Спасти мир и всё-таки жениться

— Ошибаюсь!

— Конкретнее!

— Ещё не придумал!

Серебряная нить обвилась вокруг его руки. На мгновение Тарас увидел все последствия своего следующего шага.

Если он ударит по машине правым мечом, обрушится северная башня.

Если левым — погибнет механическая птица.

Если третьим — появится герцог Равельский и потребует продолжения поединка.

— Почему он в каждом будущем? — возмутился Тарас.

Он выбросил все три меча и ударил машину кулаком.

Этого варианта она не предусмотрела.

Серебряная пластина треснула.

По городу прокатилась волна.

Люди на площади ожили.

Мужчина с цветами остановился, повернулся и побежал назад к девушке. Женщина вошла в школу. Чей-то будущий полководец получил право родиться и самостоятельно решить, кем ему становиться.

— Остановите его! — крикнула девочка.

Серафим стоял неподвижно.

Он смотрел на трещину в машине.

— Она не видела этого поступка.

— Потому что он бессмысленный, — сказал Эраст. — Вы рассчитывали разумные варианты.

— Все варианты разумны.

— Вы не знакомы с Тарасом.

— Уже знаком, — обиделся Тарас.

— Тогда должны понимать масштаб проблемы.

Машина выпустила новые нити.

Одна коснулась Веры.

Она исчезла.

Другая схватила Миру.

Тарас успел поймать её за руку.

— Не отпускай! — крикнула она.

Нить тянула сильнее.

Тарас держал.

Перед ним вспыхивали варианты.

В одном он отпускал Миру и спасал город.

В другом удерживал — и погибали сотни людей.

В третьем пытался перерезать нить и терял руку.

Машина показывала последствия, заставляя его выбрать.

— Тарас! — крикнул Эраст. — Не смотрите!

— Там люди погибнут!

— Это не будущее. Это доводы.

— А если правда?

— Тогда отвечать будем потом!

Тарас закрыл глаза и потянул Миру к себе.

Город содрогнулся.

Башня рухнула, но вместо площади упала в прошлое, где её успели построить в другом месте.

Нить лопнула.

Мира прижалась к Тарасу.

— Ты выбрал меня?

— Я выбрал не выбирать из того, что мне предложили.

— Очень романтично.

— Я старался.

Эраст схватил золотое кольцо мира.

Оно раскалилось.

— Серафим! — крикнул он. — Вы видели войну между восемью мирами?

— Да!

— Когда она начнётся?

— Через девяносто лет!

— Из-за чего?

Мальчик закрыл глаза.

Хрустальный шар показал поле битвы.

В центре стояли две армии. Над ними висел огромный белый флаг.

На нём было написано:

ЕДИНСТВЕННОЕ ПРАВИЛЬНОЕ БУДУЩЕЕ.

Серафим побледнел.

— Кто начал войну? — спросил Эраст.

Мальчик всматривался.

Армиями командовали люди в белых масках.

Драконы сражались против машин, потому что Согласователь приказал машинам уничтожить магию. Люди воевали с драконами, потому что драконы отказывались подчиняться. Миры разрушались не из-за различий.

Они разрушались из-за попытки сделать их одинаковыми.

— Я, — прошептал Серафим.

— Возможный вы.

— Но я хотел предотвратить войну.

— Поэтому создали причину.

Девочка шагнула к нему:

— Не верь. Это один из вариантов.

— Ты сказала, что он единственный.

— Теперь изменился расчёт.

— Почему?

Она посмотрела на Тараса, который продолжал бить машину снятым сапогом.

— Появился неучтённый фактор.

— Наконец-то оценили, — сказал Тарас.

Серафим отпустил руку девочки.

Машина взвыла.

Серебряные нити начали втягиваться.

Люди падали на площадь, вновь получая собственные решения.

Но вместе с нитями разрушался город.

Часы на башнях пошли вперёд.

Завтра, остановленное много лет назад, приближалось.

— Что происходит? — спросила Мира.

— Время возвращается, — ответила Ардейна.

— Это хорошо?

— Для всех, кроме тех, кто жил здесь без времени.

Люди начали стареть.

Сначала медленно.

Потом быстрее.

Молодые становились седыми. Дети взрослели. Дома покрывались трещинами. Праздничные флаги истлевали.

Женщина в окне дворца открыла глаза.

— Серафим? — позвала она.

Мальчик обернулся.

— Мама!

Он побежал к дворцу.

Девочка схватила его.

— Если время продолжится, она умрёт.

— Через девяносто лет.

— Для города эти годы наступят сейчас.

Серафим посмотрел на мать.

Она старела у него на глазах.

— Останови! — крикнул он Эрасту.

— Как?

— Надень кольцо на машину. Оно закрепит сегодняшний день.

— И снова лишит всех будущего.

— Зато они будут жить!

— Нет. Они будут продолжаться.

— Какая разница?

Эраст посмотрел на Веру.

Она тоже старела.

Седина появилась в волосах. На лице легли морщины. Через несколько секунд она стала старше на двадцать лет.

— Эраст, — сказала она, — не вздумайте.

— Вы можете погибнуть.

— Когда-нибудь — обязательно.

— Меня это не устраивает.

— Меня тоже. Но вечное сегодня устраивает меньше.

Мира прижалась к Тарасу. Он уже поседел. Сам Тарас смотрел на её изменившееся лицо так, словно пытался запомнить каждую секунду.

— Хорошая новость, — сказал он. — Ты и в старости красивая.

— А плохая?

— Я в старости всё равно лысею.

— Это мы переживём.

— Судя по скорости, минут через пять.

Ардейна опустилась на площадь. Её золотая чешуя тускнела.

— Решай, Эраст!

Он держал кольцо.

Надеть его на машину — сохранить город, остановив время навсегда.

Уничтожить машину — вернуть будущее и позволить девяноста потерянным годам пройти за несколько минут.

Оба решения были неправильными.

Следовательно, требовалось третье.

Эраст посмотрел на часы.

— Козёл!

Козёл поднял голову.

— Сможешь съесть Нулевой День?

— Целый?

— Да.

— С башнями?

— Желательно без людей.

Козёл оценил город.

— Не влезет.

— Вам не требуется есть город. Только его дату.

Эраст указал на главный циферблат.

Под ним сияла надпись:

НУЛЕВОЙ ДЕНЬ.

НАЧАЛО ВЕЧНОГО НАСТОЯЩЕГО.

Козёл прищурился.

— Высоко.

Ардейна подхватила его и взлетела.

— Я передумал! — закричал козёл.

— Поздно!

— У меня высотобоязнь!

— Ты ел документы на крыше!

— Там были перила!

Драконица подняла его к циферблату.

Козёл вцепился зубами в надпись.

Откусил слово «нулевой».

Время споткнулось.

Башни качнулись.

Он съел слово «день».

Город исчез из календаря.

Старение остановилось.

Вера осталась седой.

Тарас провёл рукой по голове.

— Волосы вернутся?

— Возможно, — сказала Мира.

— Твои или мои?

— Мои меня устраивают.

Над площадью возникла гигантская воронка. Город, лишившийся даты, больше не мог оставаться в истории.

Серафим обнял мать.

— Что теперь?

— Теперь у вашего города нет назначенного будущего, — сказал Эраст.

— Значит, он погибнет?

— Неизвестно.

— Вы не знаете?

— В этом и состоит будущее.

Мальчик посмотрел на остановившуюся машину.

Потом на девочку.

— Ты останешься?

Она покачала головой:

— Я должна стать Согласователем.

— Зачем?

— Иначе не будет того будущего, из которого они пришли.

— Но мы уже знаем, что оно плохое.

— Поэтому оно обязано случиться.

Тарас нахмурился:

— Кто установил такую глупость?

— Время.

— Где оно?

Козёл икнул.

Из его пасти вылетела минутная стрелка.

— Временно здесь, — сказал Эраст.

Белая дверь открылась посреди площади.

За ней виднелся Дворец Согласованных Решений.

До свадьбы оставалось двадцать восемь дней.

Девочка шагнула к двери.

Серафим удержал её.

— Как тебя зовут?

— Никак.

— Тогда я назову тебя.

Она впервые улыбнулась.

— Как?

Серафим подумал.

— Свобода.

Девочка отдёрнула руку.

Её лицо исказилось от боли.

По коже побежали трещины.

Изнутри пробился белый свет.

— Нет, — прошептала она. — Так меня нельзя называть.

— Почему?

На её лице появился гладкий белый овал.

СВОБОДА ЯВЛЯЕТСЯ НЕДОПУСТИМЫМ ИМЕНЕМ.

Голос снова принадлежал Согласователю.

Он уже говорил через неё.

Девочка вошла в белую дверь.

Перед тем как исчезнуть, она посмотрела на Эраста.

На мгновение белая маска пропала.

— Найдите моё настоящее имя, — попросила она. — До свадьбы.

Дверь закрылась.

Воронка над городом раскрылась полностью.

Ардейна прижала крылья.

— Нам нужно уходить!

— Куда? — спросил Тарас.

Сотрудница Бюро указала на прозрачный поезд.

— Он вернёт нас в ближайшее существующее число.

— Какое?

Она посмотрела на козла.

— Какое осталось.

Все повернулись к животному.

Козёл виновато переступил копытами.

— Четверг.

— А среда? — спросил Эраст.

— Перекусил в дороге.

— Зачем?

— Нервничал.

Они бросились к поезду.

Последними в вагон вошли Серафим и его мать.

— Вы с нами? — спросила Вера.

— Здесь больше нет времени, — ответил мальчик.

— А там оно есть, — предупредил Эраст.

Серафим взял мать за руку.

— Попробуем.

Поезд тронулся.

Город Нулевого Дня сложился за окнами, словно декорация после спектакля. Исчезли башни, дворец, площадь и машина, которая должна была избавить всех от ошибок.

Остался только памятник мальчику.

Надпись на постаменте изменилась:

СЕРАФИМУ СОГЛАСОВУ,

КОТОРЫЙ НЕ СПАС ГОРОД ОТ БУДУЩЕГО

И ТЕМ САМЫМ ДАЛ ЕМУ ШАНС.

Тарас прочитал.

— Хороший памятник.

— Почему? — спросил Серафим.

— Не каждый удостаивается памятника за то, чего не сделал.

Эраст посмотрел на него:

— Некоторые получают за это должность.

Прозрачный поезд набрал скорость.

Впереди был четверг.

До свадьбы оставалось двадцать восемь дней, которых теперь было двадцать шесть.

А в Дворце Согласованных Решений человек без лица открыл Книгу несостоявшихся браков и вписал первое настоящее имя:

СВОБОДА СОГЛАСОВА.

Рядом поставил отметку:

НЕВЕСТА.

Ниже появилась вторая строка:

ЖЕНИХ ПОКА НЕ ВЫБРАН.

Согласователь перелистнул страницу.

На следующем листе находилась фотография Тараса Ананиевича Тюлькина.

Белая рука взяла перо.

И аккуратно обвела его имя.

Глава 11

Четверг, который пришёл без предупреждения

Поезд прибыл в четверг в половине девятого утра.

Четверг оказался не готов.

На платформе ещё лежали следы среды: недописанные письма, невыключенные утюги, вчерашние новости и люди, которые легли спать во вторник, а проснулись с ощущением, что рабочая неделя совершила против них должностное преступление.

Прозрачный вагон остановился посреди институтского кабинета.

Эраст вышел первым.

Затем Вера, Мира, Тарас, Ардейна, Серафим с матерью, сотрудница Бюро и козёл.

Последним из поезда выпал мужчина с букетом.

— Простите, — сказал он. — Мне на сорок лет назад.

— Следующая остановка, — ответил кондуктор, прикладывая платок к разбитому носу.

Двери закрылись.

Поезд проехал сквозь стену и исчез.

На стене осталась надпись:

БЕЗБИЛЕТНЫЙ ПРОЕЗД В ПРОШЛОЕ

ВЛЕЧЁТ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В БУДУЩЕМ.

Эраст посмотрел на часы.

— Четверг.

— Хороший день, — сказал козёл.

— Чем?

— Длинный.

— Почему?

— Пятницу тоже съел.

Тарас медленно повернулся к нему:

— Ты когда-нибудь бываешь сытым?

— Бываю.

— Когда?

— В прошлом.

В кабинет вошёл директор института.

Он остановился.

Перед ним находились двое сотрудников, две женщины, мальчик, молодая мать из исчезнувшего города, дракон размером с телёнка, козёл и незнакомая служащая, которая уже осматривала помещение на предмет соответствия требованиям Бюро.

Директор несколько раз моргнул.

— Кунилин…

— Да.

— Я не буду спрашивать.

— Разумно.

— Но предупреждаю: в десять совещание.

— По какому вопросу?

— По вопросу вашего увольнения.

Эраст нахмурился:

— Основание?

— Вы отсутствовали три дня.

— Два дня уничтожены.

— В табеле стоят.

— Какие даты?

Директор открыл папку.

Между понедельником и четвергом находились две пустые строки.

— Даты отсутствуют, — признал он.

— Следовательно, отсутствия не было.

— Но вас не было!

— Когда именно?

Директор посмотрел на пустые строки.

— Это демагогия.

— Это учёт рабочего времени.

— А Тюлькин где был?

— Со мной.

— В таком случае уволю обоих.

— Не можете, — сказала Мира.

Директор повернулся к ней:

— Почему?

— Тарас Ананиевич у вас больше не работает.

Тарас вздрогнул:

— С каких пор?

Мира показала телефон.

В электронной трудовой книжке значилось:

ТЮЛЬКИН ТАРАС АНАНИЕВИЧ.

ДОЛЖНОСТЬ: НАСЛЕДНЫЙ ПРИНЦ-КОНСОРТ ЛАДЕНА.

ДАТА ВСТУПЛЕНИЯ В ДОЛЖНОСТЬ: ТРИСТА ЛЕТ НАЗАД.

Ниже стояла отметка:

ОСНОВАНИЕ: ПРОРОЧЕСТВО.

Директор снял очки.

— Это совместительство?

— Надеюсь, нет, — сказал Тарас.

— Почему вы не сообщили в отдел кадров?

— Триста лет назад я ещё не работал.

— Тем более. Следовало уведомить заранее.

Мира увеличила изображение.

В графе «семейное положение» было написано:

ПОМОЛВЛЕН С ЭЛЕОНОРОЙ ЛАДЕНСКОЙ.

БРАК НАЗНАЧЕН ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ.

— Через два? — переспросил Тарас. — Было через три.

— Один день съели, — напомнил козёл.

— Ты теперь ещё и свадьбы приближаешь?

— Время питательное.

Мира убрала телефон.

— Поздравляю, ваше высочество.

— Я не соглашался.

— В трудовой записано.

— Эраст, скажи ей.

— Запись действительно существует.

— И?

— Необходимо оспаривать.

— Как?

Эраст посмотрел на железную дверь во дворец.

Она исчезла.

Вместо неё в стене висело овальное зеркало. В отражении Тарас был одет в королевскую мантию и держал за руку принцессу Элеонору.

Рядом стояла Мира.

Продавала цветы.

— Согласователь переписывает настоящее через прошлое, — сказал Серафим.

Директор наконец заметил мальчика.

— А это кто?

— Временно размещённый создатель межмировой системы принуждения, — ответил Эраст.

— Практикант?

— В некотором смысле.

— Оформите.

— У него нет документов.

— Тогда охрана выведет.

Мать Серафима прижала сына к себе.

— Мы никуда не пойдём.

Директор устало посмотрел на всех.

— Кунилин, у вас до десяти часов, чтобы привести кабинет в порядок.

— Что именно вы подразумеваете под порядком?

Директор указал на дракона, козла, принца, исчезнувшие дни и поездную надпись на стене.

— Чтобы ничего этого не было.

Он вышел.

— Хороший руководитель, — сказала сотрудница Бюро. — Задача сформулирована широко, сроки нереалистичны, ответственность передана исполнителю.

Эраст подошёл к своему столу.

На нём лежала новая папка.

Красная. С золотой надписью:

ЛИЧНОЕ ДЕЛО ЖЕНИХА.

КУНИЛИН ЭРАСТ АКАKИЕВИЧ.

— Моё? — спросил Тарас.

— Нет.

Эраст открыл папку.

На первой странице находилось заявление:

Прошу зарегистрировать мой брак с Верой Сергеевной Озеровой через двадцать шесть дней. Решение принято добровольно, окончательно и без возможности отзыва.

Внизу стояла его подпись.

— Вы подписывали? — спросила Вера.

— Нет.

— Похожа?

— Идеально.

Серафим посмотрел на подпись:

— Согласователь не подделывает документы.

— А это что?

— Документ из будущего. Вы подпишете его позднее.

— Не подпишу.

— Тогда он не появился бы сейчас.

Эраст вырвал заявление.

Под ним лежала точная копия.

Он вырвал вторую.

Появилась третья.

Тарас заглянул в папку:

— Удобно. Бумага не кончается.

— Это не преимущество.

— Для учреждения — главное.

В шкафу что-то щёлкнуло.

Двери распахнулись.

Внутри висели четыре свадебных костюма.

На каждом была бирка с именем.

ЭРАСТ.

ТАРАС.

СЕРАФИМ.

На четвёртом:

КОЗЁЛ.

Все медленно посмотрели на животное.

— Я не буду надевать галстук, — предупредил козёл.

Глава 12

Личное дело козла

Для расследования семейного положения козла создали комиссию.

Эраст возглавил её по необходимости.

Тарас вошёл из любопытства.

Вера — чтобы комиссия не превратилась в следственную.

Мира — чтобы Тарас случайно не выдал козла замуж за принцессу.

Сотрудницу Бюро звали Маргарита Петровна. Это выяснилось, когда она потребовала включить её в протокол.

— По должности я старший хранитель событий, которые могли произойти, но благоразумно не произошли.

— Значит, вы специалист по несостоявшимся бракам? — спросил Тарас.

— Я специалист по последствиям.

— Это одно и то же?

— После третьего года совместной жизни — почти.

Козла посадили перед столом.

Он попытался съесть карандаш.

Карандаш отняли.

— Имя? — спросил Эраст.

— Козёл.

— Это вид животного.

— Для вас.

— Настоящее имя есть?

Козёл задумался.

— Было.

— Какое?

— Забыл.

— Где родились?

— В шкафу.

— Вы не могли родиться в шкафу.

— Тогда не родился.

Эраст снял очки.

— Откуда вы появились?

— Выпал.

— Из какого мира?

— Из будущего.

— Какого?

— Сытого.

Тарас наклонился к Мире:

— Он всегда так разговаривал, просто мы не слышали.

— Возможно, это было к лучшему.

Вера открыла Книгу несостоявшихся браков.

На странице козла обнаружилось семь записей.

Первая:

БРАК С КОЗОЙ БЕЛОЙ. НЕ СОСТОЯЛСЯ ПО ПРИЧИНЕ СЪЕДЕННОГО СВИДЕТЕЛЬСТВА.

Вторая:

БРАК С КОЗОЙ ЧЁРНОЙ. НЕ СОСТОЯЛСЯ ИЗ-ЗА РАЗНОГЛАСИЙ ПО ВОПРОСУ СОБСТВЕННОСТИ НА КАПУСТУ.

Третья:

БРАК С ДРАКОНИЦЕЙ АРДЕЙНОЙ. АННУЛИРОВАН ДО ВОЗНИКНОВЕНИЯ.

Ардейна вскочила:

— Что?!

Козёл посмотрел на неё.

— Не получилось.

— Этого никогда не было!

— Поэтому не получилось.

Из пасти Ардейны показалось пламя.

— Я тебя сожгу.

— Пробовала.

— Когда?

— После свадьбы.

Драконица замерла.

— Какой свадьбы?

— Которой не было.

Тарас вытер глаза:

— Эраст, я начинаю понимать, почему Согласователь хочет запретить выбор.

Четвёртая запись относилась к механической козе из Орбиса-9.

Пятая — к неизвестному существу, имя которого переводилось как «Та, которая пережёвывает закат».

Шестая была полностью зачёркнута.

Седьмая светилась.

БРАК С МИРОМ БЕЗ МАГИИ.

ДАТА: ЧЕРЕЗ ДВАДЦАТЬ ШЕСТЬ ДНЕЙ.

ЦЕЛЬ: СОХРАНЕНИЕ ГРАНИЦ.

— Вот кто женится, — сказал Эраст.

— Козёл на нашем мире? — спросил Тарас.

— Вероятно, он является представителем другого мира.

— Какого?

Козёл отвернулся.

— Не скажу.

— Почему?

— Стыдно.

— Что может быть стыднее брака с Ардейной? — спросил Тарас.

Драконица ударила его хвостом.

Тарас перелетел через стол.

— Например, это, — сказал козёл.

Эраст перевернул страницу.

Под записью находилось примечание:

Жених является последним живым существом Девятого мира.

— Девятого? — переспросила Вера. — Мы знаем о восьми.

— Знали, — ответил Серафим. — Девятый был исключён.

— Кем?

— Согласователем.

— За что?

Мальчик посмотрел на козла.

— За несовместимость.

Козёл спрыгнул со стула.

— Закончили.

— Нет, — сказал Эраст. — Расскажите о Девятом мире.

— Там ничего нет.

— Вы сказали, что родились в будущем.

— Оно закончилось.

— Каким образом?

Козёл боднул шкаф.

Двери открылись.

За ними раскинулась пустыня.

Под чёрным небом стояли обломки городов. Песок был белым и напоминал бумажный пепел. Из земли торчали гигантские ножницы.

Ни одного дерева.

Ни одного дома.

Ни одного живого существа.

Козёл вошёл в пустыню.

Остальные последовали за ним.

— Это твой мир? — спросил Тарас.

— Был.

— Что случилось?

— Стал правильным.

На горизонте возвышалась белая башня.

На ней светились слова:

КОНФЛИКТЫ УСТРАНЕНЫ.

НЕСЧАСТНЫЕ ОТСУТСТВУЮТ.

НАСЕЛЕНИЕ: 0.

— Согласователь уничтожил всех? — спросила Мира.

— Нет.

— Тогда куда они делись?

— Перестали рождаться.

Серафим приблизился к башне.

— Почему?

Козёл копытом раскопал песок.

Под ним лежала детская игрушка.

— Родителям подбирали идеальных супругов. Потом решали, что дети могут принести им боль. Рождение запретили. Старики жили долго. Потом закончились.

— А ты?

— Меня не учли.

— Почему?

— Ел учёт.

Тарас присел рядом с ним.

— Как ты попал к нам?

— Ждал.

— Чего?

— Когда останусь один.

— Зачем?

— Один считается миром.

Эраст понял первым.

— Последнее живое существо становится носителем воли всего мира.

Козёл кивнул.

— Я решил уйти.

— И Согласователь не смог остановить?

— Не нашёл решения.

— Потому что ты действовал бессмысленно?

— Потому что я козёл.

Тарас положил ему руку на спину.

— Иногда это призвание.

В глубине пустыни что-то задвигалось.

Из песка поднялись белые фигуры.

Тысячи.

На их лицах возникла одна надпись:

ПОСЛЕДНИЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ОБНАРУЖЕН.

Козёл попятился.

— Они пришли за мной.

— Почему раньше не приходили? — спросила Вера.

— Не знали, где я.

Эраст посмотрел на раскрытый шкаф.

На дверце висела Книга несостоявшихся браков.

— Мы привели их.

Белые фигуры окружали их со всех сторон.

Ардейна увеличилась, закрывая остальных крыльями.

— Я могу сжечь пустыню.

— Она уже сгорела, — сказал козёл.

Тарас вытащил меч.

— Тогда сожжём ещё раз. Для уверенности.

На вершине башни появился Согласователь.

Теперь у него было лицо девочки.

— Верните представителя Девятого мира, — произнёс он.

— Он здесь добровольно, — ответил Эраст.

— Его решение ошибочно.

— Это его решение.

— Девятый мир должен быть закрыт.

Козёл вышел из-под крыла Ардейны.

— Уже закрыт.

— Ты покинул его.

— Открыл дверь.

— Вернись.

— Нет.

— Почему?

Козёл посмотрел на белую пустыню.

— Там невкусно.

Тарас поднял меч:

— Очень содержательное возражение.

Белые фигуры двинулись вперёд.

И тогда из-под песка донёсся звон.

Слабый.

Почти неслышный.

Козёл навострил уши.

Звон повторился.

Он бросился к развалинам и начал раскапывать землю.

— Что там? — спросила Мира.

Козёл не ответил.

Под слоем пепла обнаружилась маленькая дверь.

За дверью плакал ребёнок.

Живой.

Согласователь замер.

Надпись на башне изменилась:

НАСЕЛЕНИЕ: 2.

Козёл посмотрел на младенца.

Потом на Эраста.

— Я больше не мир.

Белые фигуры приблизились.

— Значит, ребёнок тоже представитель? — спросил Тарас.

— Нет, — ответил Серафим. — Теперь воля мира разделена между ними.

— И что это меняет?

Эраст поднял золотое кольцо.

Оно больше не подходило козлу.

Световой обод расширился.

Стал слишком большим для человека.

Потом ещё больше — размером с город.

— Мир не может вступить в брак, пока его представители не договорятся, — сказал Эраст.

Тарас посмотрел на младенца.

— Он пока неразговорчивый.

— Поэтому свадьбу придётся отложить.

Впервые известие об отложенной свадьбе обрадовало всех.

Кроме Согласователя.

Белые фигуры одновременно подняли ножницы.

Глава 13

Битва за право передумать

Драконы любят битвы.

Люди любят рассказывать, что драконы любят битвы.

Сами драконы обычно уточняют, что любят побеждать, а битва — неприятная формальность между появлением противника и его убедительным поражением.

Ардейна взлетела.