Кречет. Чужой курс

— Документом установленного образца. Рассказ я уже прочла.

— Это не рассказ.

Сказал слишком резко. Она молча повернула ко мне форму. Вверху действительно стояло уточнение, которое я пропустил, заполняя знакомыми словами незнакомую жизнь. Я посмотрел на запись, убрал должность из неправильного поля и выдохнул.

— Извините. Пусть будет заявленный опыт.

— Он поможет оценщику. Вам не нужно отказываться от того, что умеете.

Я кивнул, благодарный за последнее, хотя лицо постарался оставить обычным. Женщина проверила медицинскую отметку, совместимость интерфейса, подтверждение регистрации. Потом показала стоимость. Цифры расходились по нескольким строкам, и на секунду я подумал, что можно выбрать одну. Оказалось, их складывают.

— Мне для начала рабочий буксир в доках, — сказал я. — Какой минимальный курс?

Она открыла нужный вариант. Модуль, адаптация, теория, проверка, реальная практика под сопровождением. За короткой строкой «пилот» обнаружилось целое хозяйство, которое предстояло кормить из моей зарплаты.

— У работодателя есть техника для практики?

— Есть. Разрешения ещё не просил.

— Спросите. Это поможет с расписанием. Оплату решаете отдельно.

Я записал требования и принял начальный набор упражнений. Пространственные задачи, распределение внимания, последовательность действий. Ни один результат не открывал настоящий пост управления. Об этом говорили везде, словно поступающие пытались после удачной картинки немедленно угнать учебный транспорт. Учитывая моё настроение у входа, профилактика могла быть оправданной.

За прозрачной стеной стояла небольшая кабина на подвижной раме. Внутри человек едва заметно шевелил руками. На соседнем экране аппарат шёл к метке, проскочил её, повернул нос и продолжил удаляться боком. Я остановился посмотреть. Объяснение ошибки вспыхнуло в голове сразу: направление корпуса и скорость здесь не обязаны совпадать. Руки человека в кабине, очевидно, ещё надеялись на привычную связь.

Мне тоже предстояло переучивать руки.

Я простоял у стекла ещё несколько минут. Ученик наконец погасил скорость, удержался возле метки и откинул голову на подголовник. По неподвижной спине было видно облегчение. Инструктор рядом что-то сказал, и оба засмеялись. Я не слышал слов, но очень точно знал этот смех: задача перестала быть неразрешимой, пока никто ещё не испортил успех следующим упражнением.

Хотелось постучать по стеклу, показать большой палец. Не стал. Здесь жест могли понять иначе, да и человек работал для себя, а не на представлении. Просто мысленно поздравил его и пошёл к выходу, уже помня кабину лучше, чем неприятный разговор у стойки. Не самое плохое начало знакомства с учебным центром.

* * *

Короткий путь к рабочему сектору перекрыли ремонтом. На карте он ещё существовал, перед настоящей дверью уже стояли ограждение и двое с разобранной направляющей. Я спросил обход, получил жест вверх и пошёл по лестнице, считая оставшиеся минуты.

На площадке человек с дорожным мешком рассматривал стрелку. Тёмные волосы, спокойное лицо, обычная одежда, удобная для долгой дороги. Возраст я бы оценил примерно как свой, но уже знал, насколько бесполезна здесь эта привычка.

— К внутреннему грузовому залу? — спросил он.

— Говорят, наверху.

— Говорят или показывают?

— Пока показывают. Если там тоже закрыто, начнут говорить.

Он усмехнулся и пошёл следом. Шаг держал так, чтобы между нами оставалось место. Возле развилки я открыл служебную галерею своим рабочим разрешением. Для гостевой записи спутника она осталась закрытой. Он отступил, разбирая новый маршрут, и я уже успел пройти несколько шагов, когда обернулся.

— Вам в какой карман?

Он показал номер. Соседняя выдача, прямо за стеной.

— Через мою дверь не получится, — сказал я.

— Вижу. Мне нужен получатель лично, а сюда ведут как платформу с грузом.

Я посмотрел на время. До смены ещё успевал, если путь больше не преподнесёт сюрпризов. За контейнером с ремонтной оснасткой заметил стойку связи. Она стояла там, где её прекрасно видел тот, кто уже знал о её существовании.

Вызвал выдачу. Объяснил, где находится посетитель. Сотрудница попросила его номер, некоторое время разбиралась, затем открыла дверь с общего перехода. Человек посмотрел на неё, на наш пройденный путь и покачал головой.

— Кайр Вейл, — представился он. — Спасибо.

— Кречет.

— Вы здесь всё знаете?

— Сегодня удачно попал. Обычно я выгляжу, как вы возле лестницы.

Он улыбнулся, поправил мешок. Я указал на открывшуюся дверь, попрощался и прибавил шаг. Мне понравилось, что он не попытался превратить мою помощь в бесплатное сопровождение до самого груза.

Орс стоял у схемы приёмной галереи. Сейр перебирал наконечники, угадывая будущую оснастку по изменениям задания. Внешний выход сдвинули: транспортная кассета заклинила между двумя механизмами. Требовались ручной доступ и разгрузка.

— Карман? — спросил я.

Орс назвал тот самый.

— Я только что получателя туда отправил.

— Он нашёл груз? Теперь поможем грузу найти выход.

Мастер был явно недоволен изменением графика. У него оставалась незаконченная работа снаружи, и он коротко сообщил другой паре, что придётся ждать окна. Потом выдал нам облегчённую оснастку. Внутри галереи полный вакуумный комплекс мешал бы, однако вес кассеты всё равно требовал силовых опор.

Сейр проверял мои крепления. Я его. Он остановился, увидев, что я смотрю мимо плеча.

— Что там?

— Кабина в учебном центре была. Хотел потом рассказать.

— Потом и расскажешь. Здесь затяни ещё немного.

Я затянул. Сейр не улыбался, и я вернул внимание к его оснастке. После ночи со справкой я хорошо понимал, зачем ему понадобилось сказать это сразу.

* * *

На приёмной галерее звенел металл и переговаривались люди. Соседняя линия продолжала работать, над проходом ходил захват, у закрытого кармана старшая выдачи спорила с оператором. Кайр стоял в стороне, держа мешок у ног. Увидев меня, поднял ладонь, но подошёл лишь после того, как Орс закончил принимать задачу.

— Проверка маршрута оказалась основательной, — сказал он.

— Мы ещё не закончили.

Груз принадлежал компании, представителем которой выступал Вейл: комплектующие для навигационного узла небольшого транспорта. Кассета была станционная и застряла на переходе от одной рамы к другой. Нам не требовалось вскрывать защитный объём, только освободить тару и проверить, что её содержимое пережило задержку.

На записи всё произошло быстро. Кассета встала, приёмная рама начала поворот, угол нырнул под боковую направляющую. Автоматика остановилась. Повторная команда прижала его сильнее.

— Кто второй запуск дал? — спросил Орс.

Оператор показал диагностическое указание. Мастер посмотрел и перестал его допрашивать. Старшая тоже замолчала. Теперь перед нами лежала тяжёлая коробка, которую нужно было вытащить из металлических зубов, а не назначить ей виноватого для облегчения совести.

Сейр полез к нижней стороне. На общем изображении кассету хотелось просто приподнять. На его камере обнаружилось, что свободный край при таком движении повернёт прижатый угол ещё глубже. Нужна была третья опора, под дальний край. Подойти мешала стойка соседней выдачи.

Орс запросил короткое закрытие линии. Нам дали окно через двадцать две минуты. Старшая посмотрела на ожидающие платформы, потом на мастера.

— Раньше никак?

— Если найдёте раньше, начнём раньше. Под движущейся рамой я людей не оставлю.

Она прикусила губу, вызвала диспетчера ещё раз и занялась соседним потоком. Кайр подошёл к ограждению.

— От меня нужно что-нибудь, кроме ожидания?

— Потом осмотр упаковки подтвердите, — ответил Орс. — Результат после освобождения.

— Понятно.

Он отошёл, сообщил кому-то о задержке. Говорил негромко и недолго. Я невольно прислушался к интонации: извинялся или распоряжался? Не понял. Да и не моё дело.

Пока Сейр готовил опору, я снимал панель сервисной ниши. Под ней оказался дополнительный упор, которого не было на общей схеме. Я остановился и показал Орсу. Тот посмотрел крепление, выругался под нос и принёс временную стяжку. Упор держал ещё и кабельную защиту над проходом. Снять его сразу означало добавить себе вторую задачу, значительно хуже оплачиваемую.

Установили поддержку, освободили доступ. До окна оставалось время. Орс отошёл уточнить нагрузку, а я присел рядом с инструментальным контейнером. Кайр стоял по другую сторону ограждения и разворачивал небольшой свёрток с едой. Заметил мой взгляд.

— Угощать не буду, — сказал он. — Не знаю, что вам можно.

— Я тоже иногда не знаю.

— Недавно здесь?

— На станции или вообще?

Он не ответил сразу, давая мне выбрать вопрос самому.