Убийства на Кипре

Джейн и Наташа снова переглянулись: они не представляли, о чем говорит Мэг.

– Как это, без души? – спросила Наташа.

– Не обращай внимания, – засмеялась Джейн, – тетя Мэг явно преувеличивает.

– Да просто у нее одна оболочка, – выпалила Мэг, – а внутри пустота. Я гляжу на нее порой и думаю, что, может быть, это Карина в детстве съела ее нутро, вот она и выросла такой ущербной.

Наташе показалось, что Мэг злословит, и ей стало не по себе. С другой стороны, она еще была незнакома с племянницами Артура, поэтому рано было судить о чем-то.

Джейн и Наташа вскоре приехали обратно в деревушку, чтобы разузнать у дяди Артура, что произошло на самом деле. Когда он открыл входную дверь, то им стало совестно, что они упрекали его в отсутствии гостеприимства и даже пытались приехать в гости с ночевкой среди ночи.

Дело в том, что дядя Артур сильно сдал за последние несколько лет. Он двигался медленно, колени и руки его чуть заметно дрожали, дрожала и шея, и вместе с ней голова. Он похудел и весь высох, на коже проступило большое количество пигментных пятен. Джейн и Наташа потупили взгляд на мгновение, чувство вины проснулось в обеих одновременно.

Казалось, он был и не рад, но и не возмущен их приездом. Он провел их в гостиную, усадил на диван, предложил что-нибудь выпить, но Джейн сказала, что сама сейчас заварит чай или сварит кофе для него.

– Я не пью ни чай, ни кофе, спасибо, Джейн, – сказал Артур.

– А что же ты будешь? – удивилась та.

– Мне просто кипяток, – ответил дядя.

Вскоре они все сидели в гостиной и обсуждали случившееся.

– Я тебя предупреждал, дорогая моя, чтобы ты не приезжала, – пожурил Джейн Артур, – никто не толкал тетю с лестницы. Да кто бы это сделал? Кому желать ей зла?

– Но дядя, ведь она повздорила с соседкой Сьюзен, и та угрожала ей шею свернуть.

– Ну уж прям угрожала, – засмеялся Артур. – Обычные соседские склоки. Не более того. Если бы после этого всякий раз убивали, здесь в деревне уже не осталось бы людей.

– Но тетя уверена, что кто-то именно толкнул ее в спину, – заметила Наташа. – Она почувствовала удар.

– Ерунда, ей показалось.

– А вы внизу были, когда это случилось? – спросила Наташа.

– Да, я спал в гостиной, накрылся газеткой и вот так дремал. – Артур зачем-то показал, как он спал. Он стал излишне многословным, как многие люди с возрастом. – И вот раздался грохот. Я и встал, пошел к лестнице. Она лежит, стонет, вот так простерлась перед лестницей. Я вызвал такси, помог ей подняться, отвез в больницу. Хорошо, что я страховку вовремя обновил.

– А ты страхуешься в Англии или на Кипре? – спросила Джейн.

– На Кипре, но компания британская. У них офис в Никосии.

– «Спокойная жизнь»? – сощурилась Джейн.

– Вроде бы, – кивнул Артур с сомнением.

Джейн слышала о такой страховой. Она округлила на мгновение глаза, сделав знак Наташе. Ее насмешливый взгляд словно говорил, что не будь страховки, скуповатый дядя не повез бы тетю в больницу.

– Да, это дорогая страховка, но зато спишь спокойно, – начал рассуждать Артур, – а спокойствие того стоит. Вот она и за один раз сразу окупилась.

Казалось, не окупись страховка, не будь несчастью, и Артур был бы даже недоволен. А это происшествие даже обрадовало его – выходило так.

– Где вы остановились? – спросил он. – Где ваши вещи? Не стоит тратить деньги, здесь есть гостевая комната, вы там прекрасно разместитесь.

– Я на ночь в Никосию поеду, – пожала плечами Наташа, – мой друг уже написал, что прилетит сегодня.

– Тогда ты, Джейн, – предложил Артур, – ты просто обязана переехать ко мне, чтоб не тратить деньги. Эти отели в горах задирают цены до небес.

И хотя это было совсем не так, и цены в гостинице были настолько низкими, что Джейн просто не представляла, как отели здесь выживают, она вынуждена была принять приглашение дяди: ей просто стало жаль пожилого человека. Чувствовалось, что он был рад общению с молодой красивой племянницей, когда Мэг вынужденно оставила его совсем одного.

Вскоре Джейн и Наташа привезли чемодан в дом Артура. Он уже отдыхал в своей спальне, и на весь дом разносился его храп. Воспользовавшись моментом, они прошли в кабинет Артура, чтобы посмотреть, чем он жил.

– Меня смущает, что он уверен, что Мэг никто не толкал, – сказала Джейн. – Мог ли он толкнуть ее? Включил запись храпа внизу, и тетя решила, что он правда там спал. А сам столкнул ее и спустился, пока она была без сознания.

– Но зачем ему это делать? – возразила Наташа. – Хотя это действительно странно, почему он не верит словам жены…

И тут Джейн едва не удержалась от того, чтобы вскрикнуть, но она вовремя остановилась. Сердце бешено стучало, перед глазами расплылись круги. Казалось, она нашла что-то бесценное, что-то судьбоносное, что-то, что может спасти тетю Мэг.

– Гляди! – сказала она и вытащила из груды бумаг один важный документ.

– Что это? «Спокойная жизнь»? – прочла Наташа, удивляясь все больше. – Страховая компания? И что? Артур ведь сказал, что страхует их обоих.

– Да, но он попался на слове. «Спокойная жизнь» не делает медицинских страховок, она страхует жизнь от несчастного случая или болезни, смерти и так далее. Это очень дорогая страховка. Я хотела поймать его тогда, но по его ответу я не поняла, страховал он жизнь тети или нет. Он как будто просто не помнил название страховой. А теперь, судя по этому документу, ясно, что он застраховал тетю на случай внезапной смерти.

– Погоди, не торопись, может, ты не права…

Наташа вырвала договор из рук подруги и принялась медленно читать его. Но чем больше она читала, тем шире становились ее глаза.

– Ты права. Он застраховал ее жизнь на десять миллионов фунтов. Учитывая ее возраст, страховка вышла очень дорогой.

Джейн тоже пробежалась по документу, и вдруг заметила кое-что еще.

– Гляди! Это договор не продления, это новый договор. Возможно, он вообще только в этом году ее застраховал. А где дата?

– Да это было всего два месяца назад! – ужаснулась Наташа.

– Значит, он как раз тот человек, кому выгодно было бы, чтобы тети не стало, – выдохнула Джейн. – Какой кошмар! Да ведь он сам едва дышит, зачем же ему еще больше денег?

– Видимо, с возрастом он совсем потерял рассудок, помешался на деньгах. – Предположила Наташа.

– Я обратила внимание, когда делала чай, что на кухне и в холодильнике почти нет продуктов. Он и себя, и тетю морит голодом. Только морковка и картофель в холодильнике. Ни мяса, ни сыра, ни хлеба для тостов, ни ветчины – ничего.

– Что же теперь делать? – спросила Наташа. – Ведь это только теория.

– Я поговорю с тетей. Ей нельзя возвращаться домой. А пока у меня есть эта командировка, я побуду с дядей и пригляжусь к нему.

В этот самый момент в прихожей раздался едва различимый шум, и кто-то осторожно прикрыл входную дверь. Казалось, кто-то проник в дом и что-то замышляет. Подруги быстро выскользнули из кабинета дяди, пока их никто не заметил, но сами они были в ужасе от того, что сейчас, может быть, им предстанет настоящий преступник.

Глава третья

Две женщины, одна помоложе, другая постарше – вошли в дом. Казалось, им было за тридцать, они были не толстыми, но и не худыми, фигуры напоминали аккуратные, но все же плотные шкафы, разве что они были не высокими, отчего не казались слишком массивными. И все же сестры были приятными, не отталкивающими – на первый взгляд.

– Джейн? – поразилась старшая, тоже рыжеволосая.

– Илейн… – ответила ей Джейн, – Карина…

Она обняла сводных кузин. Илейн была рыжей, но с короткой стрижкой, напоминавшей больше мужскую стрижку. Карина же была темноволосой, как Наташа, но и у нее было каре, а не такие длинные волосы, как у Наташи Честер. Карина сверлила подруг таким невыносимо тяжелым взглядом, что им обеим стало не по себе. Вот только они даже не поняли, почему и что было не так с Кариной.

– Как ты здесь оказалась? – спросила довольно грубо Илейн.

– Приехала в гости к тете, – с вызовом ответила Джейн, а затем, вспомнив про подругу, добавила, – а это Наташа, моя подруга. Мы вообще-то в командировке. Но вот, решили проведать тетю, тем более она попала в беду.

– В беду! – усмехнулась Карина.

– Не вижу ничего смешного в падении с лестницы, – заметила Джейн.

Наташа с удивлением глядела на взаимоотношения кузин. Казалось, они общались так же, как в детстве, задирали друг друга, спорили, подсмеивались. Но ведь они были уже не детьми!

В какой-то момент она поняла, что в воздухе буквально разлилось неловкое ощущение или вопрос наследства. Никто не смел поднимать этот вопрос, потому что не было повода, да и это было неприлично, но вопрос этот буквально выдавливал мозг и Карине, и Илейн, отравляя все их слова, выражение лиц. Вот поэтому-то они и вели себя сейчас как стервы – не могли совладать с этой неуемной жаждой дядиных богатств. В Джейн они видели соперницу, которая могла оставить их без гроша.

– Тетя Мэг умеет ломать комедию, – ответила Карина.

– Драму, я бы сказала, – поправила ее Илейн.

– Просто упала со ступеньки, оступилась, вот и все. – Сказала Карина. – Зато дядя так переживал за нее.

– Она совсем не думает о нем. – Поддакнула старшая сестра.

– А вы-то зачем пришли? – вспылила Джейн.

– Ты не рада нас видеть? – усмехнулась Илейн.

– Рада, конечно…

– Мы пришли проведать дядю, – перебила ее Илейн, – мы каждый день приходим приглядеть за ним. Тетя Мэг тоже уже не молода и не может ухаживать за ним так, как это делаем мы.

– Вот оно что. – Настал черед Джейн усмехаться. «Заботливые» племянницы сначала переехали на остров поближе к дяде, а теперь и вовсе каждый день приходят к нему, чтобы напомнить, что они самые его близкие родственницы.

– Джейн, тебе не понять, – вздохнула Илейн. – Ты не замужем. А у меня муж, двойняшки. Мы наняли няню, чтобы я могла работать. Так няня зарабатывает столько же, сколько я!

– Вот именно, – вторила ей Карина. – Я тоже скоро выйду замуж, и меня ждет все то же самое.

– Не то, чтобы мы хотим получить все наследство. – Примирительно сказала Илейн, – но мы были бы рады, если дядя хоть как-то упомянет нас в завещании. Ты, кстати, не знаешь, что там в завещании? – спросила как можно приветливее старшая сестра.

– Не знаю, – покачала головой Джейн с видом совершенного безразличия.

И все же слова Илейн подействовали на нее. Она подумала о том, что кузине тяжело жить в этой горной деревне, работать удаленно, воспитывать двух крошек, жить в студеном влажном климате всю зиму, возможно, даже без отопления в доме.

– Каково это – быть мамой двух малышей? – спросила Джейн с теплотой в голосе.

Илейн покачала головой, давая понять, что она едва держится.

– Один ребенок способен свести с ума, а когда малышей сразу двое, хочется застрелиться. Спят по очереди. Орут по очереди. Болеют по очереди. Мне кажется, я в бесконечном кошмаре.

– А сейчас они с кем? – спросила Наташа.

– С мужем. Мы договорились, что он подменяет меня, когда я хожу к дяде. В остальное нерабочее время я просто привязана к младенцам.

– Какая чудесная ложь, – послышался противный, скользкий смех Карины. Она прошла на кухню, взяла турку и сейчас варила себе кофе.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Илейн, и лицо ее стало непроницаемым, каким оно было всякий раз – Джейн знала это – когда Карина ее задевала.

– Муж Илейн тюфяк, – весело сказала средняя сестра, словно это было счастьем для всех – иметь возможность посмеяться над второй половинкой Илейн. – Она на него взваливает столько обязанностей по дому, детей, в конце концов. Он никогда ни в чем ей не отказывает. При этом на работе у него завал, его недавно повысили до руководящей должности, и ему нужно время, чтобы во всем разобраться.

– Ну не такая уж у него и большая должность и зарплата… – торопливо заговорила Илейн, заглядывая в глаза Джейн и Наташе, словно пытаясь оправдаться перед ними.

– Я думаю, – вдруг встряла в разговор Наташа и с вызовом поглядела на Карину, – что это чудесно, что отец участвует в воспитании детей с самого рождения. И помогает по дому.

– И я так думаю, – согласилась Карина и засмеялась, словно на самом деле она считала иначе, – только не для мужского эго.

– А ты, видимо, будешь все тащить на себе, когда замуж выйдешь? – Спросила Джейн довольно едко. Ее удивило то, что Илейн не могла дать отпор сестре, которая была младше нее самой.

– Мне не придется. У меня идеальный жених, и он будет мне идеальным мужем.

И Карина оглядела присутствующих с таким гордым и высокомерным видом, что всем стало не по себе, словно она была лучше всех и все делала лучше других, а остальные были глупыми ничтожествами, не способными ни выбрать мужчину, ни построить счастливые отношения.

Именно оттого, что у каждой из женщин были такие мысли о себе самой в глубоких тайниках души, слова Карины особенно задели присутствующих, и они не знали, что сказать.

– А где Лиза? – спросила Наташа. А затем, поймав на себе изумленные взгляды сестер, она пояснила, – хотелось бы познакомиться и с ней.

– Лиза вместе с Сабриной сейчас в Никосии, занимаются шоппингом.

– Сабрина здесь? – удивилась Джейн.

Речь шла о дочери брата Артура, богатой наследнице, ни в чем не нуждавшейся молодой женщине, которая закончила Оксфорд и вот уже четыре года ничем не занималась. Если, конечно, растранжиривание денег отца не считать достойным занятием. Джейн была удивлена, потому что Сабрина почти никогда не бывала на Кипре в последние годы, не общалась с сестрами. Ее часто можно было заметить на Тенерифе, Мальдивах, Сейшелах и других островах.

– Да, она приехала два месяца назад, – пожала плечами Илейн. – И почти сразу поладила с Лизой.

Вскоре сестры засобирались домой, и Наташа с Джейн проводили их до крыльца.

– Мне не терпится познакомиться с твоим мужем и твоим женихом, – сказала Джейн. – Может, придете сегодня в гости к нам?

Внезапно обе сестры отвели взгляды, и Илейн ответила уклончиво:

– Не думаю, что получится. Я приду, но муж будет с малышами.

– У моего тоже не получится. У него дела. – Скороговоркой выпалила Карина.

Когда дверь захлопнулась, Джейн прижалась к ней спиной, закатила глаза и улыбнулась Наташе:

– Ты поняла?

– Что поняла? – Наташа сощурилась.

– Они обе боятся знакомить нас со своими благоверными!

– Мне тоже так показалось, – сказала Наташа. – Думаешь, зависть и ревность?

– Другого объяснения я не вижу. Вероятно, мы в их глазах слишком хорошо сохранились.

– И как же мы выясним, кто столкнул тетю Мэг, если не пообщаемся со всеми членами семьи?

– Прежде всего, – вдруг переменила тему Джейн, – я бы хотела как-то узнать, были ли сестры в курсе о страховке, оформленной на тетю Мэг.

Они осторожно пробрались в кабинет, чтобы снова взглянуть на документ, а затем обсудили, как вывести сестер на чистую воду. И вдруг Наташа заметила что-то в окне. Она подошла поближе, а затем прошептала:

– Иди сюда скорее, смотри!

Обе уставились в окно, выходившее на большой сад. В далеке было видно, как пожилая женщина встала на что-то, вероятно, лесенку, чтобы возвыситься над забором, а затем стала сыпать какой-то порошок в сад тети и дяди, при этом губы ее шевелились.

– Это та самая Сьюзен. Она полоумная! – прошептала Наташа.

– Похоже на то. С таким расстройством ума она вполне могла напасть на тетю. И как только такой хороший, добросердечный, щедрый человек мог угодить в этот серпентарий? Как Мэг выжила в этой среде? Я бы уже сама сошла с ума!

Джейн глубоко вздохнула, а Наташа приобняла ее за плечи. Задача усложнялась с каждым часом, ведь они подозревали буквально всех.

Позже вечером все сестры согласились встретиться с Джейн в доме Артура. Илейн уговорила Артура спуститься вниз и сесть с ними за стол на террасе, выходившей на сад. Он жаловался на плохое самочувствие, но все же вышел из комнаты и сел за стол. Казалось, ему было и приятно внимание племянниц, и одновременно его раздражала необходимость быть не в постели.

Джейн с сожалением думала о том, что он сильно сдал, и что тетя Мэг очень скоро останется одна. Возможно, племянницы первым делом после его смерти выгонят ее из дома, не задумываясь о том, что несчастная женщина тратила всю свою пенсию на содержание дома, покупку продуктов, потому что Артур старался жить за ее счет. Им будет безразличен тот факт, что именно из-за жадности Артура она не накопила на свое жилье, из-за любви к нему она бросила Англию и любимую работу…

Нет, им это будет все равно, они с легкостью скажут, что в своей бедности Мэг виновата сама, потому что была недостаточно прагматичной, недостаточно расчетливой, недостаточно эгоистичной… Она даже не смогла потребовать, чтобы Артур включил ее в завещание!

Сабрина привезла несколько бутылок вина на всех, но первую же бутылку выпила почти всю сама, а затем попросила Илейн открыть еще. Джейн с неудовольствием заметила, что совсем молодая женщина, Сабрина выглядела старше своего возраста, словно ей было давно за тридцать. А ведь ей было не более двадцати пяти…

Кожа выглядела истончившейся и желтой, в углах век скапливались десятки морщин всякий раз, как она улыбалась. Даже кожа шеи казалась постаревшей, а брови как-то странно опали. Неужели это от спиртного, подумала Джейн?

– Так что ты делаешь на Кипре, Сабрина? – спросила она.

– Отдыхаю, – пожала плечами та.

– Так долго? – удивилась Джейн.

– А Сабрина вдруг воспылала любовью к Кипру, – с издевкой в голосе сказала Карина. – Она проведет здесь еще много дней. Или немного?

Карина вдруг подмигнула Сабрине, отчего та с неудовольствием поежилась. Артур, казалось, не замечал этих намеков и едва ли понимал, на что намекала Карина. Джейн стало не по себе от лицемерия Карины.

– О, а мы поедем с тобой в замок Колосси, Сабрин? – вдруг оживилась Лиза.

На ее полном светлом лице засияла довольная улыбка, а глупые пустые глаза казались неестественно возбужденными, словно она играла роль и все время переигрывала. Джейн с интересом разглядывала младшую сводную кузину, пытаясь понять, что имела в виду Мэг, когда говорила, что у той нет души.

– А еще я хочу поехать в турецкую часть Кипра и увидеть Киринейский замок, – продолжила перечислять достопримечательности Лиза. Она не замечала того, что никому за столом не была интересна эта тема.

– Когда у вас свадьба? – спросила Джейн у Карины.

– Через пять месяцев, – ответила та и опустила глаза.

Джейн захотелось спросить, почему ее никто не пригласил до сих пор, чтобы увидеть, как стервозное лицо исказится от смущения или притворства, но она промолчала. Не очень-то она и хотела быть гостем на такой свадьбе!

– Мы решили сыграть маленькую свадьбу, скромную церемонию, – сказала Карина, словно читая ее мысли.

– Это правильно, – вдруг подхватил любимую тему Артур, – зачем тратить деньги на мнимую роскошь. Это ведь всего один день. Зачем столько денег спускать ради одного дня? Позвать самых близких, и все на том.

– Да ведь такое событие бывает только раз в жизни, – возразила Джейн. – Если сделать все красиво, это память на долгие годы.

– Ну и что? – пожал плечами Артур.

– Как это «ну и что»? – с жаром сказала Джейн. – Да ведь если все время все откладывать и отменять, то в конце жизни и вспомнить будет нечего.

– Так а что вспоминать? – прохрипел Артур, – эти глупые церемонии что ли? Не нужно это все, пустое. И зачем вообще жениться?

Услышав это, Джейн одновременно поймала на себе победные взгляды племянниц, которые, казалось, говорили ей о том, что все они рады, что дядя Артур так и не женился на Мэг, а следовательно, без завещания она ничего не получит после его смерти. Джейн даже пожалела, что вообще подняла эту тему.

– Ну небольшую-то свадьбу можно сыграть, – сказала Илейн примирительно. – Карина ничего сверхъестественного не планирует. Не всем же делать пышные церемонии, какая у меня была.

– У тебя? – насмешливо переспросила Карина. – Извини, но нашла чем хвастать. Если все будут заполучать мужей таким же образом, то общество недалеко уйдет в развитии.

Если до этого момента Илейн терпела все издевки и насмешки сестры, то это было лишь оттого, что Карина еще не пересекла красные линии. Но последнее ее замечание пробило дно, Илейн вскочила из-за стола, лицо ее стало пунцовым от ярости, она кинула салфетку на стол и побежала в дом, а оттуда на улицу. Лиза и Сабрина засмеялись, а на лице Карины просияла счастливая улыбка, словно она добилась именно того, что ей нужно было.

– А что… – Джейн хотела было узнать, что за тайны у Илейн о ее браке, но не успела. Лиза и Сабрина принялись обсуждать их дальнейшие планы по путешествиям по Кипру, а затем они в мельчайших подробностях поведали Джейн о том, где они уже успели вместе побывать.

Артур вскоре сказал, что устал и пойдет спать, но велел сестрам не расходиться. Джейн и Карина отвели его наверх, потому что Сабрина уже еле удерживалась в сидячем положении – слишком много выпила за вечер. Даже из спальни Артура был слышен их с Лизой глупый хохот.

Когда Карина и Джейн спускались, последняя вдруг решила воспользоваться случаем и сказала:

– Мои родители страхуют жизни, чтобы в случае чего один из них получил круглую сумму от страховой. Мне кажется, дядя Артур и тетя Мэг тоже могли бы сделать что-то подобное.

Она внимательно посмотрела на Карину, пытаясь уловить тень смущения или неловкости на ее лице, но та никак не отреагировала, только рассмеялась:

– Да кто же застрахует людей в таком возрасте и с такими болезнями, как у дяди Артура? Страховка будет стоить дороже, чем страховая выплата.

Скорее всего, Карина ничего не знала о страховке тети Мэг, решила про себя Джейн. Но что же скрывала Илейн о своем браке? И опять лишь только она раскрыла рот, чтобы спросить Карину об этом, как ей помешали.

На этот раз это позвонил жених Карины и заторопил ее домой. Она быстро спрятала телефон, приторно улыбнулась Джейн, словно пытаясь скрыть то, как грубо и недовольно разговаривал с ней жених, а затем побежала прочь.

– Стой, а как же Сабрина? Она едва сидит…

Но Карина лишь махнула рукой, давая понять, что это не ее проблемы. Джейн вернулась на террасу, где Лиза поднимала кузину из-за стола и пыталась удержать ее в стоячем положении.

– Давайте вы ляжете спать в доме, – предложила Джейн. – Сабрина просто не доберется до…

– Она остановилась у меня. Карина съехала к жениху. Не переживай, я ее довезу до дома. Не в первый раз.

Лиза захихикала, но все же справилась: с большим трудом довела Сабрину до своей маленькой подержанной машины, запихнула ее в салон, а затем уехала по узким горным тропам.

Джейн убирала со стола и не видела, как все происходило, но она вышла на крыльцо и помахала отъезжающей машине рукой. А затем она легла спать, не имея ни малейшего представления о том, какой ужас ждет ее на рассвете.

Глава четвертая

На следующее утро Наташа встала рано, чтобы успеть на деловую встречу с управляющим компании «Регент групп» Андрюсом Витаутасом. Они с Лиз взяли одно такси на двоих, и уже в машине начальница высказала ей свое недовольство:

– Так Биттерфилд вчера не прилетел? Мы же договаривались…

– Он взял билет, но что-то срочное произошло на работе, и он работал до ночи вчера, – начала оправдываться Наташа. – Но он пообещал, что сегодня же прилетит.

Лиз стиснула зубы с такой силой, что Наташе показалось, будто она слышит скрежет.

– Послушайте, вы можете быть спокойны на мой счет, – вдруг выпалила Наташа, потому что эти пространные намеки задевали ее. – Я же не проститутка какая-нибудь. Я не изменяю Биттерфилду. И потом, даже если я была бы одинока, я бы не стала приставать к чужим мужчинам. Ведь этот Андрюс ваш парень, так?

– Не совсем, – сухо ответила Перкинс и вдруг отвела глаза в сторону.

– Вы ведь знакомы с ним, разве нет? – Удивилась Наташа.

– Мы иногда с ним встречаемся, – опять уклонилась от ответа Лиз.

– Я это понимаю, он ведь живет на Кипре. Сложно часто видеться.

– Да… К тому же, есть некоторые обстоятельства. Они мешают нам. Вообще, он часто летает в Лондон. Мы тогда проводим чудесные вечера, выходные… ездим за город вместе. И сегодня я надеюсь, он позовет меня куда-нибудь подальше от столицы.

Наташа откинулась в кресле, стараясь скрыть волнение, нахлынувшее на нее из-за приступа осуждения. Да, она осуждала Перкинс. Она поняла по ее уклончивым объяснениям, что Андрюс Витаутас был женат и, похоже, не собирался разводиться. А зачем? Его все устраивало, видимо. Скорее всего у него была крепкая семья в виду того, что жена и дети всецело финансово зависели от него.

А в некоторые дни месяца он уходил от быта, забываясь в романтических связях с еще довольно привлекательными и интересными деловыми женщинами, какой была, несомненно, Лиз. Может быть, она была не во вкусе Виргенса, Наташи или Джейн, но люди все разные. Кто-то не замечал, как по-змеиному шипела Лиз, когда была недовольна или когда завидовала. Кто-то видел только ее белокурые жидкие волосы и длинные стройные ноги.