Хорминус последняя минута тишины

Не в силах сдвинуться с места мне ничего не оставалось, как рассматривать то, что я вижу прямо перед собой.

Это как я назвала бы “нечто” отражалось в зеркале лишь на половину, но даже так, в чем оно было можно понять и без полного обзора. Белая рубашка, нет, не так. Белая рубашка, с множеством красных пятен, точнее чуть ли не чёрных, было надето на ней. Также помимо всей этой балдахины поверх неё были цепи и ремни с замками, которые сковывали “это”. Для не понимающих скажу так, на этом “нечто” было надета смирительная рубашка. Дальше, что бросилось в глаза это длинные темные волосы, которые или давно не мыли или они были покрыты какой-то грязью. Но даже так этот нюанс не портил внешний вид девушке. Да, в отражение была не кто иной, как особь женского пола.

Продолжа блуждать взглядом по её внешности, мне не удалось рассмотреть только лицо, ведь его половина была скрыта за маской в цвет смирительной рубашки, и только черные как непроглядная тьма глаза смотрели на меня. Нет, не так сказано. ГЛАЗ ВООБЩЕ НЕ БЫЛО! И будь я проклята если в этой, черной пустоши, не смогла бы прочитать весь спектр эмоций, а точнее то, что она сейчас смеётся надо мной.

— Ну как, я тебе нравлюсь?— она склонила голову набок, и в её голосе проскользнула игривая нотка, будто она наслаждалась моим замешательством.

Не став ждать ещё одного идиотского вопроса, я опустилась вниз, чтобы поднять своих помощников для общения.

— Они тебе со мной не нужны. Я и так тебя прекрасно слышу,— она поморщилась, будто сама мысль о тетрадке её раздражала. Вот честное слово, мне очень отчётливо слышаться, как она это говорит с большим удовольствием. Но даже так:

«Ага, ага, слышит она меня. Если меня мои не слышат, то она то! Смешно!»

— Ой, а мне то, как смешно,— она рассмеялась, запрокинув голову, так что я резко подняла голову, чтобы встретиться с ней взглядом.

Из-за замешательства по этому поводу и недоверия к ней мне ни чего другого не оставалось, как проверить ещё раз.

«Получается, ты меня слышишь?»

Со стороны зеркала, а точнее “нечто” было тихо, я лишь наблюдала, как оно крутит головой из стороны в сторону и наклоняет её, рассматривая меня как какую-то подопытную крысу.

— Говори так, как разговаривала всегда,— спустя пятиминутное ожидание, она всё же соизволила ответить, и в голосе её послышалось нетерпение. — И если тебя это хоть чуточку успокоит, то да, я тебя слышу, четко и ясно.

Хоть я и услышала ответ на свой вопрос, но он меня не сильно-таки порадовал. Сомнения на её счет становилось всё больше и больше, и в один момент показалось, что это всё долгий и длинный сон.

— Как? — спросила я, открыв рот. Хоть мой вопрос прозвучал в голове, но видно для той было неважно, где именно, ведь со рта у меня не вырвалось ни единого звука.

— Арг… Ты издеваешься?— она закатила глаза, насколько это было возможно с её пустыми глазницами. — Спустя столько дней игнора, Аннабелла, ты решила просто взять и позадавать мне идиотские вопросы? И тебе не стыдно? — с язвительностью в голосе спросило “нечто”.

Вот сейчас мне хочется её грохнуть. Не вижу никакого смысла подчиняться ей или её прихотям. Хотя у меня закрадываются некоторые на её счет подозрения. Что-то я упускаю. Но вот что?

— Ах-ха-ха-ха-ха!— а нет, не упускаю.

Если мне не изменяет моя память, то случай в ванне, произошедший за несколько дней до праздника, произошел не просто так, а для меня. Точнее это “нечто” видимо ещё в то время пыталась со мной связаться, да и не только тогда. Примерно за год до сентября мне мерещилось, как кто-то меня зовет. Спрашивая ребят, они ли это, ответ был отрицательный. Поэтому, как и подобает здравомыслящему человеку, я спихнула всё на усталость от учёбы и работы. Но, даже находясь одной в библиотеке, этот непонятный шёпот продолжался, и чем ближе наступала осень, тем сильнее и чаще это происходило. Если бы знала, что все эти слуховые галлюцинации приведут меня к встрече с ней начала ходить в церковь. Видно все мои прегрешения надо было отмаливать, а не держать в себе. Сейчас меня радует одно, что не святая тут точно не я одна.

— Если выбирать из нас двоих, то стыдно должно быть тебе! — вернула я слова “нечто”, чувствуя, как внутри закипает злость. — Зачем ты меня третировала? — если бы могла крикнуть, то так бы и прозвучал мной вопрос, но тут я запнулась из-за щелчка осознания в моей голове. — Ты знала?

— О чем?— как ни чём не, бывало, спросила она, и уголок её маски дёрнулся, будто она улыбнулась.

— Не прикидывайся! — воскликнула разозленная я. — Тебе было известно с самого начало, что со мной должно было произойти! Так если тебе под силу было со мной общаться, почему не предупредила меня? — ответа мне, конечно же, “нечто” не предоставило. Оно лишь улыбалось, глазами улыбалась, сука этакая.

— Как я вижу, мы решили все наши разногласия. Зачем пришла?— она скрестила руки на груди, насколько позволяли цепи.

— Ты и без меня всё отлично знаешь!

— Не, не, не, не, не так дело не пойдет,— покачала отрицательно головой “нечто” не убирая улыбку с рожи. — Скажи мне чётко и ясно, что тебе хочется.

Видно, мы никогда не поладим. Она меня раздражает и бесит по всем фронтам. Каждая моя клетка хочет размазать эту ухмылку с её лица, точнее глаз. Хотя она права я не решилась до конца. Да прийти суда смелости хватило, но и на это ушло много времени раздумий вот только сделать что-то с живым человек не могу. В голове просто каша от всего. Разум твердит, что делать этого нельзя, ведь ступая на тропу смерти, я оттуда никогда и не выберусь. Повязну в болоте по шею в крови.

Кем стану, совершив преступление? Монстром? Или того хуже? Но желание и кипящая кровь, которая давит на клеточки мозга, нашептывает, что это мой путь. Не могло же “нечто” просто так ждать моей травмы? Оно его ля чего-то выжидало и для этого ей нужна “Я”. Вот только к кому мне прислушиваться: к голосу разума или желанию сделать то, что хочет она. Нет, тут уже хочу - я.

— Как я вижу, ты всё-таки определилась?— со сладостной ноткой в голосе произнесла она, подавшись вперёд.

Подняв глаза на неё и ещё раз осмотрев её с головы до ног, я также перевела взгляд на висящий крест рядом с зеркалом. Бог существует с давних времен, и не могло человечество выдумать его с потолка. Если про него пишут везде, то и вера в него должна существовать. Все испытания, что нам не ссылает он - правильные, нужные. Через что не приходилось проходить людям, всё это его воля. Даже сама смерть предрешена по воле его. Только у меня больше нету желания в него верить и следовать по его указкам и наставления.

— Я желаю отомстить Райли! — твердо произнесла я, смотря в упор темной бездне.

— Наконец-то!— она выдохнула это слово так, будто ждала его годами.

— Ну, ты мне поможешь или как?

— Ответ для тебя и так очевиден,— она снова ухмыльнулась, а я строго посмотрела на неё. — Тогда слушай меня внимательно.

31 октября 2003 года, 19:00 по местному времени

Весь вчерашний день пока родители отсутствовали дома, прошел в сборах. Зои и Доминику мне пришлось соврать, что меня не будет дома ведь они бы пришли и помешали мне, да и объяснять, что я творю, им бы не хотелось.

Ночь, проведенная в компании с зеркалом в прихожей, прошла удачно. Да, в начале у нас возникли разногласия, пока пытались во всём разобраться, а после перешло в недопонимание по поводу подготовки к моей вылазке.

— Первое что сделай, так это подбери удобный наряд. Главное, чтобы не сильно он бросался в глаза и давал свободу в твоих движениях, —она говорила это медленно, будто диктуя инструкцию, и её голос звучал деловито.

После отбытия родителей на работу я тут же ринулась в свой шкаф. Никогда в жизни так не мучилась над выбором одежды как сегодня. Ладно, вру, подобрала наряд довольно быстро, ведь одежды у меня было не слишком много. Выбор пал на мою любимую, простую черную водолазку, которую я часто ношу и такого же цвета джинсы. У “нечто” возникли сомнения, по поводу подвижности в этих, как она назвала их “панталоны“, ведь они были узкими. Забыла сказать, я общаюсь с этим, вечно улыбающимся существом. Хотя она мне обещала, что до начала вылазки не высунется.

Обувь пришлось поискать ведь обычные кроссовки тут явно не подошли, да и не по погоде, как и сапоги, тем более они на каблуках. Можно было бы выбрать бутсы, но и они не очень если честно. Поэтому мне пришлось подняться на чердак, ведь только там, как и всегда, найдётся то, что нужно. И все равно так и так мне пришлось бы суда лесть из-за второго пункта:

— Сделай или найди, если получится, такую же повязку как у меня,— сказала она, и я прямо почувствовала, как она провела рукой по своей маске.

— Белую? — с ноткой непонимания уточнила. — Или ты имела в виду про одежду, как у тебя? Если так, то давай я уж сразу поеду в психушку, она тут, кстати, не очень далеко, всего-то на всего несколько часов езды на машине.

— Ах,— она театрально вздохнула, и в этом вздохе слышалась усталая снисходительность. — Просто нужна повязка на лицо, чтоб видны были только глаза. Цвет абсолютно не важен.

И вот так, по итогу, мне ещё надо найти ткань и сшить эту хрень. Ладно, хоть цвет ткани на выбор, нежели её белый. Главное, что с ним я уже определилась, когда выбрала что надену. Осталось только найти чёрную ткань в этом барахле, вместе с обувью, сделать выкройку и сшить.

Перебрав в поисках половину чердака, я нашла ткань, хоть и не в очень пригодном состоянии, но если другое ничего не найду, то будет эта. Ещё нашла папины армейские сапоги. Удивило то, что они оказались пригодные для носки. Черного цвета, высота была в самый раз, так ещё и моего размера. Поэтому, не став больше думать выбрала их удобные для бега и ходьбы и для вылазки подойдёт.

Продолжа поиски ткани, которые затянулись ещё на часа два и по итогу ничего не найдя, мне пришлось использовать ране найденную. Сам пошив был не очень долгий, примерно час, вышло бы раньше просто при примерке стало ясно, что оно будет с меня спадать, и было принято решения вставить сверху и снизу резинку.

Надев её на себя для окончательного подтверждения, что она готова и подойдя к новому ванному зеркалу, которое родители спрятали от меня на чердаке, начала рассматривать себя с разных сторон, чтобы увидеть, как оно на мне сидит.

— Идеально,— появилось в стекле вечно смеющаяся рожа, от чего я испугалась.

— Ответь честно, тебе доставляет удовольствие меня пугать?

— Возможно,— протянула она с явным удовольствием, и я на это закатила глаза. Как всегда, от неё не дождёшься ответа.

— Чего явилась, успела забыть про обещание?

— Я всё прекрасно помню, Аннабелла. Просто забыла сказать, чтобы ты ещё нашла маленькое зеркальце, для удобного ношения с собой,— она произнесла это буднично, будто речь шла о списке покупок.

— А оно то зачем?

— Со мной общаться.

«Больно надо».

— Я всё слышу!— бросила она, и её отражение растворилось, и всё вернулось на круги, то есть я вижу себя в отражении.

Если вы подумали, что моя прогулка по чердаку закончена, то нет, есть ещё два пункта. Первый, зачем-то ей понадобилось, чтобы я нашла бечёвку ну или толстую нить, а также иголку, в которую можно вставить эту, ну чтобы я не нашла. Главное, что она подчеркнула, заточить иглу, чтобы та смогла спокойно проткнуть человеческую кожу. Тут я подумала, что она хочет, чтобы я зашила Райли рот и меня это, кстати, устраивало, но второй оставшийся пункт развеял эту гипотезу.

Второй пункт и последний из списка был нож, причем акцент был сделан на большой нож, ну и также как и иглу, мне его надо заточить. Нож нашла я быстро, ведь как только услышала, какого он должен быть внешнего вида, то тут же пришло в голову, где его найти и который прямо сейчас лежит около швейной машинки. Да, по ходу поисков ткани и обуви нашелся и он. Только было одно не понятно - как его с собой носить? Поломав голову, ещё за завтраком, пришла идея прицепить его к ноге при этом к чехлу, в котором он лежал, приделать ремни. И тут снова начались поиски, но уже старых маминых сумок, точнее бабушкиных, от которой я отпорю ремешки и сделаю из них крепление для ножа, что в принципе и сделала.

Нитки с иглой нашлись в столешнице, на которой стояла швейная машинка. Точнее меня просили найти бечевку, и она нашлась, хотя взять нитки было бы куда проще, ведь их куча, а она оказалась одна. Видно, ждала своего часа. Потом просто подобрала иглу, в которой с легкостью вдевалась нить и с собранными вещами спустилась с чердака. Занеся всё в свою комнату и передохнув с часик, я позже спустилась вниз с ножом и иглой, чтобы заточить их. Теперь сидя на диване, ждала, когда родители прекратят суетиться и уедут к тётке на праздник.

Пока они как ненормальные ходят туда суда проверяя ни чего ли не оставили и нету ли в доме опасных для меня вещей у меня шло время. Если я не выдвинуть через тридцать минут, то не успею к пол одиннадцати оказаться в школе, хотя до этого времени ещё три с половиной часа. Вот нахрен, вы мне объясните этой, ненормальной, вздумалось это:

— Рядом есть речка или озеро?— спросила она, и в её голосе промелькнула странная заинтересованность.

— А тебе зачем? — с недоверием задала встречный вопрос.

— Ответь!— отрезала она, и я почувствовала, как её голос стал жёстче.

— Ну, в лесу, если мне память не изменяет, есть небольшой ручеёк.

— Мы должны быть там полдесятого. Думаю, часа дойти нам хватит.

— Чего? — гневно рявкнула на неё. — Ты думаешь, что несёшь? До него часа два отсюда! Каким боком я должна за час дотуда добраться?

— Бегом,— со спокойствием в голосе ответила она, и мне показалось, что она ухмыльнулась.

Рассказывать дальше, про перепалку, смысла нет, но в итоге, я выиграла. Так что добраться до леса времени полно, точнее до назначенного ею времени. Только зачем ей это надо, как и при любом интересующем меня вопросе, она молчит. Пытаться её расколоть это без толку, как и угрозами: колдунами и шаманами. “Нечто” – непробиваемое существо, которое даже не говорит кто оно, как и почему именно выбрало меня. Её это забавляет – и это видно.

Время всё шло и шло, а родители как не торопились уходить, так и не уходят. По сумкам, стоящим у двери, было видно, что они уже собрались вот только не как не выйдут из дома. Мама мельтешит по всей кухне туда суда проверяя ящики, а папа выглядывает в каждое окно на всём первом этаже которые выходят на дорогу.

— Аннабелла, — позвал меня папа, и я подняла на него взгляд, — Зои и Доминик точно приедут? — в его голосе слышалась тревога.

Ещё днём я написала Зо, чтобы те пришли ко мне в пол одиннадцатого, ссылаясь на то, что костюм ещё не готов, а без него не хочу их встречать. Зная Овен, та быстро же согласилась с этой идеей, ведь именно это была её задумка с нарядами. Я думала вначале написать, что она отменяется, но тогда они попёрлись бы в школу, а это мне не нужно. Лучшим вариантом стала после разговора с “нечто” позвать их суда к тому времени, когда я буду там, чтобы у меня хватило времени провернуть задуманное, а они не успели бы меня найти.

{Они прибудут попозже}

— Тогда и мы пока тут побудем, — сказала мама, выйдя из кухни, и вытерла руки о полотенце.

Мамины слова мне не очень понравились так, как надо их быстрее выгнать, а зная её, она может торчать тут, дожидаясь их до следующего рождества. Поэтому, не придумав ни чего лучше, чем соврать, я написала:

{Зои задержали родители, а Доми ждёт её возле дома. Так что скоро они должны уже будут подъехать. Родители Овен долго её не задержат, опечатка -она сама сбежит. Мам, пап не волнуйтесь и поезжайте спокойно, со мной будет всё в порядке. Я же остаюсь дома, когда вы на работе}.

Показав им мою клинопись, я ждала с надеждой положительного ответа, ведь от этого зависело многое. Но молчание затягивалось, ведь так долго читать они это не могли и мои глаза, бегая между ними двумя, умоляли согласиться со мной.

— Хорошо, — сказала мама, и я тут же соскочила с дивана, накидываясь на неё с обнимашками, мысленно говоря: “Спасибо”. — Только вы нам позвоните, как соберетесь вместе, обещаешь? — она погладила меня по голове.

Кивнув в знак согласия, хотя в голове висело слово “Прости”, я стала наблюдать, как дорогие мне люди уходят, даже не зная, что сейчас мы видимся в последний раз.

Когда захлопнулась входная дверь – наступила тишина!

Развернувшись и, со всех ног, рванув в свою комнату, перепрыгивая через ступеньки, я залетела в неё и начала быстро одеваться в подготовленную одежду, ведь часы скоро дойдут до половины восьмого. Значит, мне нужно скоро выйти.

Быстро одевшись и захватив с собой вещи, я направилась в комнату родителей, ведь только у мамы было маленькое зеркальце. Войдя в неё и перевернув мамины полки с ящиками, обнаружила то, что искала. Захватив его и направившись к двери, мой глаз, заметил интересную вещицу. На двери шкафа висела тёмная курточка с густым мехом на капюшоне. Посчитав, что одна и две минуты ничего не попортят, подошла к ней, попутно положив вещи, держащие в руке, на кровать.

Сняв куртку и рассмотрев её со всех сторон, поняла, что она новая.

“Видно мама купила себе за место старой” - пронеслось в голове. Решив, что это знак, раз заметила, то стоит примерить.

Накинув её на себя, оказалось, что она мне как раз, да и по цвету подошло идеально. Не став ни чего взвешивать, я впихнула в карманы курки вещи, которые до этого положила на кровать и спустилась вниз.

Остановилась в прихожей около зеркала, так как мы договорились с “этой” переговорить напоследок. Сдернув бахрому и откинув её в сторону, обнаружилось, что “нечто” нету, а в отражение я вижу себя. Посчитав, что так даже лучше решила потратить время до её появления, чтобы рассмотреть себя. Одежда на мне смотрелась, как нельзя кстати, как будто специально для меня сделали этот прикид, а куртка, забранная у мамы, сидела как влитая. Портило, как мне показалось, только моя прическа, поэтому я переделала хвост на слабо заплетенную косу и перекинула её вперед.

— Долго же ты,— раздался её голос, и в нём слышалась лёгкая укоризна.

— Ты тоже, — вернула её же слова появившемуся чуду. — Выдвигаюсь?

— Давно пора,— улыбнулась та глазами, и я почувствовала, как её взгляд скользнул по мне, оценивая. Закатив глаза, на ещё её одну улыбку, я развернулась к входной двери и, схватившись за ручку, нажала на неё, открыв дверь.

Выйдя на улицу и не став закрывать за собой дверь только оставив щелочку, направилась к дороге. Как только дошла до неё остановилась и развернулась к дому.

Старый деревянный дом, когда-то видно выкрашенный в толи синий толи красный цвет чёрт уже вспомни ведь папа после переезда сразу же перекрасил его в серый. Доми как-то сказал, что этот цвет навевает на него тоску, а Зо прокомментировала, что он отражение её внутренних чувств. Я в свою очередь сказала отцу, когда мы его красили, что вонять будет долго. Запах у краски плохо выветривался. Другого от дешёвого химиката ожидать не стоит. Хорошо, что крышу красить не пришлось, как была черного цвета, так и осталась. За несколько лет пока мы тут живём это единственное, что мы сделали, помимо покраски дома, это починили входные ступеньки и провели небольшой капремонт в самом доме. Могу с уверенностью сказать, что воспоминаний у меня здесь осталось больше, чем от родного дома в городе, где я родилась. Спасибо этому говорю, Зои и Доминику за то, что появились в моей жизни, пускай нам придётся распрощаться вот так, но я даже рада была возможности познакомиться с ними двумя.

— Аннабелла, время!— её голос прозвучал резко, как удар хлыста.

— Вот умеешь ты портить моменты! — возмутилась я. — Сама знаю, что время, — ответив ей, и повернувшись в сторону леса, мне ни чего больше не оставалось, как бежать.

8 Глава

31 октября 2003 года, 21:00 по местному времени

Я устала.

Честно, никогда больше, ни в этой, ни в следующей жизни, не соглашусь бегать такие марафоны! Особенно под комментаторство одной ненормальной сущности, которую я называю “нечто”. Всё время твердила, что мне надо было повышать выносливость, что я дура, которая опомнилась слишком поздно, так ещё всю дорогу нудила о времени. Лучше убейте, чем снова пережить это!

До леса то я добралась точнее до его входа. Потому, как она вела счёт времени, то до начала мероприятия остался час, так что в запасе у меня было ещё плюс тридцать минут. Но и эти тридцать минут я умудрилась проебать.

Зайдя в лес, я по памяти пыталась вспомнить, в каком месте находится начало речушки. Ночной лес, с одной стороны, окутывает ощущением безмятежности и спокойствия. С другой стороны, в нем скрывается мистическая тайна, которая заставляет сердце биться быстрее. Здесь можно отключиться от суеты и проникнуть в глубины своего сознания, погрузиться в размышления и открыть новые грани внутреннего мира. Ночной лес – это живое дыхание природы. Он наполнен тайнами, которые готов раскрыть только тем, кто умеет слушать и видеть. В этом мире погружаясь в природу, можно найти особое вдохновение и почувствовать единение с окружающим миром.

И как назло, во всей этой красоте, по закону подлости, память меня подвела. Не ну а что в последний раз тут была года три назад за это время уже и не вспомнишь, что и где находилось. Поэтому, я потратила время на плутание по лесу, зато спустя битых полчаса мне удалось её найти. Больше никаких лесов! И точка!

Достав зеркальце и показав место, оказалось, что ей оно не зашло. Попытка выяснить “почему”, хотя знала, что ответа не будет, оказалась на удивление успешной. Ответ был такой:

— Здесь плохое отражение! — произнесла она с явным отвращением, будто само место её оскорбляло.

Что блять значит “плохое отражение”? Ей это, блять, что, зеркало какое-то? Само по себе оно отражает, но в том количестве, в котором оно находится здесь это маловероятно. Да даже если и отразит, то в темноте это не увидишь. Но из-за того, что её величеству это место не понравилось мне пришлось зайти глубже в лес, пройдя вдоль речушки, до того момента пока та не остановила меня.

— Это место подойдет!— в её голосе прозвучало удовлетворение, и я наконец-то вздохнула с облегчением, что мои муки закончились.

Подойдя к краю речушки и присев я посмотрела в воду и как того ожидала ни чего из-за тьмы не увидела. Опустив руку и на ощупь, точнее на шум бегущей воды опустила свою руку в воду. Как я и думала - она оказалась холодной. Но в осеннее время года и не удивительно ведь солнце её не обогревает, да и не факт, что тут она бывает теплой.

Многие говорили, что сама лесная чаща не большого размера и заблудиться тут невозможно, хотя это не так. Лес тянулся довольно-таки далеко, если знать в какое место зайти, да и не будет речка начинать исток в небольшом месте, где она смогла бы спокойно пересохнуть ну или не без помощи человека исчезнуть раз и навсегда. Днем найти суда дорогу довольно-таки легко, если знать в каком точно направлении идти. Ночью же суда добраться практически невозможно, ведь по дороге можно спокойно скатиться в овраг, или споткнуться об пеньки или об опавшие ветки деревьев. Высокие кроны деревьев, простирающиеся до неба, создают густую темень в лесу, а нижнем своим сородичем не дают нормально расти ведь те забирают большое количество света и тепла из-за своих размеров. Если сравнивать освещённость около входа в лес и внутри него можно заметить колоссальную разницу. В ночное время суток можно разглядеть хоть какие-то очертания предметов, а внутри хоть глаз выколи ни черта не видно! Вот и поэтому я отнеслась с легким/большим скептизмом к идее “нечто”.

— Так зачем мы здесь? — спросила я её после того, как положила зеркало на землю рядом с собой.

— Скажем так, нужно кое-что сделать, прежде чем мы отправимся к твоей Райли,— она произнесла это медленно, будто смакуя каждое слово.

— Она не моя!

— Да не важно!— она раздражённо махнула рукой. — Ты хочешь “это”, а значит должна слушать меня! Твоё недоверие ко мне может только всё усугубить, но, а если это произойдет, то меня не вини! Моё желание тебе помогать в этом равняется твоему желанию отомстить той шлюхе. Так что не смей…

— Говори живее, что мне надо сделать, чтобы мы уже ушли отсюда? — мне ничего не оставалось, как перебить, чтобы заткнуть разглагольства о том, что её уже всё достало. Ну, или она пытается выставить себя выше меня. Я бы не удивилась, увидав на её голове корону, даже в таком сочетании одежды на ней.