Как оседлать дракона

Харпер Смит

Как оседлать дракона

Глава 1. Джас

Я сорвался со стены цитадели и взмахнул крыльями. Ветер ударил в морду, заревел в ушах. Мысли приятно опустели. Я заложил крутой вираж и поднялся выше к облакам.

Внизу мелькали острые скалы и темная синева бушующего моря. Я всматривался вниз в поисках добычи, когда заметил группу людишек. Они тянулись длинной цепочкой по подвесному мосту к Цитадели. С высоты мелкие, как муравье.

Сердце ухнуло в груди, противно сжалось. Я мотнул головой, отгоняя ощущение затянувшегося ошейника, но ниже спустился. Кто-то из людишек, услышав хлопанье крыльев, задрал голову. Раздались испуганные крики.

Я пролетел над толпой оборванцев, клацнул зубами, вызвав новый всплеск криков, и направился обратно к Цитадели. Ярость бурлила внутри, требуя выхода. Было сложно удержаться, чтобы не спалить мелких сошек дотла.

Я сделал круг над площадкой и опустился на нее, возвращая человеческий облик.

— Я же ясно просил воздержаться сегодня от полетов, — Кассиан кинул мне в руки одежду.

— Тем больше заняться нечем, как ждать меня тут? Я мог до вечера не вернуться.

— Как раз собирался вылетать за тобой.

— Мне нянька не нужна, тем более в лице брата.

— Старшего брата, — поправил Кассиан. — Сегодня первый день Отбора. Ты обязан присутствовать, вдруг почуешь свою наездницу.

В памяти вспыхнули рыжие волосы и яркие зеленые глаза, я мотнул головой, отгоняя образ горлопанки с рынка. Бросила в меня рыбой! Наглая, мелкая…

— Ты слышал, что я сказал?

— Ага.

Я натянул штаны и сапоги, а Кассиан все продолжал стоять над душой. Я не выдержал.

— Я уже говорил. Мне не нужна наездница!

— Тебе всего двадцать пять, а ты полностью поседел. Сколько еще будешь продолжать игнорировать очевидное? Ты все хуже себя контролируешь, срываешься по пустякам.

— Это моя жизнь!

Я распахнул дверь, чтобы уйти прочь, но брат схватил за плечо.

— Ты сойдешь с ума или навсегда останешься в обличии дракона. Наш род угаснет без наследников.

— Ну так займись наследниками сам. А меня оставь в покое! И что плохого в том, чтобы быть драконом? Мне хотя бы больше не придется выслушивать нравоучения.

Кассиан побледнел.

— Ты говоришь об этом всерьез. Это самоубийство. Ты забудешь себя, семью, друзей, станешь животным.

— Самоубийство? Это свобода.

— Подумай о матери! Каково ей будет лишиться сына. Хватит уже цепляться за прошлое и тонуть в жалости к себе. Это малодушие и эгоизм.

— Ты ничего не понимаешь!

— Понимаю. Но ты не виноват в смерти Лейны, — глухо проговорил Кассиан. — Будь она сейчас здесь, то сказала бы, что ты должен жить дальше. Ты заслуживаешь право на счастье.

— Вот только ее мнение теперь не имеет значения, потому что она мертва! — Отрезал я и вышел в коридор. На этот раз Кассиан не стал меня останавливать.

Я едва помнил, как добрался до своей комнаты. Злость застилала взор красной пеленой. Зря я вообще сегодня согласился выйти в город с Сильвеном.

Эта девка с рыбой. Надеюсь, она ничего не почувствовала и ей хватит мозгов не соваться в Цитадель. Я ни за что не свяжу себя с ней узами, а другой дракон ей не светит.

На кровати в комнате листала книгу Рейна.

— Что ты забыла здесь? — рявкнул я.

Она даже не вздрогнула. Закрыла книгу и потянулась. Острые соски натянули тонкую ткань кофточки.

— Сегодня первый день Отбора. Решила, что ты захочешь сбросить стресс, прежде чем идти к новичкам.

Рейна подползла к краю кровати и потянулась к завязкам на моих штанах.

— Нежным не буду, — предупредил я.

Она фыркнула и взяла член в руку.

— Как будто ты умеешь быть нежным.

Рейна губами обхватила головку, я запустил пальцы в ее волосы. Хороший трах и правда помогает отвлечься.

Глава 2. Лиора

Рыбный рынок в портовом квартале вонял потрохами и немытыми телами матросов. Это последнее место, где я хотела бы находиться, но иных вариантов не было.

Утренний улов (три серебристые морены и один краснохвост) лежал в плетеной корзине, тускло поблескивая чешуей. Отец говорил, что рыба пахнет деньгами, по мне так бедностью и безнадегой.

Отец всегда сохранял позитив, и я ужасно по нему скучала. С тех пор как полгода назад он заболел и перестал выходить из дома, его характер изменился. Он замкнулся в себе и почти перестал разговаривать.

— Свежая рыба! Прямо из сетей! — закричала я.

Голос сорвался на противный фальцет, но я упрямо продолжила. Карманы пустовали, а в сумке за пазухой оставалась лишь горсть медяков, но их едва хватит на хлеб. А сегодня еще нужно обязательно купить лекарство.

Меня вдруг толкнули в плечо, а корзину перевернули пинком. Вроде бы случайным, но…

— Хэй, — крикнула я в спину высокому блондину, — извиниться не хочешь?

Парень медленно обернулся и смерил меня презрительным взглядом. Его красивое лицо исказила гримаса отвращения. Форма академии драконьих всадников сидела на нем как влитая. Типичный заносчивый богач.

— Сама виновата, нечего стоять на дороге.

Он снова отвернулся, бросив своему рыжеволосому другу:

— Эти нищенки совсем страх потеряли.

Я подняла краснохвоста с мостовой и что есть силы запустила в голову блондина. Рыба с вязким шлепком ударила его прямо по затылку, зацепилась за ворот, соскользнула прямо по дорогой ткани летной куртки, оставив склизкий след, и шлепнулась на землю.

— Ах ты ж!

Он кинулся на меня, но друг схватил его за руку. Рыжий едва сдерживал смех.

— Успокойся, Джас. Сам виноват, нечего было девушку оскорблять. — Рыжий отсалютовал мне. — Миледи.

— Какая еще миледи, оборванка она обычная. Глаза разуй, Сильвен.

— Десять медных монет, — сказала я, сложив руки на груди. Сердце колотилось от злости.

— Твоя цена за ночь? Не интересует.

— Цена за рыбу, которую ты испортил.

Джас фыркнул.

— Было бы что портить. С грязью, глядишь, съедобнее будет.

— Слышь ты, индюк..

— Лиора! — Никс подскочила ко мне и приобняла за талию. — Не обращайте внимание на нее, встала не с той ноги. Давайте все мирно разойдемся.

— Держи, красавица, за беспокойство. — Сильвен протянул серебряную монету. Я подавила желание плюнуть ему в лицо, напомнив себе, что дома ждет больной отец, и выдавила:

— Спасибо.

Джас закатил глаза и отвернулся, быстрым шагом направившись прочь. Сильвен помахал мне и догнал друга.

Меня трясло от гнева, стыда, и чего-то еще, что вспыхнуло где-то за ребрами в тот самый миг, когда взгляд серых глаз Джаса впился в меня.

— Ты сошла с ума, Лиора! — Никс наклонилась, чтобы подобрать разбросанную рыбу. — Это же были наездники! Зачем напала на них?

— Он опрокинул мою корзину и не извинился, — тупо повторила я, глядя. — Какая разница — наездник или рыбак.

— А ты ему рыбой в спину зарядила! — Никс закатила глаза.

— И что?

— Его куртка, наверное, стоит больше, чем мы заработаем за месяц.

Никс мечтала стать наездницей. Бредила Академией, драконами, небом. Для нее они были полубогами в сияющих доспехах. Я же терпеть их не могла. Заносчивые ублюдки.

Да, они защищали страну от монстров, лезущих с Гиблых полей и Сизова моря, но это не давало им право смотреть на других свысока. Треть доходов каждого жителя страны уходила на эту чертову Академию. Пока всадники ходили в форме сшитой на заказ, остальные едва сводили концы с концами.

— Они жизнью рискуют ради нас. — Возразила Никс.

Я не стала спорить с подругой. Мы простояли еще несколько часов. Никс распродала весь свой товар, я же осталась с муреной. Придется снова варить из нее уху. Уже тошнило от рыбы на обед и ужин, но не выбрасывать же.

Хотела бы я быть такой, как Никс, веселая, звонкая. Она всегда улыбалась покупателям, шутила, многих знала по именам, спрашивала, как их дети, родители. Люди возвращались к ее лотку раз за разом. Иногда Никс помогала мне продать мой товар, но я чаще отказывалась. Не хотелось ни от кого зависеть.

Мой отец часто любил повторять, что гордость — главная причина моих бед и таким, как мы, нужно ее уметь усмирять. Но что у меня было кроме этой гордости… Никогда я не стану пресмыкаться перед такими как этот Джас!

Глава 3. Лиора

— Пройдешься со мной до аптекаря? — предложила я.

— Конечно.

Никс подхватила свою опустевшую корзину и взяла меня под руку. Мы шли по улочкам города, вдыхая свежий морской воздух. Чем дальше от пристани, тем приятнее становился запах. Потянуло свежей выпечкой со стороны булочной и наваристой мясной похлебкой от пивнушки. Живот предательски заурчал.

— Зайдем перекусить?

Я вежливо отказалась. Каждая монета была на счету. Сегодня удача мне улыбнулась. Денег, что всучил Сильвен, хватит на лекарство для отца на пару недель, но что дальше?

Никс вдруг резко остановилась.

— О, смотри! Снова набор открыли!

Она показала на объявление на стене таверны.

«Цитадель трех ветров объявляет призыв всадников.

Если тебе от 18 до 25, ты здоров телом и разумом, готов служить на благо Родины, мы ждем тебя. Испытания начнутся с восходом солнца в первый день мая у Северных врат города.

Кандидат, прошедшие испытания, будут зачислены на двухлетнее обучение в Академии с последующим трудоустройством на службу Короне. Гарантируется: пожизненное содержание и щедрое довольствие с первого дня обучения.

Ректор Академии К. де Монтель.

P.S. Аванс 5 золотых».

Именно эта приписка, а не высокие слова о долге и чести, заставила меня задержаться у объявления. Этой суммы хватило бы, чтобы купить отцу хорошее лекарство, а не дешевую микстуру.

— Я пойду! — Заявила Никс с сияющими глазами. Ей только неделю назад исполнилось восемнадцать, мне несколько месяцев назад. Мы обе подходили по всем условиям.

— А как же Лами? Что будет с вашей матерью, если и ты уйдешь?

Старшая сестра Никс Лами уехала в Академию три года назад. До академии эта была веселая, добрая девушка, одна из главных красоток города. С глазами цвета топленого шоколада и густыми светлыми волосами.

Она вернулась прошлой осенью, подстриженная под мальчишку, с потухшим взглядом, укачивая на руках пустое детское одеяльце. Никто не смог узнать, что с ней случилось.

Лами не смотрела людям в глаза, постоянно ссутулилась, отказывалась выходить из дома. Часто плакала и бормотала что-то об огненных пропастях и потерянных звеньях.

Поговаривали, что ее дракон погиб и это разбило ее сердце. Другие болтали, что она родила ребенка и его у нее отобрали. Правды она никому не рассказала, но ясно было, что ее разум и магия «выгорели», оставив лишь пустую, тлеющую скорлупу.

— То, что случилось с Лами ужасно, но это не значит, что то же самое произойдет и со мной. Мама поймет. Это мой шанс на лучшую жизнь. Что нас здесь ждет? Продолжим ловить и продавать рыбу, вечно замерзшие, мокрые, с потрескавшейся и обветренной кожей. А потом выйдем замуж и нарожаем детей от таких же рыбаков, как и мы. Хорошо, если поколачивать нас не будут. Связь с драконом… Это же величайшая магия! — глаза Никс загорелись привычным фанатичным блеском. — Говорят, наездники без пары живут нормально, но драконы страдают без связи. Вдруг мой дракон прямо сейчас ждет меня.

Никс подняла голову к небу. Ее вьющиеся волосы на солнце отливали золотом. Я дернула одну из прядок.

— Выбрось это из головы. Ты красавица и наверняка найдешь себе пару получше, чем какой-то пьянчуга-рыбак. А если твой муж вздумает тебя поколотить, то я собственноручно лишу его вялого стручка между ног, что он зовет достоинством.

Никс засмеялась, хотя я не шутила. За своих друзей я готова была пойти даже на преступление. Мы зашли в аптеку, а после распрощались. Нужно было возвращаться к домашним делам.

Когда я вернулась, отец спал, но его сон был тревожным, прерывистым. Я села на пол возле его кровати, прижалась лбом к грубому одеялу.

Лекарь сказал, что из-за ингредиентов цена на лекарство выросла. И моей серебряной монеты недостаточно. Нужно десять. Чтобы заработать эту сумму, мне придется несколько месяц удить и продавать рыбу. Кто знает, доживет ли отец…

Я вытащила из кармана смятую листовку, которую сунула мне Никс.

«Академия…. аванс золотом»

Я посмотрела на похудевшего бледного отца, на наши голые стены и пол, на свои красные обветренные руки. Потом встала, подошла к крошечному окну. Где-то там, высоко в горах стояла Академия. Место, где ходят такие, как Джас, где уничтожают таких светлых людей, как Лами.

Но там платят большие деньги. И зная Никс, она отправится туда…Я должна быть рядом, чтобы защитить ее и попробовать заработать денег для отца.

А если там встречу этого придурка… Что ж, наверное, пора учиться метать что-то посерьезнее рыбы.

Глава 4. Лиора

Густой, липкий туман висел над Северными вратами. Он забирался под одежду и оседал влажными каплями на лице. Мы с Никс плелись в длинной цепочке кандидатов.

Никс не переставая улыбалась и только что не подпрыгивала от возбуждения. Ее энтузиазм, обычно заразный, начал раздражать.

— Ты посмотри, сколько народу пришло. Вся молодежь города, похоже, хочет попытать счастья.

Я потерла руку о плащ. Порез неприятно зудел, хотя кровь, как и обещали, остановилась сразу. Всех кандидатов в наездники, прежде чем пустить на тропу, провели через странный ритуал. Нужно было порезать свою ладонь серебряным острым клинком и произнести клятву молчания. Ну хотя бы дали целебную пыль. Шрам, конечно, сойдет не сразу, но хоть заражения можно не бояться.

— Что за чушь давать клятву на крови? Какие секреты они хранят в своей крепости?

— Ци-та-де-ли, — пропела Никс и помахала ладошкой, на которой был такой же ровный длинный порез, как у меня. — Это, конечно, было не особо приятно, но зато сразу настраивает на нужный лад. Мы не играться идем, а обучаться военному делу!

Я устала закатывать глаза, поэтому только вздохнула и закуталась посильнее в поношенный тонкий плащ. Отца я поручила заботам одинокой соседке Фире. Отдала ей горсть медяков и три последних серебряных монеты, пообещав прислать еще в скором времени.

— Лиора, смотри! — Никс схватила меня за локоть и указала вперед.

Перед нами зияла пропасть. Снизу доносился непрерывный, низкий рев бурной реки. Над бездной тонкой, хлипкой на вид ниточкой болтался дощатый мост. Желудок сделал кульбит.

Это было не то, что я себе представляла под словом «мост». Никаких каменных арок, массивных опор. Это были обычные деревянные доски, уложенные на толстые, почерневшие от времени канаты. «Перила» из таких же веревок. Хлипкая конструкция качалась на ветру, жалобно скрипя.

— Великолепно! — Восхищенно прошептала Никс. — Это же настоящее испытание на храбрость!

— Это испытание на идиотизм, — проворчала я, но голос предательски дрогнул.

Инструктор, представившийся Олафом, высокий мужчина с суровым лицом, покрытым трехдневной темной щетиной, обернулся, поймав мой испуганный взгляд. Его губы растянулись в издевательской улыбке.

— Это только начало, детки. Если захотелось к мамочке под юбку, самое время назад повернуть. Кто первый?

Естественно, Никс шагнула вперед сразу же, за ней еще несколько смельчаков. Я прижалась к скале.

— Ты же не останешься тут? — Никс уже стояла у начала моста, оглядываясь на меня. — Лиора, давай!

Я сделала глубокий вдох, оттолкнулась от скалы и пошла к началу моста, стараясь не обращать внимания на дрожащие коленки. Вцепилась в мокрый канат и шагнула на первую доску.

Ветер свистел в ушах, раскачивая мост с такой силой, что едва удавалось удерживать равновесие. Каждый шаг был пыткой. Доски скрипели, прогибались, между ними зияли щели, сквозь которые виднелась белизна пены внизу. Рев воды оглушал. Казалось, весь мир сузился до куска гнилого дерева под ногами, до мокрой грубой веревки, впивающейся в ладони.

Я не смотрела вниз, только на спину Никс впереди. Она шла уверенно, почти грациозно, будто не замечая качки, будто это была не пропасть, а променад. Ее бесстрашие злило и согревало одновременно.

На середине мост затрясся особенно сильно. кто-то сзади поскользнулся и с криком схватился за перила, раскачав всю конструкцию. Я прижалась к канатам, закрыв глаза, чувствуя, как доска подо мной ходит ходуном.

— Не останавливаться! — Раздался чей-то громкий голос. — Вперед!

Я заставила себя сделать следующий шаг. Потом еще. Казалось, это длится вечность. Руки онемели от холода и напряжения, ноги стали ватными. И вот, наконец, твердая земля под ногами. Никс подхватила меня под руки:

— Ты смогла! — Она сияла, ее щеки порозовели от ветра и волнения.

Я только кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и разжала окоченевшие пальцы. На ладонях отпечатался узор веревки, а в душе поселился новый, леденящий ужас. Если Академия начинает с таких «испытаний», что же ждет нас дальше?

— Идем, — выдавила я.

Не успели мы сделать и нескольких шагов, как кто-то завопил:

— Дракон!

Но прежде чем услышать крик, я почувствовала, как меня словно кто-то дернул, заставив поднять голову. Огромный серебристо-белый дракон пронесся над нами, утробно рыча. Его глаза опасно блестели, а из ноздрей валил дым.

Драконы нередко пролетали над городом, направляясь в Гиблые поля, и патрулировали океан, но так близко я видела это существо впервые. Можно было разглядеть каждую блестящую чешуйку на его хвосте и острые черные когти, каждый размер с мою ладонь.

— Вот бы мне такого... — мечтательно протянула Никс.

Я промолчала, что-то подсказывало мне, что это не ее дракон…

Глава 5. Лиора

— Ничего себе! — воскликнула Никс.

То, что издалека казалось серыми безжизненными скалами, сейчас приняло облик гигантской цитадели. Должно быть дело в магии. Каким-то образом она мешала увидеть здание тем, кто не перешел мост.

Башни, похожие на гигантские клыки, впивались в низкое, свинцовое небо. Стены, сложенные из темно-серого, почти черного базальта, местами отливали холодным синеватым блеском. Они повторяли изгибы скал, вздымались ярусами, образовывали уступы и карнизы, создавая впечатление неприступного естественного барьера. На центральной площадке стояли темные фигуры. Должно быть, другие наездники и инструкторы.

Кто-то рядом нервно кашлянул, другой пробормотал молитву. Воздух пах сыростью и чужим потом. Казалось бы, ничего необычного, но что-то было не так…

Туман стал гуще, поглотил звуки и людей. В считанные минуты я осталась одна на дороге, ведущей к Цитадели. Я оглянулась в поисках Никс, но никого не увидела, только мост качался над пропастью.

— Твоя мать бросила меня, а теперь и ты меня оставила. Что ты за дочь такая? — прозвучал голос отца, он был непривычно грубым и злым.

Я крутила головой, пытаясь высмотреть хоть что-то в белом море тумана. Невозможно! Он никак не мог быть здесь, из-за болезни ему и пару метров было сложно пройти.

— Он умер из-за тебя! — крикнула слева Фира.

Неправда! Я же видела его несколько часов назад! Он не мог... Я побежала вперед, поскользнулась на мокрых камнях и едва удержала равновесие.

Кто-то завизжал и я дернулась в сторону. За нами ведь пропасть… В таком тумане легко упасть в нее.

— Лиора! Помоги мне! — Никс кричала в агонии.

— Никс?!

Я ринулась было вперед, но крик повторился с другой стороны, замерла, пытаясь понять куда двигаться.

— Лиора! — Ее голос звучал отчаянно и испуганно.

Над головой хлопали крылья, что-то ревело и рычало, вокруг кричали люди. В горле пересохло, а руки дрожали. Это все походило на ужасный ночной кошмар.

— Лиора!

Я должна спасти Никс. Должна спасти ее. Я опустилась на четвереньки и поползла вперед, отчаянно желая найти подругу.

Рядом люди вокруг стонали, рыдали и взвывали к богам. С другой стороны кто-то закричал и бросился бежать, его шаги быстро затихли в тумане. Никс рядом всхлипнула, и я схватила ее за руку. Пальцы были ледяными и дрожали так же сильно, как мои.

— Держись, — сказала я. — Держись за меня.

Туман медленно рассеялся, словно его втянули обратно в горные расщелины. Никс крепко меня обнимала, ее слезы капали на мое плечо.

— Ты не ранена? Я слышала твой крик.

— А я твой! — всхлипнула подруга. — И сестры, и матери. Идиотская иллюзия! Мы же могли сорваться в пропасть.

Я огляделась вокруг. Нас стало на треть меньше. Над головой кружил черный дракон с красными глазами. Пустой мост покачивался на ветру.

— Они что… все погибли? — спросила Никс дрожащим голосом.

— Скорее всего. Слишком высоко и река бурная. Даже если кто-то пережил падение, выплыть будет непросто.

— Это слишком жестоко. Мы ведь еще даже не начали обучение!

— Хочешь вернуться? — Я сжала плечи подруги и заглянула в ее глаза. — Ты ведь понимаешь, что дальше будет хуже. Если первые испытания такие… Кто знает, что еще они придумали. На кой золото мертвецам? Мы найдем другой способ заработать.

Никс покачала головой и утерла слезы. Ее взгляд поднялся к небу. Черный дракон заревел. Казалось, он вот-вот ринется вниз и схватит одного из нас своими огромными лапами, но он лишь взмахнул крыльями и поднялся выше.

— Идем.

Я вздохнула, но спорить не стала. Часть меня ликовала, что мы пережили это испытание, та же часть тянула меня вперед к крепости и желала снова увидеть серого дракона.

Глава 6. Джас

Мельор с шумом приземлился на парапет. Дайна спрыгнула на землю рядом с нами и громко выругалась.

— Тринадцать душ. Это слишком суровое испытание для юнцов.

— Тринадцать насильников, убийц и воров, — поправила Рейна, презрительно скривившись.

— В прошлый раз было всего пятеро, — Мельор принял человеческий облик и взъерошил отросшие черные пряди. — Такое ощущение, что с каждым годом туман все голоднее, суровее. Вы бы слышали их крики, когда они сорвались в пропасть.

Я не слышал, но зато видел, как выжившие корчились на земле и рыдали под влиянием галлюцинаций. Кроме одной рыжей, которая, как подзаборная пьяница, ползала на четвереньках, пока не нашла свою белобрысую подружку. Она вцепилась в нее с такой силой, что даже Мельор не смог бы их разделить.

Не то чтобы он это планировал. Черный дракон контролировал, чтобы новички в панике не поскидывали друг друга со скал. Благодаря силе Дайны он чувствовал страх, к тому же был самым быстрым драконом Цитадели.

Да и туман забирал только преступников. Тех, кто убивал, грабил и насиловал в прошлом или хранил желание сделать в будущем. Мельор же выбирал из толпы трусливых и возвращал их по ту сторону моста, где один из инструкторов провожал до города.

Магия стирала память всем, кто пересек Северные врата, не имея при себе знака наездницы или дракона.

Я, надеялся, что рыжая окажется трусихой. Глупо, учитывая, как решительно она набросилась на меня на рынке. Но впереди было еще два испытания.

— Джас, ты слышишь?

— Ну что? — Рявкнул я, краем глаза заметив, как Рейна вздрогнула. Тут же накатил стыд, а за ним новая волна ярости. Сама виновата, липнет, дергает, а потом вежливости ждет.

— Я спросила, чувствуешь ли ты кого-то в толпе?

— Нет. — Ее плечи чуть опустились, расслабившись. Дурная девчонка. Говорила, что между нами просто секс, а сама трясется, что я себе пару найду. Я положил руку на ее талию, и она улыбнулась.

Кассиан кинул на нас предупреждающий взгляд, я ему подмигнул и отвернулся. Нечего было связывать себя с Рейной. Они оба чувствовали лишь слабую тягу к другу другу. Их союз, заключенный семь лет назад, был простой договоренностью. Ничего не изменилось и сейчас. Рейна может спать с кем хочет, а Кассиан может засунуть свою ревность себе в задницу.

— Имир и Арвен почуяли своих всадниц, — Рейна постучала пальцами по парапету. — Я слышу сердцебиение трех новых драконов.

— Мало, — покачал головой Кассиан. — Надеюсь, ты ошибаешься, и их будет больше.

Мы все напряженно следили за процессией внизу. Из оставшихся семи десятков человек всего три дракона и две (три, считая торговку рыбой) наездницы, готовых к связи…

С каждым годом драконья кровь становится все жиже. Все реже рождаются оборотни и наездники, обладающие магией связи. Кассиан прав, мы вымираем и не только наш с ним род, все драконы.

Что будет с миром, когда мы исчезнем? Толпы чудовищ прорвутся через заставы и хлынут в города. Люди неспособны противостоять ни скальным костоломам, ни химерам, ни другим тварям.

Глава 7. Джас

Все потянулись в центральный зал. Я, Рейна и Сильвен встали в тени у дальней стены. Остальные расселись за длинным дубовым столом. Кассиан, как ректор, занял центральное кресло.