Первая тишина. Том 6

Я проследил за его рукой. За бывшей технической площадкой, где валялись ржавые металлические рамы и остатки оборудования, находилось двухэтажное служебное здание. По сравнению с соседними постройками выглядело оно прилично. Основная часть крыши сохранилась, стены стояли ровно, хотя штукатурка местами осыпалась.

Справа к зданию примыкала низкая хозяйственная пристройка. Возле неё виднелась ещё одна дверь.

— Похоже, сойдёт. Дим, остаёшься с колонной, Антенна прикроет дорогу. Мы с Ковалёвым проверим комнаты, лестницу и второй выход, потом заведём остальных.

Я дождался, пока Дмитрий отвёл людей за уцелевшую стену соседней постройки. Затем мы с Ковалёвым направились к служебному корпусу.

Под ногами хрустело битое стекло. Возле главного входа сохранилось несколько бетонных ступеней, одна заметно просела. Металлическая дверь стояла приоткрытой: одна петля просела, и нижний край створки задевал порог. Я осторожно потянул створку на себя, заглянул внутрь и посветил фонарём.

За дверью находился небольшой вестибюль. У стены валялся старый стул, дальше виднелся коридор с несколькими дверями. Пол покрывала пыль, местами лежали куски штукатурки. Следов недавнего пребывания людей я сразу не заметил. Ковалёв заглянул через моё плечо.

— Нормально. Даже мебель имеется, — оценил он обстановку.

— Сначала проверим первый этаж, потом поднимемся наверх и посмотрим второй выход, — ответил я. — Ты следи за дверями справа, я прикрою коридор.

Мы проверяли помещения по очереди, прикрывая друг друга. В трёх комнатах сохранились металлические шкафы, пустые столы и остатки перегородок. В одной с потолка обвалилась штукатурка, соседняя оказалась сухой и просторной, с целыми перекрытиями. Её я сразу присмотрел для Лёхи и матери Артёма.

Потом мы осмотрели лестницу и поднялись на второй этаж. Там было пусто, в дальнем кабинете возле окна лежала груда старого хлама, а кровля над коридором выглядела целой. Я подошёл к окну и выглянул наружу. С этой стороны между крышами двух соседних корпусов просматривался участок юго-восточного проезда, за которым начинались ремонтные мастерские Маяка. Сам хозяйственный двор скрывали здания, зато часть дороги возле мастерских отсюда была видна. Я показал Ковалёву этот просвет, чтобы он запомнил, откуда можно наблюдать за южным направлением. Затем мы спустились и дошли до кладовой у задней стены. Ковалёв заметил за ней ещё один проход.

— Серёг, тут, похоже, ещё одна дверь на улицу. Давай проверим, куда выходит.

За кладовой находился проход в пристройку. Наружная дверь была металлической, с простым механическим замком; возле неё сохранилось узкое грязное окно. Ковалёв повернул ручку, приоткрыл дверь и показал на заросший двор снаружи.

— Если что, отсюда можно уйти за здание. Дверь открывается, только петли скрипят, — сообщил он. — Снаружи кусты, потом проезд между двумя сараями. Дальше пока не смотрел.

— И не надо пока. Главное, выход есть, — ответил я, осматривая замок. — Теперь давай окна проверим. Мне нужно, чтобы с улицы нас сразу не увидели.

Мы прошли обратно по коридору. Часть окон выходила на площадку, где мы оставили людей. Несколько стёкол отсутствовало, другие были покрыты таким слоем грязи, что через них едва проникал свет. Выходящие на дорогу окна находились выше человеческого роста с наружной стороны, поэтому заглянуть в помещения с земли было трудно.

В угловой комнате сохранился старый электрический щит. Я открыл дверцу, посмотрел на выключатели и индикаторы. Питания здесь давно не было.

— С электричеством, значит, мимо, — заметил Ковалёв, заглядывая в щит. — Зато стены целые. Для ночёвки сойдёт.

— Пока на несколько часов обоснуемся, — ответил я, закрывая щит. — Пошли людей забирать.

Мы вернулись к колонне. Элина встретила нас вопросительным взглядом.

— Нашли что-нибудь?

— Нашли. Два выхода, несколько комнат, крыша вроде на месте. На первое время хватит, — сообщил я и показал на здание. — Всех заводим туда. Только внимательно под ноги смотрите, возле входа ступень провалилась.

Дмитрий помог провести каталку через вестибюль. Перед крыльцом её снова пришлось приподнять, зато внутри коридор оказался достаточно широким. Мы завезли Лёху в угловую комнату, где сохранился целый участок пола и было меньше пыли.

Инна сразу занялась его размещением. Следом Артём привёл мать, и мы устроили женщину рядом, чтобы Инне было удобнее наблюдать за обоими.

Ломов добрался до помещения самостоятельно. Он нашёл возле стены старый деревянный ящик, проверил, выдержит ли тот его вес, и с заметным удовольствием уселся.

Элина сложила запасы воды и лекарства в отдельном углу, чтобы при необходимости быстро их забрать. Остальные постепенно размещались в соседних комнатах.

Я подошёл к Дмитрию.

— Дим, организуй наблюдение. Один человек у главного входа, второй пусть смотрит со стороны пристройки. Меняйте их по очереди, чтобы народ мог отдохнуть. И проследи, чтобы никто самостоятельно гулять не отправился, особенно в сторону дороги.

— Понял. Сейчас Антенну поставлю у входа, потом сменю. Ты сам куда собрался?

— Пока никуда. Сначала с Михалычем свяжемся, узнаем, как там у них дела. А потом уже решим, что дальше делать.

Дмитрий кивнул и пошёл распределять людей. Заглянув к Инне, я увидел, что Лёха уже устроился, а Артём разговаривал с матерью вполголоса. Лиза помогала Элине с оставшимися сумками.

Возле выхода меня уже ждал Ковалёв. Он держал рацию и недовольно смотрел на экран.

— Здесь сигнал похуже будет, — сообщил он. — Внутри вообще через раз пробивается. Пойду у двери попробую, может, Михалыч ещё на связи.

— Пойдём. Сообщим про семерых с оружием у старой промзоны, только про аварийный шлюз по общему каналу пока ни слова. Нас и внутренние В-7 слушать могут.

Мы вышли к главному входу. Отсюда просматривалась часть старой площадки и дорога, по которой мы пришли. В стороне стояли заброшенные корпуса, дальше виднелись деревья и остатки ограждения. Ковалёв поднял рацию и переключился на общий канал Маяка.

— Михалыч, Ковалёв на связи. Приём.

В эфире слышались чужие переговоры, кто-то требовал носилки к хозяйственному двору, потом другой голос сообщил об отходе вооружённых людей от южного сектора. Ковалёв прибавил громкость и повторил вызов. На этот раз Михалыч ответил почти сразу.

— Ковалёв, наконец-то!

Я протянул руку за рацией.

— Как у вас обстановка? — спросил я. — Судя по эфиру, Шакил отходить начал.

— Начал, сука такая. Только перед этим нам тут всё хозяйство разворотил, — ответил Михалыч. На заднем плане кто-то громко потребовал помочь с раненым, и он на несколько секунд отвлёкся. — Южный удержали. Возле мастерских сейчас остатки его людей выдавливаем. Складской двор вернули, дальше ещё проверять надо.

— Потери большие?

Михалыч тяжело выдохнул.

— Есть погибшие... Раненых тоже хватает. На некоторых постах патронов почти не осталось, люди с начала штурма на ногах. Зато основные силы Шакила сейчас отходят, так что хоть немного передышки получили. Машины его уходят со стороны южного проезда, часть людей пешком откатывается к промзоне.

Ковалёв слушал с таким лицом, будто уже собирался немедленно возвращаться в Маяк.

— Подожди, Михалыч, — сказал я. — Они сами начали отходить или ваши их продавили?

— И то и другое. Мы хозяйственный обратно отжали, потом у них одна группа под молчунов попала. Твари двигались на восток и перерезали им боковой проезд. Шакиловы начали отстреливаться, ещё и двигатель у машины завели. Ну и собрали вокруг себя кого только можно.

Ковалёв невольно усмехнулся.

— Хорошо их подловили, блин.

— Кто кого подловил, там ещё разобраться надо, — возразил Михалыч. — Нам тоже пришлось людей оттаскивать. Зато у нападавших один проход закрылся, машину бросили. Потом их начали по группам отводить. Причём вполне организованно, прикрывая друг друга.

Я жестом попросил Ковалева включить передачу.

— Пока выводили людей, видели семерых с автоматами. У одного схема местности, с собой металлический ящик и ещё какая-то сумка. От основного боя держались в стороне, двигались от старой промзоны и скрылись между заброшенными корпусами.

На другом конце связи на несколько секунд установилась тишина.

— Когда видели? — наконец спросил Михалыч.

— Пока выводили людей. Совсем недавно. Прошли рядом с нами, мы их пропустили, чтобы перестрелку возле колонны не устраивать.

— А сразу сообщить никак было? — раздражённо спросил он. — Я тут уже который час этих уродов по корпусам собираю!

— Мы в тот момент людей прятали, Михалыч, — ответил я. — Я решил сначала всех вывести подальше, потом уже в эфир лезть.

Михалыч выругался.

— Ладно. Куда конкретно свернули?

Я назвал старый проезд за ремонтными мастерскими, где мы видели вооружённую группу в последний раз с открытого участка. О точном расположении наружного шлюза и лаборатории Вавилова в эфире говорить не стал.

— Понял. Сейчас своим передам, чтобы тот участок проверили. Только у меня для этого людей особо нет, все заняты. Вы сами к ним пока не суйтесь, понял?

Ковалёв забрал рацию.

— Михалыч, если у вас юг уже держится, я могу обратно подойти. Ты же сам просил помочь, когда мы людей выведем.

— Просил, — подтвердил тот. — И до сих пор лишние руки пригодились бы. Только у меня сейчас хотя бы резерв появился, когда нападавшие назад попятились. А у вас там семеро с автоматами рядом ходят.

— Принял. Тогда остаюсь здесь, — ответил Ковалёв. — Ты только скажи, что там с внутренними В-7? Они хоть помогали оборону держать?

Михалыч недовольно хмыкнул.

— Эти? У них своя война. Они сейчас свои проходы сторожат и вокруг медицинских корпусов крутятся. Мои ребята раненых таскают, а внутренние требуют по их территории лишний раз не ходить. Я с ними ещё отдельно поговорю, когда здесь всё закончится.

— А про Б-1 что говорят? — спросил я, снова наклоняясь к рации.

Ответа сразу не последовало. Ковалёв повторил вызов и уже собирался переключить канал, когда из динамика послышался голос наблюдателя. Мужчина говорил быстро, периодически отвлекаясь на кого-то рядом.

— Хозяйственный, у юго-восточного проезда движение! Большой объект идёт со стороны восточных корпусов. Это та самая тварь, которую внутренние вывели. Повторяю, она разворачивается к мастерским!

Ковалёв сразу достал трофейную рацию и прибавил громкость. Во внутреннем канале В-7 тоже шли переговоры, причём операторы работали гораздо оживлённее, чем несколько минут назад.

— Третья точка, сохранять поддерживающий уровень. Южный резерв, включайте направленный канал. Объект должен выйти к проезду между мастерскими и восточной линией.

Следом заговорил Демид.

— Южному контуру поднять мощность. Объект вести на группу вооружённых у складского проезда. Персоналу В-7 покинуть участок. Повторяю, всем сотрудникам уйти за укрытия.

— Серёг, они его на Шакила разворачивают, — произнёс Ковалёв, не отрываясь от рации. — Слышал приказ?

— Слышал. Давай сначала узнаем, что там у Михалыча. Он ведь может вообще не понимать, что ему сейчас на голову свалится.

Я нажал передачу на общей рации.

— Михалыч, Логинов. Ты слышишь? Демид Б-1 на южный проезд переводит. Его операторы только что получили приказ вывести объект к людям Шакила. Ты своим передай, чтобы к этой дороге не подходили!

На этот раз Михалыч ответил почти сразу. На заднем плане отчётливо слышалась стрельба, кто-то громко требовал принести ещё один ящик с патронами.

— Логинов, я тебе сейчас сам хотел звонить! Они эту громадину на хозяйственный ведут, что ли? Мне с вышки докладывают, что она уже возле восточных складов показалась. Ты же говорил, её в другую сторону отправляют!

— До этого вели на восток. Сейчас переключили на южный резервный контур. Я их переговоры слышу, они целятся в группу, которая возле мастерских засела.

— Какую ещё группу?! У меня там свои люди сидят! Сергей, ты представляешь, что будет, если эта хреновина к нам полезет?

— Поэтому убирай бойцов с открытого проезда. Пока она слушается излучателя, есть шанс, что пройдёт мимо ваших позиций. Я сейчас посмотрю, что происходит.

Я вернул рацию Ковалёву и направился к лестнице. Тот поспешил следом, на ходу убирая бинокль в подсумок. На втором этаже мы прошли к дальнему кабинету, из которого во время осмотра здания я заметил юго-восточный проезд. У окна пришлось отодвинуть старый шкаф, зато теперь через промежуток между корпусами можно было рассмотреть часть территории возле мастерских.

И там не происходило ничего хорошего…

Глава 7

Сначала я увидел людей Шакила.

Возле длинного ремонтного бокса стояли два пикапа. Один развернули поперёк проезда, используя в качестве укрытия, второй находился немного дальше, рядом с бетонными блоками. За машинами передвигались вооружённые мужчины. Несколько человек стреляли в сторону складского двора, остальные собирались возле заднего борта.

Ковалёв поднёс бинокль к глазам.

— Это они отход прикрывают. Вон один пикап поперёк дороги поставили, второй у бетонки держат. Из-за него пулемёт работает, не даёт людям Михалыча высунуться. Похоже, пока одни отходят, другие удерживают проезд.

Я хотел ответить, но за дальним корпусом появилось движение. Сначала над плоской крышей показалась тёмная голова, затем огромные плечи. Ещё через несколько секунд Б-1 вышел на открытый участок дороги.

В прошлый раз мы наблюдали за ним возле первой акустической установки. Тогда он двигался медленно, почти осторожно. Теперь громадина шла заметно быстрее. Длинные руки раскачивались вдоль туловища, огромные ступни тяжело опускались на асфальт. Несколько молчунов, находившихся возле мастерских, поспешно отошли в сторону, словно почувствовали приближение чего-то опасного.

Люди Шакила заметили его почти одновременно. Первым открыл огонь мужчина возле дальнего пикапа. Автоматная очередь прошла по груди Б-1, затем к стрельбе подключились ещё двое. Громадина остановилась, повернула голову к машинам и вдруг резко ускорилась.

— Охренеть, — выдохнул Ковалёв, отрывая бинокль от глаз. — Серёг, ты это видишь? Он прямо на них пошёл!

Я видел.

Первого вооружённого Б-1 настиг возле бетонного блока. Мужчина попытался отбежать, но громадина сделала несколько быстрых шагов и ударила его длинной рукой. Человека отбросило к стене ремонтного бокса. Второй успел развернуться и выпустить очередь почти в упор. Существо резко дёрнулось от попаданий, однако тут же схватило стрелявшего за разгрузку и швырнуло на асфальт.

Возле пикапа началась суматоха.

Один из нападавших запрыгнул за руль, пытаясь вывести машину из-под удара. Двигатель взревел, задние колёса провернулись по грязному асфальту. Машина успела сдвинуться на пару метров, когда Б-1 добрался до неё и ударил по переднему крылу. Пикап резко развернуло, водитель попытался выправить движение, но громадина навалилась сбоку и опрокинула его на два колеса. Следующим толчком автомобиль завалился на бок.

— Да чтоб меня... — Ковалёв даже присвистнул. — Ты представляешь, какая у этой скотины силища? Машину руками перевернул!

— Вижу. Только лучше бы она теперь на том пикапе и остановилась. Если Демид поведёт её дальше, от хозяйственного мало что останется.

Б-1 тем временем переключился на вторую машину.

Люди Шакила уже пытались отступать. Двое побежали вдоль стены, ещё несколько человек отстреливались из-за бетонных блоков. Пулемёт на втором пикапе развернули в сторону громадины. Длинная очередь прошла по её туловищу, Б-1 дёрнулся и остановился. На мгновение показалось, что попадания заставили его отступить.

Затем он наклонился, подхватил лежавший возле дороги металлический обломок и швырнул в сторону стрелявших. Тяжёлая железяка ударила в переднюю часть пикапа. Пулемёт замолчал, а сидевший за ним человек исчез за бортом.

Следом Б-1 добрался до машины и ударил ладонью по кабине. Я видел, как смялся металл над дверью. Водитель выбрался с противоположной стороны и побежал к мастерским. Громадина попыталась схватить его, но мужчина успел скрыться за бетонным выступом.

Из общего канала Маяка раздался чей-то крик:

— Южный третий, они отходят! Они от мастерских отходят! Их там эта тварь разносит, машины бросают!

Следом заговорил Михалыч.

— Южный второй, прекратить огонь по проезду! Всем моим отойти за мастерские! Повторяю, мои люди — назад! Пусть эта хрень с Шакиловыми разбирается, только под неё сами не лезьте!

Я посмотрел на Ковалёва.

— Вот тебе и подкрепление. Демид решил одним ударом весь южный сектор расчистить.

— Да уж, против такого Шакилу и бронемашина бы не особенно помогла, — ответил Ковалёв. — Смотри, остальные уже уходят. Если он сейчас их дальше погонит, Михалыч наконец передышку получит.

Однако Демид, судя по переговорам, собирался продолжать воздействие.

— Южный резерв, удерживать объект на вооружённой группе. Третья точка, поддерживающий канал сохранять. Не допускать выхода объекта к внутренним постам!

Б-1 прошёл вдоль мастерской, где ещё несколько минут назад держались нападавшие. Один из людей Шакила попытался перебежать открытый участок к соседнему боксу. Громадина заметила движение и рванулась следом. Мужчина успел скрыться, однако Б-1 ударил по стене, выломав несколько кирпичей, и задержался возле пролома.

Со стороны южного проезда ударила ещё одна длинная очередь. Я увидел вспышки возле разбитого пикапа. Двое оставшихся нападавших стреляли из-за перевёрнутой машины. Один направил оружие на Б-1, второй развернулся в сторону технического фургона, возле которого работала резервная акустическая установка.

Через несколько секунд оттуда посыпались искры.

Ковалёв первым заметил повреждение.

— Серёг, вон, возле фургона! Они же по излучателю попали. Смотри, дым пошёл!

Я снова поднял бинокль. Возле технической машины действительно появились дым и короткие вспышки. Один из сотрудников В-7 выбежал из-за кабины, пригнулся и бросился к соседнему зданию. Второй остался возле раскрытой боковой панели, но почти сразу тоже отступил.

В трофейной рации началась настоящая неразбериха.

— Южный резерв, падение мощности! Потеря выходного канала, повторяю, потеря выходного канала!

— Третья точка, срочно компенсировать! Объект уходит с направления!

— Не держим отклик! Южный передатчик повреждён, резервное питание не включается!

Поверх остальных голосов прорезался Демид.

— Всем молчать! Третья точка, максимальный удерживающий уровень! Южному резерву восстановить передачу! Объект не выпускать к внутренней линии!

Б-1 остановился.

Он стоял посреди дороги, возле искорёженного пикапа, и медленно поворачивал голову из стороны в сторону. Люди Шакила воспользовались паузой и начали отходить за дальние корпуса. Несколько вооружённых мужчин перебегали между зданиями, прикрывая друг друга короткими очередями.

Существо некоторое время следило за ними, потом неожиданно развернулось в противоположную сторону.

Туда, где находились позиции Михалыча.

— Вот дерьмо, — выдохнул Ковалёв. — Серёг, оно же обратно пошло!

Я уже схватил общую рацию.

— Михалыч, срочно отводи своих! Б-1 развернулся к хозяйственному! Южный излучатель повреждён, операторы потеряли управление. Он сейчас к вашим постам идёт!

Ответ пришёл почти сразу.

— Да вижу я его! Твою мать, он уже возле складского проезда! Логинов, ты говорил, Демид им управляет!

— Управлял. Передатчик подбили, а резервный сигнал пока не срабатывает. Уводи людей с открытого участка!

— Я их уже увожу! Южный второй, назад за мастерскую, живо! Кто там ещё возле машины остался? Убирайте раненых!

В эфире снова затрещали выстрелы.

Я посмотрел в окно. Б-1 теперь двигался вдоль складского корпуса. Рядом с ним метался один из обычных молчунов, но громадина даже не обратила на него внимания. Через несколько секунд за зданиями послышался грохот, словно что-то тяжёлое обрушилось на бетон.

— Михалыч, слышишь? — повторил я вызов. — Где ты сейчас?

— В мастерской! — отозвался тот. — Людей внутрь загнал. Тут шестеро со мной, ещё двое возле соседнего бокса остались! Логинов, эта дрянь к нам прёт, её из автомата хрен остановишь!

— Тогда прекращайте стрелять, пока она к вам не подошла. Ты же знаешь, как молчуны на звук реагируют. Уведите людей подальше от окон, технику заглушите. Если у вас есть внутреннее помещение с капитальными стенами, переходите туда.

— Есть такое. Слесарная за главным цехом, дверь металлическая. Только раненых теперь таскать придётся.

— Таскайте. Главное, чтобы никто наружу не высовывался. Я переговоры В-7 слушаю, они пытаются вернуть управление.

В этот момент из рации раздался резкий удар, затем чей-то крик и продолжительный металлический скрежет.

Связь оборвалась.

— Михалыч! — снова вызвал я. — Михалыч, ответь! Логинов на связи, слышишь нас?

Ответа не последовало.

Ковалёв опустил бинокль и посмотрел на меня.

— Похоже, добралась до них. Что делать будем, Серёг? Там ведь наши люди сидят.

— Сначала узнаем, живы ли они и где сейчас находится эта громадина. Ты продолжай слушать внутренний канал. Если Демид вернёт управление, нам нужно сообщить об этом Михалычу раньше, чем он попробует выйти наружу.

Ковалёв снова прибавил громкость трофейной рации.

— Третья точка, отклик неустойчивый. Объект в хозяйственном секторе, направление меняется. Удерживающего воздействия недостаточно.

— Южный резерв, восстановление сколько займёт? — потребовал Демид.

— Основной блок повреждён, требуется замена выходного модуля. Резервный передатчик сейчас подготавливаем.

— У вас там люди под объектом находятся! — рявкнул кто-то из внутренних. — Посты хозяйственного требуют убрать его немедленно!

— Я знаю, где находятся люди! — оборвал Демид. — Выполняйте команду. Третьей точке удерживать сигнал, южному резерву вводить запасной блок.

Я переглянулся с Ковалёвым. Судя по переговорам, операторы уже понимали, что Б-1 ушёл к позициям защитников, но вернуть его на прежний маршрут пока не могли.

Общая рация неожиданно ожила.

— Логинов, слышишь? Это Михалыч. Мы в слесарной закрылись, тварь возле главного цеха ходит. Только что дверь в мастерскую ударила, я думал, стену вместе с ней выломает.

Я сразу схватил аппарат.

— Слышу. Все живы?

— Те, что со мной, живы. Одному руку придавило, когда оборудование повалилось. Остальные целы. А вот тех двоих за соседним боксом я пока не вижу.

— На улицу не выходи. Операторы сейчас пытаются восстановить управление. Если Б-1 уйдёт от мастерских, сообщу сразу.

Михалыч тяжело выдохнул.

— Логинов, я тебе вот что скажу. Когда внутренние потребовали вас с Ковалёвым задержать, я ещё думал, вы там совсем охренели. А теперь вижу, какие у Демида методы. Он сначала эту тварь на Шакила выпустил, мне даже слова не сказал, а теперь она моих людей по цехам гоняет!

— Я тебя предупреждал, что ты про В-7 далеко не всё знаешь, — ответил я. — Сейчас главное, чтобы вы живыми остались. С Демидом потом разберёмся.

— Разберёмся, можешь не сомневаться! Если отсюда выйду, он у меня за каждый пост ответит. И своих внутренних пусть ко мне больше не посылает командовать. Хватит, накомандовались!

Михалыч был разъярен.

— Пока связь держи. Мне ещё нужно знать, что у вас с отступлением Шакила. Его основные силы действительно ушли?

— Уходят. После этой бойни его люди от мастерских посыпались, две машины бросили. Одна группа ещё возле южного склада отстреливается, но прорываться дальше уже перестали. Самого Шакила не видели. А ты чего спрашиваешь?

— Мы по дороге семерых встретили. Автоматы, карта местности, тяжёлый металлический ящик. Они шли отдельно от остальных и направлялись к заброшенным корпусам старой промзоны. Похоже, у них своё задание.

— Семерых? — переспросил Михалыч. — Это, может, те, которых я с утра по постам ищу? Третья машина у них пропала, и люди словно испарились. Где конкретно видели?

Я назвал старый технический проезд возле ремонтных корпусов, сохранив подробности аварийного шлюза при себе.

— Понял. Сейчас туда никого отправить не смогу, сам видишь, что у меня творится. Но своим передам. Вы пока к ним не лезьте, лучше за своей группой присмотрите.

— Присмотрим. А ты с людьми сиди в укрытии. Как только что-нибудь про Б-1 услышу, сразу выйду на связь.

— Давай, Логинов. И Ковалёву передай, что возвращаться сюда пока не надо. Мне тут ещё одного героя только не хватало. Сначала эту громадину уберём, потом решим, как оборону восстанавливать.

Связь оборвалась. Я посмотрел на Ковалёва, который стоял возле окна с биноклем. Он снова проверял проезд, по которому несколько минут назад уходили остатки отряда Шакила.