Желанная пленница

Что ж, не поспоришь.

― Нам пора выезжать, леди Анна, ― склонил голову в лёгком поклоне король. ― Благодарю за ваше гостеприимство. Приглашаю насладиться моим.

Не говоря ни слова, я попыталась обойти его. Но монарх опередил меня и подал мне руку.

― Обопритесь на меня, леди, ― галантно произнёс он и широко улыбнулся.

Чёрт бы побрал этого венценосного мерзавца! Я довольно грубо взяла его под руку. Не устраивать же сцену на виду слуг и свиты короля.

Он накрыл мою голову своей огромной ладонью и погладил по голове, как маленькую девочку.

Я вдруг поняла, что он умеет быть чрезвычайно обаятельным, когда хочет. Его улыбка сейчас успокаивала и ободряла, а глаза излучали теплоту. Всего этого мне не хватает, учитывая, что я покидаю родной дом и не знаю, что ждёт меня в будущем.

― Обещаю, что вы не пожалеете, ― прошептал король.

Я уже жалела.

Глава 10

Жалела о том, что когда-то отец посчитал графа Эльца выгодной партией. Жалела, что муж слушает тех, кто поёт ему о сладости власти, и не думает о последствиях.

Глупец! Он не понимает какое бремя ― власть.

А ещё я жалела, что стала заложницей короля. Той Анны, которая сейчас выходит из родного дома, больше не будет. Всё, что нас не убивает, делает лишь сильнее.

Взяв короля под руку, я направилась во двор, где уже был слышны храп и ржание лошадей.

Почти все всадники уже были готовы. Во дворе слышался смех, все живо беседовали друг с другом. Резвые скакуны гарцевали, выпуская из ноздрей пар и потряхивая гривами.

Моя Молния, вороная кобыла, подаренная старшим братом, уже танцевала под женским седлом. Рядом с ней стоял величавый белый жеребец короля. В котором было решительно всё: и воля, и сила, и крутой норов. Я не могла отвести взгляда от этой пары. Казалось, что сама природа создала их друг для друга.

Король погладил морду жеребцу и предложил ему лакомство. Я обняла за шею свою Молнию. Единственное живое создание, которое мне позволили взять с собой.

Чтобы оседлать кобылу, мне пришлось подвести её к ступеням. Едва я вскочила в седло и удобно в нём устроилась, как почувствовала на себе пронзительный взгляд короля.

― Как тебе идёт эта амазонка, ― подъехал поближе король, чтобы одарить меня комплиментом.

Я кивнула, в знак того, что принимаю его. Король сорвался с места и рванул впереди колонны, которая уже потянулась к выходу из замка.

А мне куда? Я растерянно оглянулась и пристроилась к обозу, где помимо моего сундука ехали вещи, необходимые в походе. В моём замке королевское войско снабдили продуктами и водой.

Когда замок остался позади, как ко мне подлетел паж короля. Симпатичный мальчишка двенадцати лет.

― Его Величество приказал вам находиться подле него, ― он, полный значимости поручения, волновался.

― Подчиняюсь, ― склонила голову я.

В данной ситуации ехать рядом с королём уже не казалось мне плохой идеей. В конце обоза я чувствовала себя несчастной, одинокой. Даже пикировки с королём не пугали меня.

Я вонзила каблуки в бока своей Молнии, пуская её в аллюр. Я наслаждалась скачкой. Резко натянув поводья, Молния застыла рядом с конём короля.

― Леди Анна, почему вы покинули меня?

― Я не знала, где место заложницы в королевской свите, ― нервно ответила я. ― Никогда раньше не была заложницей, знаете ли.

― У вас острый язычок, леди, ― недовольно проворчал король. ― Ваше место возле меня. Всегда и везде.

Я поджала губы, предпочитая оставить его высказывания без ответа. Не хотелось спорить с ним, подрывая августейший авторитет. Такого не простит ни один мужчина, не то что король.

Пристроившись в кавалькаде за королём, я немного расслабилась, и это была моя ошибка. Возле ног моей лошади воткнулась в землю стрела, и Молния, испугавшись, встала на дыбы, а потом понеслась вскачь.

Сердце замерло от испуга. Молния рванула вперёд, и я едва не потеряла поводья. Весь мир вокруг меня расплылся в размытые цвета, а страх охватил меня с головой.

Я всегда умела находить общий язык с лошадью, даже если она испугалась. Когда отец учил меня верховой езде, он сперва научил меня правильно падать. Кажется, настало то время, когда я использую эти навыки. Я отличная наездница, и не могу позволить себе поддаться панике.

Молния летела вперёд, а я не пыталась сдержать её. Пускай успокоится от быстрой езды, я лишь направляла её в безопасное место. Стремясь, чтобы она неслась по лугу, а не в лес, где ветки могли поранить мою бедную кобылку.

Как бы я ни пыталась казаться спокойной, но сердце бешено колотилось в груди. Вокруг раскинулся зелёный луг, залитый солнечными лучами, но весь мир для меня сузился до одного момента — бешеной скачки.

Сконцентрировавшись, я старалась чувствовать каждое движение лошади. Наклонившись вперёд, не теряя равновесия, я почувствовала, как Молния реагирует на каждое моё движение.

Я начала дышать в унисон с ней, я начала управлять ею: лёгкое сокращение поводьев, мягкое нажатие бёдрами — и вот она чуть замедлила шаг, но не потеряла своей мощи. Я направила её в сторону, уверенно ведя к повороту. Волнение сменилось чувством единства — мы с лошадью стали одной командой.

Уже не рассматривая бешеную скачку как угрозу для себя, я наслаждалась каждым мгновением свободы.

Я видела, как белый конь короля всё ближе, и это подстёгивало меня. Мы мчались вперёд, и я знала, что возьму любую преграду, если буду слушать свою лошадь и доверять ей.

Вот только король должен думать, что я бедная испуганная женщина. Ведь кто-то же попытался испугать мою лошадь так, чтобы она сбросила меня. И в идеале сломала себе шею.

Но план был какой-то странный. Его успех зависел от многих внешних факторов, как будто кто-то использовал первый подвернувшийся случай:

повезёт так повезёт, а не повезёт, значит, будем искать другой.

— Леди Анна, — кричал король, а я, вцепившись в чёрную гриву своей лошади, неслась вперёд. — Натяните поводья.

Он нёсся за мной, и копыта его лошади стучали уже слишком близко. Схватив Молнию за уздечку, он вместо остановки спровоцировал лишь то, что она снова поднялась на дыбы. Руки соскользнули, и я, не удержавшись в седле, упала, зацепившись одной ногой за стремя. Головой больно ударившись о землю, я потеряла сознание.

— Анна, — закричал король, спрыгнув со своего коня и подбегая ко мне. — Ты жива?

Глава 11

Открыла глаза, и мир вокруг меня расплылся в тумане. Блики света резали по глазам, заставляя щуриться. Взгляд упёрся в потолок шатра. Страх охватил меня, когда я поняла: я не знаю, где нахожусь. Дорогая обивка, огромный высокий потолок − не каждый может себе позволить подобное.

Паника начала нарастать, когда я осознала, что не помню ни своего имени, ни того, как я здесь оказалась. Вокруг меня стояла ужасающая пустота, словно кто-то вычеркнул все воспоминания из моей жизни. Я пыталась вспомнить хотя бы что-то — лицо, имя, звук голоса — но в голове только глухой шум, как в засыпанной пылью комнате.

Я как чистый лист бумаги, и что делать, чтобы заполнить его своей историей, я не знала.

― Слава Первородному Дракону, ты жива, ― услышала я рядом голос и вздрогнула. Слышала голос, но не видела того, кто говорил.

― Где я? ― Тихо прохрипела, закрывая глаза из-за боли в голове от света.

― В моём походном шатре, ― ответил тот же голос.

Я снова открыла глаза и попыталась подняться, но не смогла. Спина сильно болела. Ещё немного полежу и встану.

Передо мной появилось мужское лицо. "Какая мужественная красота", — подивилась я. Чёрные волосы, тёмные глаза, в тусклом свете шатра кажущиеся чёрными, яркие, порочные губы и жёсткое выражение лица.

Где-то я его уже видела. Только где?

― Вы кто? ― Спросила я, ещё раз попытавшись встать. Его сильные руки удержали меня за плечи.

― Лежите, леди Анна, ― встревоженно сказал он. ― Вы упали с лошади и ударились головой.

Хотела спросить, почему я в походном шатре и что делала на лошади, но снова промолчала. Я не знаю вообще, умею ли я ездить верхом. И стоит ли доверять этому незнакомому мужчине.

― Меня зовут Ричард, ― ответил он.

― Не помню никого с таким именем, ― задумчиво сказала я, ощупывая голову.

На затылке я обнаружила шишку величиной с перепелиное яйцо. Дотронувшись до неё, я вскрикнула от боли.

― А что вы помните? ― осторожно поинтересовался Ричард, убирая мои руки от головы и удерживая в своих ладонях.

Я пожала плечами. Ничего или и того меньше.

Хорошо, что он произнёс моё имя, а то бы и его не знала. Но много знание имени мне не дало. И вот что сказать этому незнакомому мужчине, который так заботится обо мне.

― Значит, ничего не помните, ― задумчиво произнёс он.

Страх, растерянность, безнадёжность охватывали меня, сжимая железными кольцами грудь. Я пыталась вспомнить, кто я есть. Не имя, которое мне назвал незнакомец. А нечто большее. Свою личность.

Но вместо этого нарастала тревога. Я чувствовала себя, как будто потерялась в бескрайнем океане, и каждая попытка выбраться лишь уносила меня дальше от берега.

Я старалась сосредоточиться на окружающем: на запахах, звуках, прикосновениях. Искала тот якорь, за который могла бы зацепиться и размотать узелки памяти в жалкой попытке осознания себя.

Но это не помогало. Я была заключена в клетку своего собственного разума. Внутри росло ощущение, что я должна знать, кто я, но вместо этого я была лишь тенью самой себя.

В этот момент я поняла, что не только потеряла память, но и часть себя. Это было пугающе. Я ощущала себя незаконченной, как книга с пропущенными страницами. Хотела кричать, но вместо этого лишь тихо прошептала:

― Так кто же я?

― Леди Анна, ― сказал мужчина, представившийся Ричардом, ― владелица замка Монфор.

― Вы это уже говорили, ― скривилась я от боли в голове. ― Я имею в виду в более глобальном смысле. Внутреннее содержание леди Анны. Что я за человек.

― Вот в этом я не помогу, ― разочарованно проговорил Ричард. ― Могу только сказать, что ты бесстрашная, добрая, заботливая и очень красивая женщина.

Я слабо улыбнулась. Хоть что-то, но как-то однобоко. Вряд ли от мужчины можно ожидать, что он расскажет о недостатках. Умный мужчина никогда так не сделает.

― А почему я здесь, в походном шатре? ― Задала я следующий терзающий меня вопрос. ― Раз я владелица замка, то и находиться должна в замке.

Он поморщился, словно от зубной боли.

― Вы едете в королевский замок, ― сообщил он и направился к выходу из шатра.

― Зачем я туда еду и с кем? ― Крикнула я ему в спину, но Ричард не ответил.

Я осталась наедине с мрачными мыслями. Правда, ненадолго. За Ричардом в палатку вошёл богато одетый мужчина средних лет.

То, что это был целитель, я поняла. Вряд ли бы сюда пришёл кто-то другой. Но что это за место такое? Богатый походный шатёр, красивый мужчина и целитель.

Может, это мой муж и мы едем ко двору? Я внимательно посмотрела на руку Ричарда. Тонкое золотое кольцо блеснуло на солнце. Кажется, моя догадка верна.

― Анна, это доктор Вейн, он целитель, ― представил вошедшего Ричард. ― Осмотрит тебя.

― Леди, как вы себя чувствуете? ― Спросил он, присев на край топчана, где я лежала.

― По сравнению с покойником неплохо, ― слабо улыбнулась я, протягивая руку, на которой он считал пульс.

― Возвращается чувство юмора, это хороший знак, ― улыбнулся он. ― Его Вели..

Ричард стукнул ногой целителя, и он замолчал на полуслове. Что скрывает доктор? Ричард знает, но не хочет меня расстраивать. Видимо, всё-таки он мой муж. Так заботится. Я слабо улыбнулась. Не самый плохой выбор я сделала до потери памяти. Интересно, а я его любила?

― Доктор Вейн, как вы оцениваете состояние леди Анны? ― Спросил Ричард.

― Сразу и не скажешь. Физическое состояние приемлемое, думаю, завтра она уже сможет продолжить путь. Но верхом я бы всё же не советовал.

Ричард кивнул.

― А память? ― С тревогой произнёс он. ― Что делать с памятью?

― Голова науке неподвластна, ― развёл руками доктор.

― А точнее?

― Память может вернуться завтра или через год, а может вообще не вернуться.

Доктор посмотрел на Ричарда и лишь когда получил его одобрение, встал и вышел.

― Скажи честно, ты везёшь меня ко двору, чтобы представить королю в качестве жены?

Глава 12

Король Ричард

Она смотрела на меня с напряжённым ожиданием, а я не знал, что ответить. Первым порывом было согласиться. Уж я бы сумел заткнуть слишком длинные языки, и Анна жила бы со мной как с мужем.

Но что-то сломалось во мне после того, как я её увидел. Она стояла на стене такая беззащитная, но гордая и решительная. Её нежелание склониться передо мной бесили и восхищали.

А от её отказа стать моей любовницей вообще снесло крышу. Мне никто не отказывал. Я всегда щедро вознаграждал и женщину, и её мужа, если он был.

Мужа Анны я тоже вознагражу. Плаха ― лучшая награда мятежнику. Но она…

Я ехал в Монфор с единственной целью ― взять в заложницы жену мятежника. Когда мне доложили, что Монфор отказывается сдаться, я в порыве ярости решил убить всех, кто останется в замке в живых к тому времени, как я войду в него.

Но она…

Так отчаянно сражалась не за жизнь, что удивительно, а за честь, за чувство собственного достоинства. И я это уважал. И понимал её. В наше время так мало осталось людей, кто понимал, что достоинство − единственное, что нельзя отнять, если оно было, конечно.

И вот сейчас она задавала этот провокационный вопрос. Если я соглашусь с тем, что я её муж, то потеряю Анну. Она не простит обмана. Не простит, что я выставил её дурой. Не простит нашей близости.

Я смотрел на неё и понимал, что не хочу, чтобы она согласилась быть со мной из-за того, что потеряла память. Я хочу, чтобы она сама пришла ко мне, зная, что я её король. Чтобы поняла…

Что поняла? Поняла, что я хочу её так, что мозг отказывается работать. Так, что в штанах постоянно тесно. Так, что хочется наплевать на принципы и воспользоваться правом короля.

Но не могу. Она не простит.

Великий Дракон, что со мной делает эта женщина.

― Нет, Анна, к сожалению, я не твой муж, ― решил я рассказать правду. ― И никогда не был. Почему ты сделала именно такой вывод?

Я смотрел на неё и, затаив дыхание, ждал. Ждал её ответа. Неужели она заметила моё отношение к ней, в то время, когда её мозг не затуманен ненавистью ко мне?

― Не знаю, ― пожала она плечами. ― Почему-то такое ощущение, что я замужем. А вы так заботитесь обо мне, что я и подумала.

― Жаль, что это не так, ― признался я. ― С той минуты, как я тебя увидел, только о тебе и думаю.

Она покраснела от моего признания не как замужняя женщина, а как девчонка, впервые услышавшая комплимент от мужчины.

― Но кто вы тогда? ― Глядя мне в глаза, спросила она.

Вот так и подпирают вопросами к стенке. Что ей ответить? Я не знал. В любом случае придётся рассказать правду. А я так хотел, чтобы она не знала, кто я такой хотя бы несколько дней. Чтобы увидела меня настоящего.

Полюбила Ричарда, а не короля.

Я аж вздрогнул. Полюбила? А начиналось всё с того, что я просто хотел затащить её в постель. А теперь…

Великий Дракон, я запутался в собственных чувствах.

Я не хочу любить. Только не это.

Луиза сделала хорошую прививку от любви.

― Меня зовут Ричард, ― сказал я, давая себе немного времени.

Она улыбнулась, и моё сердце остановилось. Моё сердце замерло от её улыбки.

― Можно мне отдохнуть, я устала, ― смущённо попросила она.

Я улыбнулся ей в ответ и даже поправил одеяло. Сел на пол и смотрел на неё, как на величайшее чудо, посланное мне свыше.

Немного я побуду Ричардом. Пусть до завтрашнего утра. Но для неё я буду просто мужчиной, а не королём. Может, и дальше она будет воспринимать меня именно так.

Она спала. Белокурые волосы растрепались от безудержной скачки и падения. Нежная кожа лица перемазана землёй. Но я ещё никогда не видел женщины прекраснее.

Не знал, что вообще существуют такие, как она. Полные противоречий и притягивающие мужчин своей манкостью и даже не подозревающие об этом. Одновременно безрассудно бесстрашные и слабые, сильные и нежные, острые на язычок и стеснительные. Красивые, но не кичащиеся своей красотой. Гордые, но не горделивые, полные чувства собственного достоинства.

До Анны я не встречал таких женщин. И сделаю всё, чтобы она полюбила меня, выбрала меня, несмотря на то, что мы несвободны. И она, и я несчастливы в браке. Я забывался, меняя женщин, таких же продажных, как моя жена Луиза, а она… А она оставалась достойной женщиной, для которой честь не пустой звук.

Анна больше достойна быть королевой, чем моя жена.

Даже думать не хочу о ней. Она потеряла моё уважение, а любви между нами никогда и не было. Но никому не позволяю обращаться с Луизой неуважительно. Хотя видит Великий Дракон, недостойна она уважения.

Женщина, которой не нужна семья, разве достойна уважения? Удружил мне отец с женой. Мало того что женил в пятнадцать лет, так ещё и на женщине старше меня.

Что я понимал в свои годы? Жаль, что сделанного не воротишь. Жаль, что Луиза даже не попыталась создать иллюзию счастливой семьи.

Она больше интересовалась скачками да породистыми щенками, чем мужем и детьми.

Пятнадцать лет брака и ни одного ребёнка.

И, как апофеоз безумия, Луиза переехала в замок, который подарил ей мой отец на свадьбу. И с той поры мы с ней не виделись.

Знаю, что по всей моей резиденции шныряют её шпионы, а я не трогаю их. Уж лучше пусть будут те, кого я знаю, чем новые, которых придётся ещё и выявлять.

Боялась Луиза, что появится женщина, ради которой я буду готов развестись. И не зря боялась. Вот она, эта женщина, смешно сопит во сне и готова хранить верность мужу, несмотря на его отношение к ней.

Анна, Анна, Анна…

Даже её имя звучало, как музыка. Я смотрел на неё, и сердце сжималось от нежности. Как же я хотел заслонить её от несправедливости мира, закрыть от невзгод и несчастий, уберечь от лихих людей.

Но кто убережёт её от меня?

Глава 13

Попросила время на отдых и закрыла глаза. Куда же я попала? Мужчина красивый и явно оказывает мне знаки внимания, но не муж.

Я напрягала память, чтобы вспомнить, но от усилий лишь разболелась голова. И никого, кто бы объяснил мне, что происходит.

Мучаясь от загадок, которые мне подбросил Ричард, я всё же уснула.

И снился мне сон, где мы с ним танцуем на балу. Он меня обнимает не так, как положено по этикету. Слишком горячо и дерзко. Шепчет на ушко страстные слова. А я… Я таю в его объятиях.

Проснулась я от шума, поднятого за пределами шатра. Вокруг царил тихий хаос: ржание лошадей, ругань мужчин, скрип телег. Каждый шорох, каждый звук, доносящийся из-за стен шатра, заставлял моё сердце колотиться в груди.

Полог был откинут, а надо мной молча стоял Ричард.

― Что вы здесь делаете? ― Спросила я, резко сев, сжимая покрывало на груди. Голова немного закружилась, и Ричард поплыл передо мной, как во сне.

― Любуюсь вами, ― нежно прошептал он. ― Доброе утро, Анна! Нам пора выдвигаться.

Я кивнула, пробормотав пожелания доброго утра. В голове звучали хаотичные обрывки мыслей — смутные образы, шёпот, который я не могла разобрать, и страх, не покидавший ни на минуту.

― Вы горячо шептали моё имя во сне, ― доложил он мне, а я густо покраснела. Уши горели от стыда.

― Вы подслушивали? ― Обвиняюще спросила я.

― Нет, конечно, ― произнёс он таким тоном, что стало понятно, что именно этим он и занимался.

― Вы не могли бы выйти, мне нужно одеться.

Ричард лукаво улыбнулся и остался стоять.

― У вас нет камеристки, дорогая моя леди Анна, ― объяснил он мне причину своего появления. ― Я весьма сведущ в этом вопросе и помогу вам одеться. Не стоит стесняться.

Я ещё дальше отодвинулась от него и сильнее сжала пальцы на покрывале.

Он что, решил, что если у меня нет памяти на лица, то я и правила приличия забыла? К счастью, они вбиты в меня так крепко, что и в беспамятстве помню всё моральные нормы и правила приличия.

Но что же делать? Сама я не справлюсь ни с корсетом, ни со шнуровкой на спине.

― А у вас есть одежда пажа? ― Спросила я с надеждой.

Надеть мужскую одежду я посчитала меньшим грехом, чем позволить Ричарду помогать надевать платье.

Он неопределённо хмыкнул и вышел из шатра. Я быстро вскочила и стала искать, чем бы завязать волосы. Они такие длинные, что я сама их не уложу. Почему со мной не едет камеристка? Как знатная женщина может путешествовать без прислуги?

Вопросов больше, чем ответов, которые даёт Ричард.

Он вернулся. Положил на край кровати одежду, молча развернулся и вышел, опустив за собой полог.

Я бросилась к камзолу и штанам, которые он принёс, и стала быстро одеваться. Пришлось сменить и рубашку. Зато теперь мне будет удобно ехать верхом. Растрёпанные волосы я зачесала в косу, как смогла. А косу, которая того и гляди растреплется ещё больше, я обернула вокруг головы.

Одетая как мальчик, я стояла посреди шатра. Смелость покинула меня, и я не решалась выйти.

Светлые полосы, пробивавшиеся сквозь ткань, манили к себе, но ноги казались тяжёлыми, будто сама земля удерживала меня на месте.

Снаружи раздавались голоса, смех и военные команды. Я не знала, что ждёт меня за пределами этого безопасного пространства. Дружелюбны ли эти люди или опасны. Я никого не знала, кроме Ричарда и доктора, которые что-то скрывали. Каждый раз, когда к шатру приближались шаги, моё сердце колотилось всё сильнее.

Мои руки дрожали, а дыхание стало прерывистым. Собравшись с силами, я прижала ладони к стенам шатра, будто искала опору и сделала шаг к выходу. За пределами этого временного укрытия меня ждала неведомая судьба — возможно, новая жизнь или, возможно, ещё больше страха. Каждый звук становился громче, и я замерла, прислушиваясь к тому, что творится снаружи.

Крики командиров, глухие шаги солдат, стук железа — всё это создавало роковой ритм, от которого у меня перехватывало дыхание. Только сколько бы я ни стояла, а выйти придётся, иначе Ричард придёт за мной. Я даже малодушно подумала, что это будет лучшим выходом. Выйти в неизвестность, взяв его за руку, гораздо легче, чем самой.

Сделав глубокий вдох, я потянула на себя полог шатра, и холодный воздух, наполненный запахом земли и смелости, ударил в лицо.

Я вышла и растерялась. В суматохе сбора военного лагеря я просто не знала, куда идти.

Сама не понимая, что творю, я влилась в бурный водоворот суматохи сборов. Меня потянуло за одними солдатами, потом за другими, и я оказалась за пределами лагеря.

Жутко испугавшись, я замерла. Надо подождать, меня наверняка хватятся. Наверняка Ричард заметит, что меня нет, и пришлёт за мной кого-нибудь.

Я стояла и ждала, потом стала ходить взад-вперёд, пока меня не окликнули:

— Эй ты, поди сюда.

Оглянувшись, я увидела неподалёку воина, но он как будто стоял наособицу от лагеря.

— Вы меня? — Удивлённо переспросила я.

— А кого же ещё? Ты же паж Его Величества, — уверенно произнёс незнакомец.

Не лучшее решение идти к нему, поэтому я осталась стоять на месте.

— Ты глухой? Или придать ускорение? С тобой разговаривает граф, — разозлился мужчина.

Для меня сейчас всё, что он говорит, лишь пустой звук. Граф или маркиз — всё едино.

Он, не выдержав, подошёл ближе и схватил меня за руку. Берёт, который я надела при выходе, съехал на глаза, почти закрыв лицо.

— Ты знаешь, где сейчас леди Анна? — Тихо спросил он на ухо, прижав меня спиной к своей груди. Я помотала головой. Это же он обо мне спрашивает.

— Зачем она вам? — Сиплым от страха голосом спросила я.

— Не твоё дело, — раздражённо прошептал он. — Найди её и приведи сюда, в суматохе сборов никто и не заметит её исчезновения.

Кивнув, я бросилась от него, с перепугу наскочив на телегу. Отлетев, я упала, а берет слетел с головы.

— Леди Анна, — услышала я рык за спиной и вскочила на ноги, чтобы дать стрекоча. Только он оказался быстрее, нагнал меня и схватил за руку.

Глава 14

― Вот ты и попалась, ― голос незнакомца сочился злобой. Я сжалась как от удара. Его неприязнь ко мне ощущалась каждой клеточкой.

Он явно меня знал и ненавидел. Если бы ещё знать, за что? Вдруг я действительно заслуживаю ненависти. Я похолодела от такого предположения.

― Отпустите меня, ― закричала я, чтобы привлечь к себе внимание. Но кто услышит крик в лагере, в котором царит суматоха.

― Не ори, слышишь, ― приказал незнакомец. ― Не заткнёшься, руку тебе сломаю.

― Вы кто такой? ― Выкрикнула я, заметив, что голос немного истеричный.