себя по-своему, и не Грегу с этим бороться. Такова их доля. Таков их выбор.

На могиле Веры Курт провел не так много времени. Полковник стоял поодаль и пытался сделать вид, будто его здесь нет. Если Рита права, то Курт чувствует боль утраты так же остро, как и три года назад, и вряд ли ему вообще нужны свидетели.

Но Полковник хотел, чтобы хотя бы один из них был у него на виду столько, сколько это возможно.

Кладбищенская тишина всегда немного пугала Полковника. Живущий в шумной и суетливой Столице, он каждый раз не верил, что здесь существуют такие тихие места. Места, где можно остановиться и все обдумать. А возможно – найти выход из тупика. Или узнать ответ, почему молодые Разрушители выгорают еще быстрее, чем старая гвардия.

Но подумать ему не дали. Вибрация мобильника прервала размышления Грега в самый неподходящий момент. Это оказалось сообщение из автосалона: его старушку «Руди», наконец, отремонтировали. Вовремя, однако! Пусть и развалюха, но зато теперь у Полковника есть колеса.

Конечно, Рита будет ворчать, что он давно мог бы купить машину поприличнее, а Курт – кривить губы в насмешливой ухмылке, но Грегу плевать.

Ему нравилась его машина. Пожалуй, он дал бы ей имя, если бы это не выглядело как сумасшествие.

- Заедем кое-куда по пути в «Янтарь», — сказал он, когда Курт приблизился.

- Купим сигарет? – горько хмыкнул Шварц.

Ну что ж, пока все выглядело вполне прилично. Если он в состоянии пусть и невесело, но шутить, это можно считать хорошим знаком.

- Заберем мою машину. Надоело кататься на такси.

Курт только согласно кивнул. Казалось, что ему все равно. Из его глаз опять ушла вся жизнь, и он выглядел заводной куклой, растерявшей весь заряд.

Все-таки не следовало разрешать ему идти на кладбище!

Они промолчали всю дорогу до автомастерской, да и потом Курт просто бросил сумку на заднее сиденье, устроился на пассажирском кресле и уставился в окно, время от времени прикладываясь к неизменной фляге.

Грег с удовольствием завел свою старушку и выехал на дорогу, наслаждаясь урчанием мотора и ощущением руля под ладонями.

- Ты хочешь сказать, что мы поедем в Вальчейк на твоем раритете? – сделав очередной глоток, спросил Курт.

- Я хочу сказать, что мы на моем раритете до Чинхая доедем, — хмыкнул Грег. – И я не шучу.

Курт хохотнул.

- Я обязан увидеть, как ты будешь сообщать об этом Рите, — почти весело сказал он, а Полковник удовлетворенно кивнул.

- Она будет рада, что здесь есть пепельница, — улыбнулся он.

Чего говорить, но передвигаться по Столице на собственной машине Грегу действительно нравилось больше. Он сразу почувствовал себя свободным. И пусть все злословят как хотят. Ему плевать.

С некоторым трудом припарковавшись у «Янтаря», Полковник проводил Курта до стойки администратора, а сам поднялся в номер Риты.

Как и предсказывал Курт, пепельница была полна. Дикова сидела на кровати перед новеньким ноутбуком и, поджигая очередную сигарету, пялилась в экран. Создавалось такое впечатление, будто она только этим занималась, пока ждала их.

- Ну и как успехи? – дал о себе знать Полковник.

- Умеренные, — буркнула она. – Но ты прав: с первым критическим событием мы можем справиться и втроем. По сути, здесь и одного Разрушителя хватит.

- Отправим тебя в резерв и сожжем? – в номер зашел Курт.

Рита подняла взгляд от экрана и скривила губы.

Глаза Разрушителей встретились, и в этот раз Грег почувствовал, что воздух вокруг становится густым.

- Вы с ума сошли? – возмутился он и встал между ними, прерывая контакт. – Еще раз начнете разрушать друг друга, я просто избавлюсь от одного из вас, слышите?

Рита снова уткнулась в экран, а Курт прошел вглубь номера, огляделся и приложился к бутылке.

- Даже здесь убожество выбрала… Все же оплачено, почему ты поселилась в этом дерьме?

- Тебя не спросила.

- Что ты на себя напялила? Ширпотреб с рынка?

- Тебя не спросила.

- И духи у тебя вонючие. Дешевка.

- Хватит! – рявкнул Грег. – Курт, заткнись!

- Он про духи, — не отрывая взгляда от экрана, буркнула Рита.

Полковник глубоко вздохнул.

- Ты можешь без этого обойтись? Хотя бы ради меня, — попросил он Шварца.

Тот издал нечленораздельный звук и отвернулся к окну.

- Итак, пять событий, — объявила Рита. – Вальчейк. Кинотеатр в центре, вечерний сеанс. Десять человек войдут по отдельности, между собой незнакомы. Выйдут будущими сподвижниками некого вождя, который на тот момент еще не будет знать ни об их существовании, ни о том, что он будущий революционер. С десятерыми справлюсь и я.

- Лучше в резерве посидишь, — буркнул Курт, не отрываясь от созерцания оконной шторы.

Рита кашлянула и продолжила:

- Нортенберг. Художественная выставка никому не известного творца. Его картины завораживают, и каждый находит в них свой смысл. Ослепленный успехом, художник по имени Сергей Куратов высказывает несколько идей, в том числе и политических, и многие с ним согласны. Около сотни связей, здесь уже нужно будет планировать, да и Прядильщик не помешает.

- Художник? – нахмурился Курт, поворачиваясь к Рите. – Революцию устроит художник-авангардист? Серьезно?

- А чем художники отличаются от других людей? – хмыкнула она.

- М-м-м… отсутствием мозгов?

- Понятно. Третье событие. Алый Яр… далековато. Некий меценат, очарованный творчеством Куратова, устраивает шикарный прием, посвященный его новому кумиру. Гости прибывают отовсюду: не только из Столицы, но и из Чинхая, Еуропы и даже Мераики. Три сотни связей, и ком начинает нарастать. Связи расползаются, их все больше и больше.

- Художник… - Курт снова покачал головой, очевидно, не в силах поверить в подобное.

- Четвертое событие. Концерт на открытом воздухе во Владосте. Он посвящен Дню города, но связи расползлись, и именно здесь идеи Сергея Куратова начинают транслировать со сцены, а значит – и по местным новостям. А там и до федеральных недалеко… К этому времени лавину связей уже может остановить только чудо. И пятое событие. Чинхай, город Кин-Пе. В пентхаусе одной из самых дорогих гостиниц Сергей Куратов, ослепленный большими деньгами и поддержкой кучи народа, решает, что может творить все что угодно. Бум.

Повисло молчание. Полковник уже читал эти материалы, но в который раз ужаснулся огромному масштабу работы, что им предстоит. Нет, больше одной команды не нужно, чтобы справиться даже с такой махиной, вот только…

Вот только команда будет весьма разношерстная.

Они точно смогут преодолеть свои разногласия? Смогут снова сработаться?

Смогут в очередной раз спасти этот мир от гадости, что так и норовит расползтись по нему?

- Весело, — буркнул Курт. – Но начало будет легким. Десять связей, это всего лишь пшик.

- Идти в резерв и сгорать не собираюсь, — внезапно оскалилась Рита.

Курт хмыкнул.

- Ничего. У нас еще будет время это обсудить, — ядовито ответил он и снова отвернулся к окну.

А Грег обреченно подумал, что нормально поспать ему придется нескоро.

Оглядевшись, он устроился на стуле возле зеркала. Стандартный номер «эконом»: зеркальный столик используется, как обеденный. Насколько Полковник помнил, в «Янтаре» в стоимость проживания включен завтрак, подаваемый прямо в номер. И завтрак «эконом» сильно отличался от завтрака «люкс». Да, возможно, Курт прав: все оплачено, почему Рита всегда выбирает вещи подешевле?

- Когда мы выдвигаемся в Вальчейк? – хмуро глядя в экран, спросила Рита.

Грег вздохнул, морально приготовившись к долгому и бессмысленному спору.

- Послезавтра. Мне нужно все спланировать.

- Чего там планировать? – хмыкнула Рита. – Десять связей – это ерунда, с которой справится даже новичок.

- Если ты не заметила, каскад событий в итоге расползается по всей Рассейе, захватив Чинхай! – Полковник повысил голос. – Вальчейк будет просто разминкой, а затем к нам присоединятся ребята из Восточного отдела, и…

- Это будет потом, — глухо произнес Курт. - В любом случае до события еще куча времени…

- Которое можно было бы потратить с умом, — чиркнув зажигалкой, Рита глубоко затянулась и уставилась на Полковника со странным выражением.

- Ты о чем? – вздохнув спросил он.

- Да так… странно это все. Ладно, я надеюсь, мы полетим на самолете? До Вальчейка порядка двух тысяч километров, и трястись в поезде нет желания.

- В поезде ты трястись не будешь, — усмехнулся Грег. – Мы поедем на машине.

Рита поперхнулась дымом.

- На твоей развалюхе, что ли?

- Да.

- Ты издеваешься?

- А то ты не знала, что так будет! В отличие от вас, я оставляю следы.

Курт перестал изучать узор на шторах и повернулся к Полковнику.

- Это всего лишь каскад событий. Или мы чего-то не знаем?

- Вы в курсе всего, что знаю я, — буркнул Грег. – Но я не всеведущ. Сами видите: периоды между событиями очень маленькие. Если мы не вмешаемся – первые жертвы появятся еще до конца лета.

- Еще до конца каскада… — тихо поправила Рита. – О чем только думает Урманов?

- О том, что вы – самые опытные Разрушители! – рассердился Полковник. Он не понимал, к чему клонит Рита, но ему в любом случае это не нравилось.

- Выгоревшие. А если завтра мы оба перестанем дышать? – спросил Курт.

- Вы – не выгорели, именно поэтому вы здесь!

- Ты не ответил на вопрос, — ухмыльнулась Рита.

Грег снова глубоко вздохнул и прикрыл глаза.

- Я сказал все, что знаю, — ответил он. – И предоставил тебе все материалы. О чем думает Макс, я не в курсе. Читать мысли не умею, извините.

- Так вперед, — Курт повернулся к Полковнику и одарил долгим взглядом. – Ты должен точно знать, можно ли тебе оставлять следы. Сам понимаешь, что это очень важно. И странно, что ты до сих пор об этом не позаботился.

Грег выругался на родном языке.

- Сам туда иди, — хмыкнула Рита, оценив то место, куда он их обоих отправил.

- Ладно, — он поднялся на ноги и, прищурившись, перевел взгляд с Риты на Курта и обратно. – Я это выясню. Прямо сейчас.

- Лично, — бросил Курт.

- Что?

- Тебе нужно видеть его глаза. Звонить смысла нет: Макс солжет тебе, и ты этого и не поймешь.

Внезапно зачесалась спина в районе правой лопатки. Грег повел плечами, пытаясь избавиться от зуда, но это не помогло. Это ведь не дурное предчувствие, правда?

- Я могу оставить вас одних? – тихо спросил он у Разрушителей.

Курт ухмыльнулся, приложился к фляге, а потом подмигнул Полковнику с самым благодушным видом.

- До вечера она доживет, — пообещал он.

- А до утра?

- А до утра – не уверен. Мы умираем во сне, ты же знаешь.

- Курт!

Рита захихикала.

- Я начинаю чувствовать себя неполноценной. Оказывается, Шварц издевается над тобой получше меня!

- Да пошли вы оба в f****** tw**! – с чувством произнес Грег и поспешно покинул номер Риты, чтобы не наговорить еще чего-нибудь.

Судя по тому, как единодушно они выводили его из себя, пока что за жизнь Риты можно не опасаться, а это значит, у Грега есть время вытрясти из Урманова правду.

Потому что они правы: кое-чего в материалах дела не хватает, и он действительно не знает, можно ли ему оставлять следы…

Курт

Как только за Полковником закрылась дверь, Рита перестала глупо ухмыляться и достала очередную сигарету.

Ненависть Курта тоже затаилась, притихла, а может, и вовсе уснула, потому что он чувствовал себя готовым нормально поработать.

Хотя чего уж греха таить, он хотел поработать. А точнее – обсудить детали дела, которое в данный момент выглядело совсем уж мутным.

- Угостишь? – тихо спросил он у Риты.

- Нальешь? – эхом спросила она.

Он нашел в верхнем ящике зеркального столика прозрачный бокал, плеснул туда виски и поставил его возле Риты. Та в ответ протянула ему сигарету.

- Что ты об этом думаешь? – дым яростно обжег горло и легкие.

- Каскад слишком короткий, — пробормотала Рита, делая глоток и глухо покашливая. – Пять событий всего. Так не бывает.

- Вот и у меня те же мысли, — подойдя к окну, Курт отодвинул шторы и посмотрел на улицу. Вид на парковку показался ему удачным выбором. А из его «люкса» была видна Алая Площадь и гостиничный открытый бассейн.

С точки зрения дела, номер Риты был куда удачней. Но говорить ей об этом он, конечно, не стал.

- И точка невозврата непонятная… — продолжила Рита. – То ли третье событие, то ли четвертое…

- Нам нужен Смотрящий, — пробормотал Курт.

- Да, — согласно ответила Рита. – И я совершенно не понимаю, почему он будет позже. Ладно еще ребята из Восточного отдела, их задержка вполне объяснима, но Раймондас мог быть здесь раньше нас!

- Но его нет, — прошептал Курт, снова глубоко затягиваясь. Мир вокруг стал мягким, голова слегка закружилась и превратилась в пустую коробку из-под игрушек.

Давно он не испытывал такого.

Давно не курил. К сожалению, подобный эффект дает только первая сигарета. Если он действительно хочет расслабиться – нужна дурь.

А он точно этого хочет?

- Может, сказать Урманову, что без Смотрящего мы работать не будем? – предложила Рита. Повернувшись к ней, Курт обнаружил, что она так и не оторвала взгляд от экрана ноутбука.

- Думаешь, послушается?

- Мы – внештатники. Приказать он нам не может, — напомнила она.

- Пожалуй, я хочу участвовать в этом деле, — осторожно сказал он. Урманов правильно их позвал: они действительно уже имели дело с подобным. В Райге было то же самое. И так же, как сейчас, было крайне мало материала.

- Пожалуй, я тоже. Но Смотрящий нам все еще нужен, — Рита внезапно захлопнула ноутбук и, сунув его под мышку, поднялась с кровати, чудом не расплескав остатки виски. – Ты со мной?

- Куда? – опешил Курт.

- В отличие от нас, Смотрящие отправляются на пенсию, а не умирают во сне. Но уход от дел не означает потерю дара.

- Собираешься действовать за спиной у Полковника? – Курт брезгливо поджал губы. Ненависть, немного оклемавшись, начала поднимать голову.

- Нет. Хочу выяснить правду.

- Правду? – сквозь зубы процедил Курт.

- Да, — не обращая внимания на то, что его равнодушие сменяется отвращением, кивнула Рита. – Это – революция, Курт. Революция на ровном месте. А это значит, либо каскад критических событий уже в самом разгаре, либо между теми пятью еще полтора десятка затесалось. Оба варианта хреновые, но мне больше нравится второй. Ты со мной?

Курт сглотнул горькую слюну, с удивлением посмотрел на истлевший окурок в руке и метким щелчком отправил его в пепельницу на кровати.

Ненависть снова замолчала, пораженная аргументами Риты. Им нужно работать. А с остальным они разберутся потом.

- Я с тобой, — ответил он.

Поймать такси на улице для Разрушителей не представлялось возможным, поэтому пришлось вызывать через службу. Пока они ждали машину, Курт думал о том, что привязанность Полковника к его развалюхе вполне понятна: свои колеса намного удобнее заказных.

Но покупать новую машину не было смысла: если они поедут в Вальчейк втроем, то вполне уместятся в «Руди» Грега.

А еще он подумал, что сейчас, стоя на солнцепеке рядом с Ритой, чувствует себя почти живым. Он захватил с собой полную бутылку виски, но открывать ее пока не было желания. Зато почему-то хотелось мороженого. Когда он в последний раз ел мороженое?

Рита тоже не спешила закуривать очередную сигарету, просто вертела ее в пальцах.

- Не отказалась бы от малинового щербета, - мечтательно протянула она. – Или пломбира с фисташками.

Усмехнувшись похожести их мыслей, Курт тем не менее не спешил бежать за сладостями в ближайший магазин: подъехало такси.

Рита устроилась рядом с водителем, Курт же расположился на заднем сиденье и откинул голову на мягкую спинку, намереваясь немного подремать по дороге. Столица славилась своими дорожными пробками, а им предстояло пересечь почти весь город. Пожалуй, у него больше часа в запасе.