Полная версия
Открыто. Жадно. С желанием содрать с меня одежду и… кхем! Не думать.
– Послушай меня внимательно, Лина, – начал Рэм, кадык его нервно дернулся. – В полнолуние тебе придётся остаться в своих покоях. Ты человек. Когда наступит полнолуние, все члены стаи уйдут в лес. Это часть нашей природы, которую невозможно подавить.
Я напряглась, выдавила:
– Селена предупреждала об этом.
Он помолчал, взвешивая следующие слова:
– Для человека находиться рядом с оборотнями в эту ночь опасно. Мы теряем контроль, становимся непредсказуемыми.
От разглядывания моего тела его отвлекли мои дрожащие руки, в которых я всё ещё держала бокал с соком. Причину дрожи Рэм истолковал неверно.
– Какие бы странные звуки ты сегодня не услышала из леса или со двора, не бойся. Задвинь шторы и не высовывайся, а лучше бы тебе просто лечь спать… – вдруг Рэм свирепо выдохнул. Его взвинченность стала передаваться и мне, накаляя малое пространство между нами. – Я прикажу усилить охрану у твоей комнаты, никто не причинит тебе вреда.
Я могла только кивнуть, что поняла. О своей сестре разводить спор не стала, оценив состояние мужчины «на грани». Пожалуй, ещё раз попытаюсь, как луна пойдёт на убыль и перестанет оказывать пагубное влияние на волков.
Рэм поднялся из-за столика и подошёл ближе ко мне, нависая скалой.
Руки сдавил в кулаки, словно сдерживал себя, чтобы не прикоснуться ко мне. А я боялась лишний раз шумно вздохнуть, не спровоцировать к действию.
– Это не просьба, – голос стал жёстче, прорезались повелительные нотки. – Ты должна оставаться в доме. Не выходить из комнаты ни при каких обстоятельствах. В полнолуние даже воздух пропитан нашей силой. Для человека это может быть смертельно опасно.
Его глаза потемнели, в них промелькнуло что-то необузданное, звериное:
– Если ты ослушаешься… последствия будут необратимы. Для всех.
– Если я выйду, возьмёшь меня против воли? – пискнула необдуманно. Очень и очень зря! Чертовы скачки адреналина в крови.
Рэм натурально зарычал. Страшно так. Жутко.
Пробирающе до колик в животе.
Ахнув, я подскочила на ноги и отшатнулась от него в сторону. Рэм медленно начал приближаться, не сводя взгляда, а я отступать.
– Если поймаю первым, то так и сделаю. А я обязательно поймаю и быстро. Уже не отвертишься. не отпущу, пока мой волк не оставит метку на твоем хорошеньком теле.
Оставит метку?..
Его движения были порывистыми, совсем не плавными, как до этого.
– А если тебя коснется кто-то из моих волков… – снова жуткое рычание из глотки, – тому не жить. Подумай об этом прежде, чем совершить ошибку.
На лице Рэма проступили клыки. Терпение и выдержка альфы трещали по швам, как и тёмная рубашка на нём.
– Не подходи! Ты пугаешь меня! – вскинула руку, будто это могло его остановить.
Не остановило.
– Ты моя Луна, – в мерцающих глазах вспыхнуло что-то первобытное. Дикое. Попыталась обойти его, но он загнал меня в угол между окном и шкафом, преградил путь своей мощной фигурой. – Та, что предназначена мне судьбой.
– Я не верю в эту чушь, – сглотнула, чувствуя, как учащается пульс.
Рэм замер, словно хищник перед прыжком. На его руках бугрились в напряжении мышцы.
– Ты можешь не верить, но твоё тело говорит за тебя, – его взгляд заскользил по моим плечам, шее, опустился к тяжело вздымающейся груди. Он глухо рыкнул и поморщился. – Я чувствую твой страх, но под ним – другое.
Остановился в шаге, вторгаясь в моё личное пространство.
Руки расположил по бокам от моих плеч, заключая в ловушку, из которой не выбраться. Склонился к моей щеке, опаляя кожу жарким дыханием с примесью сладкого аромата гранатового нектара.
– Не представляешь, как я хочу-у тебя, – произнёс охрипло, сокращая до минимума расстояние, но ещё не касаясь. – Как жажду сорвать с тебя эти тряпки, закинуть твои молочные бедра на свои и ворваться в твоё истекающее соками лоно.
И Рэм был чертовски прав, дьявол его побери!
Щеки и уши запылали. Со стыдом я ощутила, как промокло белье от его откровенных слов. Я рвано, поверхностно дышала и не могла расцепить наших взглядов. Тонула в обжигающем янтаре.
А он повёл носом возле моего виска, жадно втягивая в себя воздух с явным запахом моего возбуждения, и прекрасно все учуял. Боже!
– Хочу взять тебя, но не так, как ты думаешь. Я хочу, чтобы ты приняла меня. Сама потянулась навстречу.
Я молчала, не зная, что ответить. Не могла связать и двух слов. Его откровения пугали и… будили что-то внутри. То, чего я боялась признать.
– Уходи, – прошептала наконец. – Просто уходи.
Рэм склонил голову, будто принимая решение. Но я видела – это не конец. Хищник в нём не отступит. И его желание только усилится от сопротивления.
Он чиркнул кончиком носа по скуле, и я зажмурилась, ожидая худшего, но вместо этого почувствовала лишь лёгкое прикосновение его пальцев к подбородку.
А затем его губы накрыли рот. Поцелуй был властным, но не грубым. В нём крылась его жажда и сила, но вместе с тем невероятная нежность. И моё тело начало отвечать вопреки разуму, вопреки страху.
Рэм прижал к стене, не давая вырваться, но руками действовал осторожно, словно я была сделана из стекла. Талию сжали нежные тиски. Его язык скользнул между губ, исследуя, пробуя на вкус.
Как..? Почему у меня не получается сопротивляться ему? Вместо этого ощущала, как по венам разливалось незнакомая доселе волна желания.
– Остановись! – прошептала жалобно, когда Рэм опустился цепочкой поцелуев по челюсти к шее, несильно царапая кожу клыком.
Ноги подкосились, когда поцелуи сместились к глубокому вороту футболки, а своей широкой ладонью альфа накрыл мою набухшую грудь.
– Рэм, пожалуйста, – пропищала со стоном, хотя тело всё ещё жаждало его прикосновений. – Прошу… дай мне немного времени! Я… всë-всë поняла, обещаю, что не выйду ночью!
Он резко, с рычанием отшатнулся от меня. Его глаза полыхали жёлтыми огнями, на скулах играли желваки, а ногти на руках отрасли в когти. Тихо вскрикнула, заметив это. Наверняка остры, как бритва!
Мой крик привёл его затуманенный разум в сознание. Рэм с удивлением уставился на свои руки с когтями.
– Мои люди будут следить за тобой. Каждый шаг. Любое движение, Ли-ина. Не испытывай моё терпение, – прохрипел вкрадчиво, развернулся и направился к выходу.
Дверь с грохотом захлопнулась за его спиной, оставив меня в полной тишине.
Господи, он с трудом, но пытался контролировать зверя внутри себя, а что произойдёт, когда он перестанет или не сможет больше его сдерживать?!!
Только теперь я поняла истинный смысл его слов. Это была не забота – предупреждение. Железный приказ, нарушение которого могло стоить мне девственности, а то и жизни.
Рэм ушёл несколько минут назад, а в голове всё ещё звучали его слова о смертельной опасности. Но почему тогда интуиция подсказывала – реальная угроза исходит не от полнолуния, а от того, что может произойти, если я останусь запертой в доме в эти роковые часы…
Глава 7
За окном поднималась полная луна, заливая комнату серебристым светом. Изведя себя и расстроившись окончательно, я подошла к окну, посмотрела на двор.
Где-то вдалеке раздался протяжный вой, и я невольно вздрогнула, прижимаясь к оконному стеклу.
Отсюда мне было видно, как некоторые члены стаи Рэма стекались к широкой поляне, чтобы потом исчезнуть в ночной тьме. Но моя охрана и патрули оставались на своих постах.
Всё это напоминало тюрьму.
Не знаю сколько я простояла так, пялясь в одну точку, и собралась уже отойти, как вдруг за противоположным окном, которое выходило на другую часть двора со стороны леса, раздались странные звуки, будто кто-то скреб чем-то, карабкаясь по дереву.
Насторожилась и по дуге, оставаясь в тени, медленно стала приближаться к приоткрытой оконной раме.
Через несколько вздохов за стеклом показалась… темная макушка девушки. Словно кошка, она сидела на толстой ветке на корточках прямо напротив моего окна. Наглые, светящиеся жёлтым глаза оценивающе вцепились в меня.
– Кто ты? – резко спросила, инстинктивно подавшись назад, а девица довольно усмехнулась. В свете луны на секунду блеснули клыки.
Волчица! Меня опалило её злобой и яростью.
Хоть между нами и было пару слоёв стекла, что-то мне подсказывало нежданную гостью оно не остановит, захоти та добраться до меня. К тому же с добрыми намерениями в сумерках по деревьям возле чужих спален не лазают.
– Я Мелания, – послышался тихий, но не менее высокомерный голос черноволосой. – Нам следует поговорить. Не поднимай шумиху, впусти меня внутрь.
Мелания. Мелания. Мелания…
Мгновение спустя до меня дошло – это же бывшая пассия Рэма! И что ей понадобилось от меня?
– Думаю, ты жаждешь вернуться домой, – начала она без предисловий. – Я могу поспособствовать.
Звучало заманчиво, но… уж очень предложение похоже на ловушку. Проверка Рэма или эта ревнивая хищница под шумок просто хочет от меня избавиться?
– В чём подвох? – сузила я глаза и скрестила руки на груди, с усердием подавляя страх. Хватит бояться! – И почему я должна тебеповерить?
Если это мой шанс сбежать, стоит рискнуть, другого может и не быть. Но сперва хотелось бы гарантии, что я останусь жива и невредима.
– Вижу, тебе уже успели донести обо мне, – усмехнулась Мелания, наклоняя голову к плечу. – Что ж, тем меньше разглагольствований. Может всë-таки впустишь, пока меня не заметили?
Поколебавшись с несколько секунд, я шире раскрыла окно и посторонилась вглубь комнаты к журнальному столику, где стояла ваза с фруктами и лежал маленький нож.
Когтей, как у Мелании, у меня нет, а это какое-никакое, но оружие на всякий случай. Впрочем не похоже, что волчица пришла сюда меня удушить. А если и хотела, то я уже была бы мертва.
Она ловко запрыгнула в окно и почти бесшумно опустилась на ноги, затем без лишних шорохов прикрыла занавесь. Одета была в узкие джинсы, футболку с модным принтом и кожаную куртку. На ногах кроссы. Длинные волосы стянуты в тугой хвост на затылке.
Красивая, изящная, стройная. Хищная. Под стать альфе.
Заметив мой манёвр, Мелания презрительно скривила уголок губ и вцепилась в меня в ответ оценивающим взглядом, словно бы говоря: «И что Рэм в тебе нашёл?»
Хотела бы я знать.
– Зачем тебе это? – прервала молчание первой, хотя знала ответ наперёд.
– Тебе здесь не место, человечка, – ощетинилась Мелания тихо, и по хозяйски уселась на подлокотник кресла. – Рэм – мой волк.
Полностью с ней согласна.
– Я альфа-самка стаи. Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти, чтобы занять это место, – её голос звучал низко и угрожающе, в каждом слове звенела сталь. – Я проливала кровь в битвах, доказывая своё право на лидерство. И поверь мне, ты не первая, кто пытался встать у меня на пути. Но все они уже давно смирились с моей властью.
Её слова повисли в воздухе тяжёлым обещанием. Ногти на руках удлинились в когти. Ой-ой, а вот это плохо.
– Я не претендую на твоё место, – поспешила успокоить черноволосую девицу, пока она на меня не кинулась.
– Хм…
Похоже не особо поверила в мою искренность.
– Сегодня Рэм должен был официально при всех назвать меня своей Луной, но внезапно объявилась ты, жалкая человечка! Он… отказался от меня. Отвернулся, как от ненужной, использованной вещи.
Её глаза сверкнули хищным огнём, а тело непроизвольно напряглось, готовое к прыжку. Видимо, не привыкла Мелания к отказам.
– И виной всему ты.
Я тоже подобралась, готовая обороняться до последнего, если потребуется.
– Остынь. Я не желаю быть ему парой. Его зверь ошибся, – твердо отрезала, прекратив поток еë угроз. – Ты вроде пришла помочь мне уйти отсюда, мы обе окажемся в плюсе. Что скажешь?
– А ты не такая размазня, какой кажешься на первый взгляд, Лина, – усмехнулась Мелания будто довольно.
Ну надо же, она обратилась ко мне по имени, а не снова выплюнула «жалкая человечка».
– В том-то вся и проблема: зверь никогда не ошибается в выборе истинной пары. Таков закон нашей природы. Именно поэтому ты всё ещё дышишь, иначе я бы давно переломила твой хрупкий хребет.
Сглотнула. Сердце ухнуло и скатилось в пятки.
Не сомневалась, что Мелания попыталась бы. И она с удовольствием прочитала мою реакцию на свои слова. Стерва редкостная.
– Селена наверняка говорила тебе, что с потерей пары от тоски вскорости слабеет и гибнет оборотень. А смерть Рэма в мои планы не входит, я слишком много положила сил и потратила годы, чтобы достичь того, что сейчас имею. Искать и завоёвывать внимание альфа-самца из другой стаи мне крайне не выгодно.
Прав был Илья насчёт неё. С её стороны один сплошной расчёт. Неужели Рэм не видит её корысти? Впрочем мне-то что.
– Но если я уйду, разве Рэм не станет меня искать?
– Нет. Это предоставь мне. Есть способ заглушить связьс одной стороны, пока не поставлена метка. – Мелания растянула пухлые губы в победной улыбке. – И, кажется, я успела вовремя. Он ведь не укусил тебя?
Укусил?!
– Нет, судя по твоей испуганной реакции. Иначе твой запах бы изменился, ты бы пахла им… – рыкнула она, оскалившись.
В комнате повисла напряжённая тишина. Глаза Мелании блестели торжеством в лунном свете. Мне не верилось, что вся эта сюрреальная кутерьма скоро закончится.
– Рэм сказал, что дом под тщательным наблюдением. Как ты собираешься вывести меня из стаи?
– Охрану я отвлеку. А тебе стоит переодеться в тёмную и удобную для бега по лесу одежду, – Мелания прошла к шкафу и распахнула дверцу, её движения были плавными и расчётливыми. – Но учти, у нас мало времени.
Она быстро достала оттуда что-то и бросила мне. Я поймала шмотки.
– В час полнолуния оборотни разных стай уходят в лес бегать и охотиться на разную дичь. Охотники тоже стекутся в нейтральные земли – они всегда устраивают облаву в это время за слишком распоясавшимися волками. Это твой шанс.
***
«Полнолуние начнётся через полтора часа. К тому времени тебе нужно быть у выхода. Я отвлеку охрану. Но помни: один неверный шаг – и ты погибнешь. Рэм не пощадит тебя, если поймает».
Напутственные слова бывшей альфы отзывались в голове эхом.
На выходе из дома Мелания опрыскала меня каким-то средством из темного флакона, пояснила, что это зелье замаскирует мой запах. Я будто стану пахнуть волчицей, которую при этом пометил волк.
Я стану недоступной для Рэма и остальных самцов, «занятой» самкой, и они все не должны обратить на меня внимания, даже если окажутся поблизости.
Она сказала, что в рядах её должников помимо нескольких волков и волчиц стаи, которые и поспособствовали моему побегу, ещё числится ведьма!
Настоящая ведьма! Подумать только! Сколько всего я оказалось не знаю о мире…
Осторожно, но быстро перебирая ногами, перепрыгивая поваленные ветки и торчащие корни, я всё смотрела на листок с картой, которая Мелания начеркала мне, и чувствовала как неистово колотится сердце в груди. Свобода была так близка, но цена казалась слишком высокой.
– Погибну?
Спросила я тогда в страхе, когда мы с Меланией крались меж дворов, держась тени и не выходя на лунный свет. А она ещё сильнее напугала меня ответом:
– Альфа будет одержим зовом луны и овладеет тобой в звериной ипостаси. Помни и бойся этого. Ты не выживешь после такого.
Внезапный шёпот пробрал до костей. В животе завязался узел.
– Что ты имеешь в виду?
Женщина медленно приблизилась, её глаза горели недобрым огнём.
– Я видела, как он обращается с теми, кто ему противится, – прошипела Мелания. – В полнолуние его зверь становится неудержимым. Он возьмёт то, что считает своим, не спрашивая разрешения.
Её голос понизился до зловещего шёпота:
– В звериной форме он не знает пощады. Его сила умножается в десятки раз. Ты будешь беспомощна перед ним.
Я побледнела, чувствуя, как кровь отливает от лица.
– Ты лжёшь! – выдохнула, но внутри разрастался ледяной ком. Нет, она просто специально травит меня, чтобы я наверняка не передумала и не вернулась в дом. Сомнения поспешности решения начинали скрести кошками.
Брюнетка покачала головой:
– Я говорю правду. Я видела своими глазами, как Рэм наказывал провинившихся волков и преступников. Многие пытались сопротивляться – никто не ушёл невредимым.
Она наклонилась ближе, её дыхание обжигало щёку:
– Беги сейчас. Пока есть шанс. Потому что если ты остановишься… он придёт. И тогда ты познаешь настоящий ужас.
Волчица отступила прочь, её жёлтые глаза блеснули напоследок, и фигура растворялась в тени:
– Помни мои слова. И бойся. Бойся его зверя.
С этими словами она исчезла за зелёными кустами, оставив после себя лишь запах страха и предчувствие надвигающейся бури.
Я осталась одна среди, казалось, бескрайней лесной чащи, дрожа не только от ночного холода, но и от леденящего душу предупреждения.
И я побежала что есть мочи в неизвестность.
Рэм
Я стоял в центре лесной поляны, мой голос эхом разносился между деревьями. Говорил собравшимся о предстоящей охоте, о границах территории, о важности единства стаи. Глубоко втянул воздух, чтобы отдать приказ волкам и волчицам пуститься в вольный бег, как меня проткнуло насквозь иглой, прикалывая на несколько секунд к месту.
Ли-ина. Она была здесь. В лесу.
Где сейчас находились более половины стаи разгоряченных, голодных до женской ласки самцов.
Ослушалась меня!
Природное чутье зверя, отточенное годами инстинктов, не подвело, а уловило едва заметный её аромат – сладкий, манящий, неповторимый. Однако он был завуалирован чужеродной примесью запахов.
– Гр-р-ра-а! – резко оборвал свою речь, рычание разодрало глотку. Зверь внутри ощетинился.
Кто-то помог моей паре сбежать. И я догадываюсь, кто осмелился.
Волна первобытной потребности накрыла с головой, задвинув рассудок к границе сознания. Всё что я и зверь желал, заключалось в одном – догнать, поймать, овладеть и заклеймить меткой.
Волки в стае переглянулись, почувствовав изменение в атмосфере. Я замер, ноздри трепетали, ловя каждый оттенок запаха. Я знал – Лина где-то здесь, в этом лесу.
Но что-то было не так. Она пахла овулирующей волчицей, что невозможно.
И судя по всполошившимся самцам стаи, её учуял не только я.
Черт! Этого только не хватало. Шумиху сейчас поднимать не стоило.
Инстинкт выкручивал жилы, требуя немедленно сорваться за парой. Не знаю, как она очутилась так далеко от моего дома, разберусь после, но сейчас я чувствовал, как опасность крадется за ней по пятам. Лина бежала, её страх и паника смешивались с её уникальным ароматом.
Я снова зарычал, звук был глухим и угрожающим. Повернулся к своей стае и коротко приказал:
– Вперед! Луна зовёт. Охотьтесь, бегите и резвитесь. Сегодня вас поведет Илья.
Поймал его взгляд, верный друг понял меня без слов.
Он тоже почувствовал «чужую волчицу» и поведёт стаю в противоположном направлении.
Илья первым обернулся в зверя и взвыл в небо, остальные волки последовали его примеру, поскидывали одежды на поляне и зарычали в предвкушении. Илья рванул меж стволов елей и берез, другие рассыпались по лесу вслед за бетой.
Надеюсь, у свободных самцов хватит ума не дурить и они не бросятся в погоню за Линой, нарушив его приказ.
Не мешкая, я тоже накинул шкуру и помчался вглубь чащи, ведомый древним инстинктом, зовом сердца и медленно закипающей яростью.
Что же ты наделала, девочка…
Луна заливала серебром верхушки деревьев, лапы мягко пружинили от влажной почвы и кочек. Обострившийся нюх вёл меня по следу пары, как гончую.
К сожалению не только меня.
Как оказалось позднее за Линой целенаправленно гнались двое волков из стаи, которых не было на поляне. Узнал их запах – верные прихвостни Совета. Их цель была до ужаса ясна – смерть моей рыжеволосой бестии.
Не допущу! Вспорю ублюдкам глотки первым! Припустил лапами им наперерез.
Пазл мозаики сложился в полную картину.
Мелания. Она р-расстаралась, тварь. Не смирилась, что осталась не удел.
А я идиот, увязнувший в борьбе с инстинктами. Пожалел Лину, не тронул сразу, не поставил метку и вот результат – подверг свою пару большей опасности.
Мел обманом свободы выманила Лину из дома, и пустила по её следу псов старейшин, недовольных кандидатурой моей пары, надеясь, что так расправится чужими руками с соперницей за место главной альфа-самки. Я глупец, давно надо было порвать с ней.
Однако сейчас есть задача важнее предателей.
– Гр-ра-а-а! – мой рык пронзил тишину ночи, когда я нагнал ручных псов. Моему появлению волки не обрадовались.
Завязалась кровавая драка.
Прихвостни старейшин тоже замаскировали свои запахи. Я понял, что в этой рокировке ещё замешана и ведьма.
Головы поотрываю к чертям всем посмевшим пойти против меня! Давно стоило навести порядок в Совете. Зажрались старые псы. Ублюдки и трусы, побоявшиеся выразить мне протест открыто.
Решили действовать подло и исподтишка пока я не успел закрепить связь с Линой. Что ж, после я отвечу всем равноценным ударом.
Схватка с предателями вышла короткой, но занятной. Глупцы посчитали, что на случай провала изначального плана смогут обхитрить и одержать верх над альфой при помощи жалких зелий. Бросить вызов официально кишка тонка.
Вдвойне глупцы.
Ничто на свете не способно остановить волка, идущего по следу истинной пары. Сама того не осознавая Лина делала меня сильнее.
Я искупался в крови гнилых волков, а зверь удовлетворения не почувствовал.
Нам хотелось догнать вкусно пахнувшую самочку и сделать её наконец нашей.
Но сперва следовало искупаться и остудить пыл. Не стоило пугать пару видом крови на шерсти и безумным оскалом больше чем уже сделано. Наверняка моя бестия слышала звуки сражения и её трясет от ужаса. Пришлось делать крюк к ручью, потрусил к воде со спокойной уверенностью – больше смертников в округе на территории стаи не наблюдалось.
Заняло это у меня с десяток минут и погоня за истинной возобновилась.
Лина заплутала от страха, однако не трудно было догадаться куда она целенаправленно бежала – к переходу у реки. Границы моих земель, желая обрести свободу от свалившегося на её хрупкие плечи бремени.
Поздно, девочка.
Ни я, ни мой волк не в силах отпустить тебя.
Спина и копна огненных волос Лины мелькали впереди среди листвы кустов и веток деревьев. Зверю хотелось с ней поиграть. Покрасоваться блеском шерсти в лунном свете, чтобы перестала нас бояться и приняла.
И вместе с тем её бегство и ужас подстёгивали охотничий азарт, горячили кровь.
Когда Лина услышала хруст веток позади – специально громко наступил, чтобы увидела и ясно поняла, кто именно следует по её пятам. Что угрозы от других самцов больше нет.
Что она только моя!
Резко обернувшись, она заметила лишь мою тень, мелькнувшую между стволами. Её сердце забилось часто-часто, кровь отхлынула от лица. Она тихо вскрикнула, узнала меня.
И бросилась бежать, не разбирая дороги, ветки хлестали её по лицу, оставляя мелкие царапины на щеках, цеплялись за одежду. Но я был быстрее – древняя кровь хищника давала о себе знать.
Вот она споткнулась о корень, упала, но тут же встала на четвереньки, а я едва в собственных лапах не запутался, язык прикусил, прикипев взглядом к её упругой попке, обтянутой тканью узких джинсов.
Чресла скрутило болезненной судорогой похоти. Перед мысленным взором застыл совсем дикий образ того, как я хватаю Лину сзади изменёнными руками и подминаю под себя. Её визг, мой победный рык. И…
Тихо взвыл, с усердием жмуря веки и замотал головой, прогоняя сладостное наваждение долой с глаз.
Показалось, что слышал даже треск её джинс.
Нет, нельзя! Лина не волчица, а нежная человеческая девушка. С ней так нельзя. Это всё обманчивый дурман ведьминского зелья и игры разума.
Пока я захлёбывался слюной, пытаясь прийти в себя и не натворить глупости, о которой потом пожалею, Лина уже вскочила на ноги и снова побежала. Почувствовал облегчение, что не сорвался.
Пустился следом.
Зверь и я ликовали, видели её силуэт впереди – хрупкую добычу, от которой пахло страхом и адреналином. Этот манкий коктейль запахов только разжигал инстинкт охотника.
Река-граница была уже близко.
Не знаю почему, обуздав в те минуты свою вторую сущность, решил всё-таки позволить Лине пересечь реку вброд. Наверное, чтобы она стала моей на свободное земле. Лунная богиня будет свидетельницей нашему союзу.
– А-а-у-у-у! – взвыл, подстёгивая Лину ускориться и сам направлял её в нужную сторону.
