Плохой человек. Часть 3. Ошибки будущего

Сам же направился на кухню, чтобы сварганить что-то быстрое и сытное. Эмилия наверняка проголодалась и будет рада как следует набить брюхо. Хотя нет. Какое брюхо? Она же девочка. Ну, значит, набьет животик или как там у них это называется.

Выбор продуктов был велик, а желание готовить — отнюдь. Так что остановился на самом простом и незамысловатом рецепте. Хоть он и не слишком подходит для завтрака. Зато отлично подходит мне по настроению и умениям.

Достал из холодильника сало, немного сливочного масла и две полукилограммовые банки говяжьей тушенки, а из отсека с овощами — луковицу и несколько килограммов мытого картофеля. В специях решил ограничиться солью, перцем и куркумой.

Дальше поставил большую сковороду на плиту и закинул внутрь нарезанное сало. Пока буду возиться с картошкой, оно растопится и отдаст весь свой жир. Сам же тем временем занялся шинковкой лука и массивных клубней, с которых снял шкуру.

К моменту, когда приступил к перемешиванию картофеля со специями в глубокой миске, на кухне уже стоял одуряющий аромат. Поэтому не стал усердствовать в роли планетарника и ссыпал получившийся результат в сковороду, предварительно убрав шкварки.

Сразу же возник знакомый и весьма характерный звук. Не то дождь за окном барабанит, не то кто-то дрищет в туалете. В общем, зашкворчала картошка знатно. Перемешивал её несколько минут, а потом добавил лук шапкой, чтобы тот размягчился и не пригорел.

Когда это случилось, насыпал сверху куркумы, чтобы картошечка приняла золотистый оттенок. Дальше осталось только перемешать и дождаться готовности. А пока этого не произошло, открыл тушёнку и вывалил ее на вторую сковороду, что уже успела разогреться.

Здесь мне нужно просто вытопить весь жир и оставить только мясо. Для каши я бы без затей все скинул в один котел, чтобы понаваристее было. Однако сейчас хочу нормальную жареную картошку, а не кисель из крахмала, белка и мясных волокон. Поэтому из консерв возьму исключительно мясо.

На все эти манипуляции у меня ушло от силы тридцать минут. Блюдо оказалось готовым точно к моменту, когда Эмилия вышла из душа в новой одежде, слегка прихрамывая.

«Чем так вкусно пахнет?» — это было первым, что она произнесла, увидев меня. Ну или это я так считал движения её рук. Все же в языке жестов почти полный ноль.

– Наш завтрак. Садись, — показал на стул у кухонного островка.

Вот только дойти до своего места она не смогла. Застыла по пути к нему, увидев вид из окна. Он её поразил настолько, что та встала как вкопанная и никак не реагировала на мои слова. Ладно, пусть любуется.

Я же в это время достал посуду и разложил картошечку по тарелкам. Выглядел завтрак хоть и вкусным, но весьма скудным. Поэтому решил сделать простенький салатик из огурцов, пары помидорок и прочей дребедени, что была в холодильнике. На скорую руку, так сказать. А еще достал два больших стакана и наполнил их яблочным соком.

Когда уже начал подозревать, что завтракать буду один, Эмилия наконец отмерла. Некоторое время осматривалась, пока не сфокусировалась на мне. Пришлось еще раз показать рукой на стул. В этот раз она достигла точки назначения.

«Спасибо», — прожестикулировала она мне, и на этом все.

В том смысле, что за следующие двадцать минут мы не произнесли ни единого слова и не показали ни единого жеста. Просто ели. Хотя правильнее будет сказать, что набивали животы. Ведь картошечка получилась выше всяческих похвал. Особенно вприкуску с хлебом с маслом и слегка солененьким салатом. Лишь сок немного портил композицию своей кислинкой. Надо было простой воды налить, чтобы обновлять вкусовые рецепторы.

Впрочем, я все равно остался доволен. Как и Эмилия, если судить по её сытому лицу и позе. В данный момент она откинулась на спинку стула и слегка придерживала живот.

«Было очень вкусно».

– Спасибо. Отдыхай. Через час нужно будет обсудить наше будущее, а пока можешь вон телевизор посмотреть, — кивнул в сторону черного прямоугольника, которым так ни разу и не воспользовался.

Кажется, мои слова про беседу о нашем будущем слегка напугали девочку. Ведь в её глазах заметил мимолетную тревогу. Оно и понятно. Эмилия в незнакомом месте и с, по сути, незнакомым человеком. Поводов для волнения хоть отбавляй. А тут еще и какой-то серьезный разговор намечается.

– Не переживай, — попытался её немного успокоить. — Нам просто нужно обсудить ряд бытовых вопросов и то, что относится к обучению. Ничего ужасного после этой беседы не произойдет.

«Хорошо. А почему мы не можем обсудить это сейчас?»

– Не знаю, как ты, но мне на полный желудок хочется полежать, а не разговоры разговаривать. Давай все же немного отдохнем перед этим.

В ответ Эмилия согласно кивнула, и мы как два пузатых гнома вразвалочку направились к дивану. Я завалился как привык, раскинув все конечности, а вот соседка села на самый краешек. Стеснение её не отпустит еще долго.

– Тебе же неудобно, — с укоризной произнес я.

«Неправда», — возмутилась она, но только лицом. Изобразить возмущение руками вряд ли возможно.

– Сама знаешь, что правда. Просто чувствуешь себя не в своей тарелке. Это пройдет, — лениво отмахнулся я. — Скоро обживешься тут и ощутишь себя как дома.

Отвечать она не стала. Лишь скромно кивнула и с ногами залезла на диван, откинувшись на спинку. Правда, делала это очень осторожно, словно в какой-то момент я могу закричать на нее и заставить сесть на пол. Со стороны такое поведение кажется милым, но меня оно скорее беспокоило.

Буквально вчера Эмилия пережила большую утрату, а сегодня находится в совершенно непривычных для себя условиях. Одна. В огромном городе. С человеком, которого встретила при откровенно отвратительных обстоятельствах. Тем более что этот же человек убил другого на её глазах.

Такое мало кто может перенести без последствий. Поэтому-то меня и тревожит страх в её взгляде. Неловкость и чувство стеснения это одно, а вот боязнь совершить ошибку — совершенно другое. Подобное способно сломать человека в столь уязвимом возрасте и положении.

Мне нужно потихоньку вводить её в новую жизнь с мыслью, что она здесь не гость и не приживалка на птичьих правах, а полноправный член общества и часть моей, хоть и маленькой, но семьи. Вот только как это сделать? Большой вопрос.

Включил коммуникатор и записал в расписание посещение Иви. Может, она сможет мне с этим помочь. Психолог все-таки. Да и нужно заскочить к ней за техникой, раз взялся за вызволение Кэла.

Глава 3

– Миль, можешь включить телевизор? А то я не знаю, как это делается, — попросил Эмилию, так как молчаливая пауза затянулась.

Вот только результат оказался несколько неожиданным. Девочка повернулась ко мне с выражением смеси удивления и шока на лице. Будто бы я сказал нечто совершенно несусветное.

– Что такое?

«Почему ты меня так назвал?»

– Эммм… —затупил я. — У тебя красивое имя. Спору нет. Просто оно немного длинное для обыденного общения. Вот и сократил. Если не нравится — могу называть полным.

«Понятно. Ничего страшного. Можешь звать Милей»

– Хорошо, – кивнул я. – А почему ты так удивилась?

С ответом соседка торопиться не стала. Вместо этого отвернулась и начала теребить рукав курточки. Целую минуту обдумывала свои слова, пока наконец не решилась.

«Так меня называла мама»

– Вот как, – удивился совпадению. – Именно Милей? Не Милькой? Ты же маленькая совсем, – решил перевести все в шутку. Получилось. Эмилия улыбнулась и наконец-то отпустила рукав.

«Так тоже звала. Но только если я нашкодничаю»

– Повезло. В таких случаях меня обычно звали либо «Мелким паразитом», либо «Шмакодявкой».

Тут она уже не смогла устоять и рассмеялась. Было приятно видеть не только улыбку, но и слышать смех. Вполне мелодичный для её болезни.

– Ну так что? Сможешь включить телевизор? Я и правда им ни разу не пользовался с момента заселения.

В ответ Милька кивнула и шустро схватила пульт с журнального столика. А уже через секунду черный ящик начал вещать на всю квартиру. Там шли какие-то новости о возгорании на южном НПЗ за пределами Зарвельта.

– Может, что-нибудь поинтереснее найдем? – предложил я.

«Например?»

– Какие-нибудь мультики? Я, покав больнице работал, смог один посмотреть. Там что-то про магов было.

«Таких много. Сейчас поищу»

Спустя две минуты перед нами была большая сетка с целой кучей кино и мультфильмов. Выбор оставил на откуп Миле, и потому следующие полтора часа пришлось вникать в историю огромной ящерицы, которая ищет путь домой.

В целом сюжет мне понравился. От него веяло теплом и спокойствием, которого в моей жизни сейчас чрезвычайно мало. Можно сказать, что такое кино имеет для меня терапевтический эффект. Позволяет ненадолго отстраниться от суровой реальности.

Однако, как и было обещано, пришло время для обстоятельного разговора. Благо сытный завтрак наконец-то улегся в животе.

– Миль, выключи телевизор, – попросил я её.

«Пора поговорить, да?» – спросила она, после того как превратила говорящий ящик в обычный черный прямоугольник.

– Да, – кивнул ей. – И начать я хочу с самого простого. Помнишь, я тебе рассказывал про Крепость?

«Да»

– Так вот. Сейчас мы находимся именно в ней.

«Разве мы не у тебя дома?» – спросила она, после того как на автомате огляделась по сторонам.

– Все верно. Формально эта квартира закреплена за мной и останется таковой, пока я буду считаться ликвидатором. Однако, само помещение является частью Крепости. Того самого учебного заведения, где меня обучают ремеслу.

«Да, ты об этом говорил. А кто такие ликвидаторы?»

– Прости, но я еще плохо знаю язык жестов. Давай ты пока будешь использовать планшет, – ответил я и протянул ей устройство. – Что же касается твоего вопроса, то наверняка помнишь, какому именно ремеслу меня здесь учат.

«Значит, ликвидаторы это те, кто убивают людей?» – неожиданно сноровисто напечатала она.

– Не совсем. Мы не убиваем всех подряд. Только тех, на кого есть официальный заказ через биржу Крепости. По сути, ликвидаторы — это наемники, на которых империя закрывает глаза.

«Тебе нравится убивать?» – со слегка обеспокоенным лицом спросила Эмилия.

– Нет, – с улыбкой ответил я. – Не нравится.

«Тогда зачем ты это делаешь?»

– Потому что в мире есть люди, которые не должны жить.

«Это какие?»

Хотел сказать: «Такие как твой отец», но потом понял, что сейчас сморожу глупость. Поэтому остановил себя и придумал более понятный пример.

– Например, такие как те, что убили мою сестру и отца. Я выследил каждого, кто был к этому причастен, и лишил их жизни.

«Справедливо», – неожиданно ответила девочка, посерьезнев лицом. – «Как ты определяешь, что человек заслуживает смерти?»

– Провожу разведку, ищу доказательства вины и на основе них принимаю решение.

«Так просто? А если, допустим, кто-то украл миллион имперских марок? Его тоже убьешь?»

– Ну, для начала, это совсем не просто и отнимает уйму времени. Что же касается второго вопроса, то все зависит от последствий такой кражи. Если человек украдет их из банка и при этом никто, кроме страховой, не пострадает, то нет. Его я убивать не стану. А вот если он украдет их у матери-одиночки с больным ребенком и тот не сможет получить лечение вовремя, а затем умрет, то здесь уже совершенно иной разговор. Такого человека я выслежу и позабочусь о том, чтобы он покинул этот мир максимально паршивым образом.

«Не понимаю. Но ведь и тот, и другой случай — преступления. Почему первого ты готов отпустить, а второго нет?»

– Потому что осознаю границы своих возможностей. Я ведь не всесилен, чтобы карать всех виновных и помогать каждому обездоленному. Лишь человек. И моя цель не в достижении справедливости для каждого.

«В чем же тогда?» – даже с некоторым удивлением спросила Эмилия.

– Я просто хочу, чтобы вокруг меня было как можно меньше плохих людей. Тех, кто ради собственной выгоды готов причинять другим боль или отнимать жизнь.

«Но ведь можно это делать не убивая. У нас же есть полиция»

— Можно, — улыбнулся я. — Вот только жизнь очень сложная штука, и не всегда всё получается решить законными методами. Иногда преступников отпускают. Иногда они и вовсе находятся в органах власти и потворствуют бандитизму. Всегда есть шанс, что кто-то может избежать наказания. Мой же вариант решения проблемы, хоть и радикальный, но при этом гарантирует, что однажды оступившийся человек не сделает этого вновь.

«Звучит жестоко. А тех, кто случайно навредил другому, ты тоже убьешь?»

— Кажется, кто-то плохо слушал, — улыбнулся я и погладил Мильку по голове. — Меня интересуют только те, кто получает выгоду от боли и страданий других людей.

Судя по недоумению на её лице, она не до конца поняла мою мысль.

— Давай на секунду представим такой сюжет. Поздно вечером мужчина возвращался с работы на своей машине. Он не нарушал скоростной режим и не создавал опасных ситуаций. Однако внезапно на дорогу выбежала женщина и прыгнула ему под колёса. В результате та умерла, а водитель отправился в тюрьму за непреднамеренное убийство. Виноват ли он в смерти этой женщины?

«Нет. Она же сама бросилась под машину».

— С одной стороны — да. С другой же — мужчина мог попытаться смоневрировать, и тогда бы погиб сам после столкновения с деревом или отбойником. Как думаешь, стану ли я забирать его жизнь?

«Нет», — спустя несколько секунд на размышления ответила Миля. — «Смерть этой женщины не принесла водителю ничего, кроме горя и проблем».

— Верно. Хоть ситуация и паршивая, но для меня она несущественна. Такие случаи происходят каждый день, и в них нет явного выгодоприобретателя, который мог бы повлиять на исход. Следовательно, для меня тут работы нет.

«Кажется, поняла».

— Хорошо. А теперь разберем аналогичную историю. Только вместо работяги, возвращающегося домой, представим молодого богатенького паренька. Он хорошенечко напился в клубе и, возможно, даже принимал кое-какие вещества. Ему также под колёса прыгает женщина. Как я должен поступить?

«Убить его?»

— Нет, — покачал головой. — То, что он богат или нетрезв, не делает его в моих глазах целью. Хоть водитель и будет виновным. Случившееся — трагедия, но при этом останется случайностью, в которой нет никого, кто бы получил выгоду. А вот если бы он специально сбил человека или просто вылетел с дороги, то да. Тогда бы я пришёл за ним.

«Не понимаю. В чём же здесь выгода водителя?»

— Элементарно. Он пьян, ему хорошо, но не настолько, чтобы спокойно ехать домой или куда-нибудь ещё на такси. Парень захотел острых ощущений и потому решил рискнуть жизнью людей вокруг. Выгода не всегда материальна, но это не значит, что такое можно прощать.

«Понятно», — после небольшой паузы ответила Эмилия с серьёзной миной на лице.

— Понимаешь, почему я тебе это рассказываю?

«Нет», — покачала головой девочка.

— Ты должна знать, с кем живёшь. Я уже не изменюсь и буду продолжать делать своё дело. Пусть грязное и подчас отвратительное. А ещё постарайся понять, что я никогда не причиню вреда тому, кто этого не заслужил.

«Я понимаю. И хоть меня это немного пугает, но знаю, что ты поступаешь правильно», — со скромной улыбкой на лице ответила Миля.

— Хорошо, — улыбнулся ей. — Теперь вернёмся к теме ликвидаторов. Их обучают здесь. Прямо в этом здании.

Стоило это произнести, как девочка вновь начала оглядываться, будто так сможет обнаружить спрятавшегося в комнате убийцу.

— Пугаться не нужно. Тут безопасно. Об этом я позаботился. Однако, если тебя будет кто-то задирать или доставать, то ты сразу должна сообщить об этом мне. Хорошо?

«Хорошо».

— Вот и замечательно. Впрочем, думаю, в ближайшее время ты сама сможешь дать отпор кому угодно.

«Правда? А как?» — в глазах Мильки загорелся интерес.

— Очень просто. Это ведь учебное заведение. Вот и будешь ходить к моим инструкторам по рукопашному бою, физической подготовке, стрельбе и владению холодным оружием.

«Ого! Я тоже стану ликвидатором?»

— Нет, — чуть строже, чем хотел, ответил я. — Эти занятия нужны только для того, чтобы ты научилась защищать себя. Я не хочу, чтобы ты становилась убийцей.

«Но ведь я уже убила человека», — теперь Эмилия выглядела опечаленной.

— Ничего подобного. Это была обычная самозащита.

«Но…»

— Нет, Эмилия, — прервал я полёт её шустрых пальчиков по экрану планшета. — Пообещай мне никогда не применять силу к людям, за исключением случаев, когда спасаешь собственную жизнь или жизнь другого человека.

«Обещаю», — быстро напечатала она, сбитая с мыслей моим напором.

— Спасибо. Также с завтрашнего дня ты начнёшь ходить в школу.

«Тут и такое есть?»

— Ну почти. На самом деле ты будешь посещать занятия у инструкторов, которые прогонят тебя через школьную, а потом и через университетскую программу. Только нужно будет выбрать направление. Чем бы ты хотела заниматься в будущем? Или, может быть, есть то, что тебе нравится? Отвечать сразу не надо. Просто подумай на перспективу.

Однако прежде, чем я успел перейти к следующей теме, Миля повернула ко мне планшет с ответом.

«Мне нравятся компьютеры».

— Вот как? — удивился я. — Ладно. Значит, будешь учиться с уклоном в информационные технологии. Если хочешь, можем купить тебе личный терминал.

«Правда!» — вот теперь её глаза загорелись по-настоящему. И даже не самый простой разговор, который мы провели ранее, не мог этому помешать. Кажется, она действительно сильно любит компьютеры.

— Ага, — рассмеялся я и потрепал её по голове. — Приду вечером, и выберем тебе подходящую модель.

«Спасибо», — быстро напечатала Миля, а затем обняла меня. Было приятно.

— Ну все, все, — со смешком отодрал от себя соседку. — Далее нам надо обсудить бытовой вопрос. Мне нужно, чтобы ты составила список необходимых тебе вещей. Ну там одежда, какие-то специальные средства или, может, медикаменты какие-нибудь. В общем, все, что потребуется в повседневной жизни. Сделаешь?

Милька радостно кивнула, все еще находясь под впечатлением от будущего приобретения компьютера.

— Отлично. Теперь к важному. Сегодня вечером нам необходимо посетить два места. Первое — наше медицинское отделение. Там тебя тщательно обследуют и скажут, что именно в твоем здоровье нужно поправить. Второе — кабинет психолога. Понимаешь, зачем?

«Да», — через несколько секунд ответила Миля. — «Я помню, что ты говорил во время нашей первой встречи. Мне нужна помощь специалиста».

— Ты ведь не против? Там работает хорошая женщина, и она тебе обязательно поможет.

«Не против. Я рассказала бабушке о случившемся. Она тоже хотела сводить меня к психологу, но они очень дорогие».

— Понимаю. Об этом можешь не беспокоиться. Главное, чтобы тебе было хорошо и чтобы ты чувствовала себя в безопасности.

«Да. Я понимаю».

— Молодец, — без капли иронии ответил я. — У нас осталась еще одна тема для разговора. Точнее, не так. Мне нужно познакомить тебя с твоим новым жилищем. Надеюсь, ты не против?

«Не против», — с улыбкой ответила она.

— Тогда пойдем. Сначала покажу твою комнату.

Мы встали с дивана и направились в дальнюю левую часть квартиры, если смотреть от входа. Туда, где я до этого еще не бывал. Ибо то помещение для меня не имеет смысла. Давно уже не медитирую.

— Вот здесь будет твоя комната, — произнес я, открывая дверь.

Повернулся к Мильке и увидел недоумевающее выражение лица. Оно и понятно. Помещение оказалось совершенно пустым.

«Полы холодные. Спать будет неудобно ＼(〇_ｏ)／»

— Шуткуем, значит, — хмыкнул я и отвесил ей слабенький щелбан. — Понятное дело, что ты не будешь спать на полу. Закажем мебель по вкусу, и заживешь как королева.

«И компьютер. Ты обещал».

— И компьютер, — со смешком ответил я. — Пойдем дальше.

Мы развернулись и направились в обратном направлении. По ходу движения объяснял ей, где какие помещения и для чего они служат. Особо заострил внимание на оружейной комнате, наказав даже не пытаться попасть внутрь. Она вроде бы поняла, но, на всякий случай, постараюсь почаще менять код доступа. А последней точкой нашего короткого путешествия оказалась спецкомната.

— Здесь находится моя лаборатория. В нее входить можно только в моем присутствии. И дело тут не в недоверии, а потому, что это банально опасно для жизни. Понимаешь, о чем я говорю?

«Ты мастеришь там что-то страшное? (｡╯︵╰｡)»

— Нет, — покачал я головой. — Просто там очень тонкое в настройке оборудование, которое неизвестно как может себя повести, если нарушить его работу. Хочешь посмотреть?

«Ага», — быстро закивала она.

— Тогда заходи, — улыбнулся я и открыл перед ней дверь.

«Что это?» — почти сразу же спросила девочка, указывая на здоровенный шкаф в углу.

— Электронный микроскоп.

«А для чего он нужен?»

— Для того, чтобы я мог рассмотреть мельчайшие изменения в материалах.

«А вот это что такое?» — спросила Миля, показав пальчиком на мою экспериментальную установку.

— У этого еще нет названия. Хотя если подумать, то это генератор магического импульса.

«Вау».

Следующие десять минут Милька донимала меня вопросами на всевозможные темы, ни разу так и не повторившись. Впрочем, я был доволен. Сейчас от неё не исходил тот флер безнадеги, что присутствовал утром.

Остановить экскурсию решил на кухне. Время как раз подходило к полудню, и надо прояснить последние моменты, прежде чем уйду по делам.

— Так. Вроде бы все тебе показал и рассказал. Сможешь пробыть тут несколько часов без меня?

«Ты уходишь?» — с тщательно скрываемым испугом спросила она.

— Да. Скоро начинается занятие с инструктором, и мне нужно будет уйти. Вернусь часов в шесть вечера. Справишься тут одна или лучше позвать кого-нибудь за тобой присмотреть?

«Не нужно. Сама справлюсь», — с явным облегчением ответила Милька, когда услышала, что я вернусь.

— Ну тогда не скучай. Мультики в телевизоре, еда в холодильнике, а где уборная, ты уже знаешь. В общем, ни в чем себе не отказывай.

«Хорошо», — улыбнулась она и ускакала на диван.

Я же сходил в оружейку и принарядился на выход. Айко точно меня побьет, если явлюсь на ее занятие без меча. Впрочем, сначала необходимо заскочить в еще одно место.

Вышел из квартиры, сразу же направившись прямиком к кабинету Иви. Сейчас надо получить от нее не только обещанную технику, но и дельный совет относительно состояния Эмилии. Моих знаний банально не хватает для правильного обращения с травмированной девочкой.

Глава 4

Добрался до нужного места и без долгих прелюдий постучал.

– Войдите, – крикнули с той стороны.

Зашел внутрь и обнаружил занятную картину. Иви сидела за столом, укутанная в плед, и громко сербала чаем.

– Простыли? – сразу догадался о причине такого состояния хозяйки кабинета.

– Глаз – алмаз, – саркастично ответила она. – Продуло вчера, видимо.

– Бывает. Догадываетесь, за чем я пришел?

– Само собой, – хмыкнула женщина и протянула мне толстую подшивку листов. Страниц на четыреста, не меньше. – Держи. Полное описание моей техники со всеми тонкостями. Как и обещала.

– Благодарю, но это не все, за чем пришел. Еще нужна помощь в одном деле, – быстро проговорил я, заметив неприязненный прищур на лице психологини. Видимо, подумала, что стану требовать деньги за вызволение брата.

– Что за дело?

– По вашей части. Хочу, чтобы вы помогли важному для меня человеку.

– А если поподробнее? – слегка заинтересовалась она.

– Девочка. Примерно моего возраста. На её глазах убили бабушку, а затем ей самой пришлось отнять жизнь, спасаясь от убийцы. Ранее пережила насилие. Сексуального характера. Скорее всего, неоднократно. С этого дня будет жить со мной.

– Пи….ц, – грязно выругалась Иви и отставила кружку с чаем в сторону. – Чую, хорошие новости ты приносишь очень редко.

– От случая к случаю, – попытался отшутиться я.

– Охотно верю, – судя по сарказму в её голосе, у меня не получилось. – Какого результата ты от меня ждешь?

– Не знаю, – честно признался я. – Просто хочу, чтобы она могла жить нормальной жизнью и чувствовала себя в безопасности. Насколько это возможно, разумеется.

– И ты не придумал ничего лучше, чем притащить её в Крепость? – приподняв одну бровь, спросила она. – Седой в курсе?

– Со мной ей ничто не грозит. Всяко безопаснее, чем в трущобах Корнака. И, да, старик в курсе и дал добро. Она не станет ликвидатором, но будет проходить обучение здесь. Хочу, чтобы она могла за себя постоять.

– Понятно. Думаю, я смогу помочь, но на это потребуется много времени.

– Неважно. Главное, чтобы ей стало лучше.

– Хорошо. Приводи её ко мне.

– Договорились, – я уже собирался уйти, но, подумав, решил задать последний вопрос. – У меня есть возможность ей как-то помочь?