Полная версия
Он вставил вторую кассету.
На ней почти минуту ничего не происходило.
Только дыхание.
Потом Климов:
- Сегодня он сказал, что дверь изменилась.
Женский голос:
- Это невозможно.
- Я знаю.
- Тогда почему ты записываешь?
- Потому что он не единственный, кто ее видит.
Пауза.
Женщина тихо спросила:
- Ты тоже?
Климов не ответил.
Вместо него раздался другой голос.
Мужской.
Очень тихий.
- Она открыта.
Артём посмотрел на Дениса.
- Кто это?
- Не знаю.
- Ты его слышал раньше?
- Нет.
В записи послышались шаги.
Потом удар.
Еще один.
Климов резко сказал:
- Не открывай!
После этого кто-то закричал.
Крик длился всего секунду.
И вдруг запись стала абсолютно чистой.
Без шипения.
Без помех.
Кто-то прошептал:
- Артём.
Артём выключил магнитофон.
Он не заметил, что сделал это обеими руками.
- Это я?
Денис смотрел на аппарат.
- Нет.
- Голос похож.
- Это не ты.
- Откуда знаешь?
- Потому что ты был рядом со мной.
- Когда?
Денис не ответил.
Артём поставил кассету на стол.
- Нам нужно найти остальные.
- Зачем?
- Потому что в них есть ответ.
- Или причина, по которой ты снова начинаешь все это видеть.
Артём посмотрел на него.
- Какая разница?
Денис ответил не сразу.
- Огромная.
Он собрал кассеты и положил их обратно в коробку.
Артём заметил одну деталь.
На дне коробки лежала маленькая фотография.
Он достал ее.
На снимке были четверо.
Климов.
Денис.
Алексей.
И Артём.
Они стояли возле дома.
На заднем плане виднелся подъезд.
На обороте была дата:
14 октября 2018.
Артём перевернул фотографию.
У него возникло ощущение, что чего-то не хватает.
Он снова посмотрел на снимок.
Действительно.
Четыре человека.
Но между Артёмом и Алексеем оставалось пустое пространство, словно там должен был стоять ещё кто-то.
Он провел пальцем по фотографии.
И увидел слабый след.
Как будто пятый человек был вырезан ножом.
Денис заметил его взгляд.
- Не трогай.
- Почему?
- Потому что я не помню пятого.
- А я помню.
Денис посмотрел на него.
- Кого?
Артём открыл рот.
Имя уже было готово сорваться с языка.
Но он остановился.
Потому что впервые понял одну вещь.
Он действительно помнил.
Только не человека.
Он помнил ее руку.
Серебряную цепочку на запястье.
И маленький шрам возле большого пальца.
А лицо не помнил.
Совсем.
Из кухни донесся звук.
Три коротких удара.
Кто-то постучал по стеклу.
Они оба повернулись.
Окно находилось на четвертом этаже.
За ним не было балкона.
Артём подошел первым.
На стекле, с внешней стороны, виднелись мокрые следы ладоней.
Две маленькие ладони.
Словно ребенок стоял снаружи окна и пытался заглянуть внутрь.
Денис прошептал:
- Здесь четвертый этаж.
Артём ничего не ответил.
Следы медленно поползли вниз.
Оставляя за собой тонкие влажные полосы.
А потом остановились.
В центре стекла проступили буквы.
Не пальцем.
Будто кто-то писал изнутри.
ТЫ ЗАБЫЛ МЕНЯ.
Артём не отводил взгляда.
В отражении окна за его спиной стояла женщина.
На этот раз он узнал ее.
Не по лицу.
По цепочке.
Он медленно повернулся.
В комнате никого не было.
Когда он снова посмотрел на окно, надписи уже не существовало.
Только мокрое стекло.
Денис стоял рядом.
- Ты ее видел?
Артём хотел соврать.
Но вместо этого спросил:
- Кого именно?
Денис посмотрел на него.
И ответил:
- Вот это я и хотел бы знать.
В коридоре за ними раздался звук открывающейся двери.
Они одновременно повернулись.
Дверь квартиры была распахнута.
Хотя минуту назад Денис запирал ее на ключ.
На лестничной площадке никого не было.
Только возле порога лежал маленький металлический предмет.
Артём подошел.
Это была детская заколка.
Синяя.
Он поднял ее.
И в тот же момент в памяти вспыхнуло чужое воспоминание.
Лето.
Жара.
Запах нагретого асфальта.
Маленькая девочка сидит на ступеньках.
Ей четыре или пять лет.
Она держит такую же синюю заколку и пытается прикрепить ее к волосам.
Артём, совсем маленький, сидит рядом.
Девочка смотрит на него.
- Ты меня не бросишь?
Мальчик отвечает:
- Никогда.
Картинка исчезла.
Артём стоял в пустом коридоре, сжимая заколку в ладони.
Денис смотрел на него.
- Что ты вспомнил?
Артём медленно поднял голову.
- Не знаю.
И впервые за весь день это было правдой.
Но где-то глубоко внутри уже появилось имя.
Он ещё не произнес его.
Потому что боялся, что если произнесет, то что-нибудь изменится.
Не в прошлом.
В настоящем.
И тогда он впервые понял, что самое страшное в забытом воспоминании не то, что оно может оказаться ложным.
Самое страшное - когда оно оказывается настоящим.
Глава 3. После
На следующий день Артём проснулся раньше будильника и несколько секунд лежал, глядя в потолок. Комната казалась совершенно обычной: сероватый прямоугольник окна, шкаф с приоткрытой дверцей, стул с брошенной на спинку футболкой, зарядка телефона, свисающая с края тумбочки. Вчерашний вечер уже успел превратиться во что-то похожее на дурной сон, хотя он слишком хорошо помнил холодную лестничную площадку на Кировской, мокрые следы на стекле и синюю заколку, которую держал в руке. Она лежала на тумбочке рядом с телефоном. Артём смотрел на неё, не прикасаясь. Маленькая пластиковая заколка, простая, дешёвая, с потёртой белой царапиной на одном боку. Ничего особенного. Именно поэтому она пугала сильнее всего.
Он протянул руку, взял её и перевернул. На внутренней стороне была выдавлена маленькая цифра 3.
Артём не помнил, чтобы когда-нибудь видел эту цифру раньше.
Он положил заколку обратно и взял телефон. 07:18. Несколько рабочих сообщений, реклама, уведомление от банка. Ничего от неизвестного номера. Никаких странных звонков. Никаких исчезающих сообщений. История вызовов выглядела нормально, если не считать вчерашнего разговора с Денисом и ещё одного звонка, который Артём сделал сам, уже после возвращения домой.
Он открыл контакты.
Денис.
Палец задержался над именем.
Артём вдруг подумал, что может просто позвонить ему и спросить, что именно они нашли вчера. Не вспоминал ли он чего-нибудь ещё. Почему Денис так спокойно отреагировал на фотографии. Что он вообще имел в виду, когда сказал, что работал в том доме в 2018-м.
Но вместо этого Артём заблокировал телефон.
Он не хотел начинать утро с этого.
На кухне не оказалось кофе. Артём обнаружил это только после того, как поставил чайник и открыл шкаф. Пустая банка из-под растворимого кофе стояла на полке, будто специально напоминая, что нормальная жизнь состоит из вещёй гораздо более неприятных, чем призраки: работы, счетов, продуктов, грязной посуды и необходимости каждый вечер помнить, что именно ты собирался купить в магазине.
Он насыпал чай в кружку и включил воду.
Через несколько секунд из комнаты донёсся звук.
Короткий, сухой.
Щёлк.
Артём обернулся.
На кухне никого не было.
Звук повторился.
Щёлк.
Он вышел в коридор. Дверь спальни была закрыта. Рядом с ней стояла обувь, которую он вчера снял, когда пришёл домой. Всё на месте.
Щёлк.
Теперь Артём понял, откуда это.
Сработал замок входной двери.
Он подошёл ближе.
Ручка слегка опустилась и вернулась обратно.
Артём остановился в двух шагах.
Несколько секунд ничего не происходило.
Потом из-за двери донёсся голос:
- Артём?
Женский.
Тихий.
Без интонации, которую можно было бы назвать испуганной или злой.
Просто его имя.
Артём смотрел на дверь и чувствовал, как внутри постепенно исчезает желание открывать её. Он даже не стал подходить к глазку.
- Кто там?
Ответа не последовало.
Он подождал.
- Марина?
Собственное слово прозвучало настолько нелепо, что Артём едва не рассмеялся.
Он сам не понимал, зачем произнёс это имя.
За дверью кто-то сделал шаг назад.
Потом ещё один.
Артём всё-таки подошёл к глазку.
Лестничная площадка была пустой.
Он открыл дверь.
На коврике ничего не было.
Никакой записки, пакета, следов грязи. Только несколько песчинок возле стены и маленькая влажная полоска на металлическом пороге, словно кто-то провёл по нему мокрым пальцем.
Артём закрыл дверь и запер замок.
На работу он приехал на двадцать минут раньше обычного. Денис уже сидел за своим столом и ел что-то из пластикового контейнера. Увидев Артёма, он поднял глаза, но ничего не сказал. Только посмотрел на него чуть дольше, чем обычно.
- Ты чего?
- Ничего.
- Выглядишь хреново.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Денис вернулся к еде.
Артём сел за компьютер, включил монитор и некоторое время смотрел на рабочий стол. Вчерашние события казались настолько чужими, что он почти физически чувствовал желание вытолкнуть их из головы.
В офисе было тепло, пахло кофе и бумагой. За соседним столом кто-то обсуждал доставку. В коридоре ругались из-за сломанного принтера. Телефон секретаря каждые несколько минут звонил одним и тем же раздражающим сигналом.
Обычная жизнь.
Она почему-то успокаивала.
- Ты точно ничего не помнишь? - спросил Денис.
Артём не отрывался от экрана.
- Чего именно?
- Про вчера.
- Помню.
- Нет. Я не про Кировскую.
Артём посмотрел на него.
Денис закрыл контейнер.
- Про 2018-й.
Несколько секунд Артём ничего не отвечал.
- Нет.
- А если я скажу имя Алексей?
- Ничего.
- Климов?
- Его я помню.
- Марина?
Имя отозвалось внутри неприятным ощущением. Не воспоминанием даже, а скорее физической реакцией на слово, смысл которого мозг почему-то не хотел принимать.
- Девушка из записей?
- Каких записей?
- Ты вчера сам её назвал.
Артём нахмурился.
- Нет.
- Назвал.
- Денис, я тебе говорю, что не помню.
- Хорошо.
Денис откинулся на спинку кресла.
- Тогда другой вопрос. Ты помнишь, что произошло четырнадцатого октября?
Артём почувствовал, как напряжение в плечах усиливается.
- Нет.
- Вообще?
- Вообще.
Денис несколько секунд молчал.
- Тогда почему ты вчера в квартире Климова посмотрел на фотографию и сказал: она была там?
Артём ничего не ответил.
Он действительно сказал это.
Теперь вспомнил.
Сначала фотография. Потом женская рука. Серебряная цепочка. Потом ощущение, что он знает эту женщину, хотя лица на фотографии не было видно. Он тогда сказал что-то вроде этого. Но память была странной: фраза будто существовала отдельно от самого разговора.
- Я не знаю, - сказал Артём.
- А я знаю ещё одну вещь.
- Какую?
- Ты был там не один.
Артём медленно поднял взгляд.
- Вчера?
- В 2018-м.
Денис достал телефон и открыл фотографию.
На экране снова появился снимок.
Старый, выцветший, снятый на фоне того же дома.
Климов стоял слева. Рядом Денис. Чуть правее Алексей. Артём.
И пустое пространство между ними.
Артём долго смотрел на фотографию.
Вчера ему казалось, что кого-то вырезали. Сегодня это ощущение стало слабее.
Не потому, что он решил, будто человека там не было.
Наоборот.
Он вдруг заметил одну деталь, которую вчера пропустил.
Все четверо смотрели в камеру.
Кроме Артёма.
Он смотрел немного в сторону.
Туда, где на снимке ничего не было.
- Увеличь.
Денис приблизил изображение.
Лицо Артёма стало расплывчатым.
На его левом плече виднелась часть женских волос.
Совсем немного.
Тёмная прядь.
Артём почувствовал холод в ладонях.
- Это невозможно.
- Я знаю.
- Может быть, артефакт.
- Может быть.
- Фотография старая.
- Да.
- Может, это кто-то проходил за нами.
- Может.
Денис говорил спокойно, почти равнодушно.
И это раздражало сильнее всего.
- Ты можешь хоть раз сказать, что думаешь на самом деле?
Денис посмотрел на него.
- Думаю, что вчера мы нашли вещи, которых не должно было быть.
- И?
- И я не хочу больше туда ходить.
- Почему?
- Потому что я уже ходил.
Артём ждал продолжения.
Денис не продолжил.
- Когда?
- В 2018-м.
- Ты сказал, что работал там.
- Я не только работал там.
Денис убрал телефон.
- После обеда поговорим.
- Почему после?
- Потому что сейчас ты всё равно не готов это услышать.
- А ты, блядь, готов?
Денис едва заметно усмехнулся.
- Нет.
Он снова открыл контейнер.
Разговор закончился.
До обеда Артём несколько раз пытался вернуться к работе, но не мог сосредоточиться. Он читал один и тот же документ по три раза, забывал, что собирался написать, открывал браузер и обнаруживал, что уже пять минут смотрит на пустую вкладку.
Около одиннадцати ему позвонили из банка.
Около одиннадцати двадцати пришло сообщение от начальника.
В 11:47 он пошёл за водой.
В 11:53 вернулся.
В 12:06 обнаружил, что в блокноте появилась запись.
Он не помнил, чтобы писал её.
На странице, среди рабочих цифр и коротких заметок, стояло:
17 — не комната.
Ниже:
17 — это место.
А ещё ниже:
Не путай дверь и память.
Артём смотрел на почерк.
Почерк был его.
Он перевернул страницу.
Чисто.
Ещё одну.
Чисто.
Он попытался вспомнить, когда именно писал это.
Не получилось.
В какой-то момент ему стало настолько не по себе, что он достал телефон и сфотографировал страницу.
Затем сделал ещё одну вещь.
Оторвал лист.
Скомкал.
Выбросил в мусор.
Потом пожалел.
Он встал, достал бумагу обратно, разгладил её и положил в карман.
После обеда Денис не вернулся к разговору.
Вместо этого он написал:
Спустись на парковку.
Артём увидел сообщение в 14:16.
Через пять минут они стояли возле машины.
Денис закурил.
- Я тебе сейчас кое-что расскажу. Только не перебивай.
Артём кивнул.
- В 2018-м Климов занимался не домом. Он занимался людьми.
- В каком смысле?
- Наблюдал за ними.
- Психолог?
- Что-то вроде этого.
- И я был одним из них?
- Да.
- Почему?
Денис посмотрел на сигарету.
- Потому что ты сам пришёл.
- Я?
- Ты.
- Зачем?
- Не знаю.
- Но ты был там.
- Был.
- И Алексей?
- Да.
- Марина?
Денис долго молчал.
- Она тоже.
Артём почувствовал, как внутри что-то сдвинулось.
- Кто она?
- Не знаю.
- Ты издеваешься?
- Нет.
- Ты только что сказал, что она была там.
- Была.
- Тогда ты должен знать, кто она.
Денис выбросил сигарету.
- Я знал.
Эти два слова прозвучали совсем иначе.
Артём смотрел на него.
- Что случилось?
- После четырнадцатого октября мы больше её не видели.
- Она умерла?
- Не знаю.
- Пропала?
- Наверное.
- Как это вообще возможно?
- Ты сейчас спрашиваешь меня так, будто я должен знать.
- А кто должен?
Денис пожал плечами.
- Климов.
- Где он?
- Умер.
- Когда?
- Через три недели после того дня.
Артём почувствовал неприятный холод в груди.
- Как?
- Официально - сердечный приступ.
- А неофициально?
- А неофициально его нашли в подвале.
- В этом доме?
- Да.
- В комнате 17?
Денис посмотрел на него.
Впервые за весь разговор в его лице появилось что-то похожее на страх.
- Откуда ты знаешь?
Артём сам не знал.
Он просто произнёс это.
В 14:43 они вернулись в офис.
До конца рабочего дня Денис больше ничего не рассказывал.
В 18:10 Артём приехал домой. По дороге он дважды ловил себя на мысли, что пытается вспомнить лицо Марины. Каждый раз вместо лица возникало другое: светлая стена, зеркало, край стола и серебряная цепочка на женской шее.
Он остановился у магазина.
Купил хлеб, молоко, яйца, кофе.
Уже на кассе увидел маленькую витрину с детскими заколками.
Синими.
Артём отвернулся.
Кассирша пробила продукты.
- Пакет нужен?
- Да.
Он вышел на улицу.
На парковке рядом с его машиной стояла женщина.
Спиной.
Тёмное пальто.
Длинные волосы.
Артём остановился.
Женщина повернула голову.
Он не увидел лица.
Она просто пошла к соседнему дому.
Артём несколько секунд смотрел ей вслед.
Потом заметил на её руке тонкую серебряную цепочку.
Он пошёл следом.
Сначала медленно.
Потом быстрее.
Женщина свернула за угол.
Артём тоже.
Пусто.
Никакой женщины.
Он подошёл к подъезду и увидел дверь, которая закрывалась перед ним.
Кто-то только что вошёл.
Артём дёрнул ручку.
Дверь открылась.
Внутри было пусто.
Он вошёл.
На первом этаже стояли почтовые ящики. На стене висело объявление о ремонте лифта.
Никаких следов.
Он уже собирался выйти, когда заметил зеркало.
Старое, в тёмной деревянной раме.
Артём посмотрел в него.
Сначала увидел себя.
Потом за своим плечом - женщину.
Она стояла совсем близко.
Он резко обернулся.
Пусто.
Снова посмотрел в зеркало.
Женщины не было.
Зато на стекле, на уровне его головы, проступило пятно.
Будто кто-то приложил ладонь с другой стороны.
Артём подошёл ближе.
Пальцы сами легли на поверхность.
Стекло было холодным.
На нём медленно появилась ещё одна отметина.
Небольшая.
Как от детской руки.
Артём убрал ладонь.
Он вышел из подъезда и только тогда понял, что всё это время держал в другой руке пакет с продуктами.
Пакет порвался у самого дома.
Яйца разбились на асфальте.
Он смотрел, как белок медленно растекается по тротуару.
И почему-то вспомнил совсем другое.
Не женщину.
Не комнату.
Не Кировскую.
Маленькую девочку.
Она сидела на полу в коридоре и держала в руках синюю заколку.
- Ты обещал.
Мальчик стоял перед ней.
- Что?
- Что не уйдёшь.
- Я не уйду.
- Правда?
- Правда.
- Даже если она придёт?
Мальчик посмотрел куда-то за её спину.
- Кто?
Девочка ничего не ответила.
Она только подняла руку и показала пальцем на дверь.
За дверью кто-то стоял.
Артём открыл глаза.
Он сидел на кухне.
Не помнил, как туда попал.
Перед ним стоял стакан воды.
На столе лежала синяя заколка.
Он посмотрел на часы.
21:17.
За окном шёл дождь.
На кухне было темно, хотя он не помнил, чтобы выключал свет.
Артём встал и включил его.
Потом достал из кармана смятый листок из офиса.
Разгладил.
На нём всё ещё было написано:
17 — не комната.
17 — это место.
Не путай дверь и память.
Он перечитал последнюю строчку несколько раз.
Потом заметил, что под ней есть ещё одна.
Её не было раньше.
Почерк был тот же.
Только буквы стали заметно крупнее.
Марина не была первой.
Артём долго смотрел на фразу.
Потом услышал звук из спальни.
Тихий скрип кровати.
Он не пошёл туда сразу.
Стоял посреди кухни и пытался убедить себя, что в этом нет ничего необычного. Старый дом. Деревянная кровать. Сквозняк. Любая бытовая причина.
Скрип повторился.
На этот раз дважды.
Артём медленно подошёл к спальне.
Дверь была приоткрыта.
Он толкнул её.
Комната была пустой.
Кровать стояла на месте.
Окно закрыто.
Шторы неподвижны.
Он включил свет.
На подушке лежал телефон.
Его телефон.
Хотя второй телефон всё это время был у него в руке.
Артём остановился.
На экране светилось входящее сообщение.
От неизвестного номера.
Ты всё-таки вернулся.
Через секунду сообщение исчезло.
Но прежде чем экран погас, пришло второе.
Теперь вспомни, кто был первым.
Глава 4. Первый
Артём не сразу взял телефон с подушки. Несколько секунд он просто стоял в дверях спальни, держа собственный телефон в правой руке и глядя на второй, лежавший на кровати. Разница между ними была настолько очевидной, что мозг отказывался её принимать. Один аппарат был у него в руке. Другого у него не было. Он не покупал второй телефон, не хранил старый в шкафу, не пользовался рабочим аппаратом. По крайней мере, насколько он помнил.
Он подошёл к кровати.
Экран погас.
- Отлично, - тихо сказал он сам себе. - Просто отлично.
Артём протянул руку и взял телефон.
Он оказался тяжёлым и холодным, хотя лежал на подушке. Корпус был поцарапан, в одном месте возле камеры имелась глубокая трещина. Такой телефон он видел раньше. Не просто похожий. Именно такой.
