Sупер Хero

Александр Барсов

Sупер Хero

Пролог

Наверное, каждый в детстве хотел стать супергероем. Бороться со злом, побеждая в нескончаемых битвах с злодеями, быть любимцем у взрослых, кумиром у детей и спасителем для всего человечества. Нет смысла обозначать, каким из великого множества придуманных героев со сверхспособностями, которых вы все прекрасно знаете, хотел стать конкретно я. Да это и не важно на самом деле. Потому что, будучи реалистом, я понимал, что никем из них мне стать не светит. Так как мне, рожденному от земной матери, зачатому обычным земным отцом, на которого я внешне так похож, что нет никакого смысла проводить тест ДНК на установление отцовства, рассчитывать на свое внеземное происхождение с заложенными внутри меня суперспособностями типа умения летать и поднимать руками вверх электровоз или круизный лайнер, не приходилось. Ждать, пока мой отец станет миллиардером, а затем — несчастный случай, в результате которого мои родители погибнут, оставив мне в наследство огромное состояние, благодаря которому я построю себе убежище и накуплю современных, разработанных по спецзаказу, сверхтехнологичных гаджетов, средств передвижения и вооружения, ну и естественно крутой многофункциональный бронированный костюм для борьбы с преступностью, я не собирался. Тем более что вероятность получить удар молнии и стать сверхбыстрым человеком намного выше вероятности того, что мой папа неожиданно, несказанно разбогатеет. Нет, не поймите меня неправильно. Мой отец хороший человек. Он неплохо зарабатывает, обеспечивает семью. Но не всем же дано стать миллиардерами. И, к тому же, я очень люблю своих родителей и не хотел бы, чтобы они погибали от рук бандитов-грабителей.

Что же касается ударов молнии, то я проводил определенные эксперименты. Правда, все они закончились тем, что вместо них я получил увесистый подзатыльник от отца, строгий выговор от матери и поход к детскому психологу. Хотя я до последнего утверждал, что не собираюсь кончать жизнь самоубийством и что, по статистике, после удара молнии выживает каждый пятый, а дети в восемь раз реже умирают от ее удара, чем взрослые. Ну, а как бы ваши родители отреагировали, если бы увидели, как их единственный сынуля бежит по полю в разгар грозы с металлическим прутом в одной руке и с ведром, наполненным водой, в другой? Ну, для чего нужен был металлический прут, думаю, понятно всем. А вот ведро воды было необходимо для того, чтобы потушить загоревшиеся волосы при «удачно» проведенном эксперименте. Конечно, я знал, что шансы быть пораженным молнией хотя бы раз в жизни равны примерно 3000 к 1. Но я читал про Роя Салливана, которого молния била 7 раз. Да, да. Вы не ослышались — 7 раз. «Счастливчик». Так что, в одно место эту статистику! Конечно, Рой не стал сверхбыстрым после семи попаданий молнии в его бренное тело, как и все остальные, о ком я читал и слышал, которых тоже била молния. Да, наверное, от суперскорости никто бы из них не отказался. Им всем просто не повезло. Но мне-то точно должно было повезти, думал я. Хотя, я слышал, что у некоторых из них появлялись некие сверхспособности типа: читать мысли, видеть будущее, лечить других людей посредством мануальной терапии и другое. Но это все не те способности, которые были необходимы мне. Я не хотел читать мысли других людей (знать все тайны и секреты — чёрт, да с такой способностью у меня никогда не будет друзей). Мне не интересно было видеть будущее (жизнь, потеряв свою непредсказуемость, станет неинтересной, и тут уж впору наложить на себя руки от неимоверной скуки). Я не хотел никого лечить (уже представляю себе вереницу выстроившихся в ряд бедолаг, ожидающих своей очереди, чтобы попасть на прием к народному целителю, у которого на себя времени не остается). Я просто желал стать героем, спасителем для людей, тем, кто надирает задницы преступникам и злодеям в очень необычной, присущей только мне, суперманере. Я хотел носить крутой супергеройский костюм и видеть в продаже, на прилавках книжных магазинов, комиксы о своем альтер эго. И быть может, когда-нибудь посмотреть их экранизацию. Ну, вроде, абсолютно нормальные мечты для обычного среднестатистического мальчугана. У всех такие бывают и с возрастом проходят. Но вот только вся беда в том, что, как оказалось, проходят эти мечты не у всех. Ну, по крайней мере, у меня так точно ничего не прошло, а только стало всё намного хуже.

Часть 1 - "Человек - паук"

1

Когда я учился в школе, в четвертом классе, моим соседом по парте был паренек, сейчас и имени его не вспомню (после того случая он с семьей переехал жить в другой город), чей папа работал в научной химической лаборатории.

— Полоний, — задумчиво произнес я.

— Что? — ничего не понимая, спросил мой сосед.

— Спроси у отца, есть ли у них в лаборатории полоний?

— А зачем тебе?

— Доклад буду писать по химии. — естественно, это было враньем.

— Так у нас химия только с седьмого или восьмого класса начинается!

— Знаю. Я заранее хочу написать. — другого объяснения на ум не пришло.

— А зачем?

— Так надо. — по-моему, лучшего ответа на заданный вопрос не существует.

— Может быть, мне тоже надо? — с сомнением в голосе спросил сосед.

— И тебе не помешает. Поверь. — уверенно ответил я.

— Ну тогда ладно. Спрошу.

— Да, и, если у них там есть полоний, договорись с папой об экскурсии.

— О какой экскурсии? — с еще большим непониманием спросил сосед.

— Ну, в лабораторию к нему сходить всем нашим классом!

— Так, а классная руководительница же ничего не говорила ни о какой экскурсии?

Я аж закатил глаза, еле скрывая раздражение, нарастающее с каждым новым вопросом моего соседа. (Господи, разве можно быть таким непонятливым?)

— Ну, ты разузнай вначале обо всем у отца. И, если он согласится, то скажем классухе, что мы все хотим сходить посмотреть на лабораторию, в которой работает твой папа, раз он сам предложил. Понял?

— Не понял. Что папа предложил?

— Послушай, — громко сказал я, уже почти не скрывая своего раздражения, но затем взял себя в руки, успокоился, слегка улыбнулся и положил свою правую руку на плечо товарища. — Ты был в папиной лаборатории хоть раз?

— Нет, ни разу.

— А хочешь сходить?

— Ну, наверное, хочу.

— Тогда просто договорись с отцом об экскурсии. Скажи, что классная попросила. А с остальным я сам разберусь.

— Ну, ладно, договорюсь. — почти обреченным голосом ответил сосед.

У него не было ни единого шанса отказать мне. Я бы из него всю душу вынул, но добился своего.

— Но узнай сперва, есть ли у них полоний. И только потом договаривайся!

— Да понял я все! Не дурак!

Полония в отцовской лаборатории не оказалось. А на экскурсию мы все равно пошли, всем классом. Лучше бы я заболел в тот день и остался дома.

На поиски паука я потратил чертову уйму времени. Дома искать его было бессмысленно, поэтому я уговорил деда сходить к нему в гараж, якобы посмотреть на мотоцикл. Дед любил свой мотоцикл. Не помню точно, «Иж» это был или «Урал». Ну пусть будет «Урал». Меня мотоциклы никогда особо не интересовали, за исключением мотоцикла «Ночного Крыла», с которым у дедовского не было ничего общего. На своем «Урале» дед давно уже никуда не выезжал. Возраст, ну что тут поделаешь. Дед понимал, что стоит ему разок свалиться с мотоцикла и, не дай бог, получить перелом голени или того хуже — тазобедренной кости, то ходить на своих двоих он уже никогда не сможет. В его возрасте кости практически не срастаются. А жизнь в койке для старика — верная погибель. Да и бабуля куда-то припрятала ключи от зажигания, от греха подальше, после того как дед, вдохновившись просмотром фильма «Самый быстрый Индиан», решил было «тряхнуть стариной» и поколбасить на своем чоппере, а в итоге оказался прижат агрегатом к стене гаража. Взявшись двумя руками за руль, дед убрал боковую подножку, чтобы выкатить мотоцикл из стойла, но не смог удержать его. Силы-то уже не те, что раньше. Мотоцикл завалился на бок и уперся рукояткой и задним крылом в стену, оставив между собой свободное пространство в форме треугольника, в котором и оказался запертым дед. Так что можно сказать, ему повезло оставаться там целым и невредимым, а не придавленным к стене буквально всем весом мотоцикла. А это не много не мало — 250 килограмм. На помощь дед звать никого не стал — гордый. Отпихнуть раритет от себя не мог, боялся, что ласточка его повредится от падения. Так и просидел до вечера, пока сосед по гаражу с работы не приехал и не помог ему освободиться от стального стража.

Ну и вот, пока дед любовался своим раритетом и перечислял мне все его достоинства, я, с видом заинтересованного слушателя, включил режим сканирования гаража на предмет нахождения паука, ну или, для начала, хотя бы паутины. Дед уже заканчивал свою лекцию, а я все никак не мог обнаружить искомого членистоногого, хотя облазил все углы в гараже. Дед стал мне намекать, что, мол, хорош глазеть, дома ужин ждет. А мне нужно было выгадать еще немного времени на поиски. И я попросил деда разрешить мне посидеть за рулем мотоцикла, ожидаемо получив отказ вместе с историей «о том, как дед как-то раз решил прокатиться…», которую я слышал уже не в первый раз. Что тут поделаешь — склероз. Так происходило всегда, когда я просил посидеть за рулем. Это дало мне дополнительные 10 минут на поиски. И вот, когда его история подходила к концу, когда дед говорил соседу, что как хорошо, что тот вовремя вернулся, как раз спустя пару минут, как дед попал в затруднительное положение (ну не мог же дед сказать соседу, что торчит в гараже весь день) и вызволил его из мотоплена, я случайно заметил паутину, повисшую, будто гамак, между спиц заднего колеса мотоцикла. Спустя несколько секунд обнаружил и самого паука, быстро перебиравшего своими лапками по выхлопной трубе. На мою удачу, паук оказался относительно крупным. Он был крупнее тех пауков, что я видел раньше (ну не считая тех, что я видел в экзотариуме). Я достал из кармана маленькую баночку из-под детского питания, на время конфискованную из маминого кухонного шкафа, и подставил ее под паука как раз в тот момент, когда он на своей тоненькой, еле заметной паутинке спускался от выхлопной трубы к полу. Как только паук достиг дна баночки, я быстро накрутил на нее крышку и положил обратно к себе в карман. Тот факт, что поимка паука прошла незаметно для деда, избавлял меня от ненужных расспросов и отговорок, мол, паук мне нужен для изучения и написания школьного доклада по биологии. Хотя, думаю, деда эта отговорка вполне устроила бы, но только с тем условием, что он ничего не расскажет родителям. Мама очень хорошо умела уличать меня во лжи.

Итак, паук был пойман. Это был конечно не мобиус-катис. Но думаю, и этот сгодится. Паук — есть паук. В любом случае, за такой короткий срок другого мне негде было взять. Спасибо, что хоть этот попался. Оставалось лишь надеяться на две вещи:

1-е — мне удастся облучить его радиацией во время экскурсии в лаборатории;

2-е — он умеет кусаться.

2

Лаборатория была просторной, светлой, с высокими потолками и расположенными по центру огромного зала широкими столами, заставленными всякими колбами, банками, склянками, микроскопами, стеклянными камерами с резиновыми перчатками (так называемыми перчаточными боксами с инертной атмосферой) и другими предметами, названия и предназначения которых мне не были известны. Мы всем классом битый час слушали лекцию отца моего соседа по парте о том, какая у них современная лаборатория и какие исследования они тут проводят. Затем настало время для «развлечений». Сотрудники лаборатории показывали различные химические опыты: выращивание кристаллов, получение «золота», «ныряющее» яйцо, огненный фейерверк, несгораемая нить и другие опыты, заставлявшие моих одноклассников охать и ахать от восторга, а мне напоминавшие какие-то дешевые фокусы приезжих артистов цирка, гастролирующих уже не первый год с одной и той же программой, одним и тем же реквизитом и всё в тех же потертых от времени костюмах, способных развлечь лишь стариков и маленьких детей. Куда уж им до магии доктора Стрэнджа. Да, имей я возможность хотя бы полгодика пообучаться волшебству в Камар-Тадже, я бы им показал «опыты».

В общем, дождавшись, пока ученые закончат проводить свои нехитрые эксперименты, я наконец смог спросить о радиоактивных металлах, изучаемых в лаборатории. Конечно, я очень расстроился, узнав, что полония там нет. Но продолжал надеяться на то, что в лаборатории найдутся другие радиоактивные металлы. И мне, как и всегда, повезло.

— Наша лаборатория не занимается изучением свойств радиоактивных металлов…

— Жалко. Было бы интересно на них посмотреть. А я думал, что у вас крутая лаборатория и вы, как и другие крутые ученые, работающие под угрозой заражения радиацией, пытаетесь создать средства для борьбы с ней, чтобы устранить последствия катастрофы в Чернобыле и чтобы спасти человечество от последствий ядерного апокалипсиса. Я думал, что именно этим занимаются настоящие ученые.

— Да уж. Ядерный апокалипсис значит. Надеюсь, что до этого не дойдет. Я согласен, что исследование радиации, изучение ее свойств — это важное и полезное занятие. Но мы тоже занимаемся очень благородным и нужным делом. И мы тоже имеем дело с радиацией, отчасти. Наша лаборатория сотрудничает с онкологическим центром. Мы производим для этого центра вещество «Технеций-99», которое является радиоактивным металлом. Оно помогает диагностировать у пациентов раковые опухоли. Технеций способен накапливаться в пораженных опухолью органах или омертвевших участках сердечной мышцы, поэтому с помощью этого метода можно, например, выявить очаг инфаркта миокарда уже через 24 часа после его начала — проблемные места в организме просто подсвечиваются на снимке или экране. Через несколько часов после введения технеций-99 превращается в более устойчивый изотоп и полностью выводится из организма без каких-либо последствий для здоровья. Мы получаем технеций из другого изотопа — молибдена-99 с помощью специального генератора технеция. В генераторе происходит естественный распад молибдена-99, одним из продуктов которого и является технеций-99 и, как побочный продукт, радиация. Корпус генератора сконструирован так, что он не дает радиации выйти наружу. Главное — не забывать вовремя менять генераторы.

— Ух ты! Круто! А можно посмотреть, как это происходит?

— К сожалению, сейчас это невозможно. Генераторы расположены у нас вон в той комнате, на двери которой нарисован знак радиации и надпись: «ДВЕРЬ ДЕРЖАТЬ ЗАКРЫТОЙ!!!». Там как раз сейчас ведется работа. И вам, детки, лучше туда не входить.

Сказано — сделано. Уже спустя 20 минут я находился в комнате с генераторами и, под вой сирен пожарной безопасности, крепко сжимал двумя руками, одетыми в резиновые перчатки, предусмотрительно скрытно позаимствованными со стола у сотрудника лаборатории, один из них. Я со всей своей силой колотил генератором по углу железного стола, пытаясь разбить защитный корпус и выпустить радиацию наружу. Генератор был тяжелее, чем казался с виду. Спустя минуту я понял, почему так. Когда мне, приложив немалые усилия, удалось расколоть внешний корпус генератора, я подумал, что настало время для паука. Но оказалось не все так просто. Внутри генератора, помимо всяких там трубок, резиновых колец, фильтров и небольшого флакона с надписью «КОМПОПЛАСТ-300», находился еще один защитный металлический корпус грушевидной формы, плотно закрытый сверху пробкой. Когда я взял его в руки, сообразил, что он-то и составляет основную массу генератора. И был он, по всей видимости, изготовлен из свинца. Когда отец последний раз брал меня с собой на рыбалку, он показывал мне, как правильно цеплять свинцовое грузило на леску. Я еще помню, что, когда первый раз взял в руку этот маленький закругленный кусочек металла, был очень удивлен, ощутив в ладони тяжесть, которая, казалось, не соответствовала его размерам. Так вот, этот металлический корпус очень сильно походил на то самое грузило, только увеличенное во много раз в размерах. Поэтому я сразу и предположил, что этот корпус изготовлен из свинца. А, следовательно, именно в нем и должна была содержаться радиация. Я смотрел по телевизору передачу о последствиях катастрофы на Чернобыльской АЭС. Там говорилось, что водители грузовой спецтехники обшивали свои машины свинцовыми листами, потому что свинец не пропускает радиацию. Поэтому логично было предположить, что радиация находится именно в свинцовом корпусе. К сожалению, вытащить пробку из него мне никак не удавалось. И я решил действовать по отработанной схеме. Но чтобы расколоть этот корпус, мне понадобится гораздо больше усилий, чем прежде. А времени у меня оставалось в обрез. Меня, наверное, уже спохватились и начали искать. И совершенно очевидно, что сюда вот-вот кто-нибудь войдет. Надо было действовать очень быстро, чтобы не попасться на глаза сотрудников лаборатории со свинцовым корпусом генератора в руках. Такой «эпик файл» в мои планы не входил.

Признаться честно, устроить поджег в лаборатории, чтобы отвлечь внимание сотрудников и учителя и незаметно пробраться в комнату с генераторами, было не самой удачной моей идеей. Изначально план не был идеальным, и сейчас мне совершенно очевидно, что он был обречен на провал. Но в том возрасте кинуть зажженную спичку в мусорную корзину, стоявшую под одним из столов, на котором лаборанты показывали нам свои «чудеса», мне показалось гениальной задумкой. Тем более что спичечный коробок, в который я переложил пойманного паука для более комфортного и неприметного хранения в кармане брюк, всё время не давал мне покоя. Я очень переживал, что паук выберется из него и убежит. Поэтому мне приходилось практически всё время держать руку в кармане, придерживая коробок ладонью. А спичку я нашел на полу рядом со столом, где нам показывали фокус с горящими деньгами. Денежную купюру облили какой-то спиртосодержащей жидкостью и подожгли. Купюра была объята пламенем некоторое время. И после того как огонь погас, она осталась цела и невредима. Вот, блин, «чудеса»! Разиня-лаборант был так сосредоточен на своем опыте, что и не обратил внимания, как спичка упала на пол, когда он открывал коробок, чтобы достать одну из них. А может быть, он все видел, но просто не захотел лезть под стол за упавшей спичкой перед всеми школьниками, дабы не прерывать свое «представление» этим неловким движением. В общем, как бы там ни было, после окончания представления спичку я подобрал. А лаборант был явно доволен восторженной реакцией детей на опыт и уже не вспоминал о том, что он что-то ронял.

Наверное, в 9 случаях из 10 зажженная спичка, брошенная в ведро с мусором, просто затухла бы, не вызвав никакого возгорания. Но я уже ранее говорил вам, что я везучий парень.

Все фокусы были показаны, на все вопросы были даны ответы, и пришло время идти обратно в школу. Сотрудники лаборатории, попрощавшись с детьми и пожелав им успехов в учебе, принялись наводить порядки на своих рабочих столах. Наша классная руководительница о чем-то разговаривала с отцом моего соседа по парте. А одноклассники потихоньку стали направляться к выходу из лаборатории. И я, воспользовавшись удобным моментом, пока все были заняты своими делами, незаметно достал из кармана спичечный коробок, внутри которого был паук, достал спичку, чиркнул ею об терку для зажигания и элегантным и четким движением бросил в мусорную корзину. Уж не знаю, что за мусор там конкретно находился, но через некоторое время из корзины показалась тоненькая струйка дыма. Заметивший это лаборант, ну тот разиня, что деньги поджигал, достал корзину из-под стола, наверное, чтобы посмотреть, из-за чего появился дым. И в тот момент, когда он наклонился над корзиной, она неожиданно вспыхнула ярким пламенем. И всё бы могло закончиться легким испугом, если бы не череда случайных событий.

За минуту до возгорания мусора лаборант-разиня наводил порядок на своем столе. Заметив пустую спиртовую горелку, он решил наполнить ее (вероятно, хотел использовать горелку в предстоящей работе). В тот день он был явно несобранным. Может, отмечал какой-нибудь праздник накануне вечером. Кто его знает. В общем, когда он заливал этиловый спирт в горелку, его рука, державшая мензурку с жидкостью, дрогнула, пролив часть жидкости на халат. Тихо выругавшись, он поставил открытую емкость с этиловым спиртом на стол, рядом с горелкой. Осматривая мокрое пятно возле правого кармана своего белого халата, он стал расстегивать пуговицы, намереваясь снять халат, пока жидкость не пропитала надетые под ним брюки и рубашку. Добравшись до нижней пуговицы, он и заметил дым, струящийся из-под стола. Лаборант наклонился и подтянул к себе корзину правой рукой. Дальше события стали развиваться очень стремительно. Пламя вспыхнуло и поднялось над корзиной, не сильно высоко, но достаточно, для того чтобы коснуться отвисшей части расстегнутого халата именно в том месте, рядом с карманом, где было мокрое пятно. Халат загорелся моментально (волокна бязи, а именно катышки, появляющиеся на ткани со временем, взялись пламенем, словно сухая солома), вызвав вскрик у лаборанта, нешуточное удивление и ступор у других сотрудников лаборатории, невольный испуг у школьников и паническую атаку у нашей классной руководительницы. Кто ж знал, что в детстве она чуть не погибла при пожаре дома, чего не скажешь о ее родной тете. Даже спустя много лет учителя не переставали мучать ночные кошмары, в которых она наблюдала с улицы через окно, как ее тетя, объятая пламенем, мечется по комнате из угла в угол, издавая истошные вопли, уже не способная выбраться из огненной клетки. Врачи изо всех сил постарались восстановить детскую психику, но полностью избавить ребенка от последствий полученной травмы, естественно, было невозможно. И вот, увидев перед собой вживую человека в огне, ее психика не выдержала, и она начала истерически кричать что было сил и метаться во все стороны, будто сама горела, усугубив возникшую ситуацию еще сильнее. Из-за неистовых криков классной руководительницы загоревшийся лаборант, не способный взглянуть на ситуацию со стороны, подумал, что дело совсем плохо, и стал судорожно срывать с себя халат. И после того как это ему удалось, он швырнул горящее одеяние в сторону. Конечно, правильнее было бы кинуть халат на пол, но эмоции не позволяли ему в тот момент мыслить логически. Естественно, никто в здравом уме не стал бы бросать горящие вещи на рабочий стол со стоявшей на нем открытой мензуркой с этиловым спиртом, которая естественно опрокинулась от упавшего на нее скомканного горящего халата, выплеснув жидкость на поверхность стола, растекшуюся небольшим ручейком на соседний стол с неубранными после опытов химикатами. Огонь моментально распространился по пролитой жидкости. На соседнем столе что-то вспыхнуло, словно фейерверк, и горящая головешка отлетела на пару метров в сторону того места, где нам показывали фокус с «фараоновой змеей». И вот надо же было этой горящей головешке упасть именно на открытую упаковку сухого горючего. Самое интересное то, что никто из сотрудников лаборатории не заметил этого, так как в тот же самый момент обнаружилось, что их коллега продолжает гореть. Небольшая часть рубашки и брюк успели-таки пропитаться спиртом и загореться. В итоге несколько ученых принялись тушить коллегу, повалив его на пол, другие пытались поймать и усмирить взбрендившую училку, пока она не причинила вред себе и не повредила часть дорогостоящего оборудования, находящегося недалеко от нее. В ступоре оставалась только пара сотрудников, пока не решивших, что им делать:

1. помогать коллегам ловить невменяемую учительницу, которая, кстати, еще и оборонялась руками и ногами, отпихиваясь от назойливых преследователей (одному из лаборантов прилетело ногой в пах);

2. помогать тушить лаборанта-разиню? Но с ним уже вроде как справлялись;

3. тушить огонь на рабочих местах?

Из оцепенения их вывел сигнал пожарной тревоги, послуживший своего рода спусковым крючком к конкретным, не оставляющим места сомнениям, действиям. Так как в лаборатории были соблюдены все условия пожарной безопасности, для того чтобы быстро найти огнетушитель, достаточно было обнаружить соответствующую наклейку на стене. И вот, спустя всего несколько секунд, огнетушитель был в руках одного из двух оставшихся без дела сотрудников лаборатории. Он попросил стоявшего рядом коллегу помочь ему разобраться с запорно-пусковым механизмом. Непонятно, почему они не умели им пользоваться (неужели не проходили инструктаж по пожарной безопасности?!). Пока они вдвоем разбирались, что там к чему, произошло возгорание пачки сухого горючего на столе с опытом «фараоновая змея», которое привлекло внимание еще одного сотрудника лаборатории, отвлеченного от работы сигналом пожарной тревоги, вышедшего из комнаты, надпись на двери которой гласила: «ДВЕРЬ ДЕРЖАТЬ ЗАКРЫТОЙ!!!» Именно с этой двери я не сводил взгляд всё это время и держался как можно ближе к ней. Естественно, сотрудник, вышедший из комнаты, в которой находились генераторы технеция, был немало удивлен происходящим снаружи. И, естественно, правильно оценив ситуацию, он кинулся устранять пожар на единственном оставшемся без внимания рабочем месте с сухим горючим. Именно этого я и ждал. Воспользовавшись тем, что все были заняты делом и на меня никто не обращал внимания, я проскользнул в комнату с генераторами и не забыл закрыть за собой дверь.