Страдай, Перчик!

Макс, тяжело дыша, отряхивает рукав толстовки, словно пытаясь стереть не только прикосновение моей руки, но и сам факт моего существования. Его ухмылка, кривая и нервная, возвращается на лицо. Такие как он всегда ведут себя жалко − не умеют проигрывать красиво, всегда ищут последнее слово.

─ Ты думаешь, ты такой крутой? ─ выплевывает он, отступая на шаг, но не сводя с меня горящего взгляда. ─ Думаешь, если твой папаша большая шишка, тебе все можно? Ты просто избалованный мальчишка, Глеб. Ты покупаешь все: машины, шмотки, даже людей. Но ее, — он кивает в сторону Ани. — ее ты не купишь. Она не такая.

В коридоре повисает звенящая тишина. Студенты, которые до этого с любопытством наблюдали за сценой, теперь притихли, ожидая развязки. Оля сжимает кулаки, готовая снова ринуться в бой, но я поднимаю руку, останавливая ее. Я чувствую, как внутри поднимается не злость, а холодное, расчетливое спокойствие. Это чувство мне знакомо. Это предвкушение.

Этот парень заинтересовал меня.

Он нарыл то, что сестра хотела скрыть от своих друзей, от всех в этом городе, чтобы с ней общались из-за личности, а не статуса. Моя семья действительно не так проста, а отец не рядовой предприниматель, но Макса это точно не касается.

Я медленно засовываю руки в карманы брюк и делаю шаг к Максу. Он инстинктивно отступает.

— Ты закончил? — мой голос звучит почти дружелюбно, что пугает его еще больше. — Я слушал тебя очень внимательно. И знаешь, что я услышал? Я услышал зависть.

Макс фыркает.

— Зависть? К тебе? Не смеши.

— Зависть человека, который всю жизнь был первым номером в своем болоте, а потом приехал я и показал ему океан. Ты привык быть капитаном на своей утлой лодочке, Макс. А я хожу на яхте. И дело не в деньгах моего отца. Дело в том, что я никогда не был вторым. Никогда.

Я делаю паузу, позволяя своим словам повиснуть в воздухе. Макс как рыба открывает рот, но не находит слов.

— Ты можешь ненавидеть меня. — продолжаю я, не сводя с Макса глаз. — Можешь считать меня кем угодно. Но это ничего не изменит. Я всегда буду номером один. Везде. И если ты думаешь, что можешь просто так вернуться и забрать то, что я уже считаю своим… — я перевожу взгляд на Аню, и уголок моих губ дергается в хищной улыбке. — …то ты ошибаешься.

Аня вздрагивает, словно от пощечины. Ее щеки вспыхивают румянцем, но она не опускает взгляд. Она вскидывает подбородок, и в ее глазах пляшет тот самый огонь, который и свел меня с ума с первой встречи.

— Точно два идиота! — Аня соглашается со словами сестры. — Девчонки, идем в столовую, а эти пусть дальше меряются амбициями.

Она обходит нас, подцепив за руку Олю и убирая ее, как «преграду» между мной и бывшим. И остальные ее подружки не отстают.

Хорошая у них подобралась компания, каждую можно назвать красоткой, но для меня Аня выделяется среди всех.

Я не останавливаю их. Пусть уходят. Сейчас. Чем больше она сопротивляется, тем слаще будет победа. Я провожаю ее взглядом, отмечая, как грациозно покачиваются ее бедра, как она раздраженно откидывает волосы назад, что-то выговаривая Оле. Сестра лишь пожимает плечами, но я вижу, как она украдкой бросает взгляд в мою сторону. Она знает. Она всегда все знает.

Макс, пользуясь тем, что я отвлекся, пытается ускользнуть в толпу. Я не даю ему этого шанса. Мой голос, тихий и ледяной, разрезает шум коридора, заставляя его замереть на месте.

— Стоять.

Он медленно поворачивается. В его глазах больше нет вызова, только глухая, бессильная злоба. Он проиграл этот раунд вчистую. И он это понимает.

— Ты меня утомил, — говорю я, делая к нему два ленивых шага. — но ты прав в одном. Ее не купить.

Я вижу, как в его взгляде на секунду вспыхивает надежда. Глупый. Он думает, что я отступаю.

— Ее нужно выиграть, — заканчиваю я фразу с хищной улыбкой. — а я не проигрываю в играх, Макс.

Его лицо каменеет. Он хочет что-то сказать, но лишь сжимает кулаки и уходит, расталкивая студентов. Я не смотрю ему вслед. Я смотрю на Аню. Она уже почти скрылась за поворотом к лестнице, но вдруг останавливается. Словно почувствовав мой взгляд, она оборачивается.

Наши глаза встречаются на долю секунды. В ее взгляде ураган эмоций: гнев, обида, вызов и… тот самый интерес, который я так долго в ней разжигал. Она первая разрывает зрительный контакт и уходит.

А мне бы пора заняться делом. Я всегда рад полюбоваться этим острым Перчиком, но есть еще один ублюдок, решивший, что может влезать в ее жизнь, не спросив ее разрешения.

И именно из-за него я приехал. Теперь пробить его личность будет проще. Пробить и ударить его же методом.

Глава 16. Удар по сердцу

Ее брат… это просто ─ нечто!

С такой наглостью я еще не сталкивалась. С наглостью и с безразличием к каким-либо моральным нормам. Глеб из тех, кто делает только так, как сам того хочет, и плевать он хотел на мнение окружающих… на мое мнение.

Но… это даже заводит.

─ А прикольно получилось. ─ хихикает Алиса. ─ Вы вот не хотели, чтобы он стал «жертвой» нашего плана, а Глеб взял и все по-своему вывернул.

Сжимаю челюсть так сильно, что зубы вот-вот заскрипят.

─ Признайте! Он вовремя появился. Хотя наглости ему конечно не занимать… ─ поддакивает Карина. ─ Но так даже лучше. Сами посудите, он не напрягаясь утер нос блядопсу, и теперь каждый в универе будет говорит о вашей сладкой парочке. ─ подруга подмигивает мне.

─ Они еще и радуются. ─ вздыхает Оля. ─ Ау, подруги, вы вообще не поняли, что произошло? Да мой братец, он просто… ─ Оля хватает ртом воздух не находя слов.

─ Слушай, ─ Алиса останавливается и разворачивается к нам лицом. ─ да, он тот еще засранец, но, подруги, без обид. Я бы ему дала, вот не раздумывая. ─ поднимает ладони и делает невинное лицо. ─ Не претендую, не подумай, Анька.

─ Присоединяюсь. ─ Карина встает на сторону Алисы. ─ Вы только вспомните, что он говорил… Да из него харизма так и прет. А как он поцеловал тебя… М-м… Я даже позавидовала на секунду, вот правда.

Переглядываюсь с Олей, и на наших лицах одна эмоция, и мысли совпадают: «Охмурил, гаденыш».

Но в каждом их слове доля правды.

Я не ожидала поцелуя, но он был настолько чувственным и приятным, что мне захотелось раствориться в Глебе.

─ Вот этого вот, ─ Оля обвела нас указательным пальцем. ─ он и добивался!

─ Ну, так-то ты заинтересованная сторона. ─ Алиса пожимает плечами. ─ Он твой младший брат и ты нам его вообще описывала как какого-то школьника лет тринадцати, а не шикарного парня, на которого хочется наброситься с поцелуями.

─ Поддерживаю! ─ вновь поддакивает Карина. ─ Я была уверена, что он в классе восьмом у тебя учится, а тут такой мачо.

─ Мои уши… ─ слова подруг злят, но только потому что они совпадают с моими мыслями. ─ Мы в столовую идем, или как?

Девчонки кивком поддерживают, но стоит сделать несколько шагов, как Оля тормозит.

─ Девчонки, подождите, насчет слов Макса о родителях…

Выглядит поникшей.

─ Оля, забей! ─ беру ее за руку. ─ Но мы же не глупые, понятно, что у тебя предки при деньгах, раз смогли квартиру купить здесь и обучение оплачивают.

─ И такую тачку мелкому. ─ добавляет Карина. ─ Только на нашу дружбу это вообще никак не влияет.

─ Вот именно. ─ Алиса берет за другую руку. ─ А это недоразвитый просто завидует, все правильному Глеб сказал. Не его собачье дело!

Оля мгновенно расцветает.

─ Обожаю вас, девчонки!

Нам правда нет дела до денег ее родителей. Оля офигенная девчонка, и общаться с ней одно удовольствие, и вообще не важно из какой она семьи.

Пока идем в столовую перебираю в мыслях одну единственную фразу Глеба: «…если ты думаешь, что можешь просто так вернуться и забрать то, что я уже считаю своим…». Вот же… нажила проблем на свою голову.

Но Глеб, он… не могу поверить, что мне нравятся его выходки.

…

В столовой было шумно и пахло выпечкой. Мы с девчонками заняли наш привычный столик у окна. Я ковыряла вилкой салат, совершенно не чувствуя вкуса.

─ Перчик, ты чего так поникла? ─ обеспокоенно спрашивает Карина.

─ Тот парень, с головы которого Глеб сорвал капюшон, ─ я подняла взгляд на подруг. ─ не знаете кто он? Показался знакомым.

Но главное, когда эмоции от поцелуя поутихли я поняла, что поведение Глеба было странным с самого начала. Он ведь явно поджидал у аудитории, и поджидал именно этого парня. Но зачем? Не верю я, что со знакомым перепутал. Глеб что-то не договорил.

─ Эм… ─ Алиса задумчиво жует шоколадный батончик. ─ Нет, не помню такого.

─ Да и я тоже… ─ Карина опустила взгляд. ─ Он ведь старшекурсник, так? Может… помогал нам с чем-то. А как звали того парня, который у нас в первый учебный день экскурсию проводил?

─ Макар. ─ произношу синхронно с Алисой и начинаем смеяться.

─ Тот самый Макар? ─ подхихикивает Оля, знаю историю.

─ Вот ничего смешного, перенервничал парень, с кем не бывает. ─ Карина пытается защитить.

Действительно, с кем не бывает, но нельзя отрицать, что он очень смешно чхнул прямо в лицо декану, закусив перед этим арахисом в шоколаде. Я все еще прекрасно помню лицо декана, покрытое точками шоколада, и его взбешенный красный взгляд.

Но этот парень точно не Макар.

По итогу, никто из девчонок его не узнал, а я уверена, что мы пересекались.

…

Все занятия терзала себя двумя вопросами: как поступить с Глебом, и кто же тот парень. После занятий все разбежались по делам, девчонки на подработки, а у меня наконец тренировка по карате. Я наконец избавлюсь от стресса и морально отдохну.

Я переоделась и собиралась закинуть телефон в рюкзак, но он завибрировал прямо в руках. Сообщение. От сталкера. Снова.

«Мышка, что за гондон лапал тебя?

Мне это не нравится.

Брось его, сегодня же!

А иначе… весь университет увидит это.

*фото»

На фото я. Обнаженная. После душа. В этой чертовой раздевалке.

Мгновенно осматриваюсь по сторонам. Спрятать камеру здесь не где, значит снимали напрямую на телефон. Но когда… На моих волосах красная резинка, и ее мне давала Алиса, кажется… три недели назад.

─ Вот ублюдок…

Я вспомнила этот день. Я задержалась на тренировке, помогая тренеру заниматься с малышами. Уходила одной из последних и в раздевалке тогда была только я. Но как теперь оказывается ─ не только.

Сглатываю ком злости и набираю ответ:

«Какая же у меня потрясающая фигура!

Обязательно покажи это фото всем!»

Нашел чем пугать. Скачиваю фотографию себе на телефон. Завтра же распечатаю сотню копий и разбросаю по всему университету. Мне не чего стыдиться наготы, а вот у него не будет лишней возможности манипулировать.

Заведенная выхожу в зал с одним желанием: встать быстрее в спарринг и надавать кому-нибудь по заднице.

─ Все внимание на меня! ─ тренер хлопает в ладони. ─ В нашем строю пополнение!

Оборачиваюсь и пропускаю удар в сердце.

Глеб. Мать его.

Стоит со своей фирменной хищной улыбкой, переодевшись в спортивные шорты и свободную майку, позволяющую без труда разглядеть те самые мышцы, зацепившие меня пьяную.

─ Занимался дзюдо, но решил перейти в агрессивное наступление. ─ смеется тренер, похлопывая Глеба по плечу.

Но его жадный взгляд уже на мне. Пожирает. Подчиняет.

Зря Глеб пришел сюда. Очень зря.

Я чертовски зла. И мне нужен кто-то, чтобы выместить все свои эмоции, ведь адреналин и злость бурлят в крови. И бить я буду в полную силу.

А ведь он даже не пытается скрыть, что пришел сюда ради меня.

─ Ну что, ─ тренер слегка толкает Глеба в плечо. ─ покажешь нам свои умения? Кто встанет с ним в спарринг? Илья, Антон?

Тренер обращается к своим любимчикам, завоевавшим немало кубков, украшающих стену позади меня.

─ Я встану! ─ уверенно делаю шаг вперед. ─ Мы знакомы, и он давно хвастал показать мне свои умения. ─ с вызовом смотрю в глаза Глебу, обманываю тренера, чтобы разрешил.

─ А что, можно и так! ─ довольно улыбается тренер. ─ Не завидую тебе, парень, ─ он вновь хлопает Глеба по плечу. ─ Анька у нас еще та дикая кошка. Береги лицо.

─ Оказаться под ней будет в удовольствие. ─ двусмысленно отвечает Глеб, делая шаг мне навстречу.

─ Так, ─ тренер берет со скамьи два шлема и бросает их мне и Глебу. ─ только без травм, ясно? Покажите класс.

Ловлю шлем и ловко надеваю его, но вместе с этим снимаю спортивную кофту, оставаясь в майке и штанах. Первой выходу в центр зала, но Глеб не отстает. Все взгляды прикованы к нам. Я чувствую, как по венам разливается азарт… и злость, и что-то еще, чему я не хочу давать имя.

─ Не жалей меня. ─ с коварной улыбкой кивает Глеб.

Тренер дает сигнал, и я тут же иду в атаку.

Первый удар − прямой в корпус. Глеб легко уходит в сторону, но я не даю ему опомниться: серия блоков, обманный маневр, и вот я уже пытаюсь провести бросок. Он перехватывает мою руку, но я выворачиваюсь, используя инерцию, и потаюсь провести подсечку. Глеб отшатывается, но продолжает стоять.

В его глазах мелькает удивление.

Уверена, он здесь ради этого… Увидеть меня такую. Дикую. Необузданную. Разъяренную.

Теперь он атакует. Быстро, точно, сильно. Я едва успеваю блокировать его удары, чувствуя, как мышцы горят от напряжения. Он загоняет меня в угол, не давая ни секунды передышки. Глеб подныривает под мой выпад, перехватывает руку и резко разворачивает меня к себе спиной. Он прижимает меня к себе, и я ощущаю жар его тела даже через тонкую ткань майки.

─ Я же сказал, не жалей. ─ шепчет мне на ухо, и я вздрагиваю.

Я собираю все силы, вырываюсь из его захвата, и попытаюсь провести удар ногой.

Но Глеб ловит мою ногу, резко дергает на себя… и я теряю равновесие. В следующий миг я оказываюсь на татами, а он уже нависает надо мной, удерживая мои руки над головой, не давая пошевелиться. Его дыхание тяжелое, грудь вздымается, а взгляд… в нем больше нет насмешки. Только что-то темное, горячее.

─ Ты... ─ выдыхает он, почти касаясь моих губ. ─ ...невероятная.

Я замираю. Сердце колотится так, что кажется, вот-вот вырвется из груди. В зале виснет тишина. А я чувствую его тепло, его запах, его силу… и понимаю, что проиграла не только спарринг.

Глеб медленно отпускает мои руки, и встает. Протягивает ладонь, помогая встать и мне.

─ Еще раунд? ─ в его голосе появилась хрипота.

И я молча киваю, не в силах отвести взгляд. Я не могу вот так просто проиграть… только не ему… и речь совсем не про спарринг.

─ Аня, техника хорошая. Глеб, для дзюдоиста - очень достойно. ─ тренер уверенным голосом сбил с меня наваждение. ─ Но это не то, ради чего мы здесь. Бой по правилам карате. Контроль, дистанция, уважение. Начали.

Я выдыхаю, возвращаясь в стойку дзенкуцу-дачи. Глеб, чуть усмехнувшись, тоже принимает боевую позицию, не такую классическую, как у меня, но собранную и опасную.

Мы начинаем кружить по татами. И я снова бью первой. Снова в корпус, но он уклонятся, а я не отсыпает, проводя серию ударов: голова, блок, снова удар ногой… Только он отбивает все. Но я еще в первом раунде почувствовала, что он играет со мной, сдерживает силу.

И это чертовски бесит, потому что я не считаю себя слабой, чтобы проигрывать какому-то наглецу.

Я усиливаю напор Удар, блок, контратака. Глеб перехватывает мою руку, пытаясь провести бросок, но я выворачиваюсь, используя удар с разворота. Он успевает прикрыться, но меня уже не остановить. Пользуюсь моментом и провожу обманный маневр, ныряю под его руку и делаю подсечку. Глеб теряет равновесие, пошатывается… и я пользуюсь моментом.

Резкий выпад − и мой кулак замирает в сантиметре от его груди.

─ Иппон! ─ раздается голос тренера.

Я отступаю на шаг, тяжело дыша. В зале слышаться аплодисменты. Но мой взгляд сфокусирован только на Глебе, он стоит, чуть наклонившись вперед, и тоже не сводит с меня глаз. И в его глазах я вижу столько восхищения, что начинаю испытывать смущение… хотя есть и еще что-то, от чего у меня мурашки бегут по спине.

─ Неплохо, Перчик. ─ его губ вновь касается улыбка.

Может быть и так, но я осталась недовольна. Он поддался. Я знала это каждой напряженной мышцей.

Остаток тренировки я старалась не смотреть на него и держаться на расстоянии, выбрав противоположный угол зала. Тем более и ему было не до меня, тренер взял его в оборот, определенно почувствовав потенциал. И потенциала в этом наглеце с избытком, только его дрянной характер все портит.

Принимаю душ, на этот раз подперев двери раздевалки стулом, чтобы никто не посмел вломиться. И в моим мыслях вовсе не сталкер… А «младшенький», который вполне может выкинуть что-то подобное. Хотя… Алиса права, мне нечего стыдиться своей мимолетной близости с Глебом.

Он хорош собой, как бы мне не хотелось этого отрицать.

─ Черт… ─ выдыхаю, подставляя лицо под струю воды.

Стоило вспомнить и мое тело заныло. Не верю, что реально хотела бы повторить близость с Глебом.

Я рехнулась. Это уже диагноз.

Но у него такие сильные руки… И его чертова обворожительная харизма…

Выхожу из раздевалки и дверь в мужскую открыта. Все парни уже разбрелись. А значит и Глеб. Но интуиция подсказывает, что он не мог вот так просто уехать, не дождавшись меня. И я не ошиблась. Стоило выйти на улицу я увидела его. Он вновь собирал взгляды рядом со своим красным монстром.

─ А ты удачно задержался. ─ я направилась целенаправленно к нему. ─ Понравилось поддаваться? ─ останавливаюсь перед ним и складываю руки под грудью.

─ Тебе, да. ─ его взгляд опускается мне прямо на декольте. ─ Но я не прочь устроить третий раунд. Скажем… голыми, в шикарном номере, на очень мягкой кровати.

─ Тц… придурок. ─ покачиваю головой. ─ Только в если в твоей фантазии. Но есть у меня к тебе деловое предложение.

Мне все еще не верится, что я собираюсь сказать это ему, но как оказалось, Глеб отличная кандидатура.

─ Глеб, ─ произношу его имя с напряжением. ─ давай встречаться?

Его брови дернулась вверх.

─ Что, прости? ─ в его голосе послышалась насмешка. ─ Брось, ты ведь это не серьезно, к моему сожалению.

─ Это деловое предложение. ─ я попыталась сделать голос стальным. ─ Днем ты очевидно перегнул, но этим вызвал гнев у моего сталкера. Считай, что ты ему как кость в горле. И я хочу, чтобы он подавился. ─ сглатываю, чествуя жар в щеках. ─ Будет встречаться, но не по-настоящему. Так, для публики.

Он делает шаг ко мне, сокращая дистанцию до опасной. Я чувствую запах его парфюма − что-то резкое, с нотками сандала и мускуса, и этот аромат смешивается с запахом вечернего города и адреналина.

─ А что я получу взамен? ─ его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах. ─ Кроме очевидного удовольствия от твоего общества, конечно.

─ Ты получишь то, что хотел с самого начала, ─ я выдерживаю его взгляд, и в моих словах наконец звучит сталь. — Контроль. Частичный. Надо мной.

Его улыбка становится хищной, а в глазах вспыхивает опасный огонь.

Глеб молчит несколько долгих секунд, изучая меня так, будто видит впервые.

─ Ты играешь с огнем, Аня. ─ наконец произносит он тихо, но каждое слово отдается во мне дрожью. ─ Я ведь не просто так сказал, что считаю тебя своей.

─ А я не просто так согласилась на этот фарс. ─ парирую я, и мой голос не дрогнул. ─ Так что? По рукам?

Он протягивает руку и неожиданно касается моей щеки костяшками пальцев. По коже пробегают мурашки, но я заставляю себя стоять неподвижно.

─ По рукам, Перчик. ─ его голос звучит бархатной, но опасной клятвой. ─ Но у меня все же есть одно условие.

Делаю шаг назад, отстраняясь от его прикосновений.

─ Дай угадаю. Поцелуй. ─ стараюсь улыбнуться так же опасно, как и он. ─ И я согласна. Поцелуй меня здесь и сейчас, а я сделаю снимок и опубликую на своей странице.

Я только что заключила сделку с дьяволом. И самое страшное то, что я не уверена, кто из нас двоих играет роль искусителя, а кто − жертвы.

Глеб волнительно рассмеялся.

─ Для поцелуя мне не нужно твое согласие. Разве еще не поняла? ─ он слегка наклоняет голову. ─ Я хочу тебя всю. Одна ночь. И я сделаю все, что ты скажешь.

Не знаю, чем я поражена больше − его самоуверенностью или его наглостью.

─ Ночь говоришь… ─ я задумчиво прикусила губу. ─ Сто тысяч.

─ Сумма не имеет значения. ─ его взгляд сильнее загорелся.

─ Супер! ─ на моих губах заиграла улыбка. ─ Поехали сейчас!

На долю секунды в его глазах мелькает что-то похожее на удивление, но оно тут же сменяется привычной, ледяной насмешкой.

Я же чувствую, как внутри закипает ярость. Не страх, а именно чистая, незамутненная злость. На его уверенность, что весь мир принадлежит ему по праву рождения. На то, что он стоит тут и смотрит на меня как на вещь, которую можно купить или продать.

─ Ударишь? ─ он быстро смекнул, что мои слова пустышка, и даже повернул голову, чтобы мне было удобнее влепить ему пощечину.

─ Катись к черту, Вершинин! ─ я выкрикиваю фамилию Оли, а вместе с ней показываю ему свой тонкий средний палец, украшенный бижутерией. ─ Ты шлюху во мне увидел? Прокатись ночью по трассе, уверена найдешь кого снять хоть на час, хоть на ночь.

Его взгляд, только что насмешливый, теперь стал острым, как лезвие, и резал без пощады. Но я увидела, как дернулся мускул на его скуле, как единственный признак того, что мои слова попали в цель. Но он не злится. Он… развлекается.

─ Тебе всего восемнадцать, а ты уже такой мудак. Бедная та девчонка, которая поведется на твое смазливое личико!

─ Бедная та девчонка? ─ он наклоняется ниже и его горячее дыхание обжигает мне шею, но я стою ровно, чтобы не показать ему бури, начавшейся в районе сердца. — А ты? Ты не боишься стать этой девчонкой прямо сейчас? Не за сто тысяч. Просто так. Потому что я хочу.

Его пальцы, горячие и властные, касаются моего подбородка, заставляя поднять голову и смотреть ему в глаза. И в них бушует шторм.

Он проводит большим пальцем по моей нижней губе, и я вздрагиваю. Не от страха. От чего-то темного и запретного, вспыхнувшего внутри меня, как спичка, поднесенная к бензину.

─ Рискни. ─ клацаю зубами в попытке схватить его за палец, но Глеб ловкий гад.

─ Есть у меня отрицательное качество: я всегда получаю, что хочу, принцесса. ─ его голос обманчиво мягкий.

Глеб отстраняется так же внезапно, как и приблизился.

Воздух между нами потрескивает, как высоковольтный провод. Он смотрит на меня сверху вниз, и в его взгляде читается не просто превосходство, там что-то древнее, первобытное.

Он уже наивно считает меня своей собственностью.

─ Не поверишь, у меня тоже есть одно: я держусь подальше от сомнительных придурков с манией величия. ─ достаю из кармана телефон, продолжая смотреть ему в глаза. ─ А еще сегодня я весь день тебе поддаюсь, ─ это ложь. ─ так что за тобой должок. Стой смирно!

Я хватаю его за ворот и притягиваюсь к нему, дерзко целуя. А вторую руку отвожу чуть в сторону и несколько раз нажимаю на боковую кнопку, делая фото для своих социальных сетей.

Он не ожидал. На долю секунды его тело напрягается: каменное, непроницаемое. Я почувствовала эту заминку, этот миг его шока, и это было слаще победы. Мои губы смяли его − жестко, требовательно, без намека на нежность.

Это поцелуй-вызов.

Поцелуй-пощечина.

Но его шок длится ровно один удар сердца.

В следующий миг он перехватывает инициативу с такой сокрушительной силой, что у меня сбивается дыхание. Его рука стальной хваткой цепляется за мои волосы на затылке, не давая отстраниться, а вторая ложиться на талию, вжимая меня в его тело так, что я чувствую каждую напряженную мышцу.

Поцелуй перестает быть моим оружием. Он становится его пыткой.

Губы больше не спрашивают. Они берут. Жадно, дико, властно. Язык врывается в мой рот уверенно, сплетаясь с моим в яростном танце. Мои пальцы, все еще сжимавшие телефон, разживаются от эмоций, и я цепляюсь второй рукой в его плечо, чтобы не упасть. Земля уходит из-под ног.

Мир сузился до вкуса его мятных губ.

Но он первым разорвал сотворенное мной безумие, оставляя меня хватать ртом раскаленный воздух.

─ Думаешь, это была хорошая идея? ─ его голос низкий, вибрирующий от удовольствия.

Моя рука, словно живя своей жизнью, скользит в карман его брюк и вытаскивает его собственный телефон: тонкий, черный, дорогой.

─ Идея просто огонь. ─ выдыхаю я, глядя в его потемневшие глаза.

Быстрее чем он успеет среагировать, зажимаю значок «камеры» и переключаю на фронтальную.

Щелк. Щелк. Щелк.

Делаю серию снимков: мы стоим вплотную, его рука все еще в моих волосах, мои пальцы на его вороте, а между нашими губами − сантиметры раскаленного воздуха.

На последнем кадре я растягиваю губы в победной, абсолютно безумной улыбке прямо в объектив.