Контракт/The contract

Рин тоже стала собираться. Она повернулась к Кэнто, поправила бежевую куртку и мягко произнесла:

— Спасибо, что уделил мне время. Мне было очень приятно с тобой поговорить.

Кэнто от этих слов слегка опешил. Внутренний автопилот подкинул ему самую официальную реакцию из возможных: он, словно на серьезном деловом собеседовании, резко протянул руку, крепко схватил ладонь Рин, пару раз встряхнул её и серьезно ответил:

— Тебе спасибо. За то, что поделилась со мной и выслушала меня.

Рин от такой официальности прыснула в кулак, но руку отнимать не спешила.

Такеши, наблюдая за этим, чувствовал легкое разочарование от сегодняшней «рыбалки». Денег на караоке он потратил прилично, а для девчонок праздник, очевидно, уже закончился. Но тут в конце стола он заметил Кэнто и Рин. От того, как эти двое смотрели друг на друга, у Такеши самого на душе стало как-то светлее. Он был глубоко компанейским, преданным парнем и ради друзей был готов свернуть горы. В его голове мгновенно созрел план. «Ладно, пускай сегодня я в пролёте, — подумал он, — но Кэнто я точно пристрою!»

Такеши резко захлопал в ладоши, привлекая внимание:

— Кому куда? Давайте, девчонки, мы вас проводим! Время позднее, нехорошо, если на ночных улицах Токио что-то случится.

Услышав настойчивое предложение Такэши проводить их после караоке, девчонки сразу замахали руками и начали смущенно отказываться:

— Ой, да ладно вам, ребята, правда не стоит! Нам тут идти совсем рядом, буквально несколько минут.

Один из парней в компании, мгновенно уловив хитрый намек Такэши и решив подыграть другу, многозначительно кашлянул и принял серьезный вид.

— Вы не подумайте ничего дурного, девчонки, мы ведь исключительно о вашей безопасности думаем, — зловещим шёпотом произнёс он, оглядываясь по сторонам. — В Токио в последнее время черт знает что творится, люди пропадают средь бела дня и ночи. Вы ведь знаете ту глухую улочку совсем недалеко от нашего университетского кампуса? Так вот, на районе поговаривают, что если ночью ступить на её мостовую, то сама тьма, обитающая там, поглотит тебя навсегда. Обратно ещё никто не возвращался. Впрочем, решать вам, конечно, — провожать вас или нет.

Наступила короткая, неловкая тишина. Девчонки испуганно переглянулись. Одна из них, нервно поправив ремешок сумки, тихо выдохнула:

— Ладно... Я точно не хочу нигде исчезнуть. А мне как раз в ту сторону надо, к общежитию...

— Ой, а можно мы на такси поедем? Нам втроем в одну сторону, — отозвалась одна из подруг.

Такеши этот ответ не сильно обрадовал, ведь его кошелек и так похудел, но сегодня у него была совершенно другая цель.

— Конечно, без проблем! Кому куда?

Девушки начали по очереди называть свои направления, распределяясь по машинам. Последней осталась Рин. Такеши обернулся к ней с улыбкой:

— Рин, а тебе куда ехать?

— О, мне не нужно такси, — махнула рукой Рин, указывая в сторону выхода. — Я тут совсем близко живу. Буквально через пару улиц, потом парк пройти — и я уже дома.

Такеши расплылся в победной ухмылке. Он подошел со спины, тяжело положил руку на плечо Кэнто и заглянул ему прямо в глаза:

— Отлично! Не волнуйся, Рин. Наш Кэнто живет как раз в той стороне, он тебя с радостью проводит.

Взгляд Такеши так и говорил: «Не смей лажать, одинокий волк, я даю тебе лучший шанс в жизни». Кэнто почувствовал, как тяжелая ладонь друга слегка сжала его плечо, а внутри, за стальными стенками сейфа, снова заворочался холодный, пугающий страх. Счетчик времени в его голове внезапно включился и истошно завопил: «Ты отсутствуешь уже слишком долго. Айми ждет».

Кэнто молча кивнул, глуша внутреннюю панику, и спокойно произнес:

— Конечно. Мне всё равно по пути.

Такеши с силой стукнул Кэнто по плечу и довольно подмигнул:

— Молоток, Кэнто! Настоящий джентльмен. Ну что, девчонки, кто едет со мной в сторону станции?

Попрощавшись с шумной компанией, Рин и Кэнто остались вдвоем. Они неторопливо пошли пешком по залитой неоном ночной улице Токио. Но, как назло, разговор больше никак не складывался. Там, в караоке-боксе, среди толпы ребят и под оглушительные оры Такеши, слова рождались сами собой, и общаться было намного проще. Здесь же, один на один, в окружении гулких звуков засыпающего мегаполиса, всё казалось недосягаемым и слишком личным. В воздухе повисло странное ощущение: будто Кэнто должен был сказать что-то такое, чего он никогда и никому в своей жизни не говорил. Но он понятия не имел, надо ли вообще это делать, и захочет ли Рин его слушать.

Рин шла рядом, мерно стуча каблуками по мощеным камням тротуара. Наконец она подняла голову к небу и нарушила тишину:

— Люблю такую погоду... Не слишком жарко и не слишком холодно. Самое то для прогулок. А тебе как, Кэнто?

Кэнто на автомате, даже не задумавшись, выдал привычную сухую фразу:

— Мне хорошо.

Но тут же, поймав себя на мысли, что ответил слишком грубо и невпопад, он вспомнил, как Айми когда-то учила его мягкости в диалоге. Переборов неловкость, Кэнто поспешно добавил:

— Погода хорошая. Комфортная. Не слишком влажно и не сухо. Знаешь... идеальный баланс для кожи.

Рин от такого неожиданного и детального ответа удивленно моргнула, а затем тихо и очень искренне рассмеялась, оценив его приземленную заботу. Атмосфера между ними снова едва заметно потеплела, но Кэнто в этот момент невольно опустил руку в карман куртки, где лежал мобильный телефон. Внутренний таймер, натренированный годами изоляции, снова начал болезненно пульсировать в голове, упрямо напоминая: «Ты задерживаешься. Час уже прошел. Дома тебя ждут».

— Мне тоже хорошо, — тихо сказала Рин, глядя на него снизу вверх. — Но я думаю, дело тут не только в погоде. А в том, что у меня сегодня просто очень хороший собеседник.

Кэнто искренне удивился такой открытости. За всю свою жизнь он никогда и ни от кого не слышал подобных слов — кроме как от Айми. Но Айми всегда говорила это как-то по-другому, по-особенному. Как преданный друг из далекого прошлого, с которым вы провели вместе слишком много времени и разделили слишком много секретов.

Как назло, разговаривая о хорошей погоде, с серого неба снова начал капать холодный, упрямый дождь. Капли шумно застучали по тротуару, размывая и без того тусклые краски токийского вечера. Кэнто на автомате принялся проверять карманы своей куртки, но с досадой вспомнил, что в утренней спешке оставил свой зонт дома, на кухонном столе у старого холодильника. Ему оставалось только поглубже натянуть капюшон, приготовившись мокнуть на протяжении всей дороги.

Но Рин, шедшая рядом, лишь тихо и мягко рассмеялась. Расстегнув замок своей небольшой сумочки, она бережно достала оттуда аккуратный складной зонтик, с лёгким щелчком раскрыла его над их головами и, чуть приподнявшись на носочках, ласково протянула ручку Кэнто.

Кэнто слегка замешкался. Его «стальной сейф» по привычке требовал отказаться, проявить гордость и спрятаться на своём глухом автопилоте. Но, встретившись взглядом с её тёплыми светло-карими глазами, парень сдался. Он медленно протянул руку и перехватил тонкую пластиковую ручку. Его пальцы на мгновение коснулись горячей ладони Рин, и этот мимолетный физический контакт отозвался в груди Кэнто странным, давно забытым чувством защищенности. Прижавшись плечом к плечу, чтобы не попасть под косые струи воды, они вместе пошли дальше по мокрому асфальту токийской улицы.

Рин и Кэнто незаметно пересекли границу ночного парка. Внутри, под сенью старых раскидистых деревьев, было невероятно спокойно и тихо. Городской шум Синдзюку остался где-то позади, отрезанный невидимой стеной.

Пройдя чуть глубже по аллее, Рин внезапно остановилась и повернулась к парню лицом.

— Знаешь, Кэнто... — мягко заговорила она. — Я действительно хорошо провела время. Ты... не похож на других ребят. Ты совсем не пытаешься как-то специально заинтересовать и развлечь меня, не строишь из себя кого-то другого. И, что самое важное, ты не хочешь переложить свои внутренние проблемы и тревоги на окружающих. Я знаю, о чем говорю. Мои подруги часто жалуются мне, что их парни такие недалекие, совсем не уделяют им искреннего внимания и делают всё будто назло.

Рин сделала небольшой шаг вперед, заглядывая Кэнто прямо в глаза.

— Я хочу тебя попросить... Давай дружить? То есть... давай просто продолжим наше общение, если ты не против. Давай обменяемся номерами телефонов?

Кэнто был буквально поражен этой открытостью и честностью. Он совсем не ожидал от неё такого шага. Парень давно привык к тому, что современный мир устроен довольно эгоцентрично, цинично и каждый человек зациклен исключительно на себе. Конечно, иногда в жизни встречаются редкие исключения — люди вроде него самого, прямолинейного Такеши или вот такой Рин. Но это было скорее удивительное исключение, чем жесткое правило.

Рука Кэнто автоматически потянулась к карману куртки, где лежал телефон. Внутри него уже созрел ответ, ему искренне хотелось сказать: «Да, конечно, давай».

Но прямо в этот момент его рука резко остановилась, словно наткнувшись на невидимую преграду. В его сознании тяжелым, парализующим грузом всплыл образ Айми.

С Айми они были близки давным-давно. Она была невероятно дорога ему. Ведь именно она — единственная, — была рядом с ним практически всю его сознательную жизнь, проходя через все его падения, слезы и редкие моменты радости. Айми, несмотря на весь её сложный, колючий характер и бесконечные капризы, связанные с той или иной едой, была для Кэнто целым миром. Тем самым скрытым от чужих глаз миром, где ему всегда было абсолютно безопасно, комфортно и где никто и никогда во всей вселенной не смог бы причинить ему боль. Заключить новое знакомство, впустить в свою жизнь Рин — в понимании его внутреннего мира это ощущалось как предательство той тишины, которую они с Айми так долго оберегали.

Кэнто на секунду засомневался, чувствуя, как внутри него с глухим скрежетом сталкиваются две логики. Но затем, переборов секундное оцепенение, он всё же достал телефон:

— Конечно. Давай будем на связи.

Рин очень обрадовалась его словам. От избытка чистых эмоций она импульсивно шагнула вперед, мягко перехватила его ладони своими руками и тепло выдохнула:

— Спасибо!

В это мгновение Кэнто почувствовал через её ладони невероятное, давно забытое тепло. Это было то самое живое, согревающее чувство, которое он не ощущал очень и очень давно — с тех самых далеких детских лет, когда мир вокруг еще не казался ему холодной «бездной».

Но прямо в эту секунду, пока Рин с улыбкой держала его за руки, что-то в глубине парка пошло не так. Какое-то странное, леденящее душу ощущение поднялось из самой темноты аллей. Что-то, к чему Кэнто совершенно не был готов. Что-то, что должно было раз и навсегда изменить его привычную жизнь и разрушить стальной сейф его автопилота до самого основания.

Глава 3. Изнанка

Вдруг подул сильный, пронизывающий ветер, и вековые деревья парка протяжно, зловеще заныли. Рин резко укуталась в свое пальто, пытаясь спастись от внезапного холода, а Кэнто медленно повернул голову в сторону сгущающейся темноты. По каменной тропинке, неспешно и плавно, шла знакомая фигура. В этом силуэте Кэнто безошибочно узнал её.

Это была Айми.

— Что ты тут делаешь, Кэнто? — тихо спросила Айми, остановившись в нескольких шагах. Её голос звучал неестественно спокойно, но в воздухе уже пахло озоном и грозой. — Я ждала тебя дома, как мы и договаривались. Но тебя долго не было. Я заволновалась, пошла к тебе на работу, но тебя там уже не было. Где ты был всё это время?

Кэнто медленно сглотнул вязкую слюну, чувствуя, как автопилот внутри него начинает давать сбой от накатившего напряжения.

— Я был с друзьями, — ровно ответил он. — Немного повеселились в караоке.

Айми опасно сверкнула своими глубокими синими глазами.

— Значит, вот как это теперь у тебя называется... — прошептала она, и шаг за шагом двинулась вперед. — А мне кажется, дорогой, это называется по-другому. Измена.

— Измена? О чем ты вообще говоришь? — Кэнто нахмурился, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля.

— Не делай из меня дуру! — в голосе Айми впервые прорезались ядовитые нотки. — Кто эта девчонка? И почему вместо того, чтобы сидеть дома со своей преданной и верной женой, ты, дорогой, гуляешь с ней по ночам за руки?

— Мы не гуляем за руки, я просто провожаю её до дома, — Кэнто попытался сделать глубокий вдох, но холодный воздух обжег легкие. Слова Айми больно зацепили его рацио. — И какая «жена»? Я никогда не думал, что у нас с тобой такие отношения.

Айми вдруг звонко, истерично рассмеялась, и этот смех эхом разнесся по притихшей аллее:

— Дорогой мой, Кэнто! А кто я, по-твоему, еще для тебя? Парень и девушка долгими годами живут вместе. Одни, под одной крышей, делят трудности и радости вместе. Конечно, мы супруги!

Рин, непрерывно потирая плечи от жуткого, пробирающего до костей холода, испуганно посмотрела на замеревшего парня.

— С кем ты говоришь, Кэнто? — её голос дрожал.

— Ни с кем, Рин, — глухо бросил он, не отводя взгляда от Айми.

— Ах, вот так? — Айми резко замолчала, и на её лице отразилась глубокая, искренняя боль. — Я для тебя уже «никто»? То есть всё, что я делала для тебя, была с тобой все эти годы, залечивала твои раны, слушала и утешала тебя... это уже ничего не значит?

— Я не это имел в виду. Просто... — Кэнто запутался в собственных мыслях.

— Просто что, дорогой? Говори как есть! — потребовала она, подступая еще ближе.

Рин обеспокоенно потянула Кэнто за рукав, испуганно озираясь по сторонам:

— Кэнто, ну правда, с кем ты разговариваешь? Там же никого нет! На аллее пусто!

Кэнто посмотрел прямо в синие глаза Айми. Вся накопленная за годы усталость, весь этот цинизм и прагматизм вырвались наружу. Он решил разрубить этот узел раз и навсегда.

— Просто... ты не настоящая, Айми. Ты — плод моего воображения. Я сам создал тебя, когда мне было невыносимо одиноко и больно. Но теперь я вырос. Я хочу, чтобы всё было по-другому, понимаешь? Прости меня.

На секунду в парке повисла мертвая тишина. Айми смотрела на него так, словно он ударил её ножом в грудь.

— Понять тебя?.. Воображаемая?! — её голос сорвался на крик. — О чем ты вообще говоришь?! Думаешь, ты мой создатель? Что я какая-то твоя невидимая подушка для слез и соплей?! Ты только что растоптал мои чувства. Выкинул в мусорный бак абсолютно всё, что мы строили все эти годы! Хочешь новой жизни? Получай. Я с тобой развожусь!

Кэнто, окончательно поддавшись эмоциям и злясь на самого себя за то, что ведет себя как сумасшедший посреди пустого парка, вскинул голову и крикнул в пустоту:

— Как скажешь! Я и так выгляжу полным психом, разговаривая тут с воздухом! Хочешь развода? Я даю свое согласие! Слышишь?! Ты довольна?!

По бледным щекам Айми беззвучно покатились слезы. На её губах появилась горькая, страшная улыбка, и со скрипом в голосе она прошептала:

— Да будет так. Приготовься, Кэнто... Я заберу у тебя всё.

Кэнто резко отвернулся, пряча руки в карманы. Его трясло.

— Успехов тебе. Рин, пошли отсюда. Мне просто... что-то послышалось.

Парень сделал шаг вперед, но тут же остановился как вкопанный. Посмотрев на Рин, он увидел на её лице первобытный, парализующий ужас. Девушка, тяжело и прерывисто дыша от страха и полного непонимания, медленно подняла дрожащую руку и указала пальцем прямо перед собой — туда, где только что стояла Айми.

— К-Кэнто... — едва слышно выдавила Рин, отступая назад. — Ты... ты её видишь? Эту девушку... с белыми волосами? Как?! Ее же секунду назад здесь не было!

Внутренний стальной сейф Кэнто с грохотом разлетелся на куски. Рин видела её. Айми была реальной.

Кэнто ошарашенно перевел взгляд с побледневшей Рин на Айми и хрипло переспросил:

— Ты… ты правда ее видишь?

— Да, вижу! — Рин попятилась, почти теряя равновесие от ужаса.

Кэнто резко обернулся к Айми. Она стояла неподвижно, молча вытирая ладонью последние слезы. В её синих глазах больше не было уязвимости — только холодное, беспощадное решение.

— Я тебе этого никогда не прощу, Кэнто, — тихо, но отчетливо произнесла она.

В тот же миг её силуэт начал искажаться. Тонкая ткань домашней одежды прямо на глазах стала покрываться густым, призрачно-белым мехом. Человеческие очертания поплыли, а на голове стремительно выросли острые лисьи уши. Прошло всего несколько секунд, и вместо плачущей девушки перед ними на каменной тропинке стояла величественная, пугающая белая лисица.

Лисица медленно, с тяжелым глухим стуком ударила передней лапой по кирпичной кладке аллеи.

Шквалистый ветер поднялся с неимоверной силой, заставив вековые деревья гнуться до самой земли. Плотные ночные тучи над Токио в одно мгновение рассеялись, обнажив идеальный диск полной луны. Но луна больше не была серебряной. Она вспыхнула зловещим, алым цветом, окрасив весь парк в багровые тона.

Земля под ногами Рин и Кэнто глухо задрожала. Парк ходил ходуном, словно при сильнейшем землетрясении. Рин в абсолютном первобытном страхе намертво вцепилась в куртку Кэнто, едва перекрикивая рев ветра:

— Что происходит?! Кэнто, что это такое?!

— Я не знаю! — крикнул Кэнто, пытаясь удержать равновесие, но автопилот в его голове окончательно отключился.

Кирпичи мощеной тропинки один за другим, с оглушительным треском, начали отрываться и проваливаться вниз, открывая под парком бесконечную, пылающую фиолетовую бездну. Пространство реального мира стремительно рвалось на куски.

Внезапно земля ушла из-под ног Рин. Кирпичи, на которых она стояла, рухнули в пустоту, и девушка с пронзительным криком резко полетела вниз.

Кэнто среагировал мгновенно. В самый последний момент, на чистых рефлексах, он успел выкинуть руку вперед и мертвой хваткой ухватил Рин за запястье. Но вытянуть её обратно наверх у него не было никакой возможности: вес девушки тянул его к краю, а безопасная поверхность таяла на глазах. Через долю секунды последние кирпичи под самим Кэнто тоже исчезли, лишив его точки опоры.

Потеряв последнюю связь с реальностью, они оба с криком рухнули в чернильно - фиолетовое нечто, оставляя позади ночной Токио.

Врата в Мир Духов захлопнулись.

Голова Кэнто трещала так, как будто он не спал несколько лет. Каждая мысль отзывалась тупой, пульсирующей болью в висках. Он с трудом открыл глаза и, пытаясь нащупать точку опоры, положил ладонь на шероховатую каменную дорогу.

— Эй, осторожнее! Смотри, куда руки раскидываешь! — раздался тонкий писклявый голосок прямо у его пальцев.

Кэнто сфокусировал взгляд и удивленно моргнул. Прямо возле его ладони копошились несколько маленьких, круглых, светящихся шариков. У этих крошечных существ, похожих на ожившие сгустки света, были даже свои микроскопические вещички — сумочки и узелки.

Писклявый голос, принадлежащий самому крупному шарику, недовольно продолжил:

— То, что ты такой большой, еще не дает тебе права давить мою семью! Пошли, дорогая. Что за народ нынче пошел...

Светящееся семейство возмущенно засеменило дальше по своим делам. Кэнто, ошарашенный увиденным, резко встал на ноги и огляделся по сторонам.

Перед ним открылся целый огромный, новый, неизведанный мир. Всё вокруг сияло: вдоль дорог тянулись бесконечные ряды ярких, причудливых фонарей, под ногами расстилались мягкие неоновые дорожки, а по сторонам теснились лавочки и палатки со странными товарами. Жизнь здесь кипела полным ходом, хотя самой жизнью в этом месте даже и не пахло. Самые разнообразные призраки, полупрозрачные тени и диковинные духи окружали Кэнто со всех сторон. Сам этот мир напоминал колоссальный, уходящий в бесконечность колодец — у него не было видно ни дна, ни крыши, только уходящие вверх и вниз ярусы призрачного мегаполиса.

Кэнто судорожно осмотрелся вокруг, его внутренний голос замолчал от удивления. Место, в котором они очутились, меньше всего походило на мистическое логово духов — оно поражало своими масштабами и очень напоминало гигантский, бесконечный терминал центрального вокзала. Высокие гранитные своды уходили в полумрак, а воздух был пропитан запахом озона, сырого камня и старого железа.

Внезапно под самым потолком с глухим щелчком включились исполинские динамики. Металлический, строгий голос из большого микрофона эхом разнесся над платформой:

— Внимание всем прибывшим. Просьба немедленно отойти от края четвёртой платформы. Повторяю: отойдите от четвёртой платформы.

Вокруг них клубилась странная, упорядоченная суета. Прямо мимо застывшего Кэнто, шлепая подошвами по гладкому камню, спешили причудливые тени. Совсем рядом взволнованно послышались чьи-то голоса:

— Пошли скорее на регистрацию, а то я отсюда уже вижу, какая там выстроилась очередь!

С другой стороны их обогнала пара иных странных существ в длинных плащах, чьи негромкие голоса беспечно отмахивались от чужой паники:

— Да ладно тебе, ты же всё проверила трижды. Ну, забыли, значит, забыли. Никому они дома теперь не нужны...

Кэнто судорожно сжал кулаки, чувствуя, как его внутренний «стальной сейф» закрывается на все замки, готовясь к обороне. Он обернулся, чтобы найти Рин.

В этот момент Рин тоже пришла в себя. Размахивая руками, она испуганно осмотрелась по сторонам, и её мозг моментально выдал защитную реакцию. В абсолютной панике она с места запрыгнула на Кэнто, мертвой хваткой вцепившись в его шею, и истошно закричала на весь квартал:

— Что тут происходит?! Я умерла?! Почему?! Я же такая молодая, я не могла умереть! За что?!

Проходящие мимо духи и призраки начали оборачиваться на крик. Они недоуменно переглядывались и перешептывались между собой, обходя застывшего Кэнто стороной:

— Они что, сумасшедшие?

— Да нет, просто новенькие, наверное. Не освоились еще.

— Какие-то они странные... Живые, что ли?

Кэнто стоял посреди этой кишащей призрачной толпы, удерживая бьющуюся в истерике Рин, а внутренний голос саркастично шепнул ему: «Ну что, джентльмен, проводил девочку до дома? Добро пожаловать в новый мир».

Кэнто крепко перехватил бьющуюся в панике Рин за талию и силой опустил её обратно на каменную мостовую.

— Успокойся, — сухо, но твердо произнес он, пытаясь вернуть свой привычный автопилот. — Ты пугаешь окружающих.

Рин округлила глаза, в которых читалось абсолютное возмущение пополам с безумием:

— Я?! Я пугаю?! Да ты посмотри на них! У этого парня вместо лица голова рыбы, а у того вон вообще головы нет, он её под мышкой несёт! И это ещё я пугаю?! Что тут происходит, Кэнто? Где мы? Как мы вообще тут оказались?!

— Хотел бы я сказать тебе, но сам не знаю, — Кэнто нахмурился, оценивая обстановку. — Но я точно знаю, что нам лучше уходить. Местные начинают собираться в толпу.

Он крепко взял Рин за руку, и они быстрым шагом пошли вперед, пробираясь сквозь кишащий поток призраков. Мир-колодец жил своей, совершенно немыслимой жизнью. «Люди» здесь, если можно было их так назвать, занимались самыми будничными вещами. Вот мимо них прошла группа младших школьников в разноцветных масках демонов "Они" — они послушно шли парами, держась за руки, вслед за строгим воспитателем. А через дорогу, за огромным панорамным окном соседнего ресторана, шла серьезная бизнес-встреча. Один из солидных мужчин в дорогом костюме, но с огромной головой цапли, прямо посреди переговоров увлеченно вил себе гнездо из салфеток и веток на стуле, чтобы сиделось поудобнее.

Кэнто судорожно сжал кулаки. Пытаясь уцепиться за хоть какую-то привычную реальность, он засунул руку в карман куртки и достал свой мобильный телефон, чтобы проверить, есть ли связь в этом миром. Но аппарат не отзывался. Экран оставался абсолютно чёрным и мёртвым, словно из него в один миг выкачали всю энергию. Гаджет превратился в бесполезный кусок пластика.

Кэнто хмуро убрал устройство обратно и тихо, сквозь зубы, ругнулся:

— Чёрт... Похоже, он сдох. Но лучше он, чем мы.

Рин испуганно дернула Кэнто за рукав:

— Куда мы вообще идем?

— Не знаю. Тут должно быть какое-то центральное место... Ну, знаешь, вроде информ-бюро, — Кэнто внимательно сканировал глазами ярусы спирального города.

— Кто тебе такое сказал?! — Рин едва успевала переставлять ноги за его широкими шагами.

— Во всех нормальных городах такие есть, и это место, думаю, не исключение, — Кэнто резко остановился и прищурился. На противоположной стороне гигантского колодца, несколькими ярусами ниже, среди неоновых вывесок и ярких оранжевых фонарей отчетливо виднелись светящиеся символы: «ИНФОРМАЦИЯ». Парень указал туда пальцем: — Смотри, Рин. Вон там. Вопрос только в том, как нам дотуда добраться.