Академия Темных Звезд

— Медальон останется у меня. Пока.

— Это не сделка. Это грабёж.

— Это предложение, — сказал Кассиан. — Вы можете отказаться. Но тогда я буду вынужден сообщить совету академии, что в наших стенах скрывается изгнанница. Вы знаете, что это значит.

Элара знала. Арест. Суд. Возможно, тюрьма. Или хуже. Дом Астерион лишён прав. Она не имеет права находиться на территории академии. Если её раскроют, она потеряет всё. Снова.

— Почему вы не сделали этого вчера? — спросила она.

— Потому что мне нужна ваша помощь.

— В чём?

Он вернулся за стол и достал из ящика папку. Толстую, с пожелтевшими страницами и печатями, которые Элара не узнала.

— Я изучаю природу звёздной магии, — сказал он. — Не для того, чтобы использовать её. Для того, чтобы понять. В архиве академии есть тексты, которые я не могу прочесть. Они написаны на древнем языке дома Астерион. Вы — последняя, кто может их перевести.

Элара взяла папку. Открыла. Страницы были исписаны тонким, изящным почерком. Знакомым почерком. Её матери.

— Откуда это у вас? — спросила она. Голос сорвался. Впервые за всё время.

— Из архива, — ответил Кассиан. — Ваша мать вела записи. О реликвии. О ритуалах. О том, что случилось с вашим родом.

— И вы хотите, чтобы я перевела их для вас?

— Я хочу, чтобы вы перевели их для себя, — сказал он. — Потому что там есть ответы, которые вы ищете. И ответы, которые ищу я.

Элара смотрела на страницы. Мамины буквы. Мамины мысли. Мамины тайны. Она не видела их пять лет. Она думала, они потеряны навсегда.

— Зачем вам это? — спросила она. — Зачем вам правда о моём роде?

Кассиан помолчал. Потом сказал:

— Потому что я тоже потерял семью. И я тоже хочу знать почему.

Элара подняла на него глаза. В его лице что-то дрогнуло. Что-то настоящее. На один удар сердца. Потом снова исчезло.

— Я согласна, — сказала она.

Она не доверяла ему. Она не верила ни одному его слову. Но она хотела эти страницы. Она хотела правду. И если для этого нужно было играть в его игру — что ж. Она умела играть.

— Хорошо, — сказал Кассиан. — Приходите завтра после закрытия библиотеки. Я дам вам первую часть.

Элара встала. Она забрала папку и пошла к двери. У выхода обернулась.

— Одно условие, — сказала она.

— Слушаю.

— Не лгите мне. Я не выношу лжи.

Кассиан смотрел на неё. Долго. Потом сказал:

— Я не могу обещать этого.

— Тогда мы оба знаем, чего стоим.

Она вышла и закрыла за собой дверь. За дверью, в тёмном коридоре, она прислонилась к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось. Руки дрожали. В папке лежали страницы её матери. В его глазах было что-то, чего она не хотела видеть.

Она не знала, что хуже. То, что он использовал её пять лет назад. Или то, что он делает это сейчас.

Но у неё были страницы. И это было начало.

Глава 6. Танец масок

Первая страница была написана её матерью за год до смерти.

Элара узнала почерк сразу, ещё до того, как коснулась бумаги. Наклонные буквы с лёгким нажимом. Чернила с примесью серебра — чтобы текст не выцветал, чтобы слова пережили своего автора. Мать всегда говорила: «Наши слова должны пережить нас». Она оказалась права. Её слова пережили её. Пережили отца. Пережили дом Астерион. Пережили пять лет изгнания. И теперь лежали на столе в комнате Элары, при свете одной свечи, среди ночи, среди тишины, которая была такой густой, что казалась осязаемой.

Элара читала медленно. Каждое слово давалось тяжело. Не потому, что язык был сложным — древний диалект дома Астерион она знала с детства, с тех пор как мать начала учить её тайным письменам рода. Потому что голос матери звучал в её голове. Живой. Тёплый. Такой, каким Элара помнила его до болезни. До того, как лихорадка забрала её за три недели. До того, как отец перестал улыбаться. До того, как дом наполнился тишиной, которая никогда больше не покидала его стен.

«Реликвия — не источник силы, а её хранилище. Звёздный Медальон не даёт магию. Он помнит её. Каждый носитель крови Астерион оставляет в нём частицу себя. Наши предки. Наши родители. Мы. Медальон — это не вещь. Это память рода. Это наша история. Это мы».

Элара провела пальцем по строчке. Память рода. Вот почему без медальона её магия угасла. Не исчезла — угасла. Она всё ещё чувствовала звёздный свет внутри, но дотянуться до него было всё равно что пытаться схватить луч солнца сквозь пальцы. Медальон хранил её силу. Все её жизни. Все её воплощения. Всё, что она была. А теперь он хранил силу Кассиана Вейла. Или пытался.

«Ритуал подчинения, — писала мать дальше, — работает только при добровольной передаче. Но даже тогда чужая кровь не может удержать реликвию навсегда. Медальон признаёт только Астерионов. Всё остальное — временно. Рано или поздно он вернётся к законному владельцу. Вопрос лишь в том, сколько носителей умрёт, прежде чем это произойдёт».

Элара закрыла папку. Свеча почти догорела. Воск стекал по подсвечнику, застывая янтарными каплями. За окном стояла глубокая ночь, и в тишине было слышно, как где-то далеко, в главном корпусе, часы отбивают полночь. Двенадцать ударов. Медленных. Торжественных. Каждый — как удар сердца. Каждый — как напоминание о том, что время не стоит на месте. Что оно движется. Что оно не ждёт.

Значит, медальон вернётся. Рано или поздно. Но она не собиралась ждать. Она собиралась ускорить процесс. Она собиралась вернуть то, что принадлежит ей. Она собиралась закончить то, что начала пять лет назад. Когда стояла перед советом. Когда слышала приговор. Когда клялась, что вернётся.

Она легла спать. Но сон не шёл. Мысли крутились. Слова матери. Слова Кассиана. Слова, которые она сказала сама. «Я вернулась за своим». Она произнесла это в зале. Перед ним. Перед всеми. Она раскрылась. Слишком рано. Слишком глупо. Но, может быть, это было правильно. Может быть, пришло время перестать прятаться. Может быть, пришло время бороться.

Утром она пришла в библиотеку как обычно.

Разобрала книги. Помогла студентам. Улыбнулась Альдрик. Спокойно. Ровно. Незаметно. Внутри всё кипело, но снаружи она была мисс Лоу. Тихая помощница. Никто не смотрел на неё дважды. Никто не задавал вопросов. Никто не знал. Кроме Миры. Кроме Альдрик. Кроме Кассиана. Но они молчали. Пока молчали.

День тянулся медленно. Каждый час казался вечностью. Элара считала минуты. Ждала вечера. Ждала, когда библиотека закроется. Ждала, когда сможет уйти. Ждала, когда сможет подняться в северную башню. К нему. К записям матери. К правде.

После закрытия она поднялась в северную башню.

Лестница была длинной. Сто двадцать четыре ступени. Она считала их. Каждую. Чтобы успокоиться. Чтобы собраться. Чтобы не думать о том, что будет дальше. Каменные ступени были холодными. Свет магических ламп тусклым. Воздух — тяжёлым. Пахло пылью и воском и чем-то ещё. Чем-то, что она не могла назвать. Может, магией. Может, тьмой. Может, им.

Кассиан ждал её. Он сидел за столом, разложив перед собой карты и схемы. На этот раз на нём не было камзола — только белая рубашка с закатанными рукавами и тёмный жилет. Медальон висел на груди, поверх ткани. Сапфировая звезда мерцала в свете свечей. Тускло. Слабо. Почти умирая. Элара заставила себя не смотреть на него. Не думать о нём. Не чувствовать.

— Садитесь, — сказал он. — Вторая часть в ящике. Возьмите.

Она взяла. Страницы были такими же — пожелтевшими, исписанными её матерью. Элара пролистала их. Записи о ритуалах. Схемы звёздных узоров. Списки имён. Она нахмурилась. Что-то было не так. Что-то не совпадало. Она чувствовала это. Каждой клеткой. Каждым нервом.

— Здесь имена, — сказала она. — Люди, которые пытались забрать медальон до вас.

— Я знаю, — ответил Кассиан. — Двадцать три человека за последние сто лет. Все неудачно.

— Не все. — Элара показала ему страницу. — Вот этот. Лорд Эдвард Хартли. Он не умер. Он отдал медальон добровольно и выжил.

Кассиан поднял голову. Впервые за всё время в его глазах вспыхнул интерес. Настоящий. Живой. Опасный.

— Хартли, — повторил он. — Я не слышал этого имени.

— И не услышите. Он был изгнан из академии. Как и я. Только его изгнали за то, что он отказался от реликвии. Совет счёл это предательством.

— Где он сейчас?

— Умер. Сорок лет назад. — Элара провела пальцем по строчке. — Но у него осталась дочь. Она живёт в деревне на границе с соседним королевством. Если кто-то и знает, как отдать медальон без потерь, то это она.

Кассиан откинулся на спинку кресла. Он смотрел на неё так, будто впервые видел по-настоящему. Будто она была загадкой, которую он не мог разгадать. Будто она была чудом. Или угрозой. Или тем и другим одновременно.

— Вы быстро работаете, — сказал он.

— Я работаю хорошо. Это разные вещи.

— Вы всегда были такой?

— Какой?

— Дерзкой.

— Я всегда была такой. Просто раньше вы этого не замечали.

Он усмехнулся. Холодно. Но в этот раз в усмешке было что-то ещё. Что-то, что Элара не хотела называть. Что-то, что заставило её сердце биться быстрее.

— Что вы знаете о моём проекте? — спросил он.

— Только то, что вы мне сказали. Изучение звёздной магии.

— Это не всё.

— Я догадалась.

Кассиан встал и подошёл к карте на стене. Королевство, утыканное булавками. Красные — академия. Синие — границы. Чёрные — места, которых Элара не узнала. Места, которые он отметил. Места, которые имели значение. Только для него.

— Я изучаю не просто звёздную магию, — сказал он. — Я изучаю, как её можно стереть.

Элара замерла.

— Стереть?

— Уничтожить. Навсегда. — Он обернулся. — Кто-то в этом королевстве хочет создать оружие, которое лишает магов их силы. Звёздная магия — ключ. Ваш род был первым. Но не последним.

— Вы хотите остановить это?

— Я хочу понять это. Чтобы уничтожить.

— Почему?

Кассиан помолчал. Долго. Слишком долго. Элара видела, как что-то дрогнуло в его лице. Что-то, что он прятал. Что-то, что он не хотел показывать.

— Потому что это оружие уже убили мою семью. Пять лет назад. За месяц до того, как я забрал ваш медальон.

Элара смотрела на него. Внутри всё сжалось. Она не хотела ему верить. Не могла ему верить. Но в его голосе не было лжи. По крайней мере, в этот раз.

— Ваша семья? — переспросила она.

— Отец. Мать. Сестра. — Он произнёс это ровно. Без эмоций. Слишком ровно. — Я вернулся домой и нашёл только пепел. Ни следов магии. Ни следов борьбы. Они просто… перестали существовать.

— И вы думаете, что медальон как-то связан с этим?

— Я знаю, что связан. — Он снова сел за стол. — Тот, кто убил мою семью, охотится за реликвиями древних родов. Ваш медальон — одна из них. Я забрал его, чтобы он не попал в чужие руки.

— И вы решили уничтожить мою репутацию заодно?

Кассиан поднял на неё глаза. В них не было ни сожаления, ни извинений. Только холодная, ровная правда.

— Да, — сказал он. — Мне нужно было, чтобы вы уехали. Чтобы вы были в безопасности. Я не мог вам сказать. Если бы вы знали, вы бы остались. И умерли.

— Вы не знали этого наверняка.

— Я знал достаточно.

Элара встала. Она не хотела сидеть. Не хотела быть рядом с ним. Не хотела слышать его объяснения. Они ничего не меняли. Ничего.

— Вы разрушили мою жизнь, — сказала она.

— Да.

— Вы забрали моё наследство.

— Да.

— Вы опозорили мою семью.

— Да.

— И вы думаете, что одна правда всё исправит?

Кассиан молчал. Долго. Потом сказал:

— Нет. Я ничего не думаю. Я просто делаю то, что должен.

— Что вы должны?

— Остановить убийцу. Пока он не добрался до других реликвий.

Элара смотрела на него. Она хотела ненавидеть его. Она ненавидела его. Но под ненавистью было что-то ещё. Что-то, что она не могла позволить себе чувствовать. Не сейчас. Может, никогда.

— Кто он? — спросила она. — Тот, кто убил вашу семью?

Кассиан покачал головой.

— Я не знаю. Я знаю только, что он близко. Он в академии. Он следит за нами обоими.

— Магистр Корвус?

Он не ответил. Но она увидела ответ в его глазах. Тёмных. Глубоких. Полных боли. Полных ненависти. Полных чего-то ещё. Чего-то, что она не хотела видеть.

— Мне нужно идти, — сказала Элара.

Она собрала страницы и пошла к двери. У выхода Кассиан окликнул её.

— Леди Астерион.

— Мисс Лоу, — поправила она, не оборачиваясь.

— Элара.

Она замерла. Он назвал её по имени. Впервые за пять лет. Её настоящее имя. Оно прозвучало в его устах так, будто он пробовал его на вкус. Слишком знакомо. Слишком больно.

— Что? — спросила она.

— Будьте осторожны. Я не смогу защитить вас всё время.

— Я не просила меня защищать.

— Я знаю. Но я всё равно буду.

Она не обернулась. Не ответила. Просто вышла и закрыла за собой дверь.

В коридоре она прислонилась к стене и прижала папку к груди. Страницы матери. Имена мёртвых. Тайна, которая оказалась глубже, чем она думала. Она не доверяла Кассиану. Она не простила его. Но теперь у неё была цель. Не только вернуть медальон. Не только восстановить род. Найти убийцу. Того, кто уничтожил две семьи. Того, кто прячется в стенах академии.

Завтра она начнёт искать.

Она спустилась по лестнице. Сто двадцать четыре ступени. Она считала их. Каждую. Чтобы успокоиться. Чтобы собраться. Чтобы не думать о том, что будет дальше. Каменные ступени были холодными. Свет магических ламп тусклым. Воздух — тяжёлым. Пахло пылью и воском и чем-то ещё. Чем-то, что она не могла назвать. Может, магией. Может, тьмой. Может, им.