Что скрывает остров? Книга третья. Наследие Алоней

Евгения Машкина

Что скрывает остров? Книга третья. Наследие Алоней

Глава 1

Книга

Громадный воин бросился навстречу худощавому, намереваясь одним ударом выбить из него весь дух. Но тот легко увернулся в сторону и, ловко подставив подножку, заставил гиганта растянуться на земле. Толпа дружно рассмеялась.

По сравнению со схватками амазонок с существами эта стычка казалась несерьезной, почти детской забавой. Я, не скрывая скуки, зевнула. Кожевник Анолий, только что смеявшийся, теперь с раздражением покосился на меня. Я снова была парией, но в этот раз у меня не было ни малейшего желания подстраиваться под чужие правила. Опыт показал, что в этом нет никакого смысла. Если общество отвергает меня, это происходит не потому, что я одеваюсь как-то не так или веду себя неприемлемо. С этим тоже могут быть проблемы, но они решаемы. Истинная причина крылась в другом: сильнее всего система отторгает тех, кто остается свободным и сильным, кто не желает быть просто винтиком в общем механизме. Остальные уже смирились и на подсознательном уровне безошибочно чувствуют тех, кто выбрал иной путь. Это рождает в их душах внутренний диссонанс, и они спешат отыскать логические оправдания тому, что не так с этими «странными» людьми. Но все эти отговорки пусты и ничего не значат, ведь правда остается неизменной: если человек не подчиняется – для системы он враг.

Я подумывала о том, чтобы покинуть деревню, но странный сон спутал все мои планы. Бросить людей на погибель казалось слишком подлым, даже если эти самые люди открыто и без стеснения меня отвергали. Парадоксально, но именно эта прямолинейность вызывала у меня определенное уважение: так было честнее, чем то лицемерное притворство, которое царило в мире амазонок.

Басилей приветливо помахал мне. Персей стоял рядом с ним, он мрачно кивнул. Мне стало понятно его стремление путешествовать и не бывать в деревне. Он собирался снова уйти. Я не стала рассказывать ему о предстоящей опасности, грозящей деревне, не хотелось взваливать на него этот груз. Чем он сможет помочь? Пусть уходит: возможно, хоть ему удастся ускользнуть от морских жителей.

В глубине души я чувствовала разочарование в самой себе: до сих пор так и не нашла решения, как помочь Хеону и другим призракам. Нужно было сходить к нему, но я все время откладывала этот разговор. Басилей то и дело останавливал меня, уговаривал не уходить, и изо всех сил старался наладить мои отношения с местными. А Персей, напротив, просил бросить все и отправиться с ним в путешествие. Я рассказала ему о воздушном духе, и его тут же охватило жгучее желание повстречать это создание. К тому же он хотел показать мне несколько поистине удивительных уголков острова. Я бы с радостью отправилась с ним, но у меня не хватило ни дерзости, ни злости, чтобы просто повернуться спиной к жителям деревни.

Погруженная в свои мысли, я не заметила, как худощавый воин одержал победу над гигантом. Басилей подошел ко мне, а Ваала метнула в мою сторону взгляд, полный неприкрытой ненависти.

– Тебе так скучно смотреть на наши схватки. Покажи, что может амазонка, – попытался спровоцировать меня Басилей.

– Надеюсь, этот день никогда не настанет, – спокойно возразила ему я.

Еще в самом начале Персей строго-настрого предупредил меня никогда не участвовать в боях: так меня оставят в покое, потому что никто не будет знать, чего от меня ожидать. Я доверяла Персею безоговорочно, поэтому, невзирая на бесконечные провокации, твердо отказывалась драться с кем-либо.

– Как пожелаешь, Лейла. Ты выглядишь расстроенной, хочу тебя порадовать, – загадочно произнес Басилей.

– Хорошо, только давай позже. Я обещала Персею проводить его.

– Зачем провожать? Попрощайтесь в деревне. Разве этого недостаточно?

– Хочу немного с ним пройтись, отдохнуть от деревни.

– Ты ведь не уйдешь с ним? – заволновался Басилей.

– А что, ты сильно расстроишься? – решила поддразнить его я.

– Конечно. И буду волноваться, – нежно прошептал Басилей и погладил меня по щеке.

– Я не пойду с ним, у меня здесь есть дела, – с достоинством произнесла я.

– Тогда увидимся вечером?

– Я думаю, что слишком устану. Давай завтра сходим хоть на целый день – куда хочешь, – лучезарно улыбнулась я и взяла его за руку.

Мои странные отношения со старейшиной не давали мне покоя. Он был приятным человеком и, возможно, мог бы пробудить во мне более сильные чувства. Но мысль о том, что он хотел убить родного брата, никак не выходила из головы. Каждый раз, стоило мне взглянуть на Басилея, эта тень тут же всплывала в памяти. И все же его старания и неизменно доброе отношение понемногу смягчали мое сердце.

– Хорошо, буду ждать твоего возвращения.

– Ты даже не заметишь, как я вернусь.

– Я замечу, – произнес Басилей многозначительно.

Улыбнувшись ему на прощание, я направилась к Персею. Он ждал меня возле одной из хижин. У него за плечами висел небольшой рюкзак.

– Это все, что ты возьмешь? – удивилась я.

– Твой мешок был еще меньше, а ты прошла весь остров, – проворчал Персей.

– Ты злишься?

– Я не понимаю, зачем ты хочешь здесь остаться? Ты же знаешь, как к тебе относятся жители деревни. Это небезопасно, – в голосе Персея звучала тревога.

– Тебе не стоит переживать. У меня же есть защитник, – я старалась звучать убедительно.

– Басилей? – ядовито произнес Персей.

– Нет, марахи, – рассмеялась я.

– А, да. Против его очарования не смогут устоять даже три деревни, – улыбнулся Персей. – Тебе нужно чтото взять?

– Да, зайдем по дороге в мою хижину. Я возьму свой мешок.

Дома в деревне были каменными, но приземистыми и неприглядными. Казалось, строители думали лишь о том, как защитить жилье от непогоды, а эстетика и удобство совсем не заботили. Улицы получились узкими и извилистыми – в солнечный теплый день тени лежали на них плотными, почти чернильными полосами, отчего пространство казалось еще теснее, будто стены потихоньку сдвигались. В щелях между плитами упрямо пробивалась жесткая, сухая трава – она создавала ощущение заброшенности этого места. Сама деревня располагалась на высоком утесе, а к пляжу вела узкая тропинка.

Но сегодня наш путь лежал в другую сторону.

На краю деревни мне выделили старую заброшенную хижину. Она стояла особняком. Думаю, ее выбрали для меня специально, ведь жители старались держаться от меня подальше. Стены были сложены из грубых серых камней, между которыми давно пророс мох, а крышу покрывали высохшие пальмовые листья, шелестевшие при каждом порыве ветра. Внутри мое жилище оказалось крошечным. В углах висели густые паутины, сквозь щели в полу пробивались дикие травы, а из всей мебели здесь были лишь узкая кровать с набитым соломой матрасом да хлипкий деревянный стол. Здесь уже давно никто не жил.

Когда я поселилась в ней, пришлось немало потрудиться, чтобы привести ее в порядок: вымести многолетнюю пыль, убрать паутину, вырвать проросшую траву и проветрить затхлое помещение. Хижина все еще выглядела бедной и скромной, но теперь в ней хотя бы можно было жить.

Когда я зашла домой, марахи, растянувшийся на кровати, открыл глаза и сладко потянулся.

– Я собираюсь в путь. Хозяин, составишь мне компанию? – весело спросила я.

Принц спрыгнул с кровати и с важным видом направился к выходу. Я взяла мешок и вышла следом. Марахи уже успел забраться на плечо Персея. Оба выглядели довольными.

– Ваше Величество, вы чтото совсем обленились. Решили путешествовать на плече? – удивилась я.

Принц довольно пискнул.

– Ты еще не знаешь, но марахи имеют периоды активности. После продолжительного периода движения у них наступает время отдыха. Так что пусть расслабляется – это ему нужно.

– Да, я не знала. Может, останешься дома? – обратилась я к принцу.

Марахи категорично пискнул, устраиваясь удобнее на плече Персея. Я вздохнула, но спорить не стала.

Мы бодро двинулись в сторону джунглей. С каждым шагом деревня отдалялась, а я чувствовала себя все лучше и лучше. Предательская мысль – сбежать из нее подальше – закралась в сознание, но я решительно отогнала ее.

– Какой у тебя план?

– План? – непонимающе спросил Персей.

– Да. Куда ты собираешься пойти?

– Четкого направления нет. Я пойду, куда поведут меня джунгли. Но на обратном пути обязательно посмотрю на каньон с личинкой и воздушного духа. Если получится, то хотел бы увидеть Ореону и ее деда. К амазонкам, пожалуй, не пойду, – рассмеялся Персей.

– К личинке я бы тебе тоже не советовала.

– Я только взгляну, как это выглядит, вглубь не пойду. Не волнуйся, я точно буду в порядке. С малых лет я путешествую по острову, но ты смогла найти уголки, о которых я ничего не знаю. Так что я решил посмотреть, может, на острове остались еще какиенибудь таинственные места. И я до сих пор не могу поверить, что Рощи тишины больше нет. Мне нравилось это удивительное место.

– Прости, но друиде и ее роще лучше быть дома. Надеюсь, мне никогда больше не придется с ней встречаться – вот ведь жуткое создание, – меня передернуло от ужаса, который вызывала у меня хозяйка Рощи тишины.

– Я ее никогда не видел, но верю тебе. Если тебя, такую бесстрашную, она напугала, то лучше пусть ее не будет на острове.

– Мне сильно помог марахи. Без него я бы давно погибла.

– Да, но ведь он выбрал тебя! Знаешь, я не слышал о таком, чтобы марахи становились компаньонами людей. Обычно они довольно независимые. А тебя выбрал не простой, а принц.

Малыш радостно пискнул в полусне. Мы с Персеем рассмеялись.

– Самое удивительное, что он не ушел со своими, а решил остаться со мной. Эту потерю я не смогла бы пережить.

– Он тоже не смог бы. И это как раз характерно для марахи: они, хотя и живут стаями, часто уходят в одиночные путешествия.

– Но он ведь не сможет вернуться.

– Ты этого не знаешь, – с хитрой улыбкой произнес Персей.

– Что ты имеешь в виду?

– Я думаю, что он предусмотрел такой вариант. Он, похоже, довольно сообразительный.

– Да, если он захочет, то найдет выход из любой ситуации. Ты прав.

Мы углубились в джунгли, пробираясь по узкой тропинке сквозь высокие деревья. Впереди виднелся поворот, уводивший в самую чащу разросшегося бамбука. Но мы выбрали другой путь: обогнув огромный папоротник, стали подниматься на холм.

– Ты думаешь, это хорошая идея? – неожиданно спросил Персей, намекая на цель моего похода.

– Мне нужно это сделать. Не уверена, что еще выпадет такой подходящий повод.

– Честно говоря, он довольно странный, – развеселился Персей.

– Я здесь чужая. Имею право быть странной, – улыбнулась я.

– Тем более что ты действительно странная, – подтвердил Персей.

Я застыла, удивленная и недовольная. Персей оглянулся на меня, потом рассмеялся и продолжил подъем.

– Ты только что меня обидел, – возмутилась я, догоняя его.

– Неужели на правду обижаются?

– Конечно, на правду больше всего обижаются. Особенно женщины. Ты что, не знал?

– Разве?

– Конечно. Если женщина набрала лишний вес и спросила, как она выглядит, нужно обязательно сказать, что она осталась такой же стройной. Иначе можешь пострадать. Вот как было с Астерией. Она была отвергнута – и отомстила… да так, что вспоминать не хочется.

– А может, она и правда отомстила Хеону за то, что он ей про вес сказал? – серьезно спросил Персей.

Я рассмеялась и легонько толкнула его в плечо.

– Интересная теория. Может, мне и самой найти какойнибудь достойный повод, чтобы коекому отомстить, – произнесла я, выразительно посмотрев на Персея, а потом сразу убрала улыбку. – Давай не будем над этим шутить. На самом деле это была ужасная смерть. Такую месть мог совершить только бессердечный, жестокий монстр.

– Ты думаешь, если бы царь получил в свое распоряжение хозяйку Рощи тишины, то она смогла бы убить всех варагу?

– Кольца Агаротона могли дать ему чтото другое. Но даже если бы он получил ее, то его шансы добиться победы были бы очень высокими.

– Возможно. Но теперь нам уже никогда не узнать, что случилось бы.

– Я так долго думала над его жизнью. Он совершил плохой поступок, который обернулся для него катастрофой. Но если бы он не стал царем, то его жизнь стала бы жалкой, ведь нереализованный потенциал душил бы его изнутри. Он был замечательным правителем. Астерия упрекнула его в том, что он не убил ее. Но ведь он любил ее. Все это довольно запутанно.

– В молодости люди часто делают ошибки. Хеон сам понял, в чем ошибся: он разрешил Астерии самой выбирать, что просить у Колец Агаротона.

– Ты считаешь, что он бросил свою любовь ради власти, правильно?

– Но ты же сама сказала, что это являлось его предназначением. Если бы не он и Астерия, то слабый правитель не смог бы найти решение, как справиться с варагу. И тогда он бы умер со своей любимой Астерией от рук варагу.

– Получается, они не могли быть вместе?

– Женщинам так нужно, чтобы любовь побеждала все преграды, да?

– Я думала, это нужно всем. Или нет?

– Если ты не заметила, то жизнь намного сложнее.

– Сказал человек, который уходит путешествовать при любой возможности, да еще и в одиночестве, – поддразнила я Персея.

– В моем мире любовь тоже побеждает все преграды, но вот другие люди… У них есть свои страхи и неуверенность, – горько произнес Персей.

– Тебе стоит простить брата. Он понял, что ошибся. Ты не пострадал. Все обошлось.

– Я бы посмотрел, что ты сказала, если бы тебя неожиданно посреди ночи вытащили из кровати и увели умирать. И так поступили по приказу твоего родного брата. Что бы ты почувствовала?

– Я никогда бы не почувствовала себя рядом с ним в безопасности, – медленно произнесла я.

– Поэтому я лучше буду путешествовать.

– А если бы ты узнал, что он умер, пока тебя не было. Что бы ты почувствовал?

– Облегчение.

– И тебе бы совсем не было жаль?

– Совсем. Я бы подумал: Басилей получил то, что заслужил.

– Но ритуал ты бы проводить не стал? – улыбнулась я.

– Ты же говорила, что не стоит это упоминать, – притворно возмутился Персей.

– Не смогла удержаться. Мне с тобой так просто, что я не могу долго оставаться серьезной.

– Это хорошо. Я тоже не люблю быть серьезным. Когда я уйду от Басилея подальше, то, надеюсь, смогу успокоиться и смириться с произошедшим.

– И тогда ты будешь жалеть, если он умрет?

– Почему опять об этом спрашиваешь? У тебя было видение? Поэтому не уходишь? – встрепенулся Персей.

Я поняла, что перестаралась с расспросами. Но, слава Артемиде, у меня была тема, которая переключит мысли Персея.

– Нет, мне он нравится. Мне бы хотелось, чтобы вы помирились. Обычно люди жалеют обо всем, когда человек умирает.

– А ты бы хотела, чтобы мы действительно помирились? – разочарованно произнес Персей.

– Да. Он хорошо ко мне относится, но мне не дает покоя эта история. Возможно, время поможет.

– Возможно, – безразлично произнес Персей.

Мы поднялись на холм, с которого открывался вид на ближайшие окрестности. Над темной горой вдали больше не клубился густой черный дым. Светлосерые облака все еще висели над ней, но это были уже не те грозовые грязнофиолетовые тучи. Лучи солнца местами пробивались сквозь серую пелену, освещая темный силуэт, делая его не таким мрачным. Мне понравилось увиденное. Мы остановились передохнуть. Я доставала флягу с водой, когда Персей неожиданно застыл. Он поднес палец ко рту и прислушался. Я замерла, пытаясь понять, что произвело на него такое впечатление, но не заметила никаких подозрительных звуков.

– Показалось, – облегченно произнес Персей.

– А что ты услышал?

– Звук сломанной ветки. Думаю, это какойто зверь пробежал рядом.

Я удивилась, ведь Персей говорил, что рядом с деревней зверей не бывает. Они боятся людей и держатся как можно дальше от жилищ. Но решила не спорить с Персеем, а подыграла ему.

– Хорошо. Тогда пойдем дальше?

– Да, давай.

Мы стали спускаться с холма. И как только оказались среди деревьев, спрятались в зарослях. Зачем мы это сделали – оставалось загадкой для меня. Но напряженная поза Персея – он не двигался и сосредоточенно смотрел сквозь кусты – заставила воздержаться от расспросов. Через несколько мгновений появился Карук. В деревне мы несколько раз встречались, и впечатление было не из приятных. Он был таким же высоким и мощным, как Басилей. Но черты его лица были грубыми, словно их вылепил ленивый скульптор, которому было все равно. Шрам на левой щеке портил картину еще больше. А его всегда чистые длинные волосы, собранные в хвост, еще сильнее подчеркивали угловатость лица. Его вид пугал не только меня: я заметила, что люди стараются держаться от него подальше – в их взглядах читался страх.

Карук шел по нашим следам, но здесь они потерялись. Он внимательно осмотрелся. Я старалась не шевелиться, сердце бешено стучало, как будто пряталась от стаи кауртов. Было трудно понять, что так сильно испугало меня. Ведь Карук был главным помощником Басилея и не причинил бы мне вреда. Но зачем он крался за нами? Пошел следить? Его послал Басилей? Интересно, с какой целью? Всетаки Персей был прав: старейшина не понял, зачем я иду проводить его брата, и решил сам во всем разобраться. Персей зло смотрел на помощника старейшины. Ведь именно Карук привязал его к тому дереву, от которого я его отвязала.

Карук ушел вперед. Но Персей знаком показал не двигаться – я кивнула. Мы продолжали сидеть в засаде. Я понимала, что наш преследователь – довольно опытный следопыт и охотник и лучше было выждать, пока он уйдет подальше. Но время уходило… А мне нужно было вернуться в деревню до темноты, но, похоже, этому не суждено случиться.

Наконец, Персей вышел из зарослей и осмотрелся. Поманил меня рукой, молча указал на следы, оставленные Каруком. Нам пришлось сделать крюк, чтобы обойти предполагаемое местоположение главного помощника старейшины.

Мы шли молча через джунгли. Настроение было испорчено: я размышляла о том, что мне придется оправдываться перед старейшиной, хотя я совершенно не обязана этого делать. Но для того, чтобы оставаться в деревне, мне нужна была поддержка Басилея.

Персей был погружен в свои мысли. Он двигался совершенно бесшумно, оставляя минимум следов, аккуратно обходя сухие ветки, используя камни и ручьи при любой возможности. Я шла за ним, стараясь наступать туда же, куда и он, ничего не трогать, уклоняясь от веток и высокой травы. Все мое внимание было сосредоточено на движении и повторении действий Персея – я нашла в этом даже какоето успокоение. Так мы пробирались несколько часов. Иногда Персей останавливался и прислушивался. Но, похоже, Карук потерял нас и не смог найти.

Когда наступили сумерки, мы преодолели только половину пути, который я запланировала. Но идти ночью смысла не было.

– Давай сделаем привал. Вернусь в деревню завтра. Скажу, что заблудилась, – улыбнулась я.

– Не спрашивай у него про Карука, – предостерег Персей.

Он остановился, выбирая место для ночевки.

– Почему?

– Он не скажет тебе правду, но будет знать: ты чтото скрываешь.

– Ты был прав, он чтото заподозрил.

– Любой бы заподозрил. Лейла, ты плохо умеешь врать, – улыбнулся Персей.

– Амазонки мне тоже это говорили, – согласилась я.

– Это неплохо.

– Ну, не знаю. Умение врать уберегло бы меня от многих неприятностей.

– Ты бы нашла другие.

– Ты прав.

– Лучше не будем разговаривать. Карук может нас услышать.

– Хорошо, – тихо произнесла я.

Мы поели то, что взяли из деревни. Слава Артемиде, нам не нужно было разводить огонь. Принц соскочил с плеча Персея и устроился рядом со мной. А Персей сел, прислонившись к дереву, чуть дальше. Я быстро уснула.

Бесконечный поток морских жителей выходил из моря. Они снова шли к деревне, убивая всех на своем пути. А я беспомощно наблюдала за этим. Мне хотелось остановить эту волну, сметающую все вокруг, но я не могла ничего сделать. Их было слишком много. Торро нагло улыбнулся мне.

– Не мешай. Мы сделаем то, чего хотели наши предки. А ты можешь смотреть или погибнуть со всеми.

Жители деревни не были настолько дороги мне, чтобы умирать вместе с ними, но и смотреть, как они гибнут, мне не хотелось.

– Лейла, – потряс меня Персей.

– Разве ты не ушел? – в ужасе спросила я.

– Куда? – удивился Персей.

– Путешествовать по острову.

– Тебе приснился кошмар?

Я осмотрелась и поняла, что морских жителей нет рядом. И это был всего лишь сон.

– Да. Прости, у меня все смешалось.

– Что тебе снилось? Ты металась во сне.

– Мне снилось, как будто на меня напали, – соврала я.

– Я тоже там был?

– Нет, но когда я проснулась, то подумала, что все еще сплю.

– На тебя напали, а ты волнуешься, что я не ушел? – удивился Персей.

– Да. Я просто запуталась между сном и реальностью. Хорошо, что это был всего лишь сон, – я постаралась произнести это ободряюще.

Но Персей еще больше насторожился.

– Разве у провидиц бывают обычные сны? Тебе приснилось, что тебе грозит опасность. Это может действительно случиться! – возмутился Персей.

– Нет, мне приснилось, что на меня напала стая больших бабочек. Они не могли причинить мне вреда, но я не могла скрыться от них, – врала я первое, что пришло в голову.

– Я не встречал таких на острове, – с сомнением произнес Персей.

– Говорю, это был просто сон. Провидицам снятся обычные сны. Тебе не стоит обо мне переживать. Со мной всегда марахи. Он сможет заранее почувствовать любую неприятность, и мы, как всегда, легко с ней справимся.

– Я бы не назвал вашу встречу с личинкой таким уж незначительным событием.

– Но мы почти не пострадали. Только мои уши, но они давно не болят. Не волнуйся, я знаю, что делаю. И тебе не стоит отказываться от своих планов изза меня.

– У меня такое чувство, что я снова тебя бросаю. А тебе опять предстоит тяжелое испытание, а меня не будет рядом.

– Что за глупость? Какое еще испытание? Я буду жить спокойно в деревне. Никого не трогать, заниматься своими делами. А тебе нужно отвлечься и не видеть некоторое время брата.

– Хорошо, если так, – неопределенно ответил Персей. – До рассвета совсем скоро, давай собираться в путь.

Мне совсем не хотелось снова видеть детей Посейдона, сметающих все на своем пути, поэтому я была рада, что больше не нужно спать.

– Давай, – бодро ответила я.

Персей достал несколько плодов из своего рюкзака. Я медленно начала жевать сочную мякоть. Принц, все еще спящий, стал громко принюхиваться. Его веки затрепетали, а потом показались сияющие глаза. Он быстро передвинулся к плоду, лежащему на земле. И через секунду раздалось громкое чавканье. Я и Персей одновременно засмеялись. Мы съели все, что было, и отправились в путь.

Идти оказалось не так уж долго. Было раннее утро, когда я заметила, что лес впереди редеет. А потом мы подошли к мертвой земле. Мне было немного неуютно, что у меня нет чешуйки личинки, но я смело зашла на выжженную территорию.

– Хеон, – позвала я.

– Ты думаешь, он тебя услышит? – удивился Персей.

– Не знаю. Но подниматься на вершину мне совсем не хочется.

– О, Лейла, – услышала я знакомый голос, – рад, что ты выжила.

Рядом со мной появился призрак Ахиллеуса. Я приветливо улыбнулась ему.

– Я тоже этому рада. И очень вам благодарна за помощь и заботу.

– Ты сильно нас напугала. Хеон был сам не свой. Я его позову, – произнес Ахиллеус и растворился в воздухе.

– Ты удивительный человек. Почему к тебе все проникаются такой заботой? – удивился Персей.

– Не все. В деревне не проникаются.