Покорись мне, землянка

На другой стене висела голографическая карта — огромная сеть звезд, соединенных тонкими нитями. Я подошла ближе, пытаясь разобрать знакомые созвездия, но все было чужим. Только где-то в углу мелькнула знакомая форма Млечного Пути.

К горлу подступил ком.

Я отвернулась. Здесь было тепло, уютно даже. Пахло чем-то свежим, с легкой горчинкой. Меня никто не торопил, не ругал, позволяя свободно бродить по комнате, осматривая каждую мелочь. И все равно было не по себе от взглядов, неотрывно следящих за мной.

На низком столике стояла чаша с фруктами. Что-то похожее на виноград, только размером с голубиное яйцо и с перламутровой кожицей. Рядом длинные тонкие плоды, напоминающие огурцы, но с ярко-оранжевой кожицей. И прозрачные шары с пузырьками внутри, похожие словно застывший лимонад.

— Лайла!

Я обернулась, и сердце наконец-то отпустило. Сара влетела в комнату, и буквально врезалась в меня, сжимая в объятиях так крепко, что я не могла дышать.

— Ты в порядке? — спросила она, отстраняясь и ощупывая меня взглядом с ног до головы. — Что он тебе сделал?

— Ничего. Я в порядке. — Я оглянулась на мужчин, а потом притянула сестру ближе и шепнула: — Он сказал, что я — его к’тари.

— Я так и знала.

— Присядьте, — приказал… или предложил Кей. Его тон был безэмоциональным, холодным. Это так он собирался убеждать меня, что лучше Роя? Что ж удачи ему.

Мы с сестрой опустились на диван напротив мужчин. Кей не отрывал от меня взгляд, а Рэй смотрел в окно. Молчание затягивалось и становилось все более неуютным.

— Угощайтесь фруктами, — с улыбкой предложил Алу. Я попыталась улыбнуться ему в ответ. Он единственный, кто вел себя с нами дружелюбно. — Витамины пойдут вам на пользу.

Я потянулась к тарелке, но Сара перехватила мою руку.

— Перестать, если б они хотели нас отравить уже бы сделали это. — Кей на это одобрительно хмыкнул.

— Нам нужно закончить работу на одной из планет.

Пока он рассказывал нам про Протос и тюрьмы на нем, я поглядывала на свою сестру. Она была странно напряжена и смотрела только на Алу и Кея, игнорируя Рэя. Что-то успело произойти между ними?

У Сары были очень странный отношения с парнями. Среди нарксов она почти сразу подружилась с Даэром. Ему было под сорок, но выглядел он очень молодо. Он не чувствовал к ней зова, но оберегал и ходил за ней попятам.

Кажется, Сара держала его при себе только для того, чтобы в случае опасности он защитил нас. Какое-то время я думала, что она просто не признается, что влюблена, но время шло, а их отношения не менялись. Она изредка с ним спала, а остальное время проводила со мной или другими женщинами. Сара ни секунды не засомневалась улетать ли с планеты, не попрощалась с ним и выкинула его подарок.

Не уверена, что Сара вообще хоть кого-то любила кроме меня. Но сестринские чувства это совсем другое.

— Вы говорили, что не держите пленных, а теперь оказывается, что вы везете их прямо сейчас в какую-то страшную тюрьму. — Сара озвучила то, о чем я подумала. О чем еще на врет Кей?

— Только преступников, пойманных с поличным при продаже или покупке рабов. И то и другое запрещено седьмым пунктом соглашения Планетарного союза нашей галактики.

— И как много планет в вашей галактике?

Я бросила взгляд на карту, но по ней было мало что понятно, слишком много неизвестных обозначений.

— Всего одиннадцать, из них населенных — восемь.

— А галактик?

— Исследованных нами? Три. В том числе та, откуда вы родом.

Я собиралась задать новый вопрос, но в этот момент каюту ворвалась краснокожая женщина. Высокая и мускулистая, с такими же рожками на лбу, как у Рэя. Кудрявые жесткие волосы также коротко подстрижены.

— Эти идиоты обоссали всю камеру, не дыхнуть, не пернуть.

— Мирта! — Алу закатил глаза, а уголок губ Рэя дернулся в намеке на улыбку.

Женщина плюхнулась на диван и вытянула мускулистые длинные ноги.

— Скорее бы от них избавиться. Я Мирта, сестра этого красноголового. Ты, — она указала на меня пальцем, — Лайла должно быть, а ты, судя по взгляду, Сара. — Сестра кинула. — Так вы, куколки, значит с 71-З? И как там с мужиками у вас?

— В каком смысле? — Уточнила я.

— Как выглядит их улда?

Пока я пыталась сообразить, что она имеет в виду и не шалит ли мой переводчик, раз я не понимала это слово, Сара подняла один из “огурцов”.

— Такой примерно. В среднем примерно. Бывает более богато одаренные, а бывают и тень у которых с мизинец.

Мирта моргнула. Ее рот медленно расплылся в улыбке, обнажая острые зубы.

— А он твердый или мягкий?

Сара пожала плечами, продолжая держать фрукт на вытянутой руке:

— Зависит от обстоятельств. Если мужчина не хочет тебя или у него какие-то проблемы со здоровьем, то мягкий и маленький. Если хочет, то член или как ты говоришь? улда? Твердеет и увеличивается в размере. Как у нарксов. Только без гребняя и у многих кожа не обрезана.

— Это как?

Сара провела рукой вверх вниз по огурцу.

— Если б тут была кожа необрезанная, ее можно было довести до самой головки.

— А мешочек для спаривания?

Сара помедлила, нахмурив брови.

— Яйца что-ли? По два у каждого, висят прямо под улдой. Чувствительные. Хочешь заставить человеческого мужика плакать — вдарь ему по яйцам.

Мирта расхохоталась. Алу прикрыл глаза ладонью и покачал головой. Рэй смотрел в окно с каменным лицом, но я заметила, как дернулся его хвост.

Кей'дар, сидевший напротив, не проронил ни звука. Его серые глаза смотрели на меня, и я отвернулась, делая вид, что меня очень интересует потолок.

— А он воняет? — не унималась Мирта, кивая на плод в руках Сары.

— В целом нормально пахнет, если мыть. Но некоторые не моются, и тогда…

Она красноречиво поморщилась, и Мирта снова зашлась смехом.

— О, я знаю таких! Мы еще на Кса’ане встречали этих вонючек. Но что не сделаешь за двадцать кредитов, особенно если это приказ.

— Мирта! — рявкнул Рэй, наконец отворачиваясь от окна. Его черные глаза метали молнии. — Хватит!

— Что? — она удивленно захлопала ресницами, изображая невинность. — Мы просто обсуждаем фрукты.

Сара ухмыльнулась и откусила кусочек от оранжевого плода. Надкусанная мякоть оказалась ярко-розовой, и по подбородку Сары потек сок.

— О, вкусно! — удивилась она. — Напоминает манго с кислинкой. А мужской уд… — она задумчиво прикусила губу, глядя на плод в своей руке, — по вкусу как солоноватый попкорн. Если, конечно, мужчина чистый и здоровый. Если нет — лучше не проверять.

Алу закрыл лицо ладонями. и тихо простонал.

— Сара, пожалуйста, — я сгорала от стыда. В присутствии Кей'дара, который сидел и смотрел на меня своими серыми глазами, эта тема казалась невыносимой.

Не знаю какой у нее был план? Вывести их из себя, чтобы нас высадили на ближайшей планете или просто пыталась завести себе подругу в лице Мирты. Если второе, то умно. Мирта была такой же высокой как мужчины, а ее фигура была мускулистой, как у атлетки.

— Ладно, — Сара пожала плечами и откусила еще кусок фрукта. — Но вообще, если хочешь, я могу нарисовать схему. Я правда не художницв, так что придется довольствоваться овалами с палочками. А что ты хочешь попробовать человеческого мужика?

Мирта покосилась на Алу, он ее взгляда словно не заметил.

— Нет, хватит с меня мужиков.

— Мы прибудем на орбиту Протоса через два часа, — сменил тему Кей. — Вы с Сарой и Алу останетесь на корабле, пока мы не разберемся с делами на станции.

— Мы не можем выйти? — спросила я.

Он перевел взгляд на меня, и я снова почувствовала этот странный толчок внутри. Как будто сердце пропустило удар.

— Нет. Протос — опасное место для женщин без защиты, — Кей'дар чуть склонил голову. — Я не хочу рисковать.

— А что потом?

— Новое задание, — пожал плечам Кей. — Мы одна из нескольких команд, работающих с работорговлей. Наша задача искать организаторов аукционов и доставлять их на справедливый суд Планетарного союза.

— Правильно ли я понимаю, что вы против рабства, но при этом будете держать нас при себе целый год? — Уточнила Сара, сжимая мою руку в своей.

— Это… — Кей медлил всего пару секунд. — Это другое. Вы не в рабстве. Вы можете делать все, что хотите.

— Кроме того, чтобы вернуться домой или, например, погулять по Протосу? — Я посмотрела прямо на Кея. Все остальные замерли в ожидании его ответа.

— Хорошо, вы можете сопровождать нас на Протосе, если хотите.

Глава 10. Сара

Протос из космоса был не похож на планету, где кому-то хотелось бы жить. Он висел в черной пустоте тяжелым, неровным шаром цвета ржавчины и пепла. Там, где у нормальных миров должны были быть океаны, тянулись мутные серые пятна соляных пустынь. Экватор разрезали длинные шрамы карьеров. Над северным полушарием клубилась буро-желтая дымка. Кей сказал, что это промышленные выбросы, пыль от шахт и гарь от переработки руды.

— Миленькое место. Прямо хочется купить магнитик на холодильник.

Рэй’вар, до этого не обращавший на нас внимания несколько часов, вдруг посмотрел прямо на меня:

— Не отходи от меня, когда выйдем.

— А если отойду, посадишь меня на цепь?

Он едва уловимо скривился.

Этот мужчина пока оставался для меня загадкой. Нарксов было раскусить проще, почти сразу стало понятно, что женщин они практически боготворят и пальцем не тронут, ни своих ни чужих. Рэй же выглядел, как машина для убийств, хмурый и немногословный.

Мне было стыдно, что я дала слабину перед ним, видно поэтому когда Мирта подкинула пошлую тему для разговора я ее с готовностью поддержала. Я думала смутить его этим или по крайней мере проверить реакцию, но он даже головы в нашу сторону не повернул, смотрел на космос за окном.

Лайла рассказала, что Кей собирается держать нас на корабле не меньше года. Хорошо бы на это время заручится поддержкой одного из мужчин. Или обоих. Я перевела взгляд на Алу. На его лице почти все время блуждала мягкая полуулыбка.

Тошнило от одной мысли, что снова придется притворяться паинькой, смотреть в глаза с обожанием, которого я не чувствовала. Но лучше пусть они мучают своей страстью, чем бьют и унижают.

Даэр был не так уж плох. Мы стали кем-то вроде… друзей с привилегиями. Может и с Алу выйдет.

Кей отдал приказ перейти в командную рубку, сесть в специальные кресла и пристегнуться. Посадка отвлекла меня от мыслей, заставив испуганно вжаться в сидение.

— Расслабься и дыши, — сказал Рэй. — Это займет всего десять минут.

— Все мужчины так говорят, — съязвила я, Мирта рядом со мной хихикнула.

Корабль вошел в атмосферу с низким гулом. За защитным стеклом вспыхнули оранжевые полосы. Потом огонь исчез, и внизу проступил город. Башни перерабатывающих заводов торчали из земли, как обломанные кости. По ним ползли трубы, мосты, транспортные рельсы. Над крышами висели рекламные голограммы: дешевые гостиницы, ремонт имплантов, оружейные лавки, питьевая вода, азартные игры, бордели, услуги адвокатов и объявления о розыске беглых заключенных.

В центре всего возвышалась тюрьма.

Она была больше любого здания, которое я видела в жизни. Черная многоуровневая крепость, окруженная тремя кольцами стен. Первая стена была бетонной и гладкой, без окон, с автоматическими турелями через каждые двадцать метров. Вторая: прозрачная, чуть мерцающая завеса, как пояснил услуживый Алу “энергетическая”. Третья стена была самой страшной. Она состояла из живого металла, постоянно меняющего форму. По ее поверхности то появлялись шипы, то исчезали проемы, то проступали узкие глазницы камер наблюдения.

— Это и есть тюрьма? — тихо спросила Лайла.

— Главный исправительный комплекс Протоса. Официальное название — Рудный сектор семь. Неофициально его называют Пастью. — Ответил Кей.

— Почему?

— Потому что отсюда почти никто не выходит.

Мирта успела рассказать нам о Протосе, пока мы готовились к посадке и переодевались в подходящие костюмы с плотными плащами и капюшонами.

Кроме тюрьмы и шахт на Протосе был целый город, выросший, как плесень вокруг раны. Самый обеспеченный район — казарменный, тем жили надзиратели и их семьи. Улицы там были чистыми, а в лавках была еда и вода. Вход посторонним в этот квартал был запрещен и строго охранялся.

Самым шумным местом был Главный рынок. Там заключали сделки корпорации, военные подрядчики и контрабандисты. Был еще Нижний рынок — место, куда приличные капитаны не водили пассажиров. Там продавали все: поддельные документы, нелегальные лекарства, оружие, информацию.

По периметру города располагалось несколько укрепленные здания с синими знаками на дверях, водяные станции. Возле них всегда стояли очереди. Вода на Протосе была дороже еды. Местные носили на поясе не украшения, а личные фляги с замками.

Были бордели, игорные дома и дешевые ночлежки для шахтеров, и пара лечебниц, где заживляли сломанные кости настолько, чтобы человек снова мог работать.

Посадочная площадка располагалась не у самой тюрьмы, а в порту — огромном кольцевом комплексе. Воздух за шлюзом ударил мне в лицо жаром, пылью и запахом металла. Дышать было трудно. Горло сразу пересохло, глаза защипало. .

У выхода из порта толпились самые разные существа. Нарксы, краснокожие, похожие на Рэя и Мирту, серые тонкие создания с прозрачными веками, существа в дыхательных масках, наемники, торговцы. Все двигались быстро.

Я ожидала увидеть преступников, охрану, грязь, жестокость. Но не ожидала увидеть мальчишку лет десяти, который сидел у стены и продавал фильтры для дыхательных масок. Не ожидала девочку с коротко остриженными волосами, несущую канистру воды почти больше ее самой. Не ожидала молодую женщину с младенцем у груди, торгующую горячей похлебкой из металлического бака.

— Здесь живут обычные люди? — спросила я.

Рэй проследил за моим взглядом, но ответил мне Кей’дар.

— Да. Обслуживающий персонал, семьи охраны, рабочие заводов, торговцы. Некоторые родились здесь и никогда не видели другой планеты. С тех пор, как основали тюрьму успело смениться несколько поколений.

— Но почему они не уезжают?

— Потому что билет стоит денег. Бедность — самый надежный ошейник.

Сара посмотрела на него. На этот раз без насмешки.

Тюрьма была видна отовсюду. Куда бы я ни повернулась, над крышами, трубами и голограммами торчали ее черные стены. Даже когда они шли по торговой улице, где шумели продавцы и мигали вывески, я чувствовала ее присутствие за спиной.

Приемный сектор находился у восточных ворот. Там пленных принимали не в главную крепость, а в отдельный блок: длинное низкое здание из темного камня, где воздух казался особенно тяжелым. У входа стояли охранники в броне. Их лица были скрыты шлемами, но Лайле все равно казалось, что они смотрят именно на нее.

Пленных, которых команда Кей’дара привезла на Протос, вывели из грузового отсека в магнитных кандалах. Один из пленных, высокий мужчина с серой кожей, вдруг повернул голову и посмотрел прямо на Лайлу. Его губы растянулись в улыбке.

— Землянка, — произнес он на общем языке. — Редкая вещь. За тебя бы хорошо заплатили.

Кей’дар схватил пленного за горло и впечатал в стену.

— Захлопни пасть, иначе я вырву тебе язык. В шахте он все равно тебе не пригодится.

Пленный захрипел. Кей’дар снова ударил его о стену и только потом отпустил. Лайла сжала мою руку в своей, не сводя глаз со своего наркса.

— Спокойно, — шепнула я ей, — тебя он не тронет.

Я старалась говорить уверенно, но никакой уверенности у меня не было. Мы едва знали Кея и остальных, от них можно было ожидать, что угодно.

Глава 11. Лайла

— Захлопни пасть, иначе я вырву тебе язык. В шахте он все равно тебе не пригодится.

Пленный хрипел, его длинные пальцы скребли по запястью Кея, но тот даже не дрогнул. На его лице вообще не было ни одной эмоции. Он хладнокровно душил другого человека... Ладно, не совсем человека, и все же разумное существо. А повод? Несколько грубых слов в наш адрес.

Хоть Кей и сказал, что эти люди были работорговцами, безжалостными преступниками, я не могла оправдать его действия. Меня всегда пугала агрессия, даже если она была справедливым ответом. Я никогда бы не смогла причинить вред другому.

Кей ошибается, считая меня своей судьбой. Я никогда по доброй воли не буду с кем-то столь жестоким. Никогда не стану женой воина.

Кей отпустил пленного. Тот осел на колени, закашлялся, но больше не улыбался.

— В строй, — приказал Рэй’вар.

Всего пленников было десять. Низкорослые, крепкие с лысыми чуть вытянутыми головами и странными раскосыми глаза бледно-желтого цвета. У каждого по четыре руки, закованные в кандалы. Цепи между ними тихо гудели голубоватым светом. Каждое движение давалось пленным с трудом: стоило кому-то отойти дальше разрешенного расстояния, как браслеты на запястьях вспыхивали, и тело дергалось от невидимого удара.

Охранники открыли ворота приемного блока. За ними тянулся длинный коридор с темными стенами и вертикальными узкими окнами, больше похожими на бойницы. Они давали мало естественного света. А когда ворота за нами закрылись стало еще темнее.

Пленных провели арку сканера. Над каждым вспыхивал голографический знак, потом сухой механический голос называл номер, расу, уровень опасности и статью обвинения.

— Заключенный 58931. Участие в продаже разумных существ. Подделка транспортных разрешений. Сопротивление задержанию.

Один из охранников проводил команду в другую часть приемного блока к лифту, который нас поднял на самый верхний уровень комплекса в кабинет начальника тюрьмы.

Через прозрачную стену лифта мы видели внутреннюю часть тюрьмы, в том числе небольшой двор, где строем стояли заключенные. Все они были босы, тело прикрыто только серыми штанами. Они шагали к воротам.

— Дневная смена шахтеров, они работают по семь часов, — произнес Кей, хотя никто из нас ничего не спрашивал.

— Еще по-божески, — заметила Сара. — На земле многие люди работают по двенадцать часов без выходных.

Кей приподнял бровь, явно не веря ей, я кивнула в подтверждение.

— На земле есть рабство?

— Когда-то было. — Я вздохнула. — Хотя учитывая, как распределены богатства, можно сказать, что часть людей почти рабы. Работают, чтобы выживать.

Кей прищурился, я почти слышала его мысли: “И это туда ты так хочешь вернуться?”. Вместо этого он продолжил рассказывать про тюремные порядки.

— Работа на шахтах тяжелая. Загонять работников не выгодно. Они работают по семь часов, а остальное время спят или отдыхают. И даже в таком режиме, они могут прожить максимум пятнадцать лет. Вредные испарения превращают их внутренности в кашу.

— А почему им не выдать им защитные костюмы? — Я рассматриваю полуголых мужчин и женщин, идущий ровным, но вялым строем. Они едва переставляют ноги.

— Они преступники, это наказание, а не курорт. — Голос Рэя звучит жестко, но как и у Кей безэмоционально. Если он и злиться, то не показывает этого.

— Не зачем тратить на это ресурсы. Мы и другие команды постоянно поставляем им новых работничков. И все остальные планеты ссылают сюда убийц и насильников — улыбается Мирта. — Сейчас на Протосе примерно полмиллиона заключенных. Каждый день умирает по триста штук, а привозят столько же.

Начальник тюрьмы оказался существом с зеленоватой кожей, круглым пузом и странными вывернутыми, как у кузнечика, ногами. На плоском лице едва угадывали губы, зато четыре глаза смотрели прямо на нас не мигая.

— Капитан Кей’дар аз Саэл, — произнес он. — Задержанные десять единиц. Сопроводительные материалы получены. Подпишите здесь.

На поверхности вспыхнула синяя панель с множество мелких строк текста. Кей подошел к столу и приложил ладонь, потом провел пальцами по воздуху, оставляя светящуюся подпись.

— Познакомите меня со своими новыми спутницами?

Кей улыбнулся уголком губ.

— Сара и Лайла.

— Они часть вашего экипажа?

— Да.

— Что ж… — Начальник постучал по своей груди узловатым пальцем, не сводя с нас глаз. — Тогда, надеюсь, они присоединятся к нам за завтракам и поведают о месте, где вы их нашли.

— Как насчет истории о том, как мы угандошили три траспортных узла, добывая тебе новых преступничков, — Мирта сложила руки на груди и широко улыбнулась. — Но тебе придется налить мне того шикарного пойла, что ты угощал нас в прошлый раз.

Начальник покачал головой и издал странный свистящий звук, лишь отдаленно похожий на смех.

— Для тебя все что угодно, дорогая Мирта. Прошу присаживайтесь. — Начальник склонил голову в нашу сторону. — Зовите меня Нгхаро.

Я и Сара приложили правые ладони к груди и слегка наклонили головы. Нас просили не разговаривать, и объяснили, как приветствовать начальника тюрьмы.

Когда все расселись у небольшого стола, я покосилась на Сару. Ей молчание давалось с трудом. Готова была поставить зуб на то, что в итоге она выпалит какой-нибудь совершенно неуместный вопрос. Я протянула к ней руку и легонько сжала ладонь, напоминая о том, что мы здесь гости.

Нгхаро нажал какую-то кнопку на столе, в комнату вошла высокая девушка в маске, скрывающей половину лица.

— Завтрак на всех и бутылку прото-воды.

— Две, — поправила Мирта, Нгхаро опять “засмеялася”, но повторил.

— Да, давай две.

Через пять минут перед нами уже стояла два подноса с необычными, шевелящимся, как живые морепродукты, закусками и стаканы, наполненные пузырящейся красной водой. Пробовать ни то ни другое мне не хотелось. А вот Сара, посмотрев, с каким удовольствием пьет Мирта, а потом облизывает пухлые губы, смело взяла свой стакан и сделала глоток.

— Ух, ну и дичь! — С трудом произнесла она, откашлявшись.

Рэй посмотрел прямо на нее. Нгхаро уставился не мигая.

— Дичь? — переспросил он.

— Хорошо пошло, — пояснила Сара.

— Ей понравилось, — Мирта ткнула Сару в бок, то ли призывая к молчанию, то ли поддерживая.

Нгхаро моргнул, а потом обратился к Кею.

— Документы приняты. Ваш корабль может покинуть планету после завершения технического осмотра. Я попросил ускорить его. Вместо суток, должно занять часов шесть.

— К чему спешка? — Кей недобро прищурился.

Нгхаро покосился на окно. За стеклом небо было желто-бурым, тяжелым, будто кто-то размешал в облаках грязь и ржавчину.

— Дождь скоро начнется.

— Рха́кх тебе под хвост! — Выругалась Мирта. — Почему не сообщили раньше?

— Дождь может идти неделями. Вы хотели бы провести это время на орбите? — Под взглядом Нгхаро Мирта чуть стушевалась.

— Лучше на орбите, чем в этой дыре. — Пробурчал Рэй и залпом осушил свой бокал.

— Вы боитесь дождя? — Не выдержала Сара.

— Это не просто вода, Химический конденсат из верхних слоев атмосферы. Смесь кислотных соединений, тяжелых металлов и споровой пыли из шахтных выбросов. — Нгхаро моргнул и продолжил, глядя на Сару. — При попадании на кожу вызывает ожоги второй степени, при вдохе попадает внутрь, влечет отек легких, повреждение тканей, иногда смерть. Даже после дождя воздух опасен. Все используют фильтры и остаются в закрытых помещениях минимум неделю, пока системы очистки не снизят концентрацию токсинов.

Сара хотела задать еще один вопрос, но ей помешала завывшая вдруг сирена.

Рэй выпрямился. Мирта мгновенно вытащила из-за пояса оружие. Кей повернулся к двери.

— Что происходит? — спросила я. — Это из-за дождя?

Начальник тюрьмы уже водил пальцами по панели. Его четыре глаза двигались в разные стороны, отслеживая сразу несколько экранов.

Сирена завыла громче. Под ногами дрогнул пол. Не сильно, но достаточно, чтобы я инстинктивно схватилась за Сару.

— Ворота заблокирован. — один глаз Нгхаро остановился на Кее. — Бунт в центральном секторе.

Глава 12. Сара

Кей первым поднялся из-за стола.

— Возвращаемся на корабль.

— Хороший план, — сказала я. — Очень его поддерживаю. Вернемся в нашу уютную железную коробку, запремся и сделаем вид, что этого места не существует.

Нгхаро смотрел одним глазом на Кея, вторым на панель, третим в окно, четвертым на Мирты. Полезный навык, наверное.

— Ваш корабль не готов к взлету, капитан.

— Он готов к взлету всегда, — отрезал Кей.

— Не после стыковки с портовым техблоком, — сухо ответил Нгхаро. — Технический осмотр начат. Двигательные контуры частично отключены. И у вас недостаточно топлива, чтобы покинуть атмосферу и выйти на безопасную орбиту.

Нгхаро открыл на столе схему комплекса. Над панелью вспыхнула объемная модель тюрьмы. Черная, многоуровневая, с красными мигающими точками в центре.

— Центральный сектор перекрыт, но заключенные прорвались на служебные уровни. Восточные лифты заблокированы. Северный переход под контролем охраны. До порта сейчас не добраться.