Черный Меридиан

— Я решаю сама, — добавила она уже по-английски. — Если вы знали моего отца, мы можем о нём поговорить. Но в лодку я не сяду.

Молодой офицер наклонился к Уэйну и что-то прошептал. Я расслышал имя Веласко.

— Ваш дядя ищет вас, — сказал Уэйн.

— Знаю.

— Он просил помочь вам вернуться.

— Я не просила его о помощи.

С британского корабля окликнули лодку. «Ведьма» за это время немного отошла вдоль берега. Парус ловил слабый ветер, Бриггс держал штурвал, а Рид снова бросил лот. Уэйн посмотрел на воду за кормой и понял, что мы движемся.

— Я велел стоять.

— А я говорил про камни, — ответил Бриггс.

— Отойдите от штурвала.

Двое британцев направились к нему. Ещё один пошёл к Изабель.

— Она сказала, что не поедет, — напомнил я.

Матрос остановился и посмотрел на Уэйна.

— Отведите её в лодку, — приказал лейтенант. — Только без грубости.

Тот взял Изабель за локоть. Она ударила его по лицу. Уэйн поморщился, словно ожидал чего-то подобного, но приказ не отменил. Британец схватил её крепче.

Педро оттолкнул его плечом. Матрос ударился о поручень, а второй вскинул ружьё. Выстрелил он так быстро, что я не успел даже крикнуть. Наш человек возле люка сел на палубу и прижал ладонь к плечу.

— Бриггс, к мелководью! — крикнул я и выхватил саблю.

На палубе сразу загрохотали сапоги. Британец навёл на меня ружьё почти в упор. Я ударил по стволу. Он всё же выстрелил: пуля порвала куртку и ушла в доски. Раненая ладонь не выдержала удара. Я едва не выронил саблю.

Уэйн достал клинок и пошёл ко мне. За его спиной молодой офицер снова схватил Изабель. Она вырвалась, обогнула мачту. Педро бросился следом.

Белл, всё ещё связанный, пригнулся у бочки.

— Руки мне развяжите!

— Сиди, пока цел, — рявкнул сторож.

Уэйн ударил первым. Я отбил клинок, отступил и чуть не споткнулся о канат британской лодки. «Ведьма» поворачивала вдоль берега. Лодку дёрнуло, она стукнулась о борт.

С носа прибежал Рид. Он ударил Уэйна прикладом пустого ружья. Уэйн повернулся к нему. Рид замахнулся ещё раз, но приклад угодил в поручень. Тогда Уэйн шагнул вплотную и вытащил нож.

— Рид! — крикнул я.

Поздно.

Уэйн полоснул его по горлу. Рид отпустил ружьё, сделал два неверных шага и упал рядом со мной. Я ударил лейтенанта саблей. Тот успел отойти, но я разрезал ему рукав. Попробовал ударить снова. Рукоять выскользнула из больной ладони.

Между нами встал Миллс. Пистолет он держал здоровой рукой. Выстрел выбил щепки из поручня возле Уэйна.

— Куда ты целился? — бросил я.

— В него. Он шевелился.

Возле пушки пальнул наш матрос. Британец у борта схватился за бедро и упал. Уэйн оглянулся на своих людей. Они уже пятились к лодке, а «Ведьма» шла туда, где его большой корабль не смог бы пройти.

Я опустился возле Рида. Кровь текла у него между пальцами. Он смотрел на меня, но уже не пытался говорить.

— Капитан! — позвал Бриггс.

Впереди из воды торчал камень. Чтобы обойти его, нужно было повернуть к британскому кораблю. Бриггс ждал глубину. На носу другой матрос взял лот Рида и бросил его в воду.

— Две сажени!

Рядом снова закричала Изабель. Молодой офицер прижал её к борту и пытался отнять нож. Педро вцепился ему в ворот. Офицер ударил его затылком в лицо. Педро не отпустил. Изабель выскользнула из-под руки британца и толкнула его. Они втроём повалились на палубу.

Миллс оказался рядом первым. Прижал офицера коленом и вырвал у него пистолет.

— Живым, — сказал я.

— Стараюсь, капитан. Но он против.

Я поднялся, держась за пушку. Хью уже осматривал Рида. Коснулся его шеи, потом посмотрел на матроса у люка и пошёл к нему. Про Рида он мне ничего не сказал.

Уэйн велел своим возвращаться в лодку. Одного раненого они унесли. Второй, которого подстрелили у борта, остался лежать. Сам лейтенант прыгнул последним. Лодку прижало к «Ведьме», и двое британцев успели схватить его за мундир, прежде чем он упал в воду.

Педро поднялся с палубы, вытер кровь из носа и перерубил канат, которым лодка держалась за наш борт.

— Лот! — снова крикнул Бриггс.

— Две сажени!

Он провёл «Ведьму» мимо камня. Я видел ещё два прямо под водой. Мы прошли между ними так близко, что я всё время ждал удара в днище.

С британского корабля выстрелили. Ядро упало за кормой, возле лодки Уэйна. Второго выстрела не было: свои люди мешали им целиться.

— Сколько британцев осталось на борту? — спросил я.

— Офицер и раненый, — ответил Педро. — Белл тоже здесь.

Офицеру уже связали руки. Изабель стояла рядом, сжимая нож. На шее у неё краснела полоса там, где её тащили за воротник.

Из люка выглянул Диего. Увидел кровь и Рида. Педро тут же отправил его обратно вниз.

Я вложил саблю в ножны. Ладонь болела так, что удалось только со второй попытки. Один из наших матросов шагнул к пленному офицеру:

— За Рида я ему глотку перережу.

Миллс преградил дорогу.

— Тогда Уэйн снова откроет огонь, — сказал я. — Оставь его.

Матрос выругался и отошёл.

Британская лодка держалась на глубокой воде неподалёку. Уэйн стоял на носу. У него тоже была кровь на рукаве. За его спиной большой корабль ждал в море.

— Верните офицера! — крикнул он.

Я подошёл к борту.

— Вы стреляли в моих людей!

— Вы пытались силой увести Изабель. Ваш человек первым выстрелил.

— Передайте офицера, Белла и мисс де Варгас.

— Белла забирайте. Офицера отдам, когда мы пройдём камни. Изабель останется.

— Я знал её отца, Роу.

— И что? Вы слышали её ответ.

Уэйн посмотрел на Изабель. Она подошла к борту сама.

— Я остаюсь, — сказала она. — Если ещё раз прикажете людям меня тронуть, в следующий раз я ударю ножом.

Несколько секунд он молчал. С большого корабля подали сигнал лодке возвращаться.

— Вы хотите, чтобы я поверил вашему гнусному пиратскому слову насчёт офицера?

— Он стоит у мачты. Велите не стрелять, пока мы его не передадим.

— А после?

— После можете попробовать провести свой корабль через эти камни.

Уэйн ничего не ответил.

Я велел подготовить нашу лодку. Когда Белла повели к борту, он упёрся ногами в палубу.

— Харроу бросил меня здесь, а вы теперь отдаёте им?

— Они тебя разыскивают, — сказал я. — Будет суд.

— И вы верите их бумажкам?

— Я видел, на чьём корабле ты служил.

Белл посмотрел на Рида под парусиной и замолчал.

Тернер и Кобб тоже собрались перейти к британцам. Они оставили оружие на палубе. Тернер поставил возле мачты кружку, которую так и держал с начала разговора.

Наши гребцы отвезли всех троих к Уэйну и вернулись. Молодой офицер оставался у нас под охраной. Бриггс всё это время вёл корабль вдоль берега. Матрос на носу снова и снова бросал лот.

— Дальше чисто! — крикнул он.

— Проверь ещё два раза, — ответил Бриггс.

Лишь когда мы вышли из мелководья, я велел спустить офицера в лодку. Британец, раненный возле борта, умер, пока Хью пытался остановить кровь. Его тело тоже передали Уэйну.

Лейтенант дождался, пока наша лодка отойдёт, и крикнул:

— Сегодня вас спасли камни, Роу. В следующий раз их рядом не будет. За нападения и за моих людей ответите перед судом!

— Рида тоже в список запишите! — отозвался Миллс.

Уэйн услышал, но больше ничего не сказал.

Бриггс поднял парус на целой мачте и «Ведьма» пошла вдоль берега. Британский корабль не повернул следом. Последним я увидел, как лодку Уэйна поднимали к нему на борт.

Нэд сразу полез проверять повреждённую мачту. Нашего раненого уложили внизу. Хью сказал, что тот выживет, если снова не откроется кровь.

Рида оставили на палубе. Я поправил парусину, сползшую с его сапога.

— Теперь руку, — сказал Хью у меня за спиной.

— Потом.

— Сейчас. Мне и без тебя работы хватает.

Он промыл рану и заново перевязал ладонь. Когда закончил, Изабель подошла к нам. Ножа в её руке уже не было.

— Уэйн и правда знал моего отца, — сказала она.

— Похоже.

— Я хочу с ним поговорить. Но не тогда, когда он явится за мной с ружьями.

Она посмотрела на Рида, отошла к нему и села рядом. Я остался с Хью. Он затянул последний узел и отпустил мою руку.

Позже Бриггс позвал меня к рулю.

— Белл знает про карту, — напомнил он.

— Знаю.

— Уэйн добьётся от него всего, что тот успел увидеть. Нужно найти место для ночёвки.

Мы укрылись за низким мысом. С моря наших мачт там было не видно. Бриггс проверил глубину, прежде чем завести «Ведьму» внутрь. На берег не сходили, а парус убрали.

Я остался наверху. Внизу Педро спорил с Хью: лекарь опять забыл поесть. Нэд ругался на тех, кто трогал его брусья. Потом все понемногу успокоились.

Миллс сидел возле пушки. Увидев меня, подвинулся на бочке.

— Рид утром смеялся над тем, как я стреляю, — сказал он.

Я сел рядом.

— Сегодня бы тоже посмеялся.

— Да. Сказал бы, что в Уэйна я не попал даже с трёх шагов.

Миллс посмотрел на парусину у борта.

— Утром он был здесь. А теперь мы опять прячемся и считаем мёртвых.

Я молчал. Он потёр здоровой рукой лицо и заговорил снова:

— Капитан, нам нужны люди. Рида больше нет, остальные едва стоят на ногах. Нэд просит дерево и железо, Хью — чистые тряпки. Педро сегодня ругался из-за еды.

— Я знаю.

— Тогда знаете и то, что купить всё это нам не на что. Песо почти не осталось.

Я посмотрел на его руку. Миллс заметил и усмехнулся.

— Да, от меня сейчас тоже толку немного. Но я ещё могу стрелять.

Шутка вышла плохая. Он сам это понял и отвернулся к морю.

— Что ты предлагаешь?

— Взять судно. С грузом и деньгами. Команда об этом уже говорит.

— Только что похоронили одного человека. Второго ещё даже не успели.

— Поэтому и говорят. Рид погиб, чтобы мы снова спрятались за мысом и доели последние сухари? Уэйн вернётся. Веласко тоже. Если будем только бегать, они нас рано или поздно догонят.

За бортом плеснула вода. Я слышал, как внизу кто-то кашлянул, потом всё снова стихло.

— Увидим подходящее судно, решим, — сказал я.

— Решайте быстро, капитан. Люди хотят знать, что у нас ещё есть дело, кроме бегства.

Миллс поднялся и пошёл проверять пушку перед ночной вахтой. Я остался на бочке. Неподалёку под парусиной лежал Рид. Миллс говорил о деле, но я понимал, кого он сейчас пытался оправдать. И зачем...