Путь Разрушителя. Глотая дым

«Слишком весело вы дышите для мертвецов…»

Ну что же, Курт был не против весело подышать, а особенно, когда происходит подобное.

- Держи, — когда он опустился на диван рядом с Полковником, Рита протянула ему флягу. – Ниппонская водка.

Кивнув в знак благодарности, Курт внимательней посмотрел на Полковника. Лицо Грега исказила гримаса горечи, и судя по тому, что он явно избегал смотреть в сторону Курта, разговор касался именно его.

Или не касался.

- Примерно пятую часть погасить не успел, — буркнул Шварц и поднял руку, подзывая официантку. Как и следовало ожидать, внутри такой плотной серой ауры его не заметили. Пришлось подняться и сделать заказ возле барной стойки.

Вернувшись, Курт, наконец, обнаружил, что и Рита не выглядит довольной. О чем они здесь болтали, пока его не было? Создавалось такое впечатление, будто Курт много пропустил. Не захотела ли Рита, часом, ввести Полковника в курс дела? Несмотря на довольно оригинальные отношения, балансирующие на границе раздражения и обожания, Дикова всегда уважала Грега, и ей определенно не нравилось то, что им с Куртом приходится водить его за нос.

Нет. Салиев сказал, что он может доверять Рите.

Что он может доверять только ей.

А это значит, ее странное поведение связано с чем-то другим.

Протянув руку, Курт взял бокал Риты и сделал большой глоток.

- Что это за гадость? – от непомерной сладости его мгновенно затошнило.

Рита хмыкнула. Сунув руку в карман, она вытащила сигареты и закурила. Серая аура стала еще плотней, и даже подошедшая с заказом Курта официантка не заметила, что прямо у нее под носом кто-то грубо нарушает правила общественного порядка.

Используя в качестве пепельницы сеюзара, Рита с удовольствием глотала дым, запивая его сладким восточным вином.

- Хорошо, что я решила налить тебе во флягу именно водки? – издевательски поинтересовалась она, когда официантка удалилась.

Полковник сидел молча, и Курту это не нравилось. Удовлетворение после проделанной работы сошло на нет. Бросив на Риту презрительный взгляд, Курт принялся за еду. Он никогда не был поклонником оузиатской кухни, но раз уж выбора не было, пришлось потерпеть.

- Я пойду, — не успел Курт прожевать первую порцию салата из водорослей, Полковник поднялся на ноги. - Завтра рано вставать. Встречать новеньких.

- Один поедешь? – поинтересовалась Рита, не спеша следовать его примеру. Наоборот, Курт чувствовал: она хочет что-то обсудить с ним наедине.

- Думаешь, не справлюсь? – хмыкнул Грег. – Отдыхайте.

С этими словами он торопливо покинул ресторан, едва не забыв прихватить сумку с ноутбуком.

Проводив его взглядом, Рита закурила вторую сигарету и уткнулась глазами в стену за спиной Курта.

- У Полковника новая связь, — сообщила она будничным тоном.

- Здесь? – поперхнулся Курт. Попав не в то горло, салат из зеленых морских водорослей, который и так не вызывал энтузиазма, показался совсем уж тошнотворным.

- Нет. Далеко. Скорее всего, в Столице, — ответила Рита. – Но появилась она недавно. Максимум три-четыре дня назад.

Интересно. И подозрительно.

- Ты думаешь, это связано с нашим делом? – спросил Курт, отодвигая тарелку подальше. Вишневое вино, которое он заказал, тоже было сладким, но не настолько приторным, как сливовое в бокале Риты.

Дикова пожала плечами.

- Не знаю. Но мне это не нравится.

- Почему тогда не разрушила?

Рита горько хмыкнула. Потушив окурок, она положила ладони на стол и уставилась на свои руки с таким видом, будто на их тыльной стороне было что-то написано.

- Я уже однажды разрушила одну из его связей. Не хочу повторяться. Он мне не враг и не чужой. В конце концов, все это может быть просто совпадением.

- Жизнь – это череда совпадений, — кивнул Курт, слегка расслабляясь. Рита, как и он, опытный Разрушитель. Навеянную связь она бы разрушила, без сомнений. А значит, в этот раз все естественно.

- Иногда совпадения могут быть очень некстати, — с каким-то непонятным остервенением произнесла Рита, продолжая смотреть на свои руки.

Курт глубоко вздохнул. А потом поставил бокал и подался вперед.

- Рассказывай, что происходит, — прошипел он. – К чему ты ведешь?

Рита подняла на него взгляд. И Курту этот взгляд очень не понравился…

Повеяло холодом, заставляя повести плечами в попытке избавиться от бегающих по спине мурашек.

- Я хочу поговорить о прошлом… — прошелестела Рита. – О том, что произошло в Райге. Раз уж мы доверяем друг другу, нет смысла скрывать… некоторые нюансы.

- Нюансы? – Курт почувствовал, как его начинает трясти. Вера снова вернулась к нему. Она стояла за спиной Риты и улыбалась, накручивая на палец прядь своих черных волос. Запах ее духов защекотал ноздри, и Курт закрыл глаза, чтобы избавиться от наваждения.

- Вера… — шепот Риты доносился до него, будто издалека. – Ты знаешь, что она ревновала?

- Что? – голос пропал, и Курт мог только хрипеть. Открыв глаза, он с ненавистью уставился на напарницу. – О чем ты?

- Ей не нравилось, что мы работаем вместе. Все ведь знали, что я тебя люблю.

- К чему ты ведешь? – свистящим шепотом произнес Курт.

Не смотреть. Не видеть силуэт любимой женщины рядом с той, что ее убила.

- Это ведь она сказала тебе, что именно я попросила… поработать с тобой, хотя должна была оставаться в резерве?

- И что? – горло сдавливало все сильней. Чтобы хоть как-то справиться с нахлынувшей паникой, Курт залпом выпил содержимое своего бокала. Но вишневое вино не помогло. Пришлось добавить ниппонской водки из фляги.

Рита дрожащими пальцами вытащила из пачки очередную сигарету.

- Это она попросила меня. Не наоборот. Сказала, что хочет отдохнуть. А тебе сообщила обратное.

- К чему. Ты. Ведешь? – отчеканил Курт.

Глубоко затянувшись, Рита повернула голову и уставилась в окно.

- Когда все случилось… Тебе было очень больно. А я подумала, что ненависть поможет тебе справиться с этим. Всегда легче, когда есть, кого винить.

- Предположим, — почему он не удивлен? Почему это откровение никаким образом не трогает его?

Может, потому, что в глубине души он догадывался об этом?

- Я не виновата в ее смерти, — прошептала Рита.

Курт сделал очередной глоток из фляги. Душа опустела, будто его отбросило к началу. Будто он только вчера похоронил Веру. Почему он тогда не покончил с собой?