Теневая экономика в постсоветской стране

Поэтому акционеры доверчиво голосовали и большинство в руководящих структурах захватывалось представителями теневых структур. Этому способствовало и положение о проведении годовых собраний акционеров. Согласно Закону об акционерных обществах в анализируемый период объявления о дате проведения годового собрания Акционеров фонда и другая информация публиковалась в прессе, которую рядовые акционеры, как правило, не читали. Поэтому на собрания являлось два десятка акционеров, которые случайно узнавали об этом.

Повторные же собрания проводились, вне зависимости от явки, от того, имеется ли кворум или нет. Для проведения угодных им решений фирмы-менеджеры обеспечивали явку тех акционеров или их представителей, которые полностью поддерживали тех деятелей данной теневой структуры, которые хотели захватить власть в этом фонде. Поэтому даже если среди акционеров попадались несколько настырных человек которые пытались добиться справедливости, то машина голосования которую обеспечивали эти менеджерские структуры, не позволяли им добиться какого то решения в пользу основной массы акционеров, а принимались те решения, которые выгодны организаторам данного собрания.

В этой связи использовался также метод посылки на собрания так называемых представителей акционеров. В их роли выступали работники этих же менеджерных структур или другие подставные лица, которые ездили по селам и через местные примэрии оформляли доверенности от имени акционеров для представления их интересов на собраниях.

После захвата власти в фонде начинался сам процесс теневой приватизации. Он осуществлялся несколькими способами.

Первый — это захват большинства в руководящих органах предприятий, подведомственных данному фонду. Для этого в совете акционерных обществ, которыми, как правило, являются эти предприятия, вводились свои люди. Затем они же становились руководителями всех руководящих структур и проводили политику, угодную своим хозяевам.

Второй способ — это не только фактический, но и формальный захват собственности этих фондов. Для этого с помощью своих представителей в Советах фондов под благовидным предлогом улучшения структуры активов фондов, проводились махинации по переводу акций более благополучных и прибыльных предприятий данного фонда в активе подведомственных им фондов. Данному же фонду передавались акции «лежачих», мертвых предприятий, не имеющих никакой перспективы.

В этих целях менеджерскими компаниями фальсифицировались экономические обоснования таких сделок, они представлялись в документах выгодными для рядовых акционеров. При обмене акций предприятий — стоимость пакетов акций высокорентабельных предприятий, принадлежащих фонду, собственность которых они хотят захватить искусственно занижалась, а стоимость пакетов акций своих предприятий, которые хотят всучить и являющихся низкорентабельными или вообще близкими к банкротству, завышались нередко в десятки раз.

Таким образом, формально закон соблюдался, а на деле происходила концентрация собственности в руках теневых структур.

После завершения боновой приватизации оставшаяся в распоряжении государства собственность, должна была приватизироваться за денежные средства. Причем, как уже отмечалось, в собственности государства оставались как целые предприятия, так и пакеты акций приватизированных за боны народного достояния предприятий которые не были проданы и остались в собственности государства. Это были пакеты от 2 до 70% акций, которыми согласно Закону, распоряжалось сначала Министерство приватизации и управления государственным имуществом, а затем, после его реорганизации. Департамент приватизации и управления государственным имуществом.

Весь механизм теневой приватизации состоял в том, что стоимость пакетов акций принадлежащих государству, чиновниками указанной структуры искусственно занижалась, и они продавались различным, частным претендентам намного ниже той стоимости, которой они фактически обладали. Формально, в целях недопущения нарушений при приватизации объектов, особенно крупных, составлялась, так называемая концепция приватизации предприятий той или иной отрасли, принимался Закон об индивидуальном проекте приватизации тех или иных предприятий и на основе специальных методик оценивалась их реальная, стоимость, создавалась специализированная конкурсная комиссия, а также комиссия по надзору за процессом приватизации, состав этих комиссий утверждался правительством и только после этого объявлялся открытый конкурс, в котором должны участвовать несколько претендентов и только после этого принималось конкретное решение по тому или иному объекту. Однако, как показывает анализ это все формально, а фактически делалось все для того чтобы пакеты акций продавались на много ниже их реальной стоимости. Взять, к примеру, нашумевшую историю с приватизацией распределительных электросетей (РЭС) электроэнергетического комплекса страны. Она была проведена на основании договора подписанного со стороны государства заместителем генерального директора Департамента приватизации и управления государственным имуществом.16)

Всего, согласно этого проекта, были приватизированы три РЭС, Кишиневские, Центральные и Южные, за 21, 1 млн. долл. США, а также электросети напряжением в 35 кВт за 3, 7 млн. дол. США и прилегающие к ним земельные участки за 0, 5 млн. долл. США. Была создана соответствующая комиссия из членов Правительства, которую возглавлял бывший Премьер- министр. Комиссия должна была контролировать приватизационный процесс, а непосредственно самим процессом занимался Департамент приватизации. Комиссия, однако, фактического участия в этом процессе не принимала.

В нарушение требований Закона об индивидуальном проекте приватизации предприятий, электроэнергетической системы эта комиссия своим решением приняла предложение А.О. «Union-Fenosa» и А.О. «Луганскоблэнерго» не проверив соответствие квалификационным условиям потенциального инвестора А.О. «Луганскоблэнерго». А.О. «Луганскоблэнерго» принимало лишь формальное участие в конкурсе, поскольку его возможности участия в конкурсе не были оценены. Поэтому, на самом деле в конкурсе по приватизации акций указанных предприятий участвовал лишь один инвестор А.О. «Union-Fenosa», что является грубым нарушением требований Закона об индивидуальном проекте приватизации предприятий электроэнергетического сектора. А.О. «Union-Fenosa», было признано победителем этого конкурса. Причем, несмотря на то, что первоначальное предложение А.О. «Union-Fenosa» только по акциям государства в РЭСах составляло 25, 3 млн. дол. США.17)

Счетная палата страны проверила указанные факты и сделала вывод что неэффективность приватизации предприятий электроэнергетического сектора вызвана безответственностью руководящих работников Департамента приватизации и управления государственным имуществом, которые грубо нарушили Законодательство и действующие нормативные акты, плохо подготовили данное предприятие к приватизации. Конечно, формально можно говорить просто об упущениях руководящих работников департамента, однако дальнейший анализ показывает, что вряд ли здесь просто ошибка и руководящие работники Департамента настолько безграмотны, что ошибаются и нарушают требования Закона о порядке приватизации на 1997—1998 годы, просто так, без всякой корысти.

Анализ показывает, что при продаже высоковольтных сетей 35 кВт, не был соблюден закон, который предусматривает, что имущество предприятия из сферы инфраструктуры национального значения отчуждается на основании индивидуального проекта приватизации, который должен быть утвержден Парламентом. Этот же закон, а также Закон об электроэнергии не предусматривают приватизации ГП «Moldtranselection», на балансе которого находились высоковольтные линии (35 КВ).

Соответственно и оценка им не была проведена. Мало того, одновременно с продажей электросетей, А.О. «Union-Fenosa» были проданы 43 га земельных участков, что вообще противоречит Закону об индивидуальном проекте приватизации предприятий энергетического сектора.

Одновременно, был нарушен Закон о нормативной цене на землю и о порядке купли-продажи земли, согласно которому право на продажу земель из государственной собственности имеют местные органы публичного управления, а тарифы для определения нормативной цены на землю устанавливаются на основании кадастровых количественных и качественных показателей земли. Таким образом, было нарушено, несколько Законов и, естественно, государству был нанесен большой ущерб.

Поверить, что все это делалось безвозмездно, бескорыстно, без всякой выгоды для ответственных лиц, которые являлись представителями государства при продаже этих объектов, невозможно.18) Чиновник, являвшийся ответственным за проведение этой сделки, был отстранен от должности, а прокуратурой было возбуждено уголовное дело. Однако, в конечном счете, все должностные лица, нанесшие огромный ущерб государству, ушли от ответственности, дело было прекращено, а А.О. «Union-Fenosa» оказалось собственником государственного имущества в больших объемах.

Одним из путей незаконной приватизации государственного имущества, являлся метод использования кредита на сомнительных условиях. Примером может служить, незаконная приватизация государственного имущества А. О. «Автобусный парк №1» муниципия столицы. До августа 1999 это предприятие практически управлялось от лица государства Министерством транспорта и связи. Оно владело контрольным пакетом акций в размере 67,4%. Перед тем как выставить на приватизацию пакет акций, принадлежащих государству, руководство этого парка воспользовалось отсутствием контроля со стороны ответственных лиц министерства в том числе и Департамента по приватизации и управления государственным имуществом, получило ряд кредитов.

Причем эти кредиты были получены под проценты которые в 5 раз превышали уровень процентов за банковские кредиты сложившийся на кредитном рынке страны. Передача же в залог имущества предприятий под эти кредиты, привело к тому, что предприятие не смогло выполнить свои обязательства перед банком. В результате чего, от реализации, в пользу банка залогового имущества и других основных фондов, оно лишилось, 80% государственного имущества которое находилось в управлении администрации предприятия.

Однако и оставшиеся 20% имущества, в результате махинаций было грабительски изъято из собственности государства. Согласно решению конкурсной комиссии пакет акций государства был реализован: молдо- мальтийскому совместному предприятию «Вimacom» за 13 млн. леев, с условием того что, это предприятие инвестирует 150 млн. лей в течение 5, лет в развитие автобусного парка. Однако, вместо этого оно, на протяжении только одного года разграбило имущество автопарка, списав 28. автобусов по заниженной во много раз остаточной стоимости в 800 тыс. лей. Причем списание было осуществлено без наличия актов утверждающих разборку этих машин, без оприходования материальных ценностей которые были осуществлены в результате разборки. Затем оно отказалось скупать акции этого автобусного парка.

Таким образом, если первоначально продажа пакета акций государством должна была осуществиться за 13 млн., то уже на втором этапе конкурса, так как первый не состоялся, она была осуществлена только за 445 тыс. лей. То есть, фактически предприятие сначала было доведено до банкротства, объем его имущества был искусственно уменьшен, и после этого предприятие за бесценок было продано уже другому инвестору. Все ответственные лица, которые нажились на этой, теневой операции оказались безнаказанными, а государству были нанесены громадные убытки. 19)

Одним из видов незаконной теневой приватизации, являлась передача собственности, находящейся в распоряжении государства, в качестве доли государства в уставный капитал совместных предприятий.

Таким путем собственность государства переходила в распоряжение иностранцев. Взять, к примеру совместное предприятие «Vitanta-Intravest». Государственная доля в собственности этого предприятия была внесена в качестве доли, передана зарубежному учредителю, фирме из княжества Лихтенштейн. Согласно Государственной Программы по приватизации на 1995—1996 год было предусмотрено что будет продано 60% акций Кишиневского пивзавода «Vitanta», которые принадлежат государству, единым пакетом за денежные средства. Постановление Правительства Страны (которое, кстати, не было опубликовано в «Мониторул Офичиал» и тем самым оно не имело юридической силы) исключило имущество пивзавода из программы приватизации и внесло его в уставный капитал совместного предприятия «Vitanta-Invest». Причем, оценка государственного имущества находящегося в хозяйственном управлении столичного пивзавода, внесенного в уставной капитал, этого совместного предприятия не была осуществлена в соответствии с требованиями действующих нормативных актов на момент его создания. Для определения стоимости государственного имущества были использованы расчеты не по методологии создания совместных предприятий, а по методологии которая применялась при приватизации предприятий за боны народного достояния. Поэтому при определении доли учредителей не были учтены и оценены оборотные средства предприятия, другие активы. В результате этого неправильная оценка размеров активов предприятия, привела к тому, что стоимость государственного имущества, внесенного в уставный капитал данного предприятия была занижена почти на 20 млн. лей. Иностранный же партнер не утруждал себя тем, чтобы внести, как это было предусмотрено договором, при приватизации соответствующих инвестиций для поднятия эффективности данного предприятия. Он не провел никакой работы по модернизации предприятия, по росту объемов производства, уменьшению производственных затрат. Хотя изначально планировалось снизить издержки производства на 20%, фактически они выросли на 13%.20)