Отец-одиночка

Пролог

Разглядываю из окна холла детского дома их площадку, сложив за спиной руки. Чувствую, как подрагивают пальцы. Никакой “Татьяны” я не помню. Но у меня были "клубные связи"... Тогда я еще находил время потусоваться. Неужели, это как-то выстрелило? Я всегда максимально предохранялся.

На углу здания, во дворе, стоит машина спасателей.

- Извините, я здесь уже час жду, - ловлю одну из женщин, проходящих мимо меня.

- У детей медосмотр. Потом обед. Ребёнок освободится, его приведут.

Рядом какая-то сомнительная женщина "посещает" своих детей.

Пацаны, матерятся, ведут себя как говнюки, она успевает их лупить, ругать и кормить дешёвыми конфетами. Высокие отношения! - скептически вздыхаю я.

Погружаюсь в планшет, пытаюсь работать.

Пожилая женщина, которая дежурит в этом помещении все это время поглядывает на меня с любопытством и осуждением.

Не выдержав пристального внимания, поднимаю на неё вопросительный взгляд.

- Вы к Мамаевой Кире?

- Да.

- Отец?

- Да.

Бросает демонстративный взгляд на мою обувь, часы...

- Что ж Вы даже игрушечку никакую не взяли, ни гостинцев. К ней только волонтёры и ходят изредка.

- Эм... - озадаченно зависаю я.

Н-да, Полярный. Что ж ты? Себя в детстве вспомни. Ты любил игрушки...

Я не могу вспомнить, как находился в детском доме. Это была травма. Детская психика, спасая себя, все стёрла. Я даже помню какие-то обрывочные эпизоды "до". А вот здесь... А это ведь было здесь же! Абсолютно ничего.

Хотя нет. Запах столовой. Казенный, специфический. От него воротит. Не нравится! Я его помню.

Убираю планшет в карман пиджака.

Осматриваюсь. На стенах ещё старые рисунки масляной краской. Винни-пух...

Набираю своего секретаря.

- Люба срочно, прямо сейчас, купи игрушку для девочки шести лет. И какой-нибудь набор детский с конфетами. Адрес скину.

Мне хочется перенести встречу. Морально я не готов.

Ко мне выходит женщина в белом халате, медсестра, наверное.

- Извините, у вас сейчас не получиться встретиться с Кирой.

- Почему это? Я час прождал.

- Кирюша... плохо себя чувствует.

- Конкретнее.

- В психологическом плане. Вам лучше завтра...

- Опять по башке получила, - пробегает мимо маленький пацан.

Мой глаз дергается.

- Покажите ребёнка. Немедленно. Или я приеду с ментами и адвокатами.

Женщина поджимает губы.

- Вы что думаете, у нас сотрудники бьют детей? - обиженно.

- Я вообще ничего не думаю. Покажите, что с ней все в порядке. А личную встречу я могу и перенести.

- Встречу? Разве вы не будете её забирать?

- Прямо сегодня?! - опешив, теряюсь. - Но мы даже не знакомы.

- Дело ваше.

- Где ребёнок?

- Мм... Ну тогда ждите ещё.

Уходит.

Ловлю какого-то пацана постарше.

Вручаю ему купюру.

- Кира Мамаева. Разузнай, что происходит.

- Ааа, чокнутая! Так она это, ей хотели прививки поставить, а она под крышу залезла. Её спасатели пытаются достать уже час.

- Крышу?

- Да постоянно херню делает эта ваша Кира! - прячет деньги в карман.

- А давно она здесь?

- Месяца три, - пожимает плечами.

Выхожу на улицу. Подхожу к спасателям.

- Мамаева! Ты мне это прекрати! - ругает её директриса.

Видел её фото на сайте. И говорил с ней по телефону.

- Немедленно вылезай! Зараза какая, ты посмотри...

На крыше - старые, еще в деревянных рамах, окна для проветривания и освещения чердака, они оформлены как маленькие домики. Девочка на секунду выглядывает из окна как кукушка из часов.

- Сама заваза! - дерзко.

Выкидывает оттуда какую-то мелкую рухлядь.

- В окно взрослый не пролезет. А стенка сразу за ней замурована. Она в маленькое отверстие пролезла, - объясняет бородатый могучий спасатель. - Только разбирать.

- Да нельзя разбирать, это не стенка а опора, крыша ветхая, может на неё обвалиться.

Спасатель вздыхает.

- Кирюша, хочешь шоколадку? - кричит ей.

- Нет! - высовывается коротко стриженная голова.

- А что хочешь?

- Кавбасы. Копчёной.

- О! У меня как раз бутерброд есть. Найдите, кто-нибудь бутерброд, - оборачивается Спасатель к своим.

- А вы кто? Что вы делаете на территории? Кто вас пустил? - замечает меня директриса.

- А я отец "заразы", - смотрю на неё гневно.

- Ой... - осаживается. - Я ж любя! Волнуюсь, не дай бог упадет... Что ж Вы не забрали её сразу. Бегают за вами, уговаривают...

- Вы мне с больной головы на здоровую не перекидывайте. У вас мой ребёнок застрял на крыше.

- Застрял, - вздох. - У нас и не такое бывает.

- Так, Кирюш, я несу тебе колбасу, - поднимается по развернутой до окошечка лестнице спасатель.

- Высунулась бы, чтобы он её схватил, - обсуждают женщины. - До чего ребёнок вредный, это же ни в какие ворота... Дикарка.

- Кира, ты где? - смотрит спасатель в окно.

- Я Кивилл! - доносится из под крыши.

- Окей, Кирилл. Держи, дружище, - тянет пакетик.

- Поважи там. И уходи!

- А знакомиться? Надо же руки пожать хотя бы. Я - Добрыня, ты - Кирилл. Настоящие парни должны пожать руки.

- Я не дувак! Утащишь меня ещё...

- Окей, понял. Ну вот, оставляю, кушай.

Кладёт пакетик на край окна.

- Добрыня, - зову Спасателя.

Ловит меня взглядом.

- Скажите, что за ней отец пришёл. Кира, ты слышишь? - повышаю голос. - Я пришёл за тобой. Спускайся!

- Чо? - высовывается удивлённая девочка.

И в этот момент Добрыня хватает её за плечо.

- Тихо... Тихо... - увещевает, яростно дерущуюся Киру. - Спокойно, Кирюха. Больно ж...ё-моё...

Сгребает, вытягивая на себя. Бутерброд в пакете летит вниз.

Девочка прямо крошечная в его руках. Как марионетка. Только веревок нет. Прижимает ее к себе, лестница едет вниз.

- Ну я тебя накажу, Мамаева! - машет ей строго пальцем директриса.

- А у Вас одна Кира Мамаева? - с сомнением смотрю на ребёнка. - Что-то мелковата для шести, нет?

- У нас все с задержкой развития.

- Судя по способности сопротивляться психологическому давлению с развитием у неё как раз все нормально, - бормочу я.

Спасатель ставит девочку к моим ногам.

- Принимай, отец.

- Спасибо вам, Добрыня, - тяну ему руку, пожимает.

Опускаю взгляд.

Мелкая, грязная, глазастая, в каких-то облезлых пацанских тряпках...

И на шее белые пятна, как были у меня. Пока я не забил их тату. Это генетическое...

Дочь, да?

- Чо надо? - рассерженно смотрит исподлобья.

Не дожидаясь ответа, поднимает пакет с бутербродом. Открывает, ест, шмыгая носом.

- Отберите у неё немедленно! - требует директриса. - Вдруг отравится. Это непроверенные продукты. Нам ещё кишечной инфекции не хватало в группе!

Кира решительно показывает ей фигу на вытянутой руке, засовывая бутерброд целиком в рот.

Походу, у нас назревают проблемы с посещением ресторанов.

Вытирает руки о свои бока. И жуёт с набитым ртом. Мне кажется, вполне довольная собой.

Н-да... Не принцесса.

Глаза. Глаза у неё выразительные.

Везёт мне в последнее время на женские глаза... И от контраста с ними её образ кажется ещё более убогим.

- Я не понимаю, у вас что детский дом бедствует? - цежу я.

- Да на неё что не надень через день в таком состоянии! Вы же сами видите, откуда ее достали?

Вижу.

- Забирать будете?

Словно я сейчас выкупаю заранее заказанный товар, и он может мне не понравиться, и можно отказаться.

Но отказаться нельзя. Что выросло, то выросло.

- Буду... - вздыхаю я.

- Пойдёмте оформлять....

Образы героев:

Богдана и Платон

Глава 1 - Не вовремя

Накануне...

С недоумением смотрю на фотографию личного дела. Вверху маленькое фото какой-то девочки, а может мальчика. В таком масштабе не разберешь. Мамаева Кира Платоновна. Девочка. Сюр какой-то...

Встряхиваясь, продолжаю разговор.

- Наина, ну какой ребёнок? Ты серьёзно сейчас? Мы же обсудили... Тебя просто пытаются развести. Не может у меня быть никакого ребёнка. Я послал их к черту. И тебе нужно было сделать также.

Разговаривая по телефону, быстро иду по коридору нашего седьмого этажа.

- Платон Александрович, здравствуйте! - разворачивается следом за мной какая-то незнакомая мне девушка.

- Здравствуйте...

Иду мимо, не отвлекаясь.

- Нет, мам, - продолжаю разговор с Наиной. - Исключено. Ну я же сдал биоматериал. Чего ты опять начинаешь?

Наина Павловна мне не мать. Но воспитала как родного сына. Сейчас у нас очень сложные отношения. Наина тиран... я, впрочем, тоже. И сейчас у неё приступ яростной тирании. А я не могу ей перечить, она серьёзно больна, проходит лечение в Израиле. И ей нельзя волноваться.

- Так тест показал, что ты отец! Разве ты не посмотрел результат?!

Нет, не посмотрел. Секретарь переслал его ей, чтобы она успокоилась.

- Да ладно? - застываю я в недоумении. - Это какой-то развод. Ты уверена в лаборатории? Может, они им заплатили за результат.

- Кто "они"? Социальные работники?! Ты не самый богатый человек, Платон, чтобы вешать на тебя чужих детей, окстись.

Увы, да. Корабль с моими доходом терпит крушение. И скоро под нож пойдёт немногочисленная недвижка.

- Это твоя дочь там в детском доме. Ее зовут Кира. Не позорься, забери! - рявкает она рассерженно. - Бросишь её на нянек - клянусь, прокляну.

- Но... я занятой человек. Я пытаюсь вытащить наш бизнес, вообще-то.

- Я, ты знаешь, тоже не цветы нюхала. И этот бизнес создавала. Но воспитала тебя сама.

Скидывает вызов.

- Оху...ренеть просто.

- Платон Александрович, водички? - услужливо уточняет секретарша.

- Неси... - слепо смотрю перед собой, пытаясь осознать масштаб трагедии.

Ребёнок?!

- Неси водички...

Прикладываю руку ко лбу. Меня что - кто-то проклял? Сначала полное обрушение бизнеса, потом болезнь Наины, теперь какой-то непонятный ребёнок...

Вспоминаю, что вообще-то у меня конец света в агентстве. И снова срываюсь с места.

Забери... Куда я должен его забрать?! Что с ним делать?? С ней... - поправляю себя. Кира, да?

Нет, я хочу сделать тест сам, как минимум. Может у Наины крыша поехала и она сама подделала анализы. Зачем? Наина мечтает о внуке. Но вряд ли бы поступила так.

Я - отец? Что так не вовремя-то?! А можно лет на десять отложить?!

Но, увы, крио существует только для сперматозоидов. Для детей ещё не изобрели.

Резко торможу, чуть не поймав лицом открытую дверцу встроенного в стену шкафа, в цвет коридора.

Сзади в плечо мне втыкается...

Разворачиваюсь.

Снова та девушка!

- Не нужно за мной ходить! - цежу гневно. - У меня есть секретарь. Идите к нему.

Прикрываю дверцу.

Поджав губы, делает шаг назад.

Со злостью луплю по опять открывающейся дверце шкафа с проводкой. Он с грохотом закрывается и открывается снова.

- Ты наладишь это когда-нибудь?!

- Завтра. Клянусь, Платон Александрович! - выглядывает завхоз.

- Сегодня!

- Сегодня закупка.

Ах, да.

Садясь за стол секретаря, ищу в заблокированных номерах номер той женщины, Зои Васильевны, что звонила на счёт "ребенка". Но заблокированных слишком много и все без имён.

- Люба! Все заблокированные за последние три недели номера обзвони, найди мне Зою Васильевну. Срочно. Прямо сейчас.

Бросаю на стол свой рабочий телефон.

Сжимаю переносицу пальцами.

- Что у меня сейчас?

- Собеседование. А потом планерка.

- Собеседование...

Спускаюсь в холл, где обычно ждут соискатели.

Восемь человек. Это те, резюме которых не улетели в мусорную корзину.

- Здравствуйте. Меня зовут Платон Полярный. Я исполнительный директор рекламного агентства "Пятый элемент". Мне нужен креативный менеджер.

Обвожу сидящих взглядом. Господи... Ни одного подходящего.

Человек, с которым я работал забрал клиентскую базу и открыл свой бизнес, стал конкурентом и снизил удельную емкость рынка, которая и так небольшая в нашем регионе . Мудак? Безусловно... Но это лирика. Мне нужен новый, круче, чем был старый.

- Первые полгода без зарплаты, только процент с проектов. Есть успехи - есть зарплата. Нет успехов - значит, платить не за что. Балласт мне не нужен.

Двое встают и молча уходят. Прекрасно. Нашим легче выбирать.

- Через полгода вашей успешной работы, я уже оцениваю вас как опытного менеджера, и вы получаете к своему проценту несгораемую сумму.

- А если у меня уже есть опыт? - уточняет один, самый молодой из мужчин. - У ваших конкурентов.

- А почему Вы уволились? Или Вас уволили?

- Характерами не сошлись.

Значит, уволили. А мои конкуренты хорошего спеца не отпустят.

- И со мной не сойдетесь, - предупреждаю я, хмурясь глядя пацану в глаза. - Свой характер придётся засунуть в ж-ж... подальше. И все инициативы потратить на работу.

Недовольно кривит лицо.

- Итак... "Нет", - качаю головой женщине лет сорока.

- Почему?

- Без объяснения причин. Просто "нет".

Причина есть - стиль одежды исключает вкус. А у моего менеджера он обязан быть. Это часть его компетенции.

- "Нет", - исключаю ещё одного невзрачного персонажа.

Он даже себя не может продать на собеседовании. Что уж говорить о большем.

Остаётся три человека.

Раздражаясь, веду по ним взглядом, пытаясь за что-то зацепиться. Шатенка, которая пыталась тормознуть меня в коридоре и блонди... вполне себе по "самопрезентации". Хищный взгляд, умные глаза.

- Возьмите меня! - встаёт шатенка.

Разглядываю. Точно до тридцати.

Волнистое пышное каре. Стройная. В глаза бросаются изящные плечи, с выразительной линией мышц. Поправляет упавшую на лицо прядь волос. Тонкие пальцы… два серебряных колечка на указательном.

В белоснежной облегающей майке и широких черных брюках. На шее яркий платок. На запястье широкий браслет в цвет платку. В руке белая сумочка, к ней приколот крошечный букетик с сухоцветами вместо броши. В цвет шёлковому платку. Хм...

- Я талантливая и креативная. Не боюсь браться за что-то новое.

- А как насчёт доделывать старое?

- Эм... тоже - да.

Вытаскиваю ее резюме. Быстро пробегаю взглядом.

- Аа... тоже "нет".

- Почему?!

- Художник, танцор, певица, ведущая на радио... Все перечислять не буду, окей?

- А что не так?

- Всё. Если уж вы получили хорошее образование, то получите и опыт по нему. А не вот этот радостный бессмысленный калейдоскоп ищущего себя подростка.

Её лицо возмущённо дергается.

- Могу с вами поспорить.

- Со мной нельзя спорить... - ищу её имя в резюме. - Богдана Сова.

Я всегда прав.

- Сова, - поправляет ударение, перенося его на первую гласную.

- А вы просто возьмите меня, Платон Александрович. Ну в качестве ставки в тёмную. Неужели в вас ни капли азарта? А вдруг я выстрелю?! Вам как минимум интересно со мной разговаривать... уже целых пять минут, - бросает взгляд на часы на стене.

Зависаем глаза в глаза. Я бы тебя в другом качестве "взял". И возможно, вечер действительно бы был нескучный. А на работу - нет.

Недовольно вздохнув, перевожу взгляд на оставшихся.

И-и-и?

Молчат.

Ну нет... Не хочу на эту должность женщину! Потому что...

Смотрю опять в её резюме.

- Нет, исключено. У вас ребёнок.

- Вы что - детоненавистник?

- Нет. Я опытный работодатель. Он у вас будет болеть, а потом вы родите ещё одного, а может двух. Я не могу себе этого позволить.

Смотрю на резюме блондинки. Детей нет, тридцать пять. Опыт есть. Отполирована и в идеальной форме. Такие уже не рожают. Виктория.

- Виктория. Будем пробовать. Завтра в девять. Собеседование закончено.

Разворачиваюсь к двери.

- Она у меня не болеет, её зовут, Надюша, - идёт за мной Сова. - Она вам понравится.

В смысле?!

- Нет. Мне не понравится никакая Надюша.

Мне даже Кира заранее не нравится! Это, мать вашу, такая ответственность, тут два высших образования надо, медицинское и психологическое, как минимум.

А вокруг "дети" рожают детей и все умиляются, как же это здорово. А потом они вырастают в сломанных людей и тоже кого-то рожают, ломают... Пусть все сдадут экзамен на родительство, а потом делают, что хотят.

- Платон Александрович...

- Нет. Исключено. Я уже взял человека.

- Возьмите двоих.

- Вы опять спорите!

- Я приготовлю вам божественный чай.

- У меня есть для этого секретарь.

- Но она готовит обычный! - не унимается шатеночка, не отставая от моего быстрого шага.

- Не люблю чай.

- Вот! Это потому что его готовила не я.

- Это просто исключено. Ребёнок- это отвод! Неужели не ясно? - разворачиваюсь к ней лицом.

Зависаем снова, столкнувшись взглядами.

Глаза у неё конечно... Нет, не необычного какого-то то эксклюзивного цвета, просто зеленые, не огромные, не модные кошачьи. Обычные. Но необычные... Ясные и словно подсвеченные изнутри эмоцией. В литературе такие называют "лучащиеся", если я правильно помню.

Богдана расплывается в широкой улыбке, хвастаясь ямочками на щеках и белоснежными зубами.

И я практически договариваюсь с собой на "нескучный" вечер. Хотя типаж абсолютно не мой. Я предпочитаю более конкретных и не капризных. Типа Виктории. Времени на романы у меня нет. А эта капризная... Но цепляет чем-то...

- Возьмите меня... - доверительно.

Отламывая цветочек, аккуратно вставляет его мне в нагрудный карман.

И дать бы ей по рукам, но...

- Я бы "взял", - дёргаю бровью. - Но не на работу. Хотите, на ужин приглашу?

- Нет... - разочарованный вздох, широкая улыбка медленно гаснет. - На работу хочу.

- Ребёнок - это "нет".

Мы на грани банкротства. Весь доход уходит на оплату счетов по лечению Наины. Я не потяну не работающего ключевого сотрудника. А этобольничные и декреты, декреты и больничные. Мужики - мудаки. Женщина с ребёнком работать вообще не должна. Женщины - дуры, не понимают, что нельзя рожать от мудаков.

Я не люблю и тех, и других. И я не могу за них отдуваться.

- Но график же свободный... - пытается ещё раз.

- Потому что он ненормированный!

Закрываю перед носом Богданы дверь в кабинет.

Разворачиваюсь к секретарю.

- Нашла?

- Да. Вот... Я записала "Зоя". И сказала, что вы сегодня перезвоните. Все верно?

- Верно.

- Платон Александрович... - виновато сводит брови.

- М?

- Вот... - кладёт передо мной справку о беременности. - Мне скоро в декрет и...

Люба женщина не маленькая. И только сейчас, после её справки я замечаю, что - да... очевидно беременна.

- И ты, Брут?! - хватаюсь за голову.

- Мне тридцать... тянуть некуда.

- Уйди... - с досадой сжимаю переносицу.

- Простите... - бормочет снова, сбегает из кабинета.

Звоню...

Зоя, оказывается, руководитель какого-то фонда. И девочку знает лично. Обещала ей найти родню. Девчонке шесть. Мать "Татьяна" сидит.

- Это все какая-то ошибка... У меня нет таких знакомых женщин.

- Знаете, наркотики меняют реальность очень быстро. Сегодня ты преуспевающая бизнес леди, завтра спишь в овраге, а послезавтра сидишь за хранение.

- Ну, не знаю.

- Киру нужно обязательно забрать. Жизнь Киры была непростой, и она очень страдает в детском доме. Будьте человеком.

Да я человек...

Но я даже примерно не знаю, что такое шестилетний ребёнок как личность. У меня ни медицинского, ни психологического. Шесть... Это как мой завхоз или ещё хуже?

Нет, этого просто не может быть, потому что не может!

После короткого разговора с Зоей Васильевной, еду в детский дом...

Образы героев

Главный герой Платон Полярный

Главная героиня - Богдана Сова

Кирюша, дочь Полярногои Надюша, дочь Совы

Вадик Канарейкин (Который кинул Полярного)

Наина

Глава 2 - Предел мечтаний

Остановившись перед офисным зданием в форме ступенчатой плоской пирамиды, смотрю вверх. На седьмой этаж. Эх... Полярный-Полярный... Я так на тебя надеялась!

Давай, Дана, иди к его конкурентам, - убеждаю себя.

Мне очень нужна постоянная, хорошо оплачиваемая и серьёзная должность. Бывшие свекры хотят забрать себе Надюшу. Считают, что я несерьезная, точнее даже будет, чокнутая и испорчу ребенка. И у меня все должно быть идеально, если они затеют суд.

Всего в нашем городе три крупных рекламных агентства. Одно далеко и сразу отметается. Ездить туда я не смогу. И два - здесь.

Это, пожалуй, самое эпичное место нашего города - "Седьмое небо".

Огромный жилой комплекс. Элитный. Его лицом является вот это высокое офисное здание.

Поднимаю камеру, висящую на шее, делаю фото. Красивый кадр.

Первые три этажа занимает торговый центр, а над ним - офисы.

Агентство Полярного "Пятый элемент" занимает седьмой этаж. Агентство "Медиа-перспектива" - одно крыло четвёртого. И рано или поздно одно сожрёт другое.

Полярный предлагает процент, но хороший. А Канарейкин оклад, но маленький. И я как авантюрист конечно же хочу к Полярному.

Но не только поэтому.

Вадика Канарейкина я знаю со школы. У нас было даже что-то типа романа. И он... мудак. Талантливый, но мудак. Не хочу с ним работать.

Но, видимо, придётся.

Менять место жительства я не хочу. Да и не потяну сейчас. Подруга уехала по контракту в Австралию. Мы с дочкой живём в её квартире, в этом же комплексе, присматриваем. Здесь же я нашла частный детский сад для Надюши на первую половину дня. И мне надо работать в шаговой доступности.

- Ну что, РСПшка... - неожиданно приобнимает меня сзади Вадик. - Пойдёшь в рабство?

Шутки у него, конечно...

Уворачиваюсь от его руки, поджимая губы.

- Я ещё думаю, Канарейкин.

- Ну, во-первых, Вадим Валерьевич, - подмигивает мне. - А во-вторых, что тут думать? Пойдём. Посмотришь на мой охерительный офис.

- Ладно. Пойдём...

Мы проходим во вращающиеся двери, попадаем в торговый центр. Мимо бутиков двигаемся к большим лифтам.

- Как жизнь-то, вообще? Кофе хочешь? - останавливается у прилавка кофейни. Прилавок недалеко от лифтов.

- Не хочу. Спасибо. Жизнь нормально...

- Мне сказали, ты вчера у Полярного была на собеседовании.

- Была, - вздыхаю.

- Не взял?

- Думает... - вру я.

- Полярные - это пиздец, Дана. Два сатрапа. За каждую мелочь дрочка. Только нервы потеряешь!

- Именно поэтому ты заработал у него на проектах столько, что смог открыться сам. Верно?

- Верно! - ухмыляется. - Но у тебя-то есть альтернатива. Я. Со мной куда как приятней работать... - играет бровями. - Ты же помнишь, да?..

Прикасается пальцами к широкой лямке моей майки.

- Да ничего я не помню. Не было ничего... - стряхиваю его руку, закатывая глаза.

- Ну признайся, мечтаешь о богатом симпатичном любовнике? - намекая на себя.

- Только если о Полярном... - колю его из принципа, уловив его "пунктик" на счет конкурента.

На самом деле, Канарейкин, женщины мечтают совсем о другом! Быть полностью независимой и не нуждаться в базовых вещах. А вовсе не о богатых любовниках. Эти уж случаются скорее от безысходности. И точно не предел мечтаний Совы!

- Ой, да ладно, он же заморозит в койке! - смеётся.

- А почему такая маленькая зарплата, Вадик? - морщусь я.

- Демпингую Полярного, снизив максимально цены на услуги. Пока так. Выжму его, увеличу.

Лицо застывает в улыбке, смотрит мне за спину.

- В общем, можешь выходить хоть завтра. Мне очень нужен толковый персонал, - уже серьёзнее.

- Мой кофе, пожалуйста, - раздаётся за спиной.