Мой муж ждет моей смерти

Лекса медленно развернулась в кольце его рук, прижавшись лопатками к двери, и буравила его ненавидящим взглядом. Металлический кастет в ее сжатом кулаке слегка подрагивал. Медленно выдохнув, она убрала оружие обратно в карман, убрала руку Марка и обогнула мужчину широкой дугой и подошла к дубовому столу, бросив на столешницу рюкзак.

— Я сделаю то, о чем ты просила, ради твоей мелкой, — ледяным тоном бросила она, не глядя на меня. — Свои деньги ты перевела, а я долгов не оставляю. Но когда я сегодня выйду из этих ворот, ты сотрешь мой контакт и забудешь ко мне дорогу. Больше ко мне за помощью не обращайся.

Внутри у меня все похолодело от злости и обиды. Из-за чужой самодеятельности я в одну минуту лишилась лучшего специалиста в городе, с которым годами выстраивала доверие. Я медленно повернулась к Дмитрию.

— Большое спасибо за сюрприз, Дмитрий Анатольевич, — сухо произнесла я. — Ваша инициатива стоила мне проверенного человека. Впредь потрудитесь согласовывать список гостей, прежде чем вмешиваться в мои дела.

Улыбка сошла с лица архитектора. Он молча принял мой упрек и коротко кивнул.

— Моя вина, Алиса. Я не знал, кто именно ваш специалист.

— Зато теперь знаете, — хмыкнул Роман, разваливаясь в кресле напротив Веры. — Вы пугающая женщина, Алиса Юрьевна. Адвокат у вас бросается на людей из-за парковки, компьютерный гений носит в кармане холодное оружие. Боюсь представить, какие таланты скрывает ваша няня.

— Мои таланты позволяют мне засудить любого хама за пять минут, — огрызнулась Вера, открывая свой портфель. — Так что советую следить за языком, пока мы работаем в одной комнате.

— Обожаю темпераментных юристов, — усмехнулся Роман, ничуть не впечатлившись угрозой. — Сразу чувствуется рабочая атмосфера.

— Хватит, — жестко оборвала я перепалку, садясь за стол. — У меня пятилетняя дочь в заложниках у бывшего мужа и свекрови. Оставьте свои разборки для другого места. Лекса, что с квартирой?

Лекса тем временем достала два черных ноутбука, раскрыла экраны и запустила терминал. Марк подошел сзади, остановился прямо за ее правым плечом и сложил руки на груди, глядя в монитор.

— Ты собираешься ломать городской узел видеонаблюдения через открытый прокси? — ровным тоном поинтересовался он. — Грубая работа. Дежурные администраторы сети засекут твой вход через три минуты и обрубят канал. Нужно заходить через резервный шлюз дорожной службы.

Лекса резко обернулась на стуле, сверкнув глазами.

— Слушай сюда, Стрельцов! Я эти шлюзы вскрывала еще в те времена, когда ты в академии учебники по информатике зубрил! Не мешай!

Уголки губ Марка едва заметно дрогнули. Он сощурил глаза и наклонился чуть ниже, оперевшись ладонью о спинку ее стула.

— Нервная какая. Тогда объясни, почему у тебя видеопоток с угловой камеры идет с задержкой в четыре секунды? Частоту кадров при перехвате сбила.

Лекса сквозь зубы выругалась, яростно ударила по клавишам, и ткнула пальцем в верхний угол экрана.

— Это синхронизация с домофоном подгружалась, советчик хренов! Отойди от моей спины на два метра, иначе я прямо сейчас обнулю твои банковские карты и оформлю на твой паспорт подписку на сотню сомнительных сайтов!

— Рискни, — невозмутимо отозвался Марк, оставаясь на месте. — Заодно посмотрю вблизи, каким алгоритмом ты обходишь двухфакторную защиту банка.

— Я вам сейчас обоим интернет отключу, если будете мериться опытом за моим столом, — вмешался Дмитрий, ставя перед Лексой чашку кофе. — Марк, дай девушке спокойно работать. Алиса ждет сводку по квартире.

Стрельцов сделал полшага назад, продолжая внимательно следить за бегущими строчками кода на экране. Лекса громко отпила кофе, перекатила карамельку за щекой и развернула монитор ко мне.

— Показываю, — отрывисто начала она. — Твой бывший со своей матерью завели девочку в подъезд час назад. А через пятнадцать минут к ним пожаловала еще одна гостья. Блондинка в светлом пальто и с пакетом из кулинарии.

— Анна, — сжала я кулаки. — Он и любовницу туда притащил.

— Запись вашего телефонного разговора у ворот садика я вытащила с сервера оператора и уже закинула твоему юристу в облако, — продолжила Лекса. — А шпионский модуль на трубке твоего мужа работает без сбоев, этот болван так и не додумался проверить систему безопасности. Я включила прямую трансляцию с его микрофона. Слушайте.

Из динамиков ноутбука раздался звон чайных ложек, довольный голос Тамары Васильевны и приторное воркование Анны:

— Кушай блинчики со сметаной, Сонечка. Видишь, как у нас тут хорошо и уютно? Мы теперь всегда будем вместе жить. Ты ведь будешь называть меня мамой Аней?

— Давай, внученька, скажи «мама Аня», — тут же подхватила свекровь. — Мама Аня добрая, нарядная, братика или сестричку тебе скоро родит. Будет у тебя настоящая заботливая мамочка.

У меня перехватило дыхание от ярости. За столом повисла тяжелая пауза.

В динамиках послышался тихий, искренне недоумевающий голосок моей дочери:

— Зачем мне называть тебя мамой? У меня уже есть мама.

— Ну как же, солнышко, — растерянно протянула Анна. — Ты ведь недавно сама говорила мне в гостиной, что очень хочешь, чтобы я стала твоей мамой!

— Тогда моя мама болела и совсем со мной не играла, а ты красивая и приносила конфеты, — с детской непосредственностью ответила Соня. — А теперь моя мама выздоровела! Она красивее всех, заплетает мне косички и варит макароны с сыром! Мне вторая мама не нужна, ты просто папина подружка, вот иди и дружи с папой!

На губах Дмитрия мелькнула теплая улыбка.

— Я же говорил, что характер у ребенка ваш, Алиса, — тихо заметил он. — Логика железная, аргументация на высоте.

В трансляции тем временем поднялся возмущенный галдеж.

— Ты посмотри, как эта змея девчонку против нас настроила! — бушевала Тамара Васильевна. — Ничего, Юрочка, за пару недель мы из нее эту дурь выбьем! А жена твоя завтра как миленькая приползет, подпишет отказ от развода и снимет арест со счетов, никуда не денется!

Лекса убавила звук. Вера тут же придвинула к себе блокнот и решительно взялась за ручку.

— На записи у садика прямое вымогательство и шантаж несовершеннолетним ребенком. Завтра к открытию суда я подаю экстренное ходатайство об определении места жительства Сони с матерью, беру постановление и еду к ним с инспектором по делам несовершеннолетних и нарядом полиции.

Роман, сидевший напротив, снисходительно покачал головой и громко рассмеялся.

— Как же я люблю кабинетных теоретиков. Вера, вы в каком сказочном лесу практикуете? Пока ваша судебная канцелярия зарегистрирует бумажку и пока участковый допьет утренний чай, папаша сто раз увидит людей в форме из окна и просто не откроет дверь. А к вечеру увезет ребенка на съемную дачу.

Вера медленно подняла взгляд от блокнота. В ее глазах полыхнул опасный огонь.

— И что же предлагает наш великий практик парковочного дела? Выбить железную дверь плечом?

— Сейчас покажу на практике, — усмехнулся Роман, поднимаясь из кресла и застегивая пуговицу темного пальто. — Хватит протирать штаны и ждать утренней погоды. Поехали. Заберем девочку прямо сейчас.

Вера скептически приподняла бровь, но блокнот захлопнула.

— Без ордера и приставов? И как вы собираетесь заставить их открыть дверь посреди вечера?

— Увидите, — Роман подмигнул ей с видом фокусника перед коронным номером. — Устроим вашей бывшей родне выездной театр с полным погружением. Машины у крыльца, выдвигаемся.

Лекса резко выдернула черную флешку из порта и бросила ее на стол передо мной.

— Это без меня, — отрезала она, закидывая один ремень рюкзака на плечо. — Я на полевые спектакли не подписывалась. Данные по аптечным махинациям твоей свекрови и запись шантажа на накопителе. Свою работу я сделала. Как только я выйду из этого помещения, ты меня больше не увидишь, Алиса.

Она развернулась и направилась к выходу, но Марк легко шагнул в сторону, снова перекрывая ей коридор.

— Далеко собралась? — спокойно поинтересовался он. — Операция еще не началась. Нам нужен человек, который будет вести нас по камерам в реальном времени, глушить им связь и управлять домофоном.

— Сам садись и управляй, ищейка! — огрызнулась Лекса, сверкнув глазами. — Я вам в няньки не нанималась!

— Сяду, — невозмутимо согласился Марк. — Вместе с тобой. Напоминаю условия нашего перемирия, Лекса. Пока ты находишься под этой крышей и пока задача по возвращению ребенка не закрыта, ты под полной защитой. Но если переступишь порог на минуту раньше окончания дела, мой обет вежливости сгорает в ту же секунду. Выбирай. Либо час работы в теплой компании со мной за этим столом, либо веселая ночная погоня по сосновому лесу.

Хакерша стиснула зубы так, что заиграли желваки. Я видела, с каким трудом она подавляет желание снова пустить в ход свой титановый кастет.

Марк тем временем подошел к своему кожаному кофру у дивана, щелкнул кодовыми замками и достал оттуда плоский матовый кейс. Раскрыв крышку на дубовом столе, он извлек компактную двухэкранную станцию в карбоновом корпусе с блоком внешнего спутникового дешифратора и россыпью нестандартных портов.

Лекса замерла на полушаге. Ее взгляд намертво приклеился к аппаратуре. Злость на ее лице моментально сменилась жадным, хищным профессиональным восторгом.

— Это что, кастомный «Тайфун» седьмой серии на квантовом сопроцессоре? — выдохнула она, забыв про дверь и подходя ближе к столу. — Их же выпустили закрытой партией в двадцать штук! Откуда у тебя эта игрушка, Стрельцов?!

На губах Марка появилась довольная ухмылка человека, который точно знал, на какую наживку ловить рыбу.

— Выписали за примерное поведение и отлов особо дерзких сетевых хулиганов, — он слегка подвинул станцию по столешнице в ее сторону. — Тактовая частота в четыре раза выше твоего железа, прямое подключение к городским коммутаторам без пинга. Дам поработать, если не будешь ронять крошки на клавиатуру и пытаться залезть в мои системные папки.

Лекса плюхнулась на стул и благоговейно провела пальцами по матовой панели прибора.

— Да у тебя тут половина протоколов даже не распакована, дилетант! — тут же фыркнула она, мгновенно возвращаясь к своему колючему тону и подключая к станции свои кабели. — Двигайся сюда, сейчас покажу, на что способна эта машинка в прямых руках. Но учти, Алиса, я остаюсь исключительно ради этого процессора!

— Разумеется, — я спрятала флешку в карман пальто и посмотрела на Дмитрия с Романом. — Какой у нас план?

— Мы с вашей очаровательной подругой едем на моей машине, вы с Дмитрием на его. Лекса и Марк держат тыл отсюда и ведут нас по приборам. Из квартиры их нужно выманить. Штурмовать железную дверь мы не будем, заставим вашего Юру самого открыть замки и выскочить на лестницу.

— И каким образом? — прищурилась Вера, застегивая свое пальто. — Позвоните в домофон и представитесь почтальоном?

— Обижаете, госпожа юрист. Поехали на место, по дороге распишу роли. Вы сегодня будете моей главной напарницей по юридическому запугиванию.

Мы с Дмитрием вышли следом и сели в его черный внедорожник. Мотор тихо заурчал, машина выкатилась за ворота и набрала скорость по ночной трассе вслед за габаритными огнями седана Романа.

Дмитрий включил громкую связь на приборной панели, соединяя оба автомобиля и штаб в его гостиной в единую конференцию.

— Тыловики, как слышно? — спросил он, уверенно ведя машину в левом ряду.

— Слышно отлично, — отозвался из динамиков голос Марка. — Только ваша хакерша уже пытается переписать мои базовые скрипты под свои задачи.

— Не переписать, а оптимизировать твой каменный век, Стрельцов! — тут же огрызнулась Лекса на заднем фоне, под бешеный треск клавиш. — Замолчи и дай мне доступ к контроллеру электросети их дома. Алиса, мы зацепили камеры во дворе твоей свекрови. Парни Дмитрия на месте, машина твоего мужа стоит прямо под окнами напротив подъезда.

— Что сейчас происходит в квартире? — спросила я, глядя на бегущую разметку дороги.

— Тишь да гладь, — ответила Лекса. — Мелкая уснула в дальней спальне на диване, свет там погасили. А вся святая троица сидит на кухне, пьет чай с тортом и делит строит планы на деньги, за иски, которые ты отзовешь.

— Замечательно, — вклинился в эфир голос Романа из идущей впереди машины. — Значит, портим им аппетит по полной программе. Марк, Лекса, за пять минут до нашего приезда вы вырубаете в их квартире интернет и глушите сотовую связь всем троим, кроме входящего канала от нас. Чтобы папаша от паники не успел позвонить ни в полицию, ни друзьям.

— Обижаешь, это делается двумя кликами, — хмыкнула Лекса.

— Вера, а вы пока приготовьте свой самый суровый прокурорский тон, — продолжил Роман, и я прямо представила, как он сейчас косится на мою подругу. — Хотя можете просто посмотреть на свекровь так, как смотрели на меня на парковке у дома Дмитрия. Женщина сама подпишет чистосердечное признание за все грехи, начиная с детского сада.

— Смотрите на дорогу, водитель, — сухо отбрила его Вера по громкой связи. — За мой тон можете не переживать, я знаю свою работу.

Дмитрий покосился на меня с водительского кресла и тепло улыбнулся уголками губ.

— Волнуетесь, Алиса?

— Считаю минуты, — честно ответила я. — Хочу поскорее забрать дочь из этого гадюшника.

— Через двадцать минут она будет у вас на руках, — уверенно сказал он, плавно сворачивая с трассы в сторону южного спального района. — С такой ударной группой у вашего бывшего мужа просто нет шансов.

Во двор пятиэтажки свекрови мы заехали с потушенными фарами и остановились за углом трансформаторной будки, вне зоны видимости кухонных окон третьего этажа. Из припаркованного неподалеку темного седана тут же вышли двое крепких парней Дмитрия и коротко кивнули нам.

В наушнике, который выдал мне Роман когда мы вышли из машин, раздался голос Марка:

— Связь в квартире погашена. Городской телефон и домашний роутер отключены, мобильные сети Юры, его матери и Анны заблокированы глушилкой направленного действия. Вся площадка третьего этажа чистая, соседи спят. Вход в подъезд открыт. Ваш выход.

Мы вчетвером быстро зашли в подъезд. Пахло сырой побелкой и старым мусоропроводом. Поднявшись на пролет между вторым и третьим этажом, мы остановились в тени за поворотом перил, откуда отлично просматривалась массивная железная дверь квартиры Тамары Васильевны.

Роман нажал кнопку гарнитуры в ухе.

— Лекса, запускай фейерверк.

— С удовольствием, — отозвалась хакерша. — Включаю сигнализацию на корыте твоего бывшего через штатный блок телематики и отправляю ему на экран экстренное пуш-уведомление об эвакуации автомобиля судебными приставами в счет долга.

Секунду спустя за окнами подъезда на весь сонный двор заорала пронзительная сирена и замигали фары машины Юры.

За железной дверью на третьем этаже моментально поднялась беготня. Послышался грохот упавшего стула и истеричный крик мужа:

— Мать твою, там приставы мою ласточку грузят! Алиса, тварь, уже и до машины добралась! Где мои ключи от замка?!

Раздался скрежет двух оборотов ригеля. Тяжелая входная дверь распахнулась настежь, и Юра в домашних трениках и накинутой на футболку куртке выскочил на лестничную площадку, на бегу сжимая брелок сигнализации.

Захлопнуть дверь обратно он не успел.

Роман шагнул с верхней ступеньки, одним неуловимым движением перехватил Юру за шиворот куртки, развернул вокруг оси и мягко, но намертво впечатал лицом в стену подъезда, заблокировав его руку за спиной. Мы с Дмитрием и Верой в ту же секунду шагнули в открытый дверной проем, не давая сработать доводчику.

— Пусти, урод! Помогите, грабят! — взвизгнул Юра, дергаясь в стальном захвате.

— Тише, герой ночных сцен, — ласково прошептал ему на ухо Роман. — Ребенка в спальне разбудишь. Пойдем обратно в прихожую, побеседуем культурно.

Он легко вволок упирающегося и побледневшего Юру внутрь квартиры, а Дмитрий зашел следом и спокойно закрыл за нами входную дверь на защелку, прислонившись к ней широким плечом.

На пороге кухни застыли Тамара Васильевна в цветастом халате и Анна с недоеденным куском торта на блюдце. Увидев меня, Веру и двоих высоких незнакомых мужчин, свекровь схватилась за грудь и открыла рот для крика:

— Караул! Полиция! Незаконное вторжение! Юрочка!

— Закройте рот, Тамара Васильевна, — ледяным тоном произнесла я, делая шаг вперед и глядя ей прямо в глаза. — Иначе полицию сюда прямо сейчас вызову я. И уедете с нарядом вы, в наручниках и минимум на пять лет.

Вера шагнула к кухонному столу.

— Статья сто шестидесятая Уголовного кодекса, часть четвертая, — чеканным голосом зачитала подруга. — Присвоение и растрата вверенных медикаментов городской больницы в особо крупном размере на сумму три миллиона шестьсот тысяч рублей. Все акты фиктивного списания с вашей личной подписью, видео отгрузки коробок с больничного пандуса и переводы от владелицы аптек уже скопированы для прокуратуры.

Лицо Тамары Васильевны из красного мгновенно стало серым, как подъездная побелка. Она перевела выпученные глаза на Юру, и губы у нее затряслись. Блюдце в ее руках мелко зазвенело о край стола, а любовница мужа попятилась в угол кухни, стараясь слиться с холодильником.

— У вас ровно три минуты, — спокойно продолжила я, кивая в сторону темного коридора. — Сейчас я забираю свою дочь. А вы и ваш сын навсегда забываете дорогу к моему дому и нашему детскому саду. Если я услышу еще хоть одно слово шантажа или увижу вас ближе чем в километре от Сони, эти документы в ту же секунду лягут на стол следователю по экономическим преступлениям. Время пошло.

Тамара Васильевна молча попятилась к окну, прижимая дрожащие ладони к груди. Ни одного слова возражения больше не прозвучало.

Я быстро прошла по коридору в дальнюю комнату. Соня спала на старом диване, свернувшись калачиком поверх покрывала. Опустившись на колени, я осторожно погладила ее по теплому плечу. Дочка сонно вздохнула, потерла кулачком глаза и распахнула ресницы. Увидев меня, она мгновенно подалась вперед и крепко обвила руками мою шею.

— Мамочка, ты пришла за мной!

— Пришла, котенок. Поехали домой.

Подняв дочь на руки, я вынесла ее в прихожую, быстро надела на нее шапку, куртку и маленькие сапожки. Юра продолжал стоять лицом к стене в захвате Романа и лишь злобно косился на нас, боясь проронить хоть звук. Вера забрала со стола заявление в прокуратуру, оставив свекрови на память распечатки ее больничных махинаций.

Дмитрий распахнул входную дверь, пропуская нас с Соней и Веру на лестничную клетку. Роман отпустил воротник Юры, дружелюбно похлопал его по плечу и шагнул за порог следом за нами.

Во дворе было тихо и темно. Дмитрий помог мне усадить Соню на заднее сиденье своего внедорожника и аккуратно пристегнул ее ремнем безопасности. Мы заняли места впереди, мотор тихо заурчал, и обе машины выехали из жилого квартала на освещенный проспект.

Из динамиков громкой связи раздался насмешливый голос Романа из идущего впереди автомобиля:

— Признайте, Вера, вам понравилось. Вы были шикарны, я сам едва не начал каяться во всех грехах.

— Я просто выполняла свою работу, — отозвалась подруга. — И вообще, ваш метод с выманиванием на сигнализацию находится на грани мелкого хулиганства.

— Зато какой результат! Дверь открылась за десять секунд, ни одной сломанной щеколды и полный паралич воли у противника. Ну же, госпожа адвокат, скажите честно, мы ведь отлично дополняем друг друга в полевых условиях.

В эфире повисла короткая пауза, после чего Вера нехотя произнесла:

— Ладно, соглашусь. Сегодня мы действительно неплохо сработались. Ваш трюк с машиной сэкономил нам уйму времени и нервов.

— Музыка для моих ушей! — тут же оживился Роман. — Раз уж у нас сложился такой успешный дуэт, предлагаю закрепить победу. Знаю одно тихое круглосуточное место в центре, там варят потрясающий кофе по-восточному и пекут миндальные круассаны. Составите мне компанию на полчаса?

Я покосилась на экран бортового компьютера, будучи полностью уверенной, что сейчас подруга отбреет его в своей привычной манере.

— Только если вы пообещаете припарковаться за три метра от моей машины, — неожиданно ответила Вера. — Показывайте дорогу к вашим круассанам.

Дмитрий за рулем беззвучно рассмеялся, переглянувшись со мной.

— Кажется, наши коллеги совсем забыли про включенный микрофон, — тихо шепнул он мне и потянулся к панели, чтобы отключить связь, но в этот момент из динамиков раздался спокойный голос Марка из домашнего штаба:

— Заразительный пример. Лекса, завтра в закрытом павильоне научного центра открывается выставка экспериментальных систем нейросетевого шифрования и квантовых серверов. Вход строго по спецпропускам ведомства. Сходим вместе?

Под аккомпанемент звона сматываемых кабелей в эфир ворвался насмешливый голос хакерши:

— Еще чего, Стрельцов. Пойти с тобой на ведомственную выставку это все равно что добровольно надеть наручники и расписаться в протоколе. Ищи себе другую компанию для светских бесед.

Марк досадливо цокнул языком.

— Жаль... А я уже приготовил два пригласительных. Учти, Лекса, раз ты отвергла мое мирное предложение, через два дня я снова беру твой след. И теперь я тебя обязательно вычислю.

Тон хакерши мгновенно стал серьезным и жестким:

— Девочку из квартиры забрали, операция завершена. Ты дал мне слово при свидетелях, что выпустишь меня из этого дома без хвоста и слежки. Сдержишь обещание или грош цена твоим словам?

В динамиках повисла тишина. Было слышно только тихое гудение работающей аппаратуры. Спустя несколько долгих секунд Марк ответил с отчетливой ноткой сожаления в голосе:

— Я своих слов назад не беру. Дал обещание, значит, сдержу. У тебя ровно сорок восемь часов форы. Периметр вокруг поселка чист, можешь уезжать спокойно.

— Прощай, Алиса, — коротко бросила Лекса. — Как я и сказала, больше меня никогда не ищи.

Раздался резкий щелчок, и канал штаба отключился. Дмитрий нажал кнопку на руле, завершая общую связь, и посмотрел в зеркало заднего вида.

Сон в глазах Сони как рукой сняло. Дочка с огромным любопытством разглядывала широкие плечи водителя и светящиеся приборы в салоне.

— Мам, а это кто? — звонко спросила она, подаваясь вперед на ремнях.

Дмитрий переключил взгляд на зеркало и тепло улыбнулся ей.

— Разрешите представиться. Дмитрий Анатольевич, скромный помощник вашей мамы по ловле вредных хулиганов и проверке скучных таблиц.

Соня весело захихикала, прикрыв рот ладошкой.

— Я Соня! А вы правда с мамой расследование ведете?

— У вас потрясающая наблюдательность, Соня, — с полной серьезностью в голосе ответил Дмитрий. — Ваша мама сегодня командовала всей спасательной группой. А я у нее работаю личным водителем и главным специалистом по доставке горячего кофе. Кстати, я слышал по секретной связи, как вы сегодня в пух и прах разгромили Анну.

— Это когда тетя Аня просила называть ее мамой? — охотно поделилась дочка, болтая ногами. — Зачем мне чужая тетя, когда моя мама уже выздоровела и варит вкусные макароны с сыром!

— Полностью на вашей стороне, — одобрительно кивнул Дмитрий, сворачивая на знакомую улицу нашего района. — Макароны с сыром это вершина кулинарного искусства. Ради такого блюда можно выиграть любой спор.

— А вы тоже их любите?

— Обожаю. Особенно когда сыра много и он тянется длинными нитками.

За те пятнадцать минут, что мы ехали до дома, Дмитрий умудрился обсудить с моей дочерью преимущества пластилиновых котов над собаками, выяснить имена всех ее детсадовских подружек и пообещать подарить ей настоящую лупу для поиска улик. Я слушала их оживленную болтовню, смотрела на расслабленный профиль архитектора и чувствовала, как внутри разливается удивительное тепло.

Внедорожник плавно остановился у нашего подъезда. Я отстегнула ремень и повернулась к заднему сиденью, чтобы забрать дочь, но Соня вдруг уперлась ладошками в спинку водительского кресла.

— Дядя Дима, а приходите к нам завтра в гости! — радостно предложила она. — Завтра же выходной, мне в садик идти не надо! Мы будем собирать большой конструктор, смотреть мультики и сварим вам макароны с сыром!

— Соня, не нужно выдумывать, — мягко вмешалась я, открывая дверцу. — У Дмитрия Анатольевича завтра выходной и куча своих важных дел. Не стоит его беспокоить.

Личико дочери мгновенно вытянулось. Улыбка погасла, уголки губ обиженно поползли вниз, а в глазах после пережитого за вечер стресса показались слезы.

— Ну мам... — жалобно протянула она. — Я же хотела показать дяде Диме свои новые карандаши и рисунки...

Дмитрий развернулся вполоборота, посмотрел на расстроенного ребенка, а затем перевел взгляд на меня.

— Мои важные дела в субботу обычно сводятся к поеданию скучных бутербродов в полном одиночестве, — мягко произнес он, глядя мне в глаза. — А отказать такому серьезному напарнику в дегустации макарон я просто не имею права.