Ватикан. Культурный код

И в подтверждение этой идеи мы видим, как Константин принимает решение возвести храм над могилой апостола Петра. Не мавзолей во имя почтения памяти одного из 12 учеников Христа, принесшего его слово в Рим. А христианский храм на месте захоронения — чтобы воспевать вечную жизнь на небесах. И кажется, выбирая построить храм на холме Ватикана, Константин даже представить себе не мог, что этим решением он изменит не только облик Ватикана — он изменит весь мир.

Завоевания Константина — докучливые строки в учебнике истории. Подлинное бессмертие императору принесли город, который он основал, и храм, который он построил.

Начало трансформации античного мира

Миланским эдикт 313 года, без которого возведение храма было бы невозможным, ознаменовал переход от классической римской традиции к христианской цивилизации, что определило облик Европы на многие века вперед.

Каким же был Рим в этот период? Уж не сам ли город вдохновил Константина на создание документа о религиозной веротерпимости? Что он увидел, войдя в Рим после победы над Максенцием? Почему решил возвести храм над некрополем, невзирая на сложности? Не проще ли было просто перенести мощи Петра в другое место?

Рим в начале IV века — город ослепительной красоты. Все то, чем мы восхищаемся сегодня — точнее, руинами дошедшего до нас, — уже было создано: великолепная архитектура, обилие произведений искусства были атрибутами повседневной жизни города.

Это был город, где наслаждались жизнью в прекрасном настоящем и где напрочь отсутствовали мысли о будущем. У элиты любого общества есть важнейшая задача — создавать культурный смысл, формировать содержание эпохи и, самое главное, определять идеалы, вектор будущего развития. Римская элита тогда уже была на это неспособна.

Она была занята в основном поиском легких путей еще большего обогащения, сплетнями и бесконечными насмешками над уровнем латинского языка римских полководцев варварского происхождения. Показательно, что сам «римский» латинский в этот период уже утрачивал свою идеальную строгость, лаконичность и чистоту. Люди у власти боролись за самые лакомые куски — за влияние, за богатство, за максимальную прибыль. Коррупция процветала и становилась почти нормой жизни.

Зато развлекаться Рим все еще умел, и в этом ему не было равных. Такого количества забав и развлечений, как в Риме, не было больше нигде в мире, и долго еще не будет после его заката.

Посреди этой социальной стагнации Константин не мог не обратить внимания на то, как отличался от окружающего упадка образ жизни христианской общины. Убеждения христиан были столь глубоки и непоколебимы, что люди могли отдать за веру свою жизнь. При этом основная часть христианской общины Рима состояла не из бедноты и рабов, в нее входили влиятельные, образованные и состоятельные граждане.

Философская мысль христианства была не просто созвучна римской этике, она несла своеобразную красоту и глубину. А главное, была сильной и чистой, давала надежду и силу идти вперед через хаос римского божественного пантеона.

Именно в христианстве Константин увидел будущее империи. Указ о свободе вероисповедания родился в наблюдениях за достоинством, нравственностью и силой веры римской христианской общины, которая смогла покорить сердце даже такого достаточно жестокого властолюбца, как император. Иначе не объяснить его личное решение о финансировании постройки христианских храмов из казны — Миланский эдикт, даруя свободу вероисповедания и уравнивая христианское духовенство в правах с языческими жрецами Рима, все же не предписывал государству заботу о возведении культовых мест для христиан.

Старый собор Святого Петра и его современники

Первым христианским храмом на Западе, возведенном при Константине, стала базилика Сан-Джованни-ин-Латерано. Этот храм сегодня — живое семнадцативековое свидетельство непрерывной христианской традиции. Время шло, эпохи сменялись, и каждая из них оставляла свой след в стенах этой базилики.

Выбор места для возведения этого храма не был случайным. Латераны — древний римский род. Во времена Константина их земли пусть и сохранили имя династии, но уже давно были заняты казармами конной гвардии.