Дурацкая экономика. Великие идеи и большие провалы

Мы прошли уже часть пути — и, надеюсь, вы начинаете видеть, что экономика не такая уж запутанная наука, какой может показаться на первый взгляд. Но здесь возникает самое интересное. Практически каждая идея, с которой мы познакомились, имеет две стороны. У нее есть сильные стороны — и есть слабые. То, что в одной ситуации помогает экономике расти, в другой может привести к кризису. То, что для одной страны оказывается спасением, для другой способно стать настоящей катастрофой.

Монкретьен говорил: защищайте свое производство. Мен объяснял: главное — положительное сальдо внешней торговли. Кольбер пошел еще дальше и попытался превратить государство в огромную экономическую машину. Серра увидел силу промышленности и человеческих навыков. Дженовези поставил в центр человека, образование и доверие. Стюарт доказывал, что государство должно вмешиваться, когда рынок дает сбой. А Петти попытался вообще измерить экономику в цифрах и превратить ее в точную науку.

И вот здесь появляется главный вывод нашего путешествия: не существует одного экономического учения, которое можно было бы взять и использовать везде. Нет универсальной формулы. Нет гениального решения, которое разом исправит все проблемы. Нет волшебной кнопки, после нажатия которой экономика начинает работать идеально.

И, пожалуй, именно это делает экономику такой интересной, не правда ли? Экономика постоянно заставляет нас искать баланс между противоположностями: свободой и контролем, богатством и справедливостью, производством и потреблением, интересами отдельного человека и интересами всего общества. Поэтому многие и считают экономику непонятной. Кажется, что экономисты постоянно спорят друг с другом, противоречат сами себе и предлагают совершенно разные рецепты. Но на самом деле они часто просто смотрят на одну и ту же проблему с разных сторон.

Именно поэтому история экономической мысли — это не история одного великого открытия. Это история попыток. Удачных и провальных. Гениальных и наивных. Слишком ранних для своего времени и слишком смелых для своей эпохи. Мы уже увидели лишь начало этого огромного спора. Впереди — еще множество великих идей, неожиданных открытий, экономических революций и, конечно же, громких провалов.

Так что продолжаем. Самое интересное только начинается.

Резюме главы:

— Главная заслуга: нарисовал первую в мире схему круговорота доходов («Экономическую таблицу»), стал отцом макроэкономики и подарил миру девиз абсолютной свободы рынка — Laissez-faire.

— Экономика — это живой организм с замкнутым кровообращением, а не склад, где правитель может переставлять коробки по своему желанию.

— Формула Кенэ: земля создает богатство, сельское хозяйство кормит всех, деньги циркулируют как кровь. Не мешайте рынку регулировать себя самому, отмените пошлины и дайте товарам свободно двигаться.

— Главный урок: чтобы понять, как работает сложная система, перестаньте разглядывать отдельные детальки — посмотрите на весь организм целиком и проследите, куда текут его главные жизненные соки.

Глава 12. Анн Робер Жак Тюрго

Анн Робер Жак Тюрго (1727—1781) — человек, который доказал: быть самым умным экономистом страны совершенно недостаточно, если ты пытаешься провести реформы во Франции XVIII века. Сын парижского купеческого чиновника, Тюрго готовился к духовной карьере, но вовремя понял, что экономика интересует его гораздо больше теологии. Энциклопедист, друг Вольтера, успешный интендант провинции Лимузен и генеральный контролер финансов при Людовике XVI, который за два года работы успел отменить множество внутренних ограничений, попытался ликвидировать цеховые привилегии и написал один из важнейших трактатов ранней экономической науки — «Размышления о создании и распределении богатств».

Тюрго был учеником и последователем Кенэ, но обладал гораздо более практичным умом. Когда молодой Людовик XVI сделал его генеральным контролером финансов, Франция находилась в тяжелом финансовом положении. Тюрго пришел к королю с жесткой программой: никаких новых налогов, никаких новых займов, никаких попыток залатать старые дыры новыми долгами — только экономия, реформы и больше свободы рынку. Именно здесь началась его настоящая битва.

В чем же именно его главный вклад в экономику? Тюрго стал важнейшим связующим звеном между французскими физиократами и будущей классической политической экономией Адама Смита.

1. Сформулировал закон убывающей отдачи

Кенэ видел в сельском хозяйстве главный источник чистого продукта. Тюрго пошел дальше и задал более неприятный вопрос: а что произойдет, если мы будем бесконечно увеличивать вложения в одну и ту же землю? Сначала результат действительно растет. Вы добавили удобрения — урожай увеличился. Добавили рабочих — собрали еще больше. Вложили еще денег — получили новый прирост. Но затем наступает момент, когда каждая следующая вложенная единица ресурсов дает всё меньший результат.

Еще немного труда, а урожай почти не вырос. Еще немного денег, а отдача стала совсем небольшой. Так Тюрго сформулировал один из важнейших принципов экономики: ресурсы не могут бесконечно приносить одинаковую отдачу при неизменных условиях. Позже эта идея станет фундаментом теорий производства, ренты и распределения.

2. Создал раннюю теорию капитала и процента

Здесь Тюрго сделал огромный шаг вперед. Он рассматривал капитал как накопленные ресурсы, которые можно не проесть сегодня, а вложить в производство ради будущего дохода. Представьте крестьянина, который собрал урожай. Он может съесть всё зерно сейчас. А может часть оставить в качестве семян, купить инструменты, улучшить хозяйство и получить больше урожая в следующем году. Вот это и есть экономический смысл сбережения и капитала: отказ от сегодняшнего потребления ради будущего результата.

Тюрго также объяснял процент не как какую-то сомнительную плату за деньги, а как естественное вознаграждение за использование капитала и отказ от немедленного потребления. Человек, отдающий свои накопления другому, принимает на себя риск и отказывается от возможности использовать эти средства самому. Поэтому процент становится экономической ценой такого выбора.

3. Попытался освободить экономику от

цеховых привилегий и внутренних барьеров

Тюрго был одним из главных практиков идеи laissez-faire. Он считал, что государство не должно искусственно ограничивать человеку возможность заниматься профессией. Цеховые системы защищали интересы уже существующих мастеров, но одновременно закрывали рынок для новых участников. Тюрго попытался разрушить эту систему. Он также выступал за свободу торговли зерном и отмену внутренних барьеров, мешавших перемещению товаров между регионами Франции. Логика была простой: если человеку разрешено свободно производить, продавать и конкурировать, он будет искать более эффективные способы работы. А конкуренция заставит производителей либо снижать цены, либо повышать качество, либо и то и другое.

4. Сделал важный шаг к субъективной теории ценности

Тюрго интересно рассматривал происхождение ценности. Он понимал, что ценность вещи нельзя определить только количеством труда, которое в нее вложено. Один и тот же предмет может быть невероятно ценным для одного человека и практически бесполезным для другого. Цена возникает во время обмена, когда покупатель и продавец сравнивают то, от чего они готовы отказаться, с тем, что хотят получить взамен. Именно поэтому рыночная ценность не является чем-то навсегда застывшим внутри товара. Она зависит от потребностей, редкости, обстоятельств и субъективной оценки участников обмена. Для XVIII века это был очень серьезный шаг вперед.

Чему нас учит теория Тюрго?

Свобода конкуренции — двигатель прогресса. Если рынок закрыт цехами, монополиями и привилегиями, защищенные производители получают возможность не развиваться. Зачем улучшать товар, если конкурентов просто не пускают?

Капитал — это отложенное потребление. Невозможно постоянно проедать всё произведенное и одновременно ожидать роста производства. Для строительства фабрики, покупки оборудования или улучшения фермы сначала необходимо накопить ресурсы.

Налоговая система должна быть понятной и справедливой. Тюрго выступал против системы, в которой привилегированные сословия защищены от значительной части налоговой нагрузки, а основное бремя ложится на тех, кто имеет меньше политического влияния.

История самого Тюрго прекрасно показывает, почему даже правильная экономическая идея может провалиться, если проводить ее слишком резко и без учета политической реальности.

Шок от резких реформ — «Мучная война». Когда Тюрго пытался освободить торговлю зерном от государственного контроля, совпадение реформ с неурожаем и ростом цен привело к массовым волнениям, известным как «Мучная война». Для экономической теории долгосрочная свобода торговли могла выглядеть разумно. Но человеку, который сегодня не может купить хлеб, совершенно безразлично, что рынок когда-нибудь восстановит равновесие. Это важный урок: долгосрочно эффективная политика может оказаться политически и социально разрушительной в краткосрочном периоде.

Против реформ объединяются все, кому они мешают. Тюрго одновременно наступил на интересы слишком большого количества групп. Цехи потеряли привилегии. Часть аристократии не хотела терять налоговые преимущества. Придворные не желали ограничений расходов. Некоторые торговые группы опасались свободной конкуренции. В результате реформатор оказался практически без политической поддержки. И очень быстро выяснилось, что экономическая логика сама по себе не создает политической силы.

Реформы можно отменить — но проблемы останутся. Тюрго ушел с должности после менее чем двух лет работы. Многие его реформы были свернуты или не получили продолжения. Но проблемы, которые он пытался решить, никуда не исчезли. Французская финансовая система продолжала испытывать огромные трудности, государственный долг рос, а социальные и политические противоречия становились всё острее. Через несколько лет Франция вступит в революционный кризис.

И здесь история Тюрго оставляет особенно горький вывод: иногда реформа может провалиться не потому, что она была неправильной, а потому, что общество оказалось не готово принять ее цену. Тюрго хотел спасти систему, изменив ее изнутри. История решила проверить, что произойдет, если этого не сделать. И ответ оказался весьма кровавым.

Резюме главы:

— Сформулировал закон убывающей доходности, создал теорию капитала и впервые на практике попытался демонтировать феодальную экономику через шоковую терапию.

— Без свободной конкуренции, равных налогов и свободной торговли экономика неизбежно скатывается в кризис, который закончится либо реформами, либо революцией.

— Формула Тюрго: дай людям право работать без лицензий, заставь богатых платить налоги, не мешай ценам на хлеб расти и падать естественно — и экономика сама себя вылечит.

— Главный урок: можно быть абсолютно правым с точки зрения экономической науки, но если ты проводишь реформы без учета психологии людей и политической обстановки, тебя просто снесут — а вместе с тобой и всю страну.

Глава 13. Виктор Рикети Мирабо

Виктор Рикети, маркиз де Мирабо (1715—1789) — человек, без которого макроэкономика могла бы еще долго оставаться пыльной схемой на антресолях доктора Кенэ. Богатый аристократ, бывший офицер и невероятно плодовитый публицист, Мирабо отчаянно искал способ прославиться. И нашел его там, где большинство дворян даже не думало искать — в экономике.

Мирабо был человеком потрясающих противоречий. Он писал многотомные трактаты о благополучии человечества и получил прозвище «Друг людей». При этом его собственная семейная жизнь была настолько скандальной, что он конфликтовал с женой и детьми, а его отношения с сыном — будущим знаменитым оратором Французской революции — были крайне тяжелыми. Но когда дело касалось экономики, сельского хозяйства и налоговой реформы, его энергия была практически неисчерпаемой.